Непокорная жена, или Как (не) разозлить дракона

Глаза князя уже налились было знакомым огнём, но быстро успокоились при звуке моего голоса – ссоры удалось избежать.

– Бойтесь, – усмехнулся он и как бы невзначай взял меня за руку. – Если Рони что-то решит, то обязательно этого добьётся.

– Что вы со мной делаете! Придётся снова повышать Эду зарплату! – с деланным страданием граф закатил глаза.

Все слегка напряжённо рассмеялись. Признаться, мне самой очень захотелось поскандалить, но так вопрос с мельницами мы не решим. И хоть на этот раз всё удалось перевести в шутку, но выпад его сиятельства я запомнила. Думаю, как и Регар.

Покончив с дежурной вежливостью, граф лично проводил нас в гостиную, куда лакей сразу же подал аперитив. Не то чтобы мне хотелось чем-то угощаться в доме драака Даркула, но меня успокаивала поддержка Регара, которому тот явно побоится вредить, поэтому угощение я всё-таки оценила.

– Расскажите, граф, зачем вы хотели забрать детёнышей драконицы, которая поселилась на мельницах? – вполне ровно, без претензии в голосе, начал беседу князь. – Понятно же, что она поселилась там временно – лишь до тех пор, пока дракончики не подрастут. А работы там всё равно не ведутся.

Хард поболтал напиток в бокале и ответил, не поднимая на него взгляд:

– Драконица очень нервировала местных жителей, насколько я выяснил. Они даже писали мне письма с жалобами. К тому же мне не хотелось, чтобы люди со страху навредили мамаше и её потомству.

– То есть вам о детёнышах стало известно раньше, чем мне? – вмешалась я в разговор.

– Естественно! – с явным пренебрежением фыркнул Хард. – Я отправил своих людей на разведку сразу, как мне сообщили о ней.

– Значит, вы хотели вывезти драконят сюда? – Регар покрутил ножку своего бокала между пальцами. – Разве так вы не рисковали – драконица могла оказаться в большом расстройстве и напасть.

– Ну что вы! Уверен, она не стала бы. Я хорошо лажу с драконами, – усмехнулся граф. Но его взгляд стал особенно острым и внимательным. Похоже, он понял, к чему ведёт Регар, и ждал ещё незаданного вопроса.

– И вы не знали, чьё это потомство? – всё-таки спросил князь.

– Откуда мне было это знать? Лично я дракончиков не осматривал, – Хард пожал плечами, но какая-то одна напряжённая нота в его голосе сразу выдала ложь. Он прекрасно всё знал и лишь поэтому решил забрать детёнышей, а не из беспокойства о горожанах или своём имуществе. Вопрос – зачем – остался открытым, а Регар, похоже, не собирался раскрывать лишние подробности. Реакция графа уже дала ему достаточную пищу для размышлений.

Посчитав, что тема драконов временно закрыта, я решила перейти к другому интересующему меня делу.

– Поделитесь, граф, будьте любезны, что вы собираетесь дальше делать с мельницами? – пролепетала я так ненавязчиво и как будто невзначай, словно его планы интересовали меня лишь постольку поскольку.

Хард допил свой аперитив и обратил на меня взгляд, наполненный слегка изумлённым любопытством, как было бы, заговори с ним, например, мебель. Кажется, я здесь была для него совершенно лишним и незначительным элементом. Возможно, он предпочёл бы, чтобы на моём месте была Даэлла. Похоже, он её сторонник.

– О, представьте, я даже ещё не думал об этом! Всё как-то не до них. Покупка этих мельниц для меня вообще чистая случайность. Просто ко мне пришёл мельник и попросил помочь, ему нужны были деньги для переезда. Сумму он запросил вполне разумную, поэтому я сразу согласился.

– Возможно, вы подумаете над этим сейчас? – голос Регара выразил всё раздражённое неудовольствие, которое он сейчас испытывал. Я прекрасно его понимала, потому что чувствовала по отношению к графу примерно то же.

– Скоро начнётся жатва, и людям необходимо где-то молоть муку! – дополнила я его вопрос. – Меня уверили, что эти мельницы дают какой-то особый помол, отчего мука приобретает удивительно приятные свойства, которые ценят повсюду в княжестве и даже за его пределами!

– Что вы! – Хард коротко рассмеялся. – Это всё крестьянские байки! Чтобы продать муку подороже. Кто-то придумал, а все поверили. Если им нужно молоть муку, они всегда могут приехать на другие мои мельницы, которые работают постоянно!

– И где они располагаются? – я подозрительно прищурилась.

Сдаётся мне, граф не возобновляет работы лишь ради собственной выгоды. Ему нужно обеспечить ранее построенный бизнес заказами. Не исключено, что на самом деле те мельницы уже давно набили ему оскомину.

– Тут, чуть более чем в часе езды от моего поместья на восток.

– Но для жителей Брудвеля это значительное расстояние! – возмутилась я. Регар перехватил мой взгляд и послал какой-то невербальный сигнал с призывом не горячиться. – У них под боком есть отличные…

– Они устаревшие и ветхие! – с улыбкой оборвал меня граф. – На их восстановление уйдут значительные средства. Прошлый хозяин халатно относился к их содержанию. А в свете последних трудностей на землях княжества и моего графства в частности, у меня нет лишних ресурсов, чтобы тратить их на ремонт. К сожалению.

– Мне показалось, они в хорошем состоянии, – возразил князь.

– Со всем уважением, ваша светлость, но вы вряд ли в этом разбираетесь! – начал злиться Хард, хоть и пытался ещё сохранять голос спокойным и благожелательным.

– Раз мельницы вам не нужны, продайте их мне, – выдохнула я, едва удерживая себя на месте. Хотелось расхаживать по комнате, чтобы хоть как-то слить кипящее во мне негодование. Да он откровенно говорит, что запускать мельницы вновь не собирается и просто ждёт, что они развалятся! Зачем тогда вообще покупал?

– Ну что вы! Разве жене князя к лицу заниматься такими делами? – отмахнулся от меня Хард. – Даже смешно об этом говорить. Зачем вам эти развалины?

– Так и вам незачем, как я поняла с ваших же слов, – подловила я его и краем глаза заметила, как по губам князя скользнула довольная улыбка. Вряд ли он действительно одобрял моё желание заняться поместьем, но этот разговор ему нравился.

– Ваша светлость, – решил граф найти у него поддержку. – Ну вразумите же свою супругу! Она явно собирается пустить ваши деньги по ветру.

Он беспечно рассмеялся, будто это была какая-то шутка.

– Зачем мне её вразумлять? – удивился Регар. – Она и так очень разумна. Мельницы стоят прямо рядом с принадлежащим ей поместьем. Насколько я знаю, за рекой как раз заканчиваются земли, входящие в ваше графство, и вам придётся платить с них большую ренту. Кстати, сколько времени прошло с тех пор, как вы их приобрели? Полагаю, в следующем месяце я могу рассчитывать на дополнительный взнос с вас. Так? А Ронессе контролировать мельницы будет легче, чем вам – на расстоянии. Вы лучше хорошенько подумайте над её предложением. Зачем вам лишние хлопоты с ненужным активом и драконами?

Выслушав его, Хард, кажется, едва зубами не скрипнул. На его лбу даже вены вздулись, так яростно он сдерживал себя от неосторожных выражений.

– Пожалуй, мне нужно подумать над этим… – наконец выдавил он.

– Как только вы что-то решите, будьте добры, пришлите уведомление в Хагхеллинг, – теперь я нашла в себе силы вполне искренне улыбнуться графу. Он оказался не таким уж непоколебимым.

От сердца немного отлегло. Возможно, Регару и правда удастся продавить драака Даркула. А его мотивы становились мне чуть понятнее: скорее всего он просто решил перенаправить поток заказов на муку на давно принадлежащие ему мельницы – собрать, так сказать, весь денежный поток в одном месте, а не рассеивать его. И нарастить влияние на подвластных ему землях тоже было бы нелишним. Возможно, это послужило бы предпосылкой для расширения графства на запад – при расчёте на благоволение Регара, конечно.

Вариантов может быть масса!

Я же немного нарушила его планы своим появлением в старом и почти позабытом поместье, но ничего не поделать: как ни крути, я жена князя Мовельора, и с этим ему придётся считаться.

После действительно вкусного обеда мы с Регаром отправились обратно. Некоторое время просто сыто молчали, глядя в даль и наслаждаясь местными пасторальными пейзажами. Сплошная сельская безмятежность!

– Как думаешь, граф Даркул будет сопротивляться продаже?

Регар заинтересованно на меня посмотрел. Наверное, он ещё не до конца верил, что я действительно собралась купить мельницы.

– Зная его характер, предположу, что время он потянет, чтобы набить им цену, – по его губам пробежала лёгкая усмешка. – Но сомневаюсь, что он осмелеет настолько, чтобы заломить непомерную цену. Так что как только он назовёт сумму, ещё можно будет поторговаться, а затем я выпишу ему чек. Пожалуй, ты права – пусть лучше эти мельницы принадлежат твоему поместью. Выгоды с них ты получишь больше, чем я – ренты за землю, на которой она стоит.

Ну надо же! Он уже всё посчитал!

– Ты выпишешь чек? – уточнила я.

– Ну да, – князь пожал плечами. – Не переживай, всё будет оформлено на тебя. Я не собираюсь загребать себе всю прибыль, если ты об этом.

– Речь не о прибыли, – пояснила я деловито. – А в том, что мне не нужны твои деньги для покупки мельниц. Я планирую продать кое-какие свои драгоценности. Думаю, этой суммы с лихвой хватит и на покупку, и на ремонт, если он понадобится. А побрякушки мне ни к чему.

Лицо Регара сразу помрачнело.

– Рони, я понимаю твою обиду. Но ты моя жена.

– Временно, – вставила я. – И после развода не собираюсь остаться с носом. Любой юрист докажет, что мельницы были куплены на твои деньги! А мне это надо?

Вопрос был риторический, но Регар на него всё-таки ответил:

– Полагаю, что нет, – его голос словно бы упал в холодную пустоту.

– Вот именно. К тому же Даэлла наверняка захочет…

– Хватит упоминать Даэллу! – рявкнул он, внезапно наклонился вперёд и, взяв меня за руку, легко сдёрнул на сиденье рядом с собой.

Я даже вдохнуть не успела, как он вдавил меня в кожаную спинку коляски.

– Хватит о ней говорить, – повторил он.

И, придержав затылок ладонью, прижался губами к моим губам. Пожалуй, такого напора от него я ещё не испытывала – он просто хотел меня сокрушить, и ему почти удалось. У меня едва шляпка с головы не слетела, а перед глазами заплясали цветные искры. Что ни говори, а целоваться князь умеет!

Как только между нами случалось такое – безумное, неконтролируемо горячее и страстное – у меня мгновенно срывало крышу. И тогда уже не хотелось ни о чём думать – хотелось просто наслаждаться моментом в руках невероятно притягательного мужчины. Какая Даэлла? Какая магия? Всё становилось неважным.

И чем слаще был поцелуй, тем горше становился миг отрезвления. А он неизбежно наступал, как только с памяти и здравого смысла слетал пряный жаркий туман.

– От того, что я перестану говорить о Даэлле, ничего не изменится, – хрипло пробормотала я, едва освободившись из плена его горячих жадных губ. – Зачем ты меня мучаешь?

Регар молчал, смотрел на меня исподлобья, не отпуская, не позволяя даже шевельнуться. В его взгляде перекатывалось непостижимое пламя. Казалось, он готов был броситься на меня снова, но удерживал себя на месте лишь усилием воли. В его глазах сейчас не было ничего осмысленного – лишь драконье начало, которое подсказывало ему взять своё.

– Я никогда не испытывал рядом с Даэллой то, что испытываю рядом с тобой, Рони, – наконец подобрал он слова. – Сейчас я чувствую себя драаком сильнее, чем раньше, хоть и разделён с Вэлрашем. А это значит…

– Значит, скверная из неё была истинная, – закончила я, боясь услышать его версию.

Придержав шляпку, вывернулась из рук Регара и пересела обратно. Мне было так жарко и так стыдно – я не должна раз за разом попадаться в эту ловушку. Но попадаюсь! Как глупая птица. И на какие-то мгновения буквально теряю себя, совершенно не осознавая, что так вообще-то нельзя.