Сталкер История НИИ-17

— Люблю твой оптимизм.

Внизу оказался небольшой технический отсек. Вдоль стен тянулись вентиляционные трубы, некоторые были проржавевшими насквозь. На полу лежали куски изоляции, старые инструменты и обломки пластиковых панелей.

Грач направил фонарь на дальнюю стену.

Там находился круглый проход, закрытый металлической заслонкой.

— Вот наш путь.

Баюн подошёл и осмотрел механизм.

— Открывается?

— Должен. Здесь ручное управление.

Кефир нашёл сбоку рычаг, покрытый ржавчиной.

— Похоже, его давно не трогали.

— Попробуй без фанатизма, — сказал Баюн.

Кефир взялся за рычаг и потянул. Сначала ничего не произошло. Затем внутри стены что-то глухо щёлкнуло, и заслонка медленно приподнялась, выпуская облако пыли.

За ней обнаружился узкий вентиляционный тоннель.

— Ну вот, — произнёс Кефир. — Почти курорт.

Баюн посветил внутрь.

Тоннель был достаточно широким, чтобы пройти согнувшись. На полу виднелись следы старой воды, а в глубине что-то блестело.

— Грач, ты точно знаешь, куда он ведёт?

— К старому коллектору. Оттуда можно выйти наружу.

— А почему ты сам не выбрался раньше?

Грач замялся.

— Я был не один. Мои товарищи остались в лаборатории.

— И ты решил их бросить?

— Я пытался их найти.

Кефир посмотрел на него.

— Пытался или нашёл и передумал?

Грач ничего не ответил.

Баюн не стал продолжать разговор.

— Идём. Но если снова начнёшь что-то скрывать, дальше пойдёшь один.

Грач кивнул и полез в тоннель.

Остальные последовали за ним.

Тоннель оказался длиннее, чем выглядел снаружи.

Металлические стенки местами были покрыты рыжими потёками. Под ногами хрустела старая изоляция. Время от времени сверху осыпалась пыль, а где-то в глубине гудели вентиляционные установки.

Через несколько минут Климов остановился.

— Подождите.

Грач обернулся.

— Что?

— Вы слышите?

Все замерли.

Сначала ничего не было слышно, кроме далёкого гула.

Затем впереди раздался стук.

Три коротких удара.

Пауза.

Ещё три.

Кефир посмотрел на Баюна.

— У нас тут кто-то стучится.

— Слышу.

Грач посветил вперёд.

— Это не выход. Там техническая камера.

— Что в ней? — спросил Баюн.

— Не знаю. Раньше там стояло оборудование.

Стук повторился.

На этот раз он был ближе.

Климов побледнел.

— Нам нельзя туда.

— Почему? — спросил Баюн.

— Там была камера хранения образцов. Мы закрыли её после того, как…

— После чего?

— После того, как один из сотрудников исчез внутри.

Кефир тяжело вздохнул.

— Конечно. А я уже надеялся, что хоть здесь будет обычная кладовка.

Баюн посмотрел на Грача.

— Есть обход?

— Нет. Нужно пройти через камеру.

— Тогда держимся вместе.

Они медленно двинулись дальше.

Впереди показалась круглая дверь. На ней сохранилась старая маркировка НИИ-17. Красная лампа над дверью горела тусклым светом, хотя электричества в секторе практически не осталось.

Стук доносился из-за неё.

Грач остановился возле панели управления.

— Замок должен быть отключён.

Он нажал несколько кнопок. Панель мигнула, но дверь осталась закрытой.

— Не работает.

Баюн осмотрел петли и замок.

— Механический привод есть?

— Сбоку.

Кефир нашёл небольшую крышку и открыл её. Внутри находился ручной механизм.

— Сейчас попробуем.

Он взялся за рукоятку и начал вращать. Дверь издала протяжный скрежет и медленно приоткрылась.

Изнутри потянуло холодом.

Баюн поднял «Вихрь».

— Свети внутрь.

Грач направил фонарь в помещение.

Камера была небольшой. Вдоль стен стояли металлические шкафы, несколько из них оказались опрокинуты. На полу валялись разбитые контейнеры и осколки стекла.

В центре комнаты стоял человек.

Он был одет в лабораторный халат. Спиной к ним. Голова слегка опущена.

— Эй! — негромко окликнул его Грач.

Человек не двигался.

Баюн сделал шаг вперёд.

— Не подходи, — предупредил Кефир.

— Вижу.

— Кто там? — спросил Баюн.

Человек медленно повернул голову.

На лице была медицинская маска. Глаза смотрели прямо на них.

— Вы опоздали, — произнёс он.

Климов резко отступил.

— Нет… Этого не может быть.

Баюн перевёл взгляд на него.

— Знакомый?

— Это доктор Серов. Он погиб ещё до того, как мы нашли лабораторию.

Человек в халате сделал шаг вперёд.

— Вы должны были остаться.

— Не подходи, — предупредил Баюн.

Серов остановился.

Затем медленно поднял руку и указал на Климова.

— Он знает, что вы сделали.

Климов побледнел ещё сильнее.

— Не слушайте его!

Кефир направил оружие на человека в халате.

— Тогда объясни, что мы должны знать.

Но Климов молчал.

Серов сделал ещё один шаг.

Баюн нажал на спуск. Короткая очередь ударила в грудь фигуры. Та отлетела назад и рухнула между шкафами.

Несколько секунд все молчали.

— Теперь объяснишь? — спросил Баюн, не отводя оружия от тела.

Климов тяжело сглотнул.

— Я… я не знаю, что это было.

— Плохой ответ.

— Я работал с ним. Он руководил исследованиями в этой камере. Мы изучали образцы, которые нашли возле ручья.

— И что произошло?

Климов посмотрел на лежащую фигуру.

— Один из образцов начал реагировать на людей. Сначала мы думали, что это обычная аномальная активность. Потом сотрудники стали слышать голоса. Серов первым начал утверждать, что в камере кто-то есть.

— А потом?

— Потом он исчез. Мы нашли только его халат.

Кефир посмотрел на Баюна.

— Кажется, у нас появился ещё один повод не возвращаться в лабораторию.

Баюн кивнул.

— Проверяем выход из камеры и уходим.

Он осторожно обошёл шкафы. На полу возле дальней стены лежал небольшой металлический кейс с эмблемой института. Рядом валялся КПК.

Баюн поднял устройство и посмотрел на экран.

Запись была открыта.

НИИ-17. Камера хранения образцов. Последняя запись.

Он нажал воспроизведение.

Из динамика послышался мужской голос:

«Если кто-нибудь найдёт эту запись, не открывайте контейнеры. Мы ошиблись. Это не артефакт и не обычная аномалия. Оно реагирует на присутствие людей. Оно запоминает их голоса, движения…»

Запись прервалась помехами.

Через несколько секунд голос продолжил:

«Самое страшное — оно не пытается выбраться. Оно ждёт, когда мы сами откроем дверь».

Баюн выключил КПК.

Кефир посмотрел на кейс.

— Забираем?

— Нет. Нам нужен выход, а не сувениры.

Он положил устройство в карман, а кейс оставил на полу.

— Двигаемся.

Они прошли через камеру и вышли в следующий технический коридор. Впереди уже слышался шум воды.

Грач посветил на стену, где висела старая табличка:

КОЛЛЕКТОР. ВЫХОД НА ПОВЕРХНОСТЬ — 180 МЕТРОВ.

Кефир усмехнулся.

— Ну наконец-то хорошие новости.

Баюн посмотрел на него.

— Не радуйся раньше времени.

— Да знаю я. В Зоне хорошие новости обычно заканчиваются взрывом.

Они продолжили путь.

И впервые за долгое время впереди действительно пахло свежим воздухом.

Шум воды становился всё громче. Впереди виднелся широкий бетонный канал, по дну которого тонким потоком текла мутная вода. Над ним проходила узкая металлическая дорожка с ржавыми перилами.

Грач остановился возле поворота и посветил вниз.

— Вот он. Коллектор. Выход должен быть вон там, за решёткой.

Баюн осмотрел канал. На влажном бетоне виднелись свежие следы обуви. Их было несколько, причём часть следов уходила к решётке, а другие возвращались обратно.

— Здесь недавно кто-то проходил.

Кефир присел возле отпечатков.

— Не наши. Подошва другая.

— Сколько человек? — спросил Баюн.

— Минимум двое. Может, трое.

Грач нервно оглянулся.

— Возможно, мои товарищи.

— Возможно, — ответил Баюн. — Но сначала проверим выход.

Они осторожно двинулись вдоль канала. Кефир держался ближе к стене, Баюн прикрывал проход. Климов шёл между ними и Грачом, стараясь не отставать.

У решётки обнаружился небольшой технический люк. Замок был сорван, а рядом на полу лежала армейская разгрузка с порванными лямками.

Грач сразу узнал её.

— Это Седой…

Он поднял разгрузку и осмотрел нашивку.

— Один из моих.

— Где он? — спросил Кефир.

Грач ничего не ответил. Только посмотрел на тёмный канал за решёткой.

Баюн присел возле разгрузки. На бетоне виднелись капли засохшей крови, а чуть дальше — длинная полоса, словно кого-то тащили по полу.

— Судя по следам, его отсюда утащили.

— Он мог быть жив? — спросил Грач.

— Мог. Но это не значит, что сейчас жив.

Кефир посмотрел на Баюна.

— Идём дальше. Здесь мы ему уже не поможем.

Грач сжал разгрузку, но спорить не стал.

Климов стоял неподвижно, глядя на следы.

— Это всё из-за нас…

Баюн поднялся.

— Не начинай. Если хочешь выбраться отсюда, двигайся.

Кефир помог Грачу закрепить разгрузку на рюкзаке. Тот поблагодарил коротким кивком.

За решёткой находилась металлическая лестница, ведущая к круглому выходному люку. Грач проверил механизм и потянул за рукоятку. Сначала ничего не произошло, затем сверху послышался скрежет.

Люк медленно открылся.

Внутрь ворвался холодный лесной воздух.

— Ну наконец-то, — выдохнул Кефир. — А то я уже начал скучать по нормальному небу.

Баюн первым поднялся наверх и осмотрел местность.

Снаружи был лес. Низкие деревья, мокрая трава, серое небо. Неподалёку виднелись остатки старой бетонной дороги. Судя по карте КПК, они вышли примерно в полутора километрах от места, где впервые обнаружили странное здание.

— Чисто, — произнёс Баюн.

Остальные выбрались следом.

Кефир остановился, вдохнул воздух и посмотрел на лес.

— Всё-таки приятно снова оказаться снаружи.

— Не привыкай, — ответил Баюн. — Нам ещё возвращаться.

Он достал КПК и проверил связь. Экран ожил, карта загрузилась. Сигнал был слабым, но канал связи с внешним миром снова работал.

Баюн попробовал вызвать профессора Морозова.

Ответа не последовало.

Он повторил вызов.

Тишина.

— Не отвечает, — сказал он.

Кефир проверил свой КПК.

— У меня тоже пусто.

Грач огляделся.

— Может, связь в этом районе глушится?

— Может, — ответил Баюн. — Но теперь мы хотя бы знаем, что выход существует.

Климов стоял чуть в стороне. Его взгляд был прикован к лесу.

— Нам нельзя возвращаться к бункеру.

Баюн медленно повернулся к нему.

— Повтори.

Климов сглотнул.

— Я имею в виду… Морозов не должен узнать, что мы нашли.

— А что именно мы нашли?

Климов отвёл глаза.

— Записи. Камеру. Объект.

Кефир усмехнулся без веселья.

— Кажется, у нашего научного сотрудника внезапно проснулась память.

Баюн подошёл ближе.

— Климов, мы вытащили тебя из лаборатории, не бросили в коллекторе и до сих пор не связали тебя. Не заставляй нас жалеть об этом.

Климов молчал.

— В лагере поговорим, — добавил Баюн. — А пока идём.

Они двинулись вдоль старой дороги, стараясь держаться подальше от открытых участков. Лес постепенно редел, и сквозь деревья уже просматривались знакомые ориентиры.

Баюн шёл впереди, сверяясь с картой. Кефир держался немного позади, периодически проверяя, не преследует ли их кто-нибудь.

Грач заметно нервничал. Он несколько раз оглядывался на лес, будто ожидал увидеть между деревьями знакомую фигуру.

— Ты всё время назад смотришь, — заметил Кефир.

— Мне кажется, за нами идут.

— Тебе кажется или ты что-то видел?

— Не знаю.

— Отлично. Начинаю любить нашу компанию.

Баюн остановился возле поваленного дерева и поднял руку.

— Тихо.

Все замерли.

Впереди, на обочине старой дороги, лежал человеческий рюкзак. Рядом валялась пустая коробка из-под патронов и несколько гильз.

Баюн подошёл ближе, осмотрел находку.

— Здесь недавно был бой.

Кефир присел возле гильз.

— Автоматные. Судя по состоянию, стреляли не так давно.

— Есть следы?

— Вон туда. В лес.

От дороги уходили несколько отпечатков обуви. Рядом с ними виднелись глубокие следы, похожие на отпечатки когтистых лап.

Грач тихо произнёс:

— Это Седой…

Баюн посмотрел на него.

— Уверен?

— Он всегда оставлял на рюкзаке красную ленту. Видишь?

На боковом кармане действительно болтался кусок красной ткани.

Грач хотел направиться к следам, но Баюн остановил его рукой.

— Нет.

— Может, он ещё жив!

— А может, там нас уже ждут. Мы не знаем, что оставило эти следы.

— Но я не могу просто уйти!

Кефир посмотрел на Грача без особого сочувствия.

— Можешь. Если хочешь остаться живым.

Грач сжал челюсти, но остановился.

Баюн ещё раз осмотрел лес.

— Мы вернёмся сюда, если появится возможность. Сейчас у нас другое дело.

Он достал КПК и проверил маршрут. До безопасного участка оставалось около сорока минут пути.

— Двигаемся.

Дорога до лагеря прошла без новых происшествий. Лес постепенно сменился редколесьем, а затем показались знакомые бетонные конструкции и старые постройки, возле которых ещё утром находились сталкеры.

У костра сидели двое местных. Увидев возвращающуюся группу, один из них поднялся.

— О, живые! А мы уж думали, профессор себе новых исполнителей искать будет.

Кефир снял рюкзак и поставил его возле стены.

— Передай профессору, что его заказ оказался немного сложнее прогулки за грибами.

— Нашли пропавших?

Баюн посмотрел на него.

— Нашли то, что от них осталось. Остальное обсудим с заказчиком.

Он связался с научным бункером.

На этот раз ответили почти сразу.

— Баюн? — раздался голос Морозова. — Вы вернулись?

— Пока да.

— Где вы сейчас? Что с группой?

— У нас есть кое-какие находки. Блокнот наблюдений, записи и информация о вашей лаборатории. Но разговор лучше провести лично.

На другом конце несколько секунд молчали.

— Вы встретили кого-нибудь из исследователей?

Баюн посмотрел на Климова.

— Да. Один человек с нами. Климов, старший научный сотрудник группы номер четыре.

Тишина стала заметно длиннее.

— Климов?.. — наконец произнёс Морозов. — Вы уверены, что это именно он?

— Пока да. А что вас смущает?

— Ничего. Приведите его в бункер. И обязательно принесите все найденные записи.

— Будет сделано. Но сначала вы ответите на несколько вопросов.

— Разумеется. Жду вас.

Связь оборвалась.

Кефир убрал КПК.

— Как-то он не очень обрадовался.

— Заметил, — ответил Баюн.

Климов стоял неподалёку и внимательно слушал разговор.

— Нам нельзя туда идти, — произнёс он.

Баюн медленно повернулся.

— Ты уже говорил.

— Вы не понимаете. Морозов знает гораздо больше, чем рассказывает.

— Тогда у тебя будет возможность объяснить всё по дороге.

— Он не должен получить блокнот.

Кефир посмотрел на Баюна.

— Кажется, теперь у нас появился настоящий разговор.

Баюн достал из рюкзака блокнот группы №4 и положил его на стол.

— Этот блокнот мы забрали не для того, чтобы выбросить. И не для того, чтобы отдавать его первому встречному. Сначала прочитаем всё сами.

Кефир сел напротив.

— А потом поговорим с профессором.

— Именно.

Грач тем временем молча проверял своё снаряжение. После находки разгрузки Седого он почти не произносил ни слова.

Баюн посмотрел на него.

— Грач, ты можешь остаться здесь. Но если захочешь продолжить поиски товарищей, лучше дождись нас. Нам ещё предстоит вернуться в тот район.

— Я пойду с вами.

— Решай сам. Только помни: мы не обещаем никого вытаскивать из этой лаборатории.

— Я понял.

Кефир открыл блокнот и начал перелистывать страницы.

— Так… Первые записи мы уже видели. Может, дальше найдётся что-нибудь полезное.

Он остановился на последней странице.

Там, под предыдущей записью, обнаружилась ещё одна короткая строчка, написанная другим почерком:

«Если кто-нибудь выберется наружу, не позволяйте ему вернуться к Морозову».

Кефир перечитал фразу.

— Баюн…

Тот подошёл и посмотрел на страницу.

— Вот теперь интересно.

Климов побледнел.

— Я же говорил…

— Пока ты ничего не говорил, — перебил Баюн. — Только пугал нас.

Он закрыл блокнот и убрал его в рюкзак.

— Собираемся. До бункера доберёмся засветло.

В этот момент КПК Баюна коротко пискнул.

На экране появилось сообщение с неизвестного канала.

НЕИЗВЕСТНЫЙ ОТПРАВИТЕЛЬ

Входящее сообщение

ВЫ ВЫШЛИ НЕ ОДНИ

Сообщение получено без указания источника.

Баюн несколько секунд смотрел на экран.

— Кефир, глянь.

Тот прочитал сообщение и медленно выпрямился.

— Ну вот. А я надеялся, что на сегодня приключения закончились.

Баюн посмотрел на окружающие постройки.

На первый взгляд всё было спокойно. Сталкеры занимались своими делами, возле костра потрескивали дрова, неподалёку кто-то перебирал оружие.

Но возле дальнего края лагеря стоял человек.

Он был одет в такую же одежду, как Баюн.

И смотрел прямо на него.