Дом в тени прошлого. Хрупкий мир. Книга третья

Сергей Чувашов

Дом в тени прошлого. Хрупкий мир. Книга третья

Глава 14. Роковые бумаги

План был безумным, но других не оставалось. Им нужно было найти оригиналы документов или хоть что-то, что связывало бы местных кураторов схемы с контрабандой и конкретными людьми из Москвы. Лера вспомнила про офис «Трансмарин-логистик» – тот самый, куда они приходили в первые дни, когда увидели мужчину в дублёнке. После того как его «убрали», контора, скорее всего, опустела, но не факт, что её полностью очистили. В панике могли что-то оставить.

«Но это первое место, где они нас будут ждать,» – возразил Денис, когда Лера озвучила идею.

«Именно поэтому они там уже всё проверили и, возможно, успокоились. К тому же, сейчас их внимание сосредоточено на поиске нас в городе, а не на охране старой конторы.»

Они решили действовать ночью. День провели в номере, готовясь. Лера изучала карту района вокруг офиса, отмечала пути подхода и отхода, возможные места для наблюдения. Денис разбирал и чистил перцовые баллончики – большего у них не было, но и это могло выиграть драгоценные секунды.

В полночь они вышли из гостиницы. Город спал, лишь изредка проезжали машины. Шли быстро, без лишних разговоров, сливаясь с тенями. Бизнес-центр, где располагался «Трансмарин», стоял тёмным и пустым. Дверь в подъезд, как и раньше, была заперта, но Лера заметила, что замок на чёрном ходе со двора выглядит старым и ненадёжным.

С помощью отмычки, которой она обзавелась ещё во время своей прошлой жизни, ей удалось открыть его почти бесшумно. Они вошли в тёмный, пахнущий сыростью и мышами коридор. Офис «Трансмарин-логистик» был на втором этаже. Лестница скрипела под ногами, заставляя замирать после каждого шага.

Дверь в офис оказалась заперта на новый, более серьёзный замок. «Помоги,» – прошептала Лера Денису. Он упёрся плечом в дверь рядом с косяком, и после нескольких сильных, но тихих толчков дерево вокруг замка с треском поддалось. Звук был громким в ночной тишине, и они замерли, прислушиваясь. Ничего. Значит, здание действительно пустое.

Внутри царил хаос. Ящики выдвинуты, бумаги разбросаны, компьютер исчез. Кто-то провёл здесь быстрый, но тщательный обыск. Однако Лера знала, что люди в панике часто упускают очевидное. Она начала методично осматривать комнату, заглядывая под ковёр, проверяя вентиляционные решётки, постукивая по стенкам сейфа, который оказался пустым и открытым.

Денис в это время изучал разбросанные бумаги – в основном это были счета за коммуналку, рекламные буклеты, пустые бланки. Ничего ценного.

«Похоже, зря пришли,» – разочарованно пробормотал он.

«Не так быстро, – сказала Лера, останавливаясь у старого, массивного книжного шкафа. – Этот шкаф стоит неровно. Смотри.»

Одна ножка шкафа действительно была приподнята над полом на сантиметр. Лера попыталась сдвинуть его, но конструкция была тяжёлой. Денис помог, и вместе они отодвинули шкаф от стены. И там, в пыльной нише, лежала тонкая картонная папка с грифом «Совершенно секретно». Её явно в спешке засунули за шкаф и забыли.

Сердца забились чаще. Лера вскрыла папку. Внутри – не оригиналы, а фотокопии, но и этого было достаточно. Накладные на оборудование двойного назначения, спецификации, списки получателей с пометками, схема маршрутов через несколько стран и… самое главное – служебная записка с упоминанием фамилии и номера дела, которое велось в Москве. Записка была адресована некоему «А.В.К.» и содержала просьбу «ускорить решение вопроса по объекту 447-ТГ во избежание международного скандала». Подпись неразборчива, но стояла печать одного из силовых ведомств.

«Это оно, – выдохнула Лера. – Связь с Москвой. Конкретное лицо или группа. Этого достаточно, чтобы взорвать бомбу.»

«Но это копии. Их легко объявить фальшивкой.»

«Не если оригиналы существуют. И они должны быть. Эту папку спрятали как страховку. Значит, тот, кто это сделал, боялся, что его кинут. И, возможно, оригиналы он припрятал в другом месте.»

Они сфотографировали каждый документ на телефон, а саму папку взяли с собой. Было опасно оставлять её здесь – если её найдут те, кто ищет, они поймут, что кто-то был в офисе, и догадаются, кто именно.

Уже собираясь уходить, Лера услышала внизу скрип двери. Затем шаги – не один человек. Голос, приглушённый, но чёткий: «Проверьте второй этаж. Хозяин сказал, что могли что-то упустить.»

Они замерли. Выход через чёрный ход был отрезан. Оставалось только окно, выходящее на задний двор, но это был второй этаж.

«Окно, – прошептала Лера. – Спускаться по водосточной трубе.»

«Она не выдержит!»

«Выбора нет. Дай мне папку.»

Они бесшумно открыли окно. Ледяной воздух ударил в лицо. Внизу, метрах в трёх, был пристрой – плоская крыша какого-то сарая. Прыжок был рискованным, но возможным. Шаги на лестнице уже приближались.

Лера первой перелезла через подоконник, зажала папку под курткой и прыгнула. Приземление было жёстким, но она удержала равновесие, скатилась с крыши пристроки в сугроб. Денис прыгнул следом, справился хуже – подвернул ногу, но подавил стон.

В этот момент свет фонаря ударил в окно офиса, который они только что покинули. Послышалась ругань: «Окно открыто! Они здесь!»

Лера подняла Дениса, и они бросились бежать через двор, к забору. Сзади раздались крики, но погони сразу не последовало – видимо, пока спускались по лестнице. Этот выигрыш в несколько секунд был бесценен.

Они перелезли через забор, оказались на пустыре, а затем – в лабиринте тёмных переулков. Денис прихрамывал, но не сбавлял скорости. Через двадцать минут, убедившись, что за ними нет хвоста, они остановились в глухом проходе между гаражами.

«Нога?» – спросила Лера.

«Растяжение, кажется. Пройдёт. Главное – мы выбрались. И мы получили то, за чем пришли.»

Вернулись в гостиницу на рассвете, как призраки – бледные, заиндевевшие, но с огнём в глазах. Документы были в безопасности. Теперь их нужно было передать.

«Елена не возьмёт копии, – сказал Денис, когда они рассматривали фотографии на экране ноутбука. – Нужны оригиналы.»

«Оригиналы, скорее всего, в Москве. Или уничтожены. Но есть один человек, который может знать, где их искать.»

«Кто?»

«Тот самый «А.В.К.», которому адресована записка. Нужно выяснить, кто это.»

Лера снова погрузилась в интернет, используя все свои старые навыки и анонимные сети. «А.В.К.» – инициалы, номер дела, упоминание объекта 447-ТГ. Через час поисков по закрытым форумам и базам данных (доступ к которым у неё остался с прошлой жизни) она нашла совпадение. Андрей Владимирович Каменский. Заместитель начальника одного из департаментов министерства. Не самый крупный чин, но достаточно влиятельный, чтобы курировать такие вопросы. И, что важно, он был известен как «решала» сложных проблем.

«Вот он, – показала Лера Денису. – Наш человек в Москве. Если мы сможем доказать его связь со схемой, цепь замкнётся.»

«Но как? У нас нет доступа к нему.»

«Доступ не нужен. Нужен скандал. Если Елена опубликует эти документы с его именем, это создаст давление. А дальше – либо система сожрёт его, чтобы замести следы, либо он начнёт говорить, чтобы спасти себя. В любом случае, схема рухнет.»

Осталось самое сложное – передать документы Елене так, чтобы их не перехватили. Прямой контакт был исключён. Оставался только один способ – дроп. Место, где информацию можно оставить, а получатель заберёт её, когда будет безопасно.

Лера вспомнила про старый, заброшенный почтовый ящик в отделении связи, которое она использовала в прошлом. Ящик был арендован на подставное имя, но ключ от него у неё сохранился. Если опустить туда флешку с документами и сообщить Елене номер ящика через цепочку посредников, есть шанс, что она получит её.

План был сложным и ненадёжным, но лучшего не было. Они потратили весь день на подготовку: зашифровали файлы, записали их на три одинаковые флешки (одну – в ящик, две – как резервные копии, спрятанные в разных местах). Лера написала для Елены подробное письмо с объяснением, что к чему, и указанием на Каменского.

Вечером она отправилась к почтовому отделению одна. Денис остался в гостинице – на случай, если её схватят, чтобы у него был шанс скрыться с резервными копиями.

Отделение было закрыто, но ящики находились в круглосуточном зале. Лера, оглядевшись, быстро открыла нужный ящик, положила внутрь флешку и письмо, закрыла. Всё заняло не больше минуты. Затем она вышла и отправила заранее подготовленное сообщение через анонимный сервис на один из контактов Елены. В сообщении – только номер ящика и код для расшифровки файлов.

Дело было сделано. Теперь оставалось ждать. И надеяться, что Елена получит посылку раньше, чем её перехватят.

Возвращаясь в гостиницу, Лера чувствовала смесь облегчения и тревоги. Они сделали максимум возможного. Бросили вызов системе, вложив в него все свои ресурсы, всю свою смелость. Ответный удар мог последовать быстро и беспощадно.

Денис встретил её у двери.

– Всё нормально?

– Пока да. Передала. Теперь – ждать.

– А что будем делать, пока ждём?

– Прятаться. И быть готовыми ко всему.

Они сели у окна, смотря на темнеющий город. Где-то там, в этом городе и за его пределами, крутились шестерёнки механизма, который они попытались сломать. Было страшно. Но впервые за долгое время они чувствовали не бессилие, а свою силу. Они были маленькими людьми против огромной системы. Но у них была правда. И иногда, как они знали, правды бывает достаточно, чтобы изменить всё.

Ночь опустилась на город, холодная и тихая. Но в этой тишине уже зрела буря. И они были в её эпицентре.

Глава 15. Точка невозврата

Ожидание оказалось хуже действия. Первые сутки прошли в напряжённом безделье. Они не выходили из номера, питались припасёнными консервами, по очереди дежурили у окна. Лера почти не спала, её мысли крутились вокруг одного: получила ли Елена флешку? И если получила – решится ли она использовать материал? Ведь публикация означала бы открытую войну с очень влиятельными людьми.

Денис пытался отвлечься, разбирая и собирая снова свой рюкзак, проверяя снаряжение. Но и его нервы были на пределе. Каждый шорох в коридоре, каждый звук остановившейся у гостиницы машины заставлял вздрагивать и хвататься за баллончик.

На второй день ближе к вечеру Лера, мониторя новости через VPN, наткнулась на короткое сообщение на малоизвестном новостном агрегаторе. Заголовок гласил: «Источники: в деле о контрабанде фигурирует высокопоставленный чиновник Минобороны». В статье, написанной сухим, почти протокольным языком, упоминался «сотрудник департамента А.В.К.», причастный к «незаконному содействию в поставках». Фамилия Каменского не расшифровывалась, но инициалы и должность совпадали. Статья была подписана инициалами «Е.М.».

«Она сделала это, – прошептала Лера, показывая экран Денису. – Выпустила первый зонд. Пока без подробностей, но уже достаточно, чтобы начался переполох.»

«Значит, документы у неё. И она их использует.»

«Да. Но это только начало. Сейчас начнётся самое интересное.»

Они не ошиблись. Уже через час новость подхватили несколько телеграм-каналов, добавив деталей: «Речь идёт о схеме с участием иностранных компаний и подставных фирм». Комментарии пользователей пестрили предположениями, гневными откликами и, что было наиболее показательно, – активным удалением постов и блокировкой аккаунтов. Система начала реагировать.

К ночи напряжение достигло пика. Лера заметила, что на улице напротив гостиницы припарковался серый микроавтобус без номеров. Он простоял неподвижно уже больше часа. Это могло быть совпадением, но в их ситуации совпадений не бывало.

«Собираем вещи. Уходим, – сказала она, не отрываясь от окна. – Через чёрный ход, если он есть. Если нет – через окно на первом этаже в подсобке. Я проверяла – там решётка, но она старая.»

Они уже начали упаковываться, когда в коридоре раздались быстрые, тяжёлые шаги, а затем – стук в дверь соседнего номера. Голос, пытавшийся звучать официально: «Откройте, полиция!»

Лера и Денис замерли. Стук повторился, затем послышался звук взламываемого замка. Их очередь была следующей.

Они рванули к двери, но не вышли в коридор, а протиснулись в крошечный чулан для уборочного инвентаря, дверь в который Лера заметила ещё в первый день. Чулан пах хлоркой и сыростью. Они втиснулись внутрь, прикрыв за собой дверь, едва успели, как услышали, как их собственная дверь с грохотом поддаётся.

Прижавшись друг к другу в темноте, они слушали, как в номере обыскивают их вещи. Грубые голоса, ругань, звук падающей мебели.

«Чистыми ушли, – прозвучал один голос. – Но вещи здесь. Значит, близко. Обыскать весь этаж.»

Шаги удалились.

Они просидели в чулане ещё добрый час, пока шум не стих. Выйти было опасно – могли оставить дежурного. Лера осторожно приоткрыла дверь. Коридор был пуст, дверь в их номер распахнута, внутри царил хаос. Но людей не было видно.

«Они ушли, но могут вернуться с собаками или просто караулить снаружи, – прошептала Лера. – Нам нужно выбираться сейчас. Окно в подсобке – единственный шанс.»

Подсобка находилась в конце коридора. Дверь в неё, к счастью, не была заперта. Внутри, среди вёдер и швабр, было небольшое окно с решёткой. Решётка, как и предполагала Лера, крепилась ржавыми шурупами к прогнившей деревянной раме. Денис, используя монтировку из своего «тревожного» набора, выдернул шурупы почти бесшумно. Через минуту решётка отвалилась.

Окно выходило в узкий, тёмный переулок, заваленный снегом и мусором. Они вылезли по очереди, стараясь не оставлять следов. На улице было пусто. Микроавтобус стоял у главного входа, в салоне виднелся огонёк сигареты.

Они краем двора, прижимаясь к стенам, добрались до соседней улицы и затерялись в потоке редких прохожих. Идти было некуда. Все их укрытия были скомпрометированы или находились под наблюдением. Оставался только один вариант.

«В порт, – сказала Лера. – Там ночью много тени, много укрытий. И есть шанс… есть шанс найти то, что может стать нашим козырем.»

«Что?»

«Я думала об этом. Мы передали копии. Но если оригиналы документов где-то существуют, их могли не вывозить далеко. Что, если они здесь, в городе? В сейфе на одном из судов, связанных со схемой? Или в том же офисе, но в другом месте? Каменский – человек из Москвы. Он не стал бы держать всё у себя. Он бы оставил доказательства здесь, на месте, чтобы в случае чего свалить всё на местных. Значит, они здесь.»

Рассвет застал их на территории старого, полузаброшенного судоремонтного завода рядом с портом. Они устроились в пустом ангаре, среди ржавых корпусов и запчастей. Здесь было холодно, но относительно безопасно – место явно давно не посещали.

Лера, не в силах уснуть, снова полезла в интернет через последние проценты батареи телефона. Новости взорвались. Статья Елены, теперь уже с более смелыми выводами и ссылками на анонимные источники, разошлась по многим изданиям. В ответ официальные лица выступили с опровержениями, называя информацию «клеветой и провокацией». Но семя было посеяно. В социальных сетях начались обсуждения, требования расследования.

И тут Лера увидела то, чего не ожидала. Короткое сообщение от одного из телеграмм-каналов, специализирующегося на утечках: «По нашим данным, фигурант дела А.В.К. срочно вылетел в командировку в Архангельск. Официально – для инспекции. Неофициально – причины неизвестны.»

Каменский ехал сюда. Сейчас. Это могло означать только одно: он летел лично разбираться с ситуацией. Уничтожать следы. И, возможно, разбираться с источниками утечки – то есть с ними.

«Он будет здесь через несколько часов, – сказала Лера Денису, у которого наконец сомкнулись глаза. – Это наш шанс.»

Денис вздрогнул и сел. «Шанс? Это же самоубийство! Он прилетит в окружении охраны, его никто не подпустит.»

«Нас и не нужно к нему подпускать. Нужно, чтобы он сам вышел на то, что мы хотим найти. Если оригиналы документов здесь, он попытается их забрать или уничтожить. Мы можем проследить за ним. Узнать, куда он пойдёт. И быть там первыми.»

План был безумным до гениальности. Проследить за высокопоставленным чиновником, окружённым охраной, имея в распоряжении два баллончика и один почти разряженный телефон. Но другого выхода не было. Это была их последняя карта.

Они покинули ангар и направились в сторону аэропорта, точнее, к дороге, которая вела от него в город. Нашли укрытие на холме, откуда открывался вид на трассу. Лера помнила, что высокие гости обычно ездили не на обычных машинах, а на чёрных внедорожниках с тонировкой.

Их ожидание длилось недолго. Через три часа они увидели кортеж: два чёрных «Ленд Крузера» с мигалками, но без сирен, промчались по трассе в сторону центра города. Второй, скорее всего, был для охраны. Лера успела запомнить номер последней машины – не местный, московский.

Они спустились на трассу и пошли в сторону города, полагаясь на удачу и знание района. Лера предположила, что Каменский поедет не в гостиницу (слишком публично), а в какое-то закрытое, режимное место. Возможно, на тот же судоремонтный завод или в портовую зону, где были его интересы.

Их интуиция не подвела. Пройдя около пяти километров, они увидели припаркованные у ворот одного из закрытых портовых терминалов те самые «Ленд Крузеры». Терминал охранялся, но ворота были сейчас открыты для кортежа.

«Как попасть внутрь?» – прошептал Денис.

«Не попадать. Ждать снаружи и смотреть, куда он пойдёт дальше. Если он приехал за документами, он не задержится здесь надолго. И поедет к месту, где они спрятаны.»

Они укрылись за грудой старых покрышек в пятидесяти метрах от ворот. Минута, другая, десять… И вот, через сорок минут, кортеж выехал обратно и повернул не в сторону города, а вдоль портовой зоны, к дальним, заброшенным причалам.

Лера и Денис побежали параллельно дороге, прячась за складами. Бежать было трудно, но адреналин творил чудеса. Вдалеке они увидели, как машины остановились у одного из старых портовых складов – длинного, низкого здания из силикатного кирпича. Каменский и двое охранников вышли и скрылись внутри.

«Вот оно, – выдохнула Лера. – Документы здесь.»

«Что делаем?»

«Ждём. Он выйдет с папкой или с чемоданом. И тогда… тогда мы решим.»

Они притаились в тени соседнего склада. Было холодно, ноги коченели, но они не двигались. Прошло минут двадцать. И вот, наконец, Каменский вышел. Он нёс в руках не папку, а небольшой, жёсткий кейс. Охранники шли по бокам, внимательно осматриваясь.

Лера сжала руку Дениса. Это был момент истины. У них не было оружия, не было сил для борьбы с двумя профессионалами. Но у них было что-то другое – знание. И смелость отчаяния.

Она вышла из тени. Не скрываясь. Просто вышла и встала на пути маленькой группы, в двадцати метрах от машин.

Каменский остановился, охранники мгновенно приняли защитную стойку, руки потянулись к кобурам.

«Андрей Владимирович, – громко и чётко сказала Лера. – Мы можем поговорить? Без свидетелей.»

Лицо Каменского, сначала искажённое раздражением, стало изучающим. Он узнал в ней ту самую «проблему», которую не могли решить месяцами.

«Вы… наглость невероятная, – произнёс он тихо, но так, что слова были слышны. – Вы думаете, вы что-то можете мне предложить?»

«Не предложить. Напомнить. О том, что копии уже у журналистов. И что если с нами что-то случится, они будут опубликованы. А оригиналы… – она кивнула на кейс в его руке, – оригиналы станут вашим личным делом. Не делом системы, а именно вашим. И система, чтобы спасти себя, сожрёт вас с потрохами. Как она сожрала того человека в дублёнке.»

Она видела, как в его глазах мелькнул страх. Он был не просто бюрократом. Он был прагматиком. И прагматик понимал, когда шах и мат.

«Что вы хотите?» – спросил он, сделав едва заметный жест охранникам, чтобы те отступили на шаг.

«Мы хотим, чтобы правда стала известна. Вся правда. О схеме, о контрабанде, о том, кто за этим стоит. Чтобы виновные понесли наказание. А мы… мы хотим жить. Спокойно. Без оглядки.»

«Это невозможно. Слишком много людей замешано.»

«Тогда их имена тоже станут известны. Все. Мы передали не всё. У нас есть имена, номера счетов, маршруты. И они выйдут в свет, если мы исчезнем.»

Она блефовала. У них не было имён и счетов. Но Каменский не мог этого знать. Он видел перед собой двух измождённых, но опасных людей, которые уже несколько месяцев успешно ускользали от профессиональной охоты.

Он медленно опустил кейс на снег.

«И что вы предлагаете? Торг?»

«Не торг. Сделку. Вы даёт нам гарантии безопасности и неприкосновенности. А мы даём вам время. Время, чтобы уйти в тень, подготовить алиби, свалить всё на подчинённых. Как вы и планировали, наверное. И оригиналы документов… они могут бесследно исчезнуть. Например, в этой реке.»

Он смотрел на неё долго, оценивая. Потом кивнул.

«Гарантии я дать не могу. Но могу дать двадцать четыре часа. За это время вы исчезаете. А я… я делаю то, что должен был сделать давно. Чищу конюшни.»

«И документы?»

«Документы сгорят сегодня же. В моём присутствии.»

Лера поняла, что это максимум, на что он способен. Он не даст письменных обещаний, не станет союзником. Но он отступит. Чтобы спасти свою шкуру, он пожертвует схемой.

«Двадцать четыре часа, – согласилась она. – И мы исчезаем.»

«Советую вам это сделать. Потому что после этого срока я уже ни за что не отвечаю.»

Он поднял кейс, развернулся и пошёл к машине, не оглядываясь. Охранники последовали за ним. Через минуту кортеж уехал.

Лера и Денис стояли на пустынном причале, и только теперь дрожь, которую они сдерживали, вырвалась наружу.

«Ты думаешь, он сдержит слово?» – спросил Денис.

«На сутки – да. Потом… потом он постарается нас найти и устранить. Но за сутки можно уехать очень далеко.»

Они повернулись и пошли прочь от порта, к городу, к последнему в своей жизни поезду, который увезёт их из этого кошмара. Они не победили систему. Но они заставили её отступить. И этого, пожалуй, было достаточно.

На душе было пусто и странно спокойно. Битва закончилась. И они остались живы. А что будет дальше – покажет время. Главное, что это время у них теперь было.

Глава 16. Дорога в никуда

Двадцать четыре часа. Целые сутки, которые тянулись как миг и длились как вечность. Они стояли на промёрзшем причале, и ветер с реки, казалось, продувал их насквозь, но это было ничто по сравнению с ледяным холодом внутри – холодом после адреналина, после страха, после безумной ставки, которая, похоже, сработала.

«Двадцать четыре часа, – повторил Денис, и его голос прозвучал хрипло. – Куда мы за сутки денемся? Он же отдаст приказ на все вокзалы, на выезды из города…»

«Он отдаст приказ искать нас здесь, в Архангельске, – поправила его Лера, уже мысленно прокручивая варианты. – Но он дал нам время не из великодушия. Ему нужно самому замести следы, сжечь документы, подготовить версию. Он не будет тратить первые, самые важные часы на нас. Значит, у нас есть форы – часов двенадцать, может, меньше. За это время нужно быть уже далеко. Но не туда, куда все едут.»

Они побрели прочь от порта, к спальным районам на окраине. Ноги двигались сами по себе, а мысли лихорадочно искали выход. Юг? Москва, Питер – везде будут искать. Запад? Граница с Финляндией, Норвегией – усиленный контроль. Восток? Бескрайняя Сибирь, где можно затеряться, но куда нужно ещё добраться.

И тут Лера вспомнила. «Сергей говорил про знакомого, который переправляет людей в Финляндию. Нелегально. Это был наш запасной вариант.»

«Но это же требует времени, денег, подготовки…»

«У нас есть деньги?» – спросила Лера. За все эти месяцы они почти не тратили, копили на чёрный день.

Денис кивнул. «Есть. Небольшая сумма, но на билеты и первые дни хватит.»

«Тогда это наш шанс. Нужно связаться с Сергеем. Сейчас же.»

Они нашли уличный таксофон – чудом сохранившийся раритет. Лера набрала номер Сергея с одноразовой карты. Тот ответил не сразу, и в его голосе сквозила крайняя настороженность.

«Я слушаю.»

«Это мы. Нам нужна твоя помощь. Тот самый маршрут. Сегодня.»

На том конце провода повисла пауза. «Вы с ума сошли. Так не работают. Нужно время, чтобы…»

«У нас нет времени. Есть двенадцать часов максимум. Ты говорил, что у тебя есть контакты. Деньги есть. Сделай это.»