Лети на мой свет

Салина успела переодеться. Я замерла в проходе, с любопытством рассматривая кремовую рубашку с объемными рукавами и зеленую пышную юбку с завышенной талией:

– Восхитительно выглядишь!

– Ты будешь не хуже, – она улыбнулась.

– Было бы здорово. Кстати, а как высушить волосы?

– Бытовыми чарами. Садись на стул, я помогу.

Салина принялась прочесывать светлые пряди пальцами. От волос повалил пар. Первые минуты я завороженно следила за её движениями, а после решила тоже попробовать.

– Супер! Бытовые чары вспоминаешь потихоньку! – Салина радостно хлопнула в ладоши.

Дело пошло быстрее, но и вдвоём мы, казалось, справились только вечность спустя.

– У нас осталось не так много времени. Ты одевайся, а я, наконец, умоюсь!

Оставшись в комнате одна, я распахнула шкаф. С правой стороны висели вещи из дорогой ткани, ниточка к ниточке, слева – всего пара одинаковых серо-голубых платьев. Я вытащила одно из них на свет. Несмотря на весьма скромный внешний вид, платье оказалось добротным и приятным на ощупь. Сбросив халат, я достала из небольшого ящика новый комплект белья, натянула его и платье, подошла к зеркалу. Покрутившись, рассмотрела на спине шнуровку, напоминающую корсетную, но вшитую в само платье. Потянув за ленточки вниз и завязав их бантиком, я чуть склонила голову на бок – мне нравилось, как я выгляжу. Шнуровка на платье подчеркивала соблазнительные формы, волосы послушно струились по спине, не пытаясь пушиться или путаться, на лице – ни следа болезни.

– Готова? – спросила вышедшая из стены Салина. – Как настрой?

– Как будто весь мир у моих ног.

– Значит, после еды будет совсем хорошо, – кивнула она.

У двери стояло лишь две пары почти одинаковых туфель. Дождавшись, пока Салина обуется, я спокойно взяла вторые и поспешила за подругой.

Днём коридоры казались гораздо более приветливыми, чем ночью. Каменная кладка, излучавшая холод, теперь словно светилась изнутри. Я поддалась порыву и прикоснулась к ней ладонью, убеждаясь, что она на самом деле тёплая.

– Странно, ночью коридор был мрачным и холодным.

– Так и есть. После вечернего часа Бездны магический фон Академии меняется. Днём и ночью – это словно два разных замка.

Я лишь кивнула, принимая к сведению. После всего произошедшего, по крайней мере, собственные ощущения меня не обманывали.

– Мы идём завтракать?

– Скорее обедать, – Салина хмыкнула, но, стоило нам повернуть за угол, как усмешка резко сошла с её лица.

Подруга схватила меня за руку и потянула в примыкающий коридор, но не успела.

– О, вот и наша стипендиатка ожила! Я уж думал подохнешь.

Высокий светловолосый парень с пренеприятным выражением лица, перегородил проход. За его спиной неуверенно переминались несколько ребят. «Подпевалы» – казалось, это слово в любой момент готово было проявиться на их лбах. Я замерла, ощущая, как по спине покатилась капелька холодного пота. Дышать стало тяжело. Салина так и не выпустила мою руку, и я чувствовала, как её ладонь дрожит. Она стояла на полшага ближе к парням, бледная, со сжатыми в тонкую полоску губами. Тем не менее, когда она заговорила, голос звучал твёрдо:

– Дай пройти.

– А то что? Что две милашки-обаяшки мне сделают? Дружков-то ваших рядом нет.

– Дай пройти, – повторила она.

– Умоляйте, – фыркнул он. – Давайте-давайте, на колени.

Салина дернулась, как от пощёчины, а я, наконец-то, обрела свободу. Присмотревшись к парню, я сбросила остатки оцепенения – сильный противник никогда не будет вести себя так, не станет унижать и самоутверждаться, не станет держать под боком группу поддержки, а значит – он просто жаждущий внимания мальчишка.

– А ты что молчишь, стипендиатка? – он переключился на меня. – Хотя правильно, молчи, всё равно ничего умного сказать не можешь. И как тебя только приняли в Академию? Понаберут всяких отбросов…

– Самокритика – прекрасная вещь, очень смело так открыто признаваться в своих слабостях.

Слова сорвались с языка раньше, чем я успела подумать о последствиях, но отступать было некуда, так что, пока парень краснел, бледнел, сжимал и разжимал кулаки и, вероятно, подбирал достойный ответ, я расправила плечи и ровным шагом двинулась мимо, увлекая за собой Салину. Никто из парней не подумал нас остановить – команды нападать не было. Так что вся их храбрость закончилась на брошенном в спину «гадина».

Когда мы отошли на значительное расстояние, а погони так и не последовало, Салина отмерла:

– Сия?

– А?

– Ты дала отпор Бриоку Матсала! – она остановилась и принялась лихорадочно жестикулировать. – Это… Да ты… Он… Я не верю, что это происходит на самом деле, – наконец собралась она с мыслями.

– Это хорошо или плохо? – нахмурилась я.

– Два в одном флаконе.

– Ясно.

– Чем тебя поили в лечебнице, что ты так осмелела? Пусть мне тоже нальют.

– Мне стоило промолчать?

– Нет, – Салина энергично замотала головой. – Всё бы закончилось как он сказал: на коленях.

– Мерзость какая. И хорошо, что я его не помню.

– Ещё бы заново не знакомиться, было бы совсем здорово, – проворчала она.

Глава 5. Час Бездны

POV Алиса

Мы преодолели последний поворот бесконечных коридоров и оказались в месте, которое назвать столовой не поворачивался язык – элитный ресторан, если на то пошло! Солнце заливало светом огромное двухъярусное помещение, – лестница посередине вела на второй этаж, вполовину меньший, чем первый, – прямоугольные столы заполняли большую часть пространства, вокруг одних стояли стулья, вокруг других – кресла с яркими подушками, а рядом с некоторыми – диваны. Возле панорамных окон расположились круглые столики поменьше. Как завороженная, я пошла к окну и опустилась за один из них. Салина села напротив.

– И всё же некоторые вещи не меняются – ты по-прежнему садишься у окна.

– Разве может быть место лучше?

– Ну, раньше кафетерий был лишь на третьем месте.

– А что на первых двух?

– Библиотека и оранжерея.

– Звучит как план посещений на день.

– Не выйдет – после обеда две пары, а там уже час Бездны.

Произнесенная второй раз за утро фраза вызвала неприятное ощущение, что я забыла что-то важное, но я отмахнулась от неё – если думать обо всём, что я не помню, никаких моральных сил жить дальше не останется.

Как и с ванной, я машинально нажала сенсорную кнопку на краю стола, и, прямо поверх деревянной столешницы, проступило меню.

– Восторг! – прокомментировала я, пролистывая страницы с доступными блюдами.

– Это забавно. То, как ты делаешь привычные действия и удивляешься им.

– Меня не покидает ощущения, что их делаю вовсе не я. Сколько у нас осталось времени?

– Ну, за полчаса бы хорошо поесть, – Салина прищурилась, разглядывая что-то за моей спиной.

Я обернулась и только тогда заметила, что одну из стен полностью занимает огромное изображение часов. Каждый сектор украшали определенные символы, зеленый, серо-голубой, синий и красный чередовались строго в таком порядке. И только один сектор, в самом низу – чёрный.

– Тринадцать секторов? – на мгновение я забыла о меню.

– Да, как двенадцать звёздных знаков, защищающих и дарующих, и Бездна, поглощающая свет.

Я посмотрела на часы ещё раз: значит, час Бездны переключает магический фон Академии рано утром и в середине вечера? Тогда до отбоя должно оставаться уйма времени! Об этом я и сообщила Салине.

– Так-то оно так, и официально никто не запрещает ходить по Академии, пока стрелки не встретятся в Кифи, – левом водном секторе, – но как-то не хочется, – она скорчила рожицу.

Я нахмурилась и вернулась к меню. Несколькими нажатиями заказала самую большую чашку кофе, пшённую кашу, фруктовую нарезку и бутерброд с сыром и курицей. Стоило выбрать последнюю позицию и свернуть меню повторным нажатием на сенсор, как на столе, откуда ни возьмись, появились тарелки.

Салина тоже определилась и перед ней возникли мясное рагу, чайничек, наполненный травянисто-зеленым чаем, и шоколадный пирог.

– Что? – ответила она на мой удивленный взгляд. – В отличие от тебя, я давно встала и умираю с голоду.

– Как будто я имею что-то против, – я покачала головой и принялась за еду.

Вскоре кафетерий начал заполняться людьми, а через четверть часа почти все столики были заняты.

– Утренние пары закончились? – уточнила я у Салины и взглянула на часы: стрелки встретились во втором водном секторе, если считать от часа Бездны по часовой стрелке.

– Да.

– Как называется текущий сектор?

– Сайвон, – ответила Салина.

– А сектор Сагитариуса есть?

– Конечно, он последний перед часом Бездны.

Я всмотрелась в огненно-красный сектор внизу циферблата. Какая-то мысль крутилась в голове, но мне никак не удавалось поймать её за хвост.

За одним из центральных столиков расположились Бриок и компания.

– Давай побыстрее доедим и уйдём на пары, – предложила Салина, тоже заметив их.

– Давай.

Стоило закончить с едой, как тарелки сами собой исчезли.

– Сколько у нас пар?

– Осталось две – сейчас звёздная магия, а после артефакторика кристаллов.

– Зачёты?..

– Нет. По обоим предметам будет экзамен. Сегодня нужно получить допуск.

– Час от часу не легче. А что преподаёт мэл Ла Хало? – я постаралась, чтобы интерес не просочился в голос.

– Артефакторику. А что, соскучилась? – подтрунила она.

– Может быть.

Предстоящая встреча отчего-то грела сильнее, чем лучащиеся теплом стены.

По многочисленным коридором, запомнить повороты которых я отчаялась ещё на середине пути, мы добрались до аудитории. Хотелось верить, что звёздная магия связана со звёздными знаками, изображенными на часах. Тогда хоть что-то в моей голове наконец прояснится.

Вслед за Салиной я вошла в аудиторию, ожидая увидеть стандартный амфитеатр парт, а попала… в планетарий! По крайней мере, именно так он всегда выглядел в моём воображении, за исключением одного нюанса – солнца. Мне начало казаться, что вся Академия – это сплошной свет. Здесь он проникал через стеклянную крышу и, несмотря на отсутствие окон, заполнял собой каждый сантиметр пространства.

А говорят экзамены, а говорят зима! Хотя… может быть за пределами замка лютый мороз?

Привыкнув к яркости, я разглядела на круглом полу многочисленные подушки. Салина села у дальней стены, и я последовала ее примеру. Место, выбранное подругой, было идеально – есть куда облокотиться, а преподавательскую гору подушек, складывающуюся в подобие кресла, прекрасно видно. Комната наполнялась другими студентами, и я разглядывала их краем глаза: вот подошли двое парней из свиты Бриока – мы дружно сделали вид, что не знакомы, за ними впорхнула стайка девушек, лица которых не вызывали во мне никаких воспоминаний, и ещё один парень – он радостно помахал нам и Салина ответила ему тем же. Несмотря на это, сел он поодаль.

– Это Лукас, – пояснила она. – Наш друг.

– А почему он сел не с нами? – я пригляделась к парню, надеясь заметить в его тонких чертах лица хоть что-то знакомое, но ни рыжие волосы, ни веснушки на светлой коже не воскрешали ничего в памяти.

– Он не очень любит этот предмет, а я часто вызываюсь отвечать, привлекая внимание.

– Ясно.

Интересно, а как я относилась к звёздной науке до произошедшего? Наверное, хорошо, раз не боялась сидеть рядом с Салиной.

– А где Бриок? Подпевалы здесь, а самого не видно.

– Он учится на два курса старше вместе с Камаем. Ах да, – спохватилась она. – Камай тоже наш друг и брат Лукаса. Он…

Салина замолчала на полуслове – вошла преподавательница. Ей оказалась женщина статная, с идеальной осанкой, до безумия похожая на более взрослую копию подруги – те же тёмные волосы, пусть и длиннее, смуглая кожа, светло-голубые глаза.

– Вы случайно не родственницы? – шепотом спросила я.

– С мэлисой Га Хаше? Нет. Но звёзды любят наш типаж.