Отряд "ГМО": Герои трех миров

— Я в библиотеке, — послышался голос маслины в динамике.

— Прекрасно. Ученые там?

— Да, я проследила за ними. Всех ученых сначала по одному заводят в отдельный кабинет — видимо, к кому-то из главных, — а потом отправляют в компьютерный зал. Зачем — пока неизвестно.

— Любопытно. Полагаю, с Кислицким поступили точно так же?

— Кажется, да. Я слышала, как охрана его обсуждала. Есть план, как вызволить нашего профессора. Нужна твоя помощь.

— Я к твоим услу… — Бенедикт замолчал на полуслове, потому что увидел на мониторе нечто странное. Тревожное. Нечто такое, что могло прямо сейчас завершить миссию сокрушительным провалом. Проведя двумя пальцами по монитору, детектив приблизил картинку с камеры и прищурился. Глаза его не обманывали: внизу был Чад. Он вышел через парадную дверь главного корпуса и неторопливо направился в сторону библиотеки.

Рассредоточив на секунду взгляд, Бенедикт заметил в отражении монитора свое бледно-зеленое лицо. “Сейчас его увидят, и всему конец”, — пронеслось в голове детектива, но он тут же отмел эти мысли и постарался вернуть самообладание.

— У тебя там все в порядке? — спросила Пуля.

— Не вполне, — лишь коротко ответил детектив, все еще не готовый однозначно оценить происходящее.

Присмотревшись к изображению еще раз, Бенедикт понял, что на Чаде висит черный бронежилет, а огромную красную голову с сомнительным успехом скрывает треснувшая в нескольких местах по швам балаклава. Он выглядел так, будто пытался замаскироваться под одного из бандитов, но такая маскировка и ребенка навряд ли могла обмануть. Впрочем, о наблюдательности бандитов Бенедикт судить не спешил, учитывая все то, что произошло ранее.

— Чад, как слышишь меня? — сказал Бенедикт, поворачивая регулятор передатчика, чтобы найти лучшую частоту. Очевидно, снаружи здания сигнал должен был проходить без помех, но стоило подстраховаться.

— Вот теперь другое дело, детектив! — отозвался перец. — Слышу тебя так, будто ты идешь рядом со мной!

— Отлично. Но рядом с тобой и правда кто-то идет. — Бенедикт взял в фокус камеры грузного арбуза в синей рубашке, который шел перед перцем и, казалось, едва переставлял ноги от страха. — Позволь поинтересоваться: что у тебя происходит? Почему ты в таком виде и куда направляешься?

— Да не переживай, все путем. Со мной профессор-химик. И мы идем за Кислицким.

— Вы идете… прости, что? Я, кажется, ослышался.

— Говорю же, не напрягайся, у меня есть план.

Бенедикт вздохнул, снял шляпу и положил ее на соседнее сидение, отметив про себя, что планы по отклонению от главного плана становятся обыденностью. И к этому, судя по всему, придется привыкнуть в компании столь неординарных напарников.

— Внимательно слушаю.

Глава 8. Под землей

Двое вооруженных бандитов невозмутимо глядели на арбуза и перца сквозь прорези в балаклавах.

— Ну, чего встал? — сказал один из них арбузу и махнул дулом автомата в сторону двери компьютерного зала. — Шагай внутрь.

Арбуз, дрожа от страха, робко двинулся вперед. Второй охранник не сводил глаз с Чада.

— Мне нужен Кислицкий, — произнес перец, когда арбуз скрылся за дверью.

Второй охранник недоуменно переспросил.

— Кислицкий, — повторил Чад, — его сюда минут пять назад привели. Такой… — перец хотел описать профессора, но вдруг понял, что не имеет ни малейшего представления, как он выглядит, — … ученый, короче.

Охранники переглянулись.

— Тебе он на кой сдался? — произнес первый, покосившись на дверь в компьютерный кабинет, которая только что приоткрылась сама по себе, словно от сквозняка. Однако Чад, стоявший лицом к двери, успел заметить, что это был вовсе не сквозняк. Охранник толкнул дверь ногой обратно и та захлопнулась. Перец же воспользовался замешательством:

— Сказано отвести его обратно в корпус, там… с ним позже поговорят отдельно.

— Кто сказал? — во взгляде второго охранника сверкнуло недоверие.

— Ну… наш главный, — пожал плечами Чад.

— Да? — охранник вразвалку подошел к Чаду вплотную так, что оказался прямо на уровне его груди, и уставился вверх, пытаясь заглянуть перцу в глаза. — Что-то я тебя не помню, дылда.

Чад снова лишь беззаботно пожал плечами. Первый охранник у двери передернул затвор автомата, второй же — не унимался:

— А если я сейчас прошу у него сам, а? Как думаешь, услышу то же самое?

— Я думаю, что тебе лучше не лезть к нему сейчас с вопросами, — ухмыльнулся Чад, — Он очень сильно занят.

Перец знал, о чем говорил, ведь минуту назад он вместе с арбузом был в кабинете того самого “главного”. Слива в сером строгом костюме важно сидел за столом и вглядывался в монитор ноутбука, когда они вошли. Естественно, он не был готов к появлению очередного ученого, ведь он еще не посылал за арбузом, но Чад не дал сливе возможности выказать негодование. Теперь “главный” действительно был занят — тщетными попытками отвязать себя от кресла или хотя бы вынуть кляп изо рта. Ни о том, ни о другом бандиты, конечно, еще не догадывались, но по глазам первого из них было понятно, что фраза Чада заставила его занервничать.

— Не, ну, если хочешь, — Чад махнул рукой в сторону кабинета из которого недавно вывел арбуза, — можем вместе пойти и спросить.

— Ладно, — не выдержал второй охранник и отступил, а затем распорядился, чтобы второй вывел Кислицкого.

Вскоре из компьютерного зала вышел низенький зеленый крыжовник в белом халате лабораторного работника. Остановившись за порогом, он сквозь толстые линзы очков с любопытством оглядел перца с ног до головы. Профессор явно впервые видел плодвощ такой внушительной комплекции — Чад превосходил его по росту примерно в два с половиной раза.

Перец молча кивнул в сторону, указывая Кислицкому на выход из библиотеки, но ученый оказался не силен в языке жестов и лишь стал растерянно озираться.

— Вперед, — сказал охранник у двери и толкнул профессора к перцу. В этот момент за спиной охранника снова что-то промелькнуло, но теперь это заметил не только Чад. В коридоре рядом послышался скрип, словно резиновая подошва проскользнула по гладкому полу.

— Я проверю, — сказал охранник с автоматом второму и направился туда, откуда послышался звук.

Перец же повел профессора на выход.

***

— Чад, у тебя и вправду получилось, — сказал Бенедикт, наблюдая сверху за двумя точками, покидающими библиотечное крыло, — Признаюсь честно, я недооценивал твой план.

— Я же говорил, все схвачено. Заберешь профессора? Или я могу сам его к тебе поднять. Ты смотри, мне не трудно.

— Лучше без этого. Вас сразу заметят в воздухе, если ты взлетишь. Я опущусь к вам.

— Ну а твоя махина разве не поднимет шума, когда сядешь?

— Поднимет, ты прав, — Бенедикт легонько поворачивал штурвал, чтобы направить фургон к месту посадки на крыше главного корпуса, из которого уже почти не шел дым, — Но бандитам потребуется время, чтобы распознать источник этого шума. Вы с маслиной к этому моменту уже будете в серверной. Впрочем, ты и без того оставил немало следов. Скоро бандиты поднимут тревогу, когда обнаружат своих связанных и обезоруженных напарников, — Бенедикт плавно потянул рычаг рядом с коробкой передач, и фургон начал снижаться, — Так что нам всем надо поспешить.

— Ну, оно и понятно, — сказал Чад, приближаясь к главному корпусу, — Ладно, встретимся на крыше. Только не садись, пока я не разберусь с тамошней охраной.

Передав Кислицкого Бенедикту, Чад воспользовался тем, что бандиты переполошились из-за странного гула на крыше и незаметно облетел главный учебный корпус сзади, а затем направился обратно в библиотеку. Ему предстояло встретиться с Пулей.

***

Невысокая девушка в обтягивающем черном комбинезоне с капюшоном стояла у двери подземного лифта внутри библиотечного крыла. Из-за угла послышался шорох. Девушка обернулась, и из-под капюшона выбился черный локон, который она быстрым движением заправила обратно. На секунду насторожилась, прислушавшись, но тут же поняла, что опасности нет.

Она шепнула в сторону коридора:

— Чад, это ты?

Из-за угла показалась короткостриженная макушка блондина, за ней появились темные очки, а потом и сам их обладатель — крупный, в ярко-зеленом супергеройском костюме, больше напоминавшем спортивный, с маленьким плащом позади.

— Н-да, шпион из тебя вышел бы никудышный, — прошептала девушка, скептически окинув парня взглядом, — Как тебя только до сих пор не поймали?

Чад покосился на двух человек, лежащих на полу. Это были охранники.

— Ты что, их…

— Т-с-с, они без сознания. Пошли.

Пуля приложила карточку пропуска к считывателю, и металлическая дверь медленно отъехала в сторону. Блестящая кабина лифта внутри на первый взгляд не выделялась ничем примечательным: широкое зеркало на стене, на полу — шершавое темно-серое покрытие, а у входа — панель с кнопками. Всего четыре этажа: первый, второй, третий и нулевой, где обычно располагались библиотечные склады.

— И на какой нам этаж? — спросил супергерой, озадаченно глядя на панель.

— На минус пятый.

— Чего? Тут же нет такого…

Пуля наклонилась к панели, чтобы разглядеть ее поближе, затем набрала какую-то комбинацию из кнопок и подозвала Чада, чтобы тот помог зажать несколько одновременно. Двери закрылись и лифт медленно двинулся вниз.

Чад вопросительно посмотрел на напарницу.

— Это в шпионской школе таким штучкам учат?

— Нет, просто Бенедикт нашел зашифрованный код в документах, — усмехнулась девушка в черном.

Лифт двигался очень медленно, и супергерою показалось, что возникла неловкая пауза, которую он поспешил заполнить первым, что пришло в голову.

— А я тебя видел, кстати!

Шпионка покосилась на Чада, подняв бровь.

— Ну, там, возле компов, — пояснил Суперчел, — Ловко ты обошла этих двоих!

— Спасибо. Ты отвлек их очень вовремя, — Пуле приходилось переступать через себя, чтобы хвалить того, кто и без похвалы думает о себе слишком много, — И да, об этом: успела кое-что узнать у ученых. Мы перекинулись всего парой фраз с одним из тех, кто работал в компьютерном зале. Похоже, их там заставляли решать какие-то задачи, используя мощности серверов.

— Серверов? Это тех самых? Которые мы едем отключать?

Девушка кивнула и добавила:

— Надо спешить. Не знаю, что бандиты там вычисляют, но нельзя им позволить получить эту информацию.

Лифт остановился и звякнул электронным сигналом. На табло горела цифра “-5”. Выходя из кабины, Чад, как бы невзначай, бросил: “А еще нас скоро хватятся”.

Внизу царила мертвенная тишина, в которую шпионка тут же невольно попыталась вслушаться, но ничего не услышала, кроме тихого жужжания неисправной лампы на потолке вдалеке.

Двое человек осторожно двигались по нерационально широкому коридору со стерильно-белыми стенами, и чем дальше они шли, тем меньше им казалось, что они здесь встретят хоть кого-то. И в столь гнетущей обстановке было трудно определить, успокаивала ли эта мысль.

Наконец, в тупике за одним из поворотов показалась массивная механическая дверь. Ее вид явно говорил о том, что за ней находится серверная. Или нечто подобное.

Замок с системой сканирования отпечатков пальцев негостеприимно помигивал красным.

Выдра вынула из кармашка на ремне небольшой черный футляр размером со спичечный коробок, погрузила в него большой палец, а затем поднесла лапу к сканеру. Панель замка замигала желтым — система сканировала отпечаток. Пес напряженно наблюдал за происходящим, не имея ни малейшего понятия, что пытается сделать Пуля. Для шпионки же этот момент длился вечно: “сработает или нет?”. Она не знала. Далеко позади, в глубине коридоров послышался тихий гул поднимающегося лифта — кто-то вызвал его наверху.

— Ну, давай же, — пробормотала выдра. Сейчас она в мыслях была как никогда близка к тому, чтобы воплотить план отступления, который она уже десятки раз за операцию прокручивала в голове на случай провала.

Через пару секунд из динамика на панели замка раздался короткий мелодичный звук, а желтый огонек, наконец, сменился зеленым. Бронированные створки двери почти беззвучно разъехались и перед выдрой и псом предстала полумрачная комната, в которой бесконечно вширь и вглубь стройными шеренгами стояли темные силуэты прямоугольных серверных шкафов.

— Как ты это сделала? — спросил Чад, и тут же догадался. — Опять детектив подсказал, да?

— Нет, — сказала выдра, оголив клык в легкой ухмылке, — шпионские штучки. Успела взять отпечатки у профессора в компьютерном зале, — пояснила она, но Чад уже потерял интерес к разговору — он озирался по сторонам.

— Как-то тихо тут, да? — сказал пес, ступая вглубь серверной, где на передвижной тумбе с колесиками стоял единственный в помещении ноутбук.

— Это странно, — сказала выдра почти про себя.

— Ну, нам же легче — никто не помешает, — пожал плечами Чад.

— Нет-нет, тут что-то явно не так, — сказала выдра, уже не скрывая тревоги, — Сервера отключены. Почему они отключены? Это ведь мы должны были…

В этот момент под потолком вспыхнул ослепительно яркий свет, который тут же сменился мигающим темно-красным. На дверь позади зверей с грохотом опустился бронированный защитный экран. Завыла сирена. По серверной прокатился эхом чей-то хохот.

«Вы думали, я не узнаю, что вы здесь? Сама наивность. И это герои? Надежда мира? Смешно».

Пуля и Чад встали спиной к спине, готовые отразить любую атаку, но из-за эха, сирены и мигающего света невозможно было понять, откуда ждать опасности.

«Ну что, герои… готовы героически принять свое поражение?»

— Кто ты? Покажись! — крикнула выдра.

— А ну, выходи сюда, я тебе усы-то понакручу! — подхватил Суперпес.

Экран ноутбука на тумбе посреди серверной загорелся, и на нем появилось лицо: черная ягода с зеленым зубчатым воротом из листьев, торчащих кверху. Она заливалась надменным смехом. Перец и маслина тут же узнали того, кто с ними говорил.

— Вы в ловушке, — произнес Бекар, — Бежать некуда. Как говорит наша доблестная полиция: "сопротивление бесполезно". Протокол безопасности уже запущен. А с ним и кое-какой сюрприз от меня.

— Я проверю двери, ты — обследуй стены и потолок, — скомандовала маслина.

Теперь она поняла. Лифт уехал наверх не для того, чтобы кто-то спустился, а для того, чтобы не поднялись они. Сети были расставлены с самого начала, но она не заметила. Как она могла позволить себе такую невнимательность? Винить себя не было времени. Нужно было искать выход.

Голос из ноутбука продолжал:

— Можете так не суетиться. Через минуту здесь не будет ни вас, ни техники, ни даже моего изображения. Тринитротолуол, знаете ли, эффективная вещь. И весьма эффектная. Жаль под землей этого фейерверка никто не увидит.

Поиск запасных выходов не принес результатов. Все кругом было заблокировано — даже вентиляция. Чад молотил кулаками по дверям, но броня не поддавалась ни на миллиметр.

— Не стоит расстраиваться. Ведь я, в сущности, сделал работу за вас. Вы же хотели отключить сервера, не так ли? Что ж, миссия выполнена, поздравляю! Они мне больше не нужны. Я получил, что хотел. Пусть эта мысль скрасит вашу безвестную гибель.

Изображение на экране сменилось тридцатисекундным таймером с обратным отсчетом, но голос никуда не исчез. Теперь он лишь повторял: «Тик-так, тик-так, тик-так…».

— Похоже, нам и правда отсюда не выбраться, — сказала Пуля.

Чад ударил последний раз и уперся головой в дверь.

Внезапно воздух возле них заискрился. Сначала появилась маленькая светящаяся точка, как бенгальский огонек, затем она начала вращаться, образуя круг все больше и больше. Наконец, кольцо раздулось в полный плодвощной рост и в нем показалась вытянутая фигура со шляпой-федорой на макушке.

— Ну, что-то вы тут совсем в унынии, — улыбнулся Бенедикт, выходя из портала. Перец и маслина таращились на него с изумлением.

— Прошу, — огурец жестом пригласил внутрь. Члены отряда поспешили нырнуть в кольцо, которое сомкнулось, едва последний перешагнул на другую сторону.

Запись 5.06.20ХХ

Привет.

Устала на вчерашней тренировке. Все болит. Когда встала с кровати утром, ноги подкосились, ударилась о дверь. Даже двигаться тяжело. Чуть не опоздала на пары.

Скоро все пройдет. Знаю, мне нельзя быть слабой. Я не подведу его.

Глава 9. Тайны института

Маслина озиралась в недоумении, все еще не в силах поверить, что стоит посреди фургона.

— Это… это что было? — обратилась она к огурцу, который что-то подкручивал в приборчике, похожем на высокотехнологичную лупу.

Бенедикт поднял взгляд и пожал плечами.

— Пришлось научиться кое-чему в ваше отсутствие. Профессор помог настроить ПУП и подтвердил мои догадки относительно названия.

Только сейчас маслина заметила, что кроме них с Чадом и Бенедиктом в фургоне находится еще один плодвощ. Крыжовник, скромно сидевший в дальнем углу кузова на лавочке, робко кивнул в знак приветствия.

— Портальное устройство портативное, — продолжал Бенедикт, снова сосредоточившись на лупе со светящимися кнопками, — Новейший прототип.

— Круто! — отозвался Чад, который, кажется, был слишком взволнован все это время, чтобы говорить. — Это как в том фильме, — как его, — Космические врата, во! Там тоже были порталы!

— Безумие, — тихо произнесла маслина, — Я догадывалась, что ведутся секретные разработки чего-то подобного, но чтобы они зашли так далеко…

— Получается, мы этого гада теперь достанем в два счета! — не унимался перец. — Мы же можем попасть, куда захотим, да?

— Не совсем, — покачал головой Бенедикт, все еще что-то подкручивая и переключая на рукоятке ПУПа, — Чтобы открыть портал, нужно ввести точные координаты. Перспектива отправиться в космос или на дно океана из-за ошибки в расчетах звучит крайне непрельстительно, не так ли?

Чад нахмурился и задумчиво кивнул, будто понял, о чем говорит огурец.

— Попасть в корпуса института помогли чертежи зданий. Координаты убежища, куда мы с профессором отправили заложников, передал штаб. Поэтому, даже если мы прямо сейчас узнаем, где прячется Бекар, нам понадобятся более точные данные, чтобы оказаться рядом с ним, — Бенедикт нажал большую синюю кнопку на рукоятке ПУПа, и в фургоне стало заметно тише. Только теперь все поняли, что пространство вокруг все это время наполнял негромкий электронный писк, — А еще у ПУПа кончился заряд. Но профессор знает способ его восполнить. Нам только понадобится время.

Кислицкий, услышав это, энергично закивал:

— Да-да, требуется небольшая модификация, всего лишь дополнительный аккумулятор. На работу уйдет день… может, меньше.

Энтузиазм, только что горевший на лице Чада, потихоньку угасал и сменялся злостью. Ему хотелось прямо сейчас взять реванш за унизительное поражение в недрах институтских лабораторий.

— Ясно, — лишь вздохнул он, пытаясь удержать себя в руках, — Ну и чего теперь делать будем?

Маслина уже знала ответ, потому что сама об этом думала.

— Свяжемся со штабом, доложим, что миссия выполнена. А дальше…

— Есть еще кое-что, — остановил ее огурец и на секунду замолк, будто собираясь с мыслями, — Помните… — он обвел взглядом маслину и перца, — помните, как генерал замешкался, когда озвучивал наше задание? Там, в штабе. Помните, как изменилось его лицо в этот момент?

Чад и Пуля переглянулись и лишь пожали плечами.

— Он что-то прочел в документе на столе, — произнес Бенедикт многозначительно, — В документе, которого там не должно было быть. Я сидел близко, и мне не составило труда прочесть, что было написано в заголовке. Это был список текущих разработок института.

Маслина скептически подняла бровь.

— И в этом списке явно содержались нечто намного более серьезное, чем портальное устройство, — наконец, подытожил Бенедикт.

— Даже представить боюсь, — усмехнулась Пуля, — Что там еще? Вечный двигатель? Машина времени?

В тоне маслины промелькнула ирония, но затем ее лицо вдруг стало серьезным и задумчивым, будто она что-то вспомнила.

— Не знаю, что это, но оно явно находится в Кормвельском институте. Генерал хотел отправить нас туда, а затем внезапно передумал. Пока не могу найти причин, почему он это сделал, — Бенедикт вновь остановился, задумавшись, — но, возможно, если мы попадем туда…

— Хочешь сказать, — произнесла Пуля тихо, опережая мысли Бенедикта, — мы должны сами прилететь в Кормвель? Без приказа?

Бенедикт нахмурился и вздохнул.

— Я лишь допускаю, что генерал мог принять решение, основанное не на логике, а на неких эмоциях. А они, в свою очередь, могут повлиять на нашу главную миссию: остановить Бекара.

Пуля беспокойно ходила взад-вперед по кузову фургона, обдумывая сказанное Бенедиктом. Чад же, утомленный сложной беседой, развалился в водительском кресле фургона.

Внезапно мониторы в кузове вспыхнули — на них появилось широкое зеленое лицо кабачка в квадратных очках.

— ГМО, — послышался голос из динамиков, — вас вызывает генерал Икрари. Доложите обстановку.

Бенедикт подошел к одному из мониторов, нажал на кнопку “принять вызов” и выдал генералу краткий отчет о частично выполненной миссии.

— Принято. Хорошая работа, ГМО. Кислицкий не пострадал… как и никто из заложников, а это главное. Теперь у вас новая миссия. Бекар хочет подорвать одну из химических фабрик. Похоже, они забрали все ресурсы, и она им стала не нужна. Однако этот объект стратегически значим для всей страны. Вам нужно предотвратить его уничтожение.

— А что насчет Кормвеля? — произнес спокойно Бенедикт, но в этом спокойствии чувствовалась твердость и решимость.

Для генерала эта фраза, казалось, прозвучала снайперским выстрелом. Тихим и точным. На его зеленом лице залегли глубокие тени, блеснули стекла его очков. А затем после короткой паузы он ответил. Осторожно, стараясь не выдать своих мыслей:

— Что вы имеете в виду, детектив?

— Кажется, изначально вы хотели отправить нас туда. Наша помощь там больше не нужна?

Тени с лица генерала стали отступать, но взгляд все еще оставался тяжелым и нарочито непроницаемым.

— Об этом не беспокойтесь. Мы держим ситуацию под контролем. Террористическую группировку там возглавляет правая рука Бекара. Большой опасности она не представляет. Наши военные уже работают на том направлении. Вам там быть ни к чему. Ваша цель — фабрика. Не теряйте время. Координаты вам пришлют, — по-военному лаконично подытожил генерал. От первоначально благожелательного расположения не осталось и следа, — И приведите Кислицкого, мне нужно с ним поговорить.

Вести никого никуда не пришлось — крыжовник сидел по левую руку от стоящего перед экраном Бенедикта. Услышав свою фамилию, он подскочил с сидения, и огурец вежливо уступил ему место.

Весь отряд оставался в стороне, пока Икрари беседовал с Кислицким, но в небольшом фургоне все равно был слышен их короткий разговор:

— Ты выполнил мой приказ?

— Да, сэр.

— Хорошо. Как только закончишь с устройством, немедленно возвращайся на базу. Здесь тебя ждут.

— Понял вас, сэр.

— ГМО, — снова обратился Икрари к отряду и Бенедикт вернулся на свое место. На этот раз маслина и перец подошли тоже, — Вы нужны на фабрике, — сказал генерал, окинув всех троих взглядом напоследок, словно убеждаясь, что его слова были услышаны, — Конец связи.

В фургоне снова воцарилось молчание.

— Что-ж, летим к фабрике, — заключил Бенедикт.

— Я не могу, — произнесла вдруг маслина. Ее взгляд был направлен в пустоту, а голос звучал тихо, но уверенно, — Я не могу поехать с вами на фабрику. Мне нужно в Кормвель.

— Старые счеты, а? — сказал Чад, подмигнув сквозь темные очки. — Правая рука Бекара — та самая. Понимаю.

К его удивлению, маслина не стала спорить или огрызаться. Она выглядела растерянной и необычайно серьезной, даже печальной. Чад не знал, о чем думает Пуля, и на секунду ему показалось, будто это его слова произвели такой эффект, но затем перец понял, что с ней происходит что-то неладное.

— Да… — ответила маслина и тут же замотала головой, — то есть, нет. Дело не только в… в ней. Я просто чувствую, что должна сейчас быть там. Иначе… иначе произойдет нечто страшное. Но я не знаю, что именно. Это… странное чувство, я не могу объяснить, раньше такого не было. Не хочу впутывать в это вас…

— Все в порядке, — сказал Бенедикт, — Ты можешь отправиться в Кормвель, если хочешь. Мы справимся на фабрике. Будь осторожна.

Перец подхватил:

— Если спросят, мы тебя прикроем!

Маслина лишь горько усмехнулась.

— Это не понадобится. Я же секретный агент.

Перец вновь запрыгнул в водительское кресло и повернул ключ зажигания. Фургон беззвучно завибрировал. Чад обернулся к маслине.

— Ну что, докуда тебя подкинуть?