Федерация. Прапор

Сергей Тарасов

Федерация. Прапор

Глава 1

Июнь 2025 года.

Россия. Луганская Республика.

Зона Специальной военной операции[1].

Сумерки опустились на окружающую местность вместе с оглушительной тишиной, не стрекотали сверчки, напрочь отсутствовало пение птиц, даже ветер и тот взял паузу, лишь изредка, как будто нехотя, беспокоя верхушки деревьев в этом небольшом хвойном лесу, точнее тому, что от него осталось. Ещё недавно, он был полон звуков, жизни, работала артиллерия, играющая в кошки-мышки с противником, который упорно и раз за разом пытался её поймать, а она стремилась всячески этого избежать. Сейчас же все стремились забраться в свои блиндажи-берлоги и иные укрытия, дабы переждать ночь, когда будет властвовать БПЛА[2].

– Командир, нам обязательно ехать сейчас? – обычно спокойный Медведь, сейчас был зол, в гробу он видел эти ночные незапланированные поездки. – Позавчера ведь еле отбились от двух FPV[3], когда из города сюда заскакивали.

– Медведь, не бухти, я сам не в восторге от этого. Вот, возьми почитай, что мне тут написали.

Взяв протянутый ему телефон, Медведь начал читать, бормоча себе под нос: – Командиру роты БПЛА с позывным *****[4][вырезано цензурой]незамедлительно выдвинуться к головной базе подразделения в населённом пункте ********. Провести необходимые мероприятия по подготовке встречи высокого командования из штаба округа… – чем дальше читал Медведь, тем быстрее, как воздушный шарик, спускался накал его негодования.

– Растолкай Механа, пусть будет готов через 30 минут выезжать, и ещё, Медведь?

– Да?

– Выдвигаемся втроём, даст Бог, к следующей ночи вернёмся.

В назначенное время, с позиций, не включая фары, в кромешной тьме, выдвинулся УАЗ.

Движение по ночному лесу, где не было нормальных дорог, а были лишь направления, при постоянной опасности с воздуха, превращалось в опасную лотерею .

Механ, сидевший за рулём автомобиля, «на ощупь», вёл его вперёд, по пути, который знал, как свои пять пальцев, но нет-нет, на мгновение включал фары, чтобы снизить вероятность повстречаться с сосной или иным хвойным обитателем этого леса, коих в изобилии было понатыкано в каком-то безумно хаотичном порядке. Детектор БПЛА молчал, и сидевшему за пультом Медведю не понадобилось включать РЭБ[5].

Песчаная дорога из лесного массива сменилась свежим асфальтом. Его уложили буквально на днях, и Механ втопил педаль газа в пол, не забыв включить фары. УАЗ стремительно летел по улицам города ******* [вырезано цензурой], который, несмотря на то, что уже не находился в зоне поражения миномётов, ствольной артиллерии, но каждый день здесь сжигались машины, гибли военные и гражданские люди, после регулярных прилётов БПЛА противника.

Город остался позади, впереди был ещё один, в состоянии, не лучшем, чем предыдущего. Его уже объехали по объездной, чтобы не тратить лишнее время, и пройдя несколько блокпостов, благо с документами у них все было в порядке и помех движению в комендантский час не было, их УАЗ без проблем выбрался на равнинную местность.

Раньше здесь когда-то был лес, но война полностью его уничтожила.

Слева и справа были лишь жалкие остатки выгоревшего соснового леса. Всё это уже дорисовывало сознание Прапора, ведь едва ли узкий луч фар их автомобиля мог осветить весь масштаб катастрофы, свалившейся на эту землю.

Где-то там, вдали, стоят в ожидании, замершими истуканами ветряки и терриконы, образовавшиеся в процессе выработки угля.

От дальнейших мыслей Прапора отвлекли росчерки устремившихся в небо друг за другом двух ракет и последовавшие за этим две вспышки в небе. Сработало ПВО, возможно даже что-то сбили.

Взрывы произошли справа, на большой высоте, более точно трудно было сказать. Ночь была безлунной и взгляду попросту не за что было зацепиться. Прапор предположил, что объект не был слишком мелким и спустя 10-11 секунд до них дошёл звук взрыва, из-за которого Механ непроизвольно дёрнул руль влево, едва не опрокинув УАЗ на бок с последующим путешествием в кювет, но всё же сумел удержать машину и, выжимая последние лошадиные силы из двигателя стал набирать скорость.

– Механ, тормози! Это не по нам работают! – последовал приказ Прапора, и свист покрышек резко останавливающейся машины, пассажиры которой от резкого торможения подались вперёд. – Механ, ты нас когда-нибудь так угробишь.

А дальше, дальше началась дискотека…

ПВО продолжало свою работу. Выпустили ещё две ракеты.

Первая взорвалась, не долетев около 30 метров, снова на время осветив округу. Неизвестный борт озарился изумрудным светом, чем-то похожим на северное сияние.

И тут прилетела вторая ракета, попала точно. Очередной взрыв, но уже ближе к объекту, он не упал, хотя на его обшивке появилось пламя, затем он устремился в направлении УАЗа, снижая высоту и набирая скорость.

Быстро пересёк рубеж дороги, попутно обдав военных волной горячего воздуха.

После этого пошла очередная порция ракет. Всё происходящее в небе напоминало Прапору сильно рассерженный и потревоженный улей. ПВО-шники или встали не с той ноги, или не на шутку сильно разозлились.

Раз… три… пять… восемь ракет. Дальше уже можно было не считать. Всё внимание было сосредоточено на развернувшейся битве. Летело с разных направлений. Противник отстреливался, маневрировал, навстречу ракетам летели лучи необычайно ярких трассеров, которые сбивали подлетающие ракеты, а от некоторых ракет противнику удавалось увернуться, и ракеты, пролетев дальше, совершали самоподрыв, но противник не мог полностью избежать попаданий, три или четыре ракеты точно поразили врага, а возможно и больше.

Видимо, пилот решил сменить тактику, так как изменил траекторию и начал практически вертикальный набор высоты.

На горизонте показались новые ракеты, но сложилось впечатление, что работали чем-то другим… С300? С400?

Попали хорошо, два взрыва, объект на мгновение завис в одной точке, а затем огненный метеор устремился к земле.

Конечный пункт был недалеко от команды Прапора, которая к тому моменту уже покинула стоявшую на обочине машину, и во все глаза смотревшую за происходящими в небе событиями.

Сомнений в том, что стреляли по ВРАГУ у Прапора не было.

В нашей армии нет ни одного воздушного судна, способного выдержать такое количество попаданий, да и в ПВО не идиоты служат. Только что они за несколько минут выпустили около двух-трёх десятков ракет.

Это и близко не вертолёт, объект имел множество двигателей у основания и в «корме», чем-то напомнил Прапору самолёты вертикального взлёта, что когда-то применялись на авианосцах и ЭТА хреновина была здоровой!

– Прапор, посмотрим? – решил поинтересоваться Медведь, ему очень хотелось посмотреть, но последнее слово оставалось не за ним, а Механ, Механ уже давно свалил бы отсюда подальше.

– Да, жаль не сможем никому передать информацию, чёртовой связи, как всегда нет. Берём оружие, пойдём с ПНВ[6], фонари не включаем.

Место падения было относительно недалеко, около одного километра по прямой от дороги. Добирались минут пятнадцать-двадцать, и это ещё быстро, хорошо помогали ПНВ, пришлось обходить пару небольших водоёмов, «обосновавшихся» в низинах, глубину и содержание которых лучше не проверять.

А поваленные остатки леса и уже местами плотный, невысокий, колючий кустарник, скорости не прибавляли.

Также был велик риск переломать ноги в одном из окопов, траншей, воронок от взрывов или вовсе рухнуть в обвалившийся или разобранный блиндаж.

– Б… чёртов кустарник, как же он меня… – далее идёт непередаваемая игра слов в исполнении Медведя.

– Жрать надо меньше, глядишь, и цепляться к тебе ничего не будет. Всё, тишина, подходим. – сказал Прапор и перехватил Вал[7] в удобное положение, чтобы в любой момент быть готовым открыть стрельбу.

Прапор шёл в голове группы и его взору первым предстал пылающий огнём объект, частично ушедший в грунт.

Треугольной формы, 30–40 метров в длину и около 20–25 в ширину в зоне кормы. Аэродинамической формы, но крылья практически отсутствовали.

Корабль рухнул в широкий овраг, поэтому если не видеть момента падения, то находясь у дороги, точное место было бы сложно определить, хотя Прапор был уверен, что зарево от пожара без труда можно было увидеть издалека.

Всё, что могло гореть вокруг него, горело, но дальше этого пламя не перекидывалось, и при отсутствии ветра огонь не спешил распространяться в стороны.

Подобраться ближе 50 метров было невозможно, хотя и не очень-то и хотелось, вдруг этот корабль, так Прапор решил его называть, рванёт, СВО кровью приучило не подходить ко всему, что падает, а уж тем более горит или оставлено не тобой, относиться с разумным подозрением.

Тройка укрылась у самого края оврага, за поваленной сосной, не бог весть какое укрытие, но за неимением иного, сойдёт и такое.

Вид на происходящее внизу был отличным.

Корабль имел два источника огня. Спереди, где у нормальных самолётов располагается кабина пилота, которую просто снесло одним из попаданий, это место не только горело, но и обильно искрило.

А вторым источником была пробоина по левому борту, почти у самой кормы, очень близко к кормовым двигателям.

Через это место вытекала и горела синяя жидкость, растекаясь, вокруг, как лава из жерла пробудившегося вулкана.

Даже находясь на почтительном расстоянии, жар стоял неимоверный.

– Командир, что это за хрень? – впервые с начала всех событий Механ подал свой голос, а ведь его и в обычное время не заткнуть, а тут будто воды в рот набрал.

– Нашёл о чём спрашивать, я сам впервые вижу такое. – Прапору очень хотелось закурить, что он и сделал, достав и закурив сигарету, по-прежнему находясь в укрытии.

Однозначно, они не были единственными, кто видел воздушный бой и это место будут искать, Прапор ожидал прибытия представительной делегации, но как скоро их найдут, вот в чём вопрос.

– Нам бы сейчас спутниковый телефон. – сказал Механ и глубоко вздохнул.

– Размечтался, скажи спасибо, что ушли от бафиков[8] на нормальные радиостанции. Так, нечего рассиживаться. – ответил Прапор и подведя итог своим размышлениям решил не тратить и дальше своё время.

Ведь не будь этих событий, они бы уже приближались бы к базе.

– Мы с Медведем остаёмся здесь, а ты дуй к машине и гони к ближайшему блокпосту, тут ехать всего-то минут 15-20. Там передашь всё, что тут произошло, по возможности, если там будет связь, сообщи «нашим», что у нас появились непредвиденные обстоятельства, опоздаем. Потом возвращайся назад. Связь будем держать по рации. Все. Иди. – отдал последние указания Прапор.

Механ отвернулся, проверил снаряжение, которое разболталось за время их путешествия, и опустив ПНВ на глаза устремился в темноту, выполнять приказ.

Неожиданно со стороны корабля раздался грохот, смешанный со скрипом. Часть его борта свалилась вниз и была чем-то похожа на опустившуюся аппарель, только эта не опустилась плавно, а свалилась вниз, разбрасывая из-под себя синюю «лаву».

В открывшемся провале также полыхало пламя, а спустя мгновение из него вырвалась фигура, объятая огнём.

Она сбежала вниз и у самого края аппарели сделала длинный прыжок, почти перепрыгнув образовавшееся озеро «синей лавы», но не хватило совсем немного.

Одна нога всё-таки угодила в «лаву» и вспыхнула, как спичка, едва прикоснувшись к нему.

Фигура продолжила движение и упала на землю, перекатилась вперёд, погасила пламя на своей одежде, попыталась встать и прыгать вверх по склону, но снова упала и уже поползла вперёд, в сторону засевших в укрытии и медленно удаляясь от корабля. Вторая нога врага отсутствовала до самого колена, её как кошка слизало пламя.

Прапор с Медведем взяли противника на прицел, сняли оружие с предохранителя, но огонь пока не открывали.

Выбившаяся из сил фигура, облачённая то ли в скафандр, то ли какой-то костюм, уже с трудом ползла наверх и скорость её подъёма стремительно снижался, таким темпом наверх ему не выбраться.

Треск ломающихся ветвей и топот, будто сквозь лес мчался здоровенный лось, раздался позади команды, и они едва не нажали спусковой крючок на оружии.

Но это был не лось… Из кустарника выскочил Механ.

– Механ! Какого х… лешего ты тут делаешь, я тебе что сказал делать, твою мать, ты где должен быть?

– Командир, я так и делал, вдруг услышал грохот, решил, что что-то случилось и Вам понадобилась помощь. – сказал Механ и потупил ошалелый взгляд.

Всё это Прапор не видел, а уже чувствовал спиной, лишь на секунду отвлёкшись на прибытие подчинённого и снова продолжив наблюдение за происходящим в овраге.

– Рация тебе на что, болван, если бы понадобилась твоя помощь, я бы тебя вызвал.

– Прапор, посмотреть бы, кто это, может быть он ещё живой, а то ведь может сгореть, даже костей не останется, – подал свой голос Медведь и он был прав, озеро, пусть и неспешно, всё же расширяло свой огненный капкан, а температура медленно, но неуклонно поднималась.

– Да… согласен, сейчас попробуем вытащить. Механ, прикрываешь нас. Медведь, спускаемся. Механ, только не пристрели нас.

Медведь и Прапор начали спуск вниз. Разойдясь в стороны, уйдя с линии огня Механа.

Края оврага были песчаными и довольно крутыми. Температура росла, по мере спуска, но оставалась терпимой, на уровне хорошей русской бани.

К тому моменту, когда они добрались до цели, тело лежало на месте, уткнувшись «лицом» в землю и уже не двигалось. Не было понятно, жив он или уже нет.

– Медведь, переверни его. – сказал Прапор, чуть смещаясь и беря противника на прицел.

– Горячий скотина, даже сквозь перчатки руки обжигает. – недовольно проворчал Медведь.

У перевёрнутого тела не было видно лица, шлем чем-то схожий со шлемом лётчиков, только этот, казалось наглухо был соединён с основной частью костюма, только если на летчиках он сидел, как мешок, то здесь он имел рельефные очертания.

Части левой ноги не было, теперь она начиналась с колена, где присутствовал опалённый кусок мяса, сочащийся кровью, и красного цвета.

Больше ничего не было, за что можно было визуально зацепиться, да и не было времени. Жар усиливался.

– Командир, что будем с ним делать?

– Что и собирались, вытаскивать, что же ещё. – ответил Прапор и уже в рацию сказал. – Механ, спускайся, поможешь Медведю вытащить эту тушу.

– Принял. – ответили по рации, и вот уже вниз устремился резвый Механ.

У них были с собой компактные сетчатые носилки, и не сильно церемонясь, они поместили на них груз, закрепили его, и взявшись с одной стороны, потащили вперёд.

Так начался их подъём наверх. В броне, с оружием, обливаясь потом, они постепенно затаскивали носилки вверх.

Прапор бы и рад был помочь товарищам, однако у него не так давно был рецидив со спиной, пришлось две недели провести в горизонтальном положении на позициях и руководить подразделением в таком состоянии.

Поэтому он старался без лишней необходимости не тревожить спину, если только от этого не зависела его жизнь или жизнь его товарищей.

На подъём ушло в три раза больше времени, чем на спуск.

Поднявшись наверх, приземлились на облюбовавшуюся ранее сосну и, тяжело дыша, от души приложились к своим флягам.

– Прапор, я не хочу повторять этот квест, он тяжёлый, собака, а тут ведь ещё и не хилый подъём, хотя по нему не скажешь, ощущение, будто сотню весит, без ноги, – подал первым свой голос Медведь. – Что дальше будем делать?

– Хотите его тащить до машины? Думаю, нет. Поэтому сейчас отдыхаете десять минут, а уже потом Механ отправится совершить вторую попытку выполнить мой предыдущий приказ, хотя возможно это даже и не понадобится. Я не удивлюсь, если возле нашей машины уже кто-то есть из тех, кто двигался мимо или тех, кто целенаправленно искал место падения. Эти варианты будут для нас даже удобнее. Ну и готовимся писать бумажки, я так думаю, мурыжить нас с вами будут не один день, так что запланированный отпуск откладывается.

– Ну ё-моё, командир, а я себе участок под дом присмотрел, думал, если понравится, то приобрести.

– Медведь, ты уже полтора года его ищешь и никак не можешь купить, успеешь ты себе построить берлогу, война ещё не закончилась. Ты видишь её конец? Я лично не вижу, и ты, наверняка тоже. Отдохнули? Всё, Механ, хватит рассиживаться, вперёд и брось заниматься самодеятельностью, тебе нахрена рация дадена и на плечи голова посажена…

Шипение рации прервало монолог Прапора, а в чистом небе стал нарастать гул. Он приближался, и Прапор поймал себя на мысли, что почти точно также звучал упавший корабль, конечно этот был несколько тише, но он мог и ошибаться…

Над кораблём, в нескольких сотнях метров появилось странное марево, сквозь которое искажалось звёздное небо, и судя по всему оно и являлось источником звука.

Вниз устремились потоки воздуха и пламя, окружавшее корабль, разгорелось с новой силой.

Это последнее, что запомнил Прапор, перед тем как наступила тьма и сознание покинуло его.

[1] В дальнейшем сокращенно зона СВО

[2] БПЛА – беспилотный летательный аппарат

[3]FPV – беспилотник, управляемый с помощью специальных очков или шлема

[4] В дальнейшем командир будет именоваться «Прапор»

[5] РЭБ – это средство радиоэлектронной борьбы

[6] ПНВ – прибор ночного видения. (в данном случае крепится на шлем)

[7] Вал – бесшумный автомат, предназначенный для поражения целей в условиях, требующих ведения бесшумной и беспламенной стрельбы

[8] Радиостанция Баофенг – дешевая радиостанция с незащищенными каналами связи, которую легко может прослушивать противник.

Глава 2

Солнечная система.

За два дня до событий, произошедших на Земле.

Покой космического пространства в этой части вселенной был нарушен выходом корабля из гиперпространственного прыжка. Выпрыгнув, он какое-то время двигался по инерции, а затем стремительно ускоряясь взял свой путь к центру системы. На чёрно-сером борту корабля выцветшими, когда-то белоснежными, но уже бог весть когда утратившими прежний лоск буквами, было написано «Анти»[1].

В рубке Васкес принимал доклады со всех постов, куда он пинками загнал своих подчинённых.

– Капитан, навигационная система сканирует пространство, пока всё в порядке, выпрыгнули в запланированной точке. – докладывал первый пилот, которого звали Фенрис, в то время как второй управлял кораблем.

– На радарах чисто, щит поднят, переведен на максимум, ракетные установки, турели и орудия противокорабельной обороны[2] готовы к бою. – последовал доклад от оператора, который управлял бортовым вооружением, отвечал за защитные системы корабля и также за обнаружение противника в космическом пространстве.

– Капитан, двигатели в норме, реактор работает штатно. – доложили по связи техники, что находились на другом конце корабля, поближе к своему основному и самому главному хозяйству.

– Старпом, что у тебя?

– Шеф, экипажи челноков и разведчика заняли свои места, готовы к вылету. Абордажная команда готова к отражению атаки.

– Проявляли недовольство?

– Немного, старички из команды Роуда пытались возмущаться, но он сам с этим разобрался, мне не пришлось вмешиваться.

– А у Крайтара?

– У новичка всё в порядке, хотя, мне кажется, не стоило брать его в команду.

– Опять ты за своё, Рок? В ССП[3] он был штурмовиком, и если он дожил до момента попадания к нам в команду, то не стоит сомневаться в нём. Тем более, что мне его порекомендовал Гаусмен, а я ему доверяю, так что закрываем эту тему.

Единственным, кто не доложился, был Винс, опять витающий где-то в облаках в медицинском отсеке.

– Винс?! Ты там живой? – решил на всякий случай, уточнить капитан.

– Да, да, капитан, извините, отвлекся, очень интересный труд Галенов по биоинженерии… – начал оправдываться медик, но был прерван криком.

– Идиот! Ещё раз подобное повторится, и читать будешь в открытом космосе, где тебя никто не будет отвлекать! – проорал по общему каналу связи Васкес, хорошенько выпустив пар.

– Ладно, раз всё спокойно, то сделаем так. Роуд, Крайтар, вашим людям отбой, пусть занимаются своими делами. Все остальные трудятся согласно вахтенному графику. А ты Рок, бери техников и ещё раз тщательно проверь челноки, они нам скоро понадобятся.

– Хорошо, капитан. – Рок решил не злить лишний раз капитана и его грузная и массивная фигура, облачённая в чёрную форму, скрылась по направлению к ангарам, соседствующим с реакторным отсеком, где поблизости ютились техники, Барри и Чу.

Все члены корабля носили форму чёрного цвета, поверх которой надевались боевые костюмы или силовая броня, имевшие некоторые отличия в моделях и характеристиках, в зависимости от специфики работы и назначения. И это снаряжение каждый себе приобретал сам.

Пилоты старались брать костюмы или броню с усилением реакции и взаимодействия с интерфейсом корабля. Наличие нейросети было важным фактором для работы с силовой броней и различными интерфейсами, без неё эффект был уже не таким.

Техники ориентировались на опции взаимодействия с техникой, частично они были схожи с пилотским, но имели ряд отличий.

Штурмовики носили усиленные боевые костюмы или более мощные силовые доспехи. В каких-то были усилители для работы с тяжёлым вооружением, в каких-то скорость реакции, а где-то и вовсе и того и другого. Отдельные модели могли иметь силовой щит, ёмкость которого была сильно ограничена. Это лишь малая часть того, что могло встретиться на космических просторах.

– Фенрис, сколько нам осталось лететь до спутника?

– Двенадцать часов, капитан!

– Понял, сообщите мне, как будем подлетать, я буду у себя.

Обратная сторона Луны.

12 часов спустя.

Инструктаж, как всегда проводился в кают-компании, после того, как предварительно удалили всех, для кого озвученная на нём информация будет лишней.

В зале, за небольшим столом, остались четверо.

Старпом занял место рядом с капитаном. Роуд с Крайтаром разместились напротив. Роуд и Крайтар были практически одного возраста, но по внешним признакам этого так не скажешь.

Крайтар имел типичную для представителей ССП внешность, светло-коричневую кожу, коротко стриженые русые волосы, зелёные глаза, широкий и массивный торс, машина, а не человек.

Роуд был прямой его противоположностью. Бледный. Всё лицо в шрамах и со следами ожогов, которые он давно мог удалить в медицинском отсеке, но по каким-то своим причинам не делал этого. Сквозь обезображенное лицо на всех проницательно смотрели серые, с лёгкой синевой глаза. Длинные серые волосы, убранные в хвост. Сухой, поджарый и на полголовы ниже Крайтара.

В центре вращалась голограмма планеты, на которой должна была проводиться операция.

– Итак, господа, перед вами планета, местные называют её Земля. Для Роуда и Рока это уже знакомое место. Пятнадцать циклов[4] назад они уже посещали её. В этот раз у нас будут некоторые изменения. Наши местные «партнеры» в предыдущий раз посоветовали расширить сотрудничество и дать возможность ещё одному участнику присоединиться. Я был не против, поэтому на голограмме вы можете заметить две точки. Рок, ты связался с посредниками?

– Да, капитан. Ещё на подлёте к спутнику, я сообщил им о нашем прибытии и мной был получен ответ, что всё готово и в указанное время они готовы прибыть на место.

– Есть что-то, что мы ещё должны знать? – решил поинтересоваться Крайтар, после чего получил укоризненный взгляд от Роуда, недвусмысленно говорящий: «Ну ты-то куда лезешь, когда спросят, тогда и будешь говорить».

– Да. – сказал Рок, и не обратив внимания на новичка продолжил. – Вторая «новая» сторона сообщила, что у них идут незначительные боевые действия с повстанцами и просили проявить осторожность. Также на орбите болтается много космического мусора, с момента последнего посещения его стало заметно больше.

– Понятно… – сказал Васкес и задумался, пока остальные молчаливо ждали его решения. – Роуд, полетишь в ту же точку, куда летал и в предыдущий раз. Крайтар, ты со своими отправляешься к «новичкам». У старпома возьмете переводчики, общаются только старшие члены команд. Прилетели, загрузили на месте «груз», выгрузили то, что мы для них приготовили, это также получите у старпома. И ещё Рок, пусть будет готов корабль-разведчик, на случай непредвиденных обстоятельств и передай пилотам координаты их точек. Вылетаем через 23 часа.

Ангар корабля, из которого только что стартовали два устремившихся к планете космических челнока, представлял собой переделанный когда-то давно грузовой отсек, за счёт которого расширили пространство ангара, в изначальной версии корабль класса «малый транспортник» производства ССП, доставшийся капитану, имел куда более скромные возможности. Сейчас, при желании, «Анти» мог вместить на свой борт с десяток истребителей.