Жизнь до востребования

Сергей Сидоров

Жизнь до востребования

Глава 1

(почти-Земля, начало)

Из помещения раздавались странные рулады: то ли осложнённый страшным отёком храп, то ли… другого рода звуки. Было похоже, что кто-то пытался таким необычным способом изобразить некую мелодию. Переосмыслить, так сказать, идею горлового пения. «Весело у них тут!» – подумал я, не решаясь постучать. Номера на двери не оказалось, но я почему-то был абсолютно уверен, что пришёл по адресу. В агентстве предупредили: пакет должен быть обязательно передан в руки адресата. Какое-то время я стоял, переминаясь с ноги на ногу. А потом плюнул

Потянувшись к косяку, обнаружил, что звонка там нет, а принятое за таковой оказалось грубо вылепленным глазом. И этот глаз двигался, наблюдая за приближающейся к нему рукой…

Издав звук, подозрительно похожий на доносившиеся из квартиры, я испуганно отскочил к стене напротив. «Хорошие дела! Мы так не договаривались!» – мелькнула в голове очень понятная сейчас мысль. Понятная, конечно, но совершенно неуместная – ни о чём у нас в агентстве не договариваются заранее. Просто потому, что это бессмысленно. Никто точно не знает, что тебя ожидает. Главное – выполнить заказ. А уж там – как кривая вывезет.

Звуки тем временем прекратились (что уже неплохо), но рядом с глазом возникло ещё и ухо. Качество снова было так себе, но обсудить эту свежую мысль было не с кем.

«Пакет? Ну заходи!» – донеслось из квартиры, будто из огромной трубы. Дверь с издевательским скрипом приоткрылась. Придётся входить (внутри что-то предательски дрогнуло), без росписи заказ не закроют.

Протопав через тёмную прихожую к двери напротив, я попал в помещение, освещённое камином и свечами. Углы терялись в тени, которая подозрительно шевелилась. В комнате обнаружилась странная компания: на комоде, болтая ногами, сидела девушка, одетая в строгий деловой костюм; в углу – прямо на полу – развалился здоровый бугай в стёганой безрукавке и шароварах, босой; а в кресле у стола удобно расположился какой-то странный тигро-лев непонятной, будто смазанной, расцветки. Сидел себе, закинув ногу на ногу, и барабанил когтями по столу, выбивая ритм какой-то лихой мелодии…

«Ваще капец!» – возмутился я сам себе, но виду постарался не подавать: рейтинги, понимаешь, сами себя не поднимут. К тому же сегодня заканчивается испытательный срок, и завтра меня должны были перевести в основной штат агентства. «Потерплю, – решил я, – а потом забуду, как страшный сон.»

Дамочка продолжала придирчиво буравить меня взглядом, бугай смачно чесал волосатую грудь – ага, банальные штампы и тут не соврали. А вот руку (то есть, лапу) неожиданно протянул именно этот странный пере-кот в роговых очках, сдвинутых на совсем не кошачий нос… Да и не лев теперь это был, а странный тип в бордово-чёрном махровом халате и тех самых очках на вполне породистом носе.

Приближаться не хотелось, и я протянул руку с пакетом в надежде, что всё как-нибудь само сложится. Дамочка теперь смотрела на меня с ироничным любопытством, не делая, впрочем, попытки хоть чем-то помочь. Чертыхнувшись про себя (мужчина недовольно поморщился), я уже решил было подойти ближе, но тут пакет вырвался из моей руки и повис перед этим вальяжным сибаритом зажопинского разлива.

Подзатыльник был вполне реальным и полновесным – в ушах зазвенело, и я невольно просеменил пару шагов вперёд. Оглянувшись, никого за спиной я, впрочем, не увидел, а удивился на этот раз уже не так сильно, как раньше.

Получатель задумчиво рассматривал покачивающийся в воздухе стандартный пакет класса «А», но открывать его не спешил.

– А ты чьих будешь-то, мил-человек? – сипло пробасил бугай, цепко стрельнув на меня маленькими глазками. – Мы вроде ничего не заказывали.

Все промолчали, а бугай продолжал острить:

– Может, ты, Сюся? – преувеличенно удивился он в сторону дамочки.

– Сам ты Сюся, дубина!

Она пренебрежительно передёрнула плечиком и добавила, обращаясь к халату:

– Вашество, ты бы не спешил это открывать – мало ли чего. Хлюпик-то вроде чистый, но странно всё это.

«За хлюпика ответишь!» – хотел возмутиться я, но счёл за лучшее не возникать. «Вот и правильно», – смеялись глаза дамочки, смотревшие, однако, на главного в… теперь уже не халате, а в коротко стриженной меховой безрукавке и странной шапке с узорчатой оторочкой. Мягкие кожаные сапоги, бордовая атласная рубаха, все дела… Фиг с ней, с отметкой, выбраться бы отсюда целым – уже хорошо.

– Не егози, малец, не обидим. Если только… – бугай ухмыльнулся и глубокомысленно замолчал.

Главный, вроде, не подавал никакого сигнала, но все обернулись к нему.

– Думается мне, коллеги, что наш приятный отдых подошёл к концу. Можно, конечно, сделать вид, что мы ничего не получали, но вы же понимаете, что так просто отвязаться не получится?

Даже я догадался, что вопрос риторический, но бугай с умным видом закивал.

– Задержись пока, юноша, – сказал вожак, не глядя на меня, и сделал небрежный жест ухоженной сильной рукой.

Пакет раскрылся с недовольным треском. Изнутри потёк плотный искрящийся дым, сложившийся в пугающий горящий символ, похожий на сложный иероглиф.

Бугай крякнул, дамочка коротко вздохнула, и только вожак даже бровью не повёл. Но вроде не двигаясь, подобрался так, что стал ощутимо опасным.

Дверь с тем же противным звуком и громким стуком захлопнулась. Никто, кроме меня, на неё не оглянулся, завороженно уставившись на странный символ.

Символ? Когда мой взгляд вернулся на то место, где что-то… кажется…

Будто лёгкий ветерок подул сквозь меня, и я остался в комнате один, не понимая, что тут делаю…

Глава 2

Полторы-две вечности (ну может, чуть меньше) я простоял с абсолютно пустой головой, пялясь на голые стены с облупившейся штукатуркой, на разобранный местами деревянный пол, на облезлую оконную раму с разбитыми стёклами… Я находился в каком-то заброшенном здании и совершенно не помнил, как тут оказался. И главное – зачем…

Обернувшись на смутно знакомый скрип открывающейся двери, я уставился на вошедшую девушку в джинсах с модными дырками и пушистой кофте. В её присутствии я начал что-то смутно припоминать. Заказ… пакет… агентство…

– С агентством всё, забудь, – подтвердила она мои опасения. – Да и вряд ли бы ты нашёл его теперь. В один конец они тебя отправляли, глупенького.

Взгляд был всё тот же – острый, внимательный, держащий как на привязи.

– Пойдёшь с нами. Молчи и не дёргайся. Понимаю, что ты не при делах, но рисковать нам сейчас никак нельзя. Лучше не спорь и делай то, что скажут – тогда проблем не будет, – коротко, по-деловому проговорила она, глядя на меня с ноткой жалости. «Очень лёгкой ноткой», – всплыло в сознании на фоне смеющихся глаз.

– Всё, пошли. Мы и так тут задержались.

Девушка вышла за дверь, и ноги сами понесли меня за ней.

Заросший пустырь, кучи строительного мусора. И как только меня сюда занесло?! Тело двигалось совершенно без моего участия, и можно было спокойно обдумывать новое незавидное положение.

Но думать не хотелось. Внутри теплилась надежда, что сейчас этот страшный сон закончится, и всё станет как раньше. Зацепившись ногой о кусок ржавой арматуры, я полетел на кучу битого кирпича, но на полпути был остановлен сильной рукой моей конвоирши.

Держала легко, будто котёнка, и от этого стало немного обидно. Встряхнув, как тряпку, она поставила меня на ноги, и теперь задумчиво разглядывала, словно решая, как лучше съесть.

– Так, пойдёшь сам, но держись точно за мной, старайся ступать след в след. Тут уже недалеко. – Её слова звучали в голове протяжно, с затухающим эхом.

Самому идти было привычнее, тем более, что я и так был совершенно уверен: нужно догонять мою спутницу, быстро шагавшую к какой-то арке, частично скрытой в плотном, будто нарисованном тумане.

Зашли мы под эту арку…, а вышли уже в зимний лес, припорошенный недавно выпавшим снегом. «Холодно, блин!» – храбро возмутился я про себя.

В маленькой рощице у костра находились смутно знакомые люди: бугай в мохнатой меховой шубе и статный молодой мужчина в бордово-коричневой одежде и прекрасно выделанной кожаной накидке на коротком плотном меху. «Дорогая, наверное», – подумал я машинально.

Заметив, что я одет совсем не по сезону, вожак мотнул головой – мне в лицо полетела какая-то тряпка, похожая на покрывало. Но это оказался вполне приличный тёплый плащ, в который я тут же закутался и придвинулся поближе к огню. Странное беспамятство окончательно прошло, и я с интересом разглядывал мир вокруг и моих новых знакомых. Главный выглядел теперь совсем по-человечески. Он сидел, о чём-то глубоко задумавшись, и почти не обращал внимания на окружающих. Над вытащенными из костра углями жарилось мясо, и у меня тут же заурчало в животе. Заметила это только девушка, теперь тоже одетая по-зимнему, и сунула мне горячий кусок на сухой лепёшке.

Я немного успокоился, сообразив, что пока со мной ничего плохого не сделают. Иначе зачем же переводить на меня еду? Быстро справившись со своей порцией, я стал осторожно поглядывать по сторонам. Бугай сидел на куске войлока, привалившись спиной к дереву, и спал, иногда всхрапывая. Девушка поглядывала на вожака, стараясь его не отвлекать. Смотрела с уважением, но так, словно жалела, да помочь не могла.

Вожак вздохнул и в упор посмотрел на меня.

– Рассказывай: кто послал, где забирал пакет? Ничего не упускай, даже если это кажется неважным.

Я растерялся, но попытался припомнить прошедший день. Мысли ускользали и путались, но постепенно мне удалось восстановить примерную картину.

– Ну, пришёл в агентство… часам к двум, вроде… Да, в коридорах никого не было, но я списал это на обед, у них там плавающий график. На выдаче сидел странный тип, раньше его не было. Глаза в реестр, бурчит что-то невнятное. Подтолкнул ко мне пакет, сунул ведомость – ну, я и пошёл. Удивился, что пакет один, но там была срочная доставка класса «А», я и не подумал ничего…

– Как выглядел человек на выдаче?

– Да не помню, плывёт всё.

– Сул, помоги. – Он коротко кивнул девушке.

Та неохотно (нагрела место) поднялась и встала сзади меня.

В голове прошелестело, из обрывков воспоминаний стали складываться цельные понятные образы. Слабо освещённый коридор, везде пыль (куда только уборщица смотрит?), взгляд на ботинки: «Даа… Отжили, похоже, своё.» (Мысленный тычок: «Не отвлекайся!») Тип за конторкой и правда странный: сгорбленный какой-то и суетливый. На крысу похож: вытянутое вперёд лицо, редкие кривые зубы, усы торчат пучками… Нагнулся над ведомостью – волосы жесткие, похожие на шерсть, на макушке завитки странные, будто в обоих направлениях закручиваются…

– Вот! – Вожак хлопнул себя по колену. – Значит, опять повылазили из своих поганых нор…

Девушка убрала руку от моего виска и подскочила к вожаку.

– Арт, это же… Неужели опять?! – Она немного помолчала и добавила уже спокойнее:

– Что будем теперь делать? Если это они спустили на нас заргов, мы так просто не оторвёмся.

– Эти не отстанут. – Мужчина, названный Артом, кивнул. – Болта пока не буди, разобраться нужно сперва, потом расскажем.

Он искоса глянул на спящего бугая.

– Этому?! – пренебрежительно фыркнула девушка. – Он же первый нас и сдаст, чтобы спасти свою шкуру. Не стоит пока ничего ему рассказывать.

– Может, ты и права. Но боец он сильный и может нам пригодиться. Правда, если они пустили за нами всю стаю, а не отдельное звено, это нам всё равно не поможет. Бой сейчас принимать нельзя.

Он надолго замолчал, но потом вскинул глаза, явно вспомнив что-то важное, и медленно, будто пробуя слова на вкус, проговорил:

– Нужно возвращаться на территорию Торгового Союза. Это собьёт их со следа, и даст нам время подготовиться.

– Нет! Мы же едва вырвались оттуда живыми! Нас наверняка ещё ищут.

– Именно поэтому. Гракксы точно не ожидают от нас таких действий – ведь очевидно, что они гонят нас на Пустоши, где негде будет спрятаться.

– Всё это правильно, но как же не хочется опять соваться в пасть Гарроту! Ты же сам говорил, что мы вырвались только чудом.

– Говорил, и сейчас так считаю. Но другого выхода нет. Если нас преследует полная стая, – а допускать мы должны именно это – то шансов скрыться от них на окраинах у нас практически нет. Только потеряем силы и время, а спастись всё равно не сможем.

– Как же бесит эта твоя постоянная правота! Я не хочу возвращаться, но крыть твои аргументы нечем, – девушка нахохлилась под своей накидкой и обиженно замолчала.

Заметно было, что она готова смириться с неизбежным, но нравиться оно ей больше от этого не стало. Арт понимающе улыбнулся и сказал:

– Болту говорим только то, что необходимо в текущей ситуации, незачем его пугать заранее.

«А меня, значит, можно!» – возмутился я про себя.

– Ты, парень, – тяжёлый взгляд будто прижимал к земле, – либо будешь умным, молчаливым и живым, либо болтливым и брошенным на съеденье заргам. Понимаю, что ты попал сюда не по своей воле, но теперь выбора нет – выжить ты сможешь только вместе с нами. Постарайся не путаться под ногами и выполняй всё, что тебе говорят.

– Быстро и буквально выполняй! – выпалила девушка, довольная, что можно сорвать на ком-то раздражение от своей беспомощности. – Если попытаешься что-нибудь выкинуть, лично скормлю тебя этим бестиям!

Я быстро закивал и замотал головой одновременно. Вышло это и вправду довольно комично – неудивительно, что оба они рассмеялись. Но мрачное напряжение было разрушено – хоть чем-то получилось помочь этим странным, но вроде неплохим людям. Может, ещё и пронесёт, и я смогу вернуться в свой понятный и уютный мир.

Перестав смеяться, они посмотрели на меня с сожалением.

– Нет, парень, – проговорил, наконец, Арт. – Вернуться у тебя не получится. Может быть – пока, а может быть, и совсем. Похоже, ты серьёзно влип. В твой мир отсюда нет пути. И чем больше мы будем бегать, тем меньше у тебя шансов.

– Как тебя хоть звать-то? – спросила девушка сочувственно.

– Никита… А что же мне теперь делать?

– Ник, значит, – постановил Арт и кивнул, будто вставив меня в какую-то свою ячейку.

– Привыкай, – девушка весело мне подмигнула. – Мы тоже не по своей воле тут оказались. Глядишь, подучишься – и станешь даже полезным.

– Становиться полезным приятнее, конечно, чем быть съедобным, но лучше бы вы вернули меня домой, – я немного оправился и даже нашёл в себе силы шутить.

– Всё, закончили прения! – Арт снова хлопнул ладонью по колену и встал, потягиваясь. – Устраивайтесь спать, завтра рано тронемся в путь.

Глава 3

Непривычный к ночёвкам у костра, я совсем не выспался, продрог и был даже рад, когда меня растолкал Болт – пусть грубо, но вовремя. От холода и переживаний я всё равно не мог спать. Мысли метались, не находя привычных ориентиров: получается, я попал в какой-то другой мир с волшебниками и чудовищами. Как в дурацком фильме для детей. От самой этой идеи перехватывало дыхание, и сердце колотилось как угорелое. В книжках я читал про такое, но чтоб вот так, самому… В голове подобное не укладывалось, но какая-то часть меня, похоже, ничего странного в произошедшем не видела и приняла как должное. Только это и спасало меня от истерики и сумасшедшего дома. «Вероятно, психика таким образом защищается от перегрузок», – возникла непривычная мысль. Я старался не думать о невозможности вернуться домой – это бы окончательно меня добило.

Нельзя сказать, что идея о путешествиях по другим мирам вызывала у меня какое-то отторжение. Скорее наоборот – всё внутри замирало от самого этого допущения, но тревожила неожиданность и быстрота событий. И окончательность… Я никак не мог принять случившееся как часть своей жизни, хоть и желал этого всей душой. Соседка Аврора Карловна, психолог со стажем в две мои недолгие жизни, всё бы мне доходчиво объяснила. Вот только её рядом не было. Придётся постигать на практике. Если успею, конечно. Розовых пони вокруг как-то не наблюдалось, зато присутствовали зарги, о которых даже думать не хотелось. Вся надежда на этих непонятных людей, скачущих по мирам как ни в чём не бывало. Пора было выплывать из привычной рефлексии к беспощадной реальности, как сказала бы Аврора Карловна. Да и сапожищи здоровяка были тому хорошим основанием.

Арт был уже одет и сидел, задумчиво глядя на разгорающуюся зарю на восходе. Тёплую накидку он сменил на грубый походный плащ неопределённого серо-бурого цвета и теперь чем-то даже походил на Болта: на том была плотная куртка с капюшоном, навевающая зябкие мысли о штормах и вьюгах. На девушке оказались тёплые шерстяные штаны, мягкие сапожки и меховая куртка. Заметно было, что за внешним видом она старалась следить.

Оправдываясь больше перед собой, она объяснила:

– Здешний мир не позволяет придумывать себе одежду по вкусу – приходится обходиться тем, что есть.

– И тащить всё на себе, – ехидно добавил Болт, носком сапога указывая мне на груду собранных припасов и амуниции. – Понесёшь часть снаряжения, хоть какая-то польза от тебя будет.

– Болт, не увлекайся сильно, парень непривычен к такой жизни. Как бы его самого ещё ни пришлось тащить. Не загружай его сверх меры.

Здоровяк поворчал, но всё же навьючил большую часть на себя. На мою долю осталось спальное снаряжение и посуда – тоже немало, меня с непривычки покачивало под этим грузом.

– Всё, двинулись, – скомандовал Арт и первым отправился по тропе, идущей немного в гору.

Как они ориентировались во всех этих порталах и тайных путях, я даже не пытался понять – заведомо пустое занятие. Моей главной задачей было следовать за Болтом и не сильно отставать, чтобы не выслушивать окриков здоровяка и ехидных подтруниваний девушки, которая держалась обычно немного позади, часто с тревогой оглядываясь на оставляемые за спиной бесконечные дороги, рощи и невысокие горные перевалы. Я мало что запомнил из этой безумной гонки, отнимающей все мои силы, только с завистью посматривал на своих спутников, которые шагали себе и шагали, будто не замечая бесконечные пройденные поприща.

Где-то через неделю я заметил, что груз стал не так тяжёл, как раньше, а процесс переставления ног уже не занимал всё моё внимание. Оставались даже силы глазеть по сторонам. А природа вокруг была замечательная! Как в сказке, где добро обязательно побеждает зло, и все живут долго и счастливо… Мысли опять вернулись к загнанным куда-то глубоко терзаниям о невозможности попасть в мой родной мир. Я ничего не мог изменить в сложившейся ситуации, но воспоминания о прошлой жизни были тем спасательным кругом, что позволял мне не потонуть в потоках невероятных событий. Даже незначительные мелочи казались важными и ценными, и я хранил их, как некий талисман.

Перевалы и метели закончились, и теперь мы шли через цветущие луга и тенистые рощи. Многие растения были почти привычного мне вида, но попадавшиеся иногда заросли с огромными цветами, источающими пряный аромат, а также папоротники выше моего роста поражали воображение и несколько примиряли с тяготами путешествия. Было не просто тепло, а иногда откровенно жарко. Но «жар костей не ломит» – это мнение я разделял полностью.

Надоевшую солонину засунули подальше, Суэла (она сообщила мне своё имя, что я счёл обнадёживающим) или Арт иногда охотились и приносили к костру много вкусного и сочного. Несмотря на нагрузку в пути (а возможно, и благодаря ей), я изрядно отъелся и окреп. И скоро, надеюсь, даже перестану походить на того хлюпика, обидную метку которого я не мог забыть (да, да, Суэла). Живи и радуйся, одним словом. Я так точно радовался. Совершенно не хотелось выяснять, кто такие эти зарги и чем они опасны.

Мои спутники скинули напряжение и больше теперь шутили, успокаивая меня своим видом и доказывая, что прежние опасности позади.

Вот не надо было болтать языком! Даже мысленно.

Арт внезапно присел и поднял вверх сжатый кулак. Бухнувшаяся в траву девушка потянула меня за собой – да так резко, что шмякнула о землю, выбив весь воздух из груди. Виновато глянула и прижала палец к губам. Болта не было видно – здоровый, а поди ж ты!

Невдалеке по дороге ехал отряд всадников. Не быстро ехал, но и не мешкая. Крайние вертели головами – аж ветер поднялся.

«А ведь это они нас ищут!» – промелькнула догадка. Хорошо, что Арт шёл впереди, я бы точно прошляпил.

– Как узнали, паршивцы? – прошипела рядом Суэла, сжав кулачки.

Патруль проехал мимо, и наш отряд незаметно прыснул под защиту подлеска.

Болт беззвучно двигал губами, вытаращив глаза, но держался в тени деревьев и не забывал зыркать по сторонам.

– Рано… – прошептал Арт и нахмурился. – Мы же специально кругом шли.

– Думаешь, это нас? – Сул испуганно зажала рот рукой. – Мы ещё даже не подошли к границам Союза. Земли здесь ничейные, порталов рядом нет.

– Именно поэтому, – пояснил Арт. – Если заметят нас здесь, бежать будет некуда. Им явно кто-то подсказал, и я даже догадываюсь кто.

– Гаррот? Он же думает, что мы ещё бежим, сверкая пятками.

– Желание отомстить заставляет шевелить мозгами. И этот его колдун…

Тени эмоций пробегали по лицу Арта, делая его старше и суровее, чем я привык видеть.

– Что будем делать? – Болт притих и больше не пытался язвить.

– Ждать. Думать. Зайдём поглубже в лес и переждём до темноты. Идти теперь будем только ночью. Придётся потерпеть – днём отоспитесь.

Болт и Суэла проявили редкое единодушие, скорчив недовольные мины. Но перебежками двинулись вглубь леса. На корточках, перебирая руками, я поспешил следом. Пару раз сунувшись носом в землю под тяжестью поклажи, всё же встал и побежал за ними, стараясь не шуметь.

Глава 4

С охотой решили повременить, поэтому порции урезали, и в ход опять пошли солонина и лепёшки. Хорошо хоть тепло было и относительно сухо – Арт запретил разжигать огонь даже для приготовления пищи. Тут и Суэла не стала ворчать – все понимали, что запах дыма выдаст нас куда вернее, чем поднятые шумом птицы. С пернатыми, кстати, что-то сделал Арт – даже с похожими на наших ворон крикливыми отродьями, так надоедавшими мне прежде. Они будто преследовали нас и норовили пролететь рядом так, чтобы напугать или заставить сторониться. Неприятные твари, тут даже вороны стали казаться родными и почти нормальными. Но сейчас этой шумной свиты и след простыл. Испугались, наверное, каких-то своих врагов, внушённых нашими магами. А возможно, Арт их просто попросил – с него станется.

Вот собаки меня, признаться, беспокоили. Княжич рассказывал, что в здешних местах также использовали разных животных в подобных целях. «Но нам этого можно не бояться», – успокоил меня Арт и кивнул на девушку. Та рассмеялась, предвкушая развлечение, и пояснила: «Они будут чуять наш запах сразу везде, кроме тех мест, где мы будем. Ох, и набегаются!» Правда, добавила, что такой трюк не сработает, если в погоне будет участвовать сильный колдун. Эти способны были находить человека по мысленному следу и по отпечатку на ткани пространства. «Но такого мы сами учуем не хуже твоей собаки», – самоуверенно заявила она. Арт тогда нахмурился и промолчал, и опасения на сей счёт у меня остались.

Со временем я стал отмечать, что моё восприятие и образ мыслей довольно сильно менялись, когда мы переходили из одного мира в другой. Я начинал понимать окружающие меня вещи и явления так, будто знал их давным-давно. Какая-то часть меня не страшилась неожиданного окружения, а словно наслаждалась и довольно щурилась, как сытый ленивый кот. Но тут же пропадала, стоило начать следить за этим моим внутренним жителем.

Суэла сначала удивилась, когда я ей об этом рассказал, а потом принялась пристально меня рассматривать, будто глядя сквозь внешнюю оболочку на что-то скрытое в глубине. «Странно… Но так и есть: ты теперь совсем не тот, что вышел с нами из своего мрачного мира. Будто бы старше и … глубже. У нас так происходит с магами или ведунами, но за тобой я раньше таких способностей не замечала. Надо показать тебя знающим людям – может, что и подскажут.» Я обрадовался и испугался одновременно. Представить себя неким тайным ведуном было заманчиво, но немного страшно.

Арт

«Значит, Сул тоже заметила», – кивнул я сам себе, наблюдая краем внимания за их разговором. Возможно, и не зря мы тащим парня за собой. За простоватой внешностью скрывается некая тайна, неведомая ему самому.

Я начал чувствовать это давно, но не придал значения, списав на узы контроля, наложенные нашей чародейкой. Да и постоянное давление погони не оставляло времени на подобные – как мне тогда казалось – мелочи.

После рассказа Сул о странностях Ника, запрятанных где-то в глубине, под покровными слоями привычек и рефлексов личности его мира, я стал приглядываться к парню более внимательно и обнаружил странную вещь: его способности спонтанно проявлялись в критических ситуациях и тут же прятались обратно, не позволяя определить их суть и источник.