Читать книгу Спасти Израиль (Саша Сашин Ардаша) онлайн бесплатно на Bookz (3-ая страница книги)
Спасти Израиль
Спасти Израиль
Оценить:

3

Полная версия:

Спасти Израиль

Глава 8

Она посмотрела на меня внимательнее. Вы доктор? Я на секунду замялся. Когда-то был. Это была правда. Только не для этой жизни. А сейчас? Сейчас, можно сказать, человек, который не может спокойно пройти мимо чужой беды. Мария Александровна слабо улыбнулась. Хорошие слова. Только редкие нынче. Я попросил проходившего мужчину помочь вызвать скорую. Через некоторое время приехала бригада. Я объяснил медикам, что увидел, и настойчиво попросил обратить внимание на нарушения сердечного ритма и возможное нарушение кровоснабжения. Один из врачей посмотрел на меня с подозрением. Вы родственник? Нет. Просто помог ей. Медик? В прошлом. Он больше ничего не спросил. Марии Александровне измерили давление, сняли кардиограмму и решили госпитализировать. Перед тем как её увезли, она схватила меня за руку. Как вас зовут, милый? Сергей Петрович. Сергей Петрович… А вы куда направляетесь? Пока ищу жильё. Только приехал в Москву. Вот как… А телефон у вас есть? Я назвал номер комнаты, которую собирался посмотреть, и адрес временного проживания, записанный на листке. Я вас найду, сказала она. Обязательно найду. Не люблю оставаться в долгу. Вы мне ничего не должны. Это мы ещё посмотрим. Двери скорой закрылись. Я остался стоять на перроне, глядя ей вслед. И только тогда заметил, что шкала исчезла. Энергия дара: 0% Ну вот, тихо произнёс я. Два процента потратил. Зато человек, возможно, останется жив. Я не знал, сколько именно времени потребуется на восстановление. Но теперь понимал главное: запас сохраняется до использования, а не исчезает сам по себе. И это уже было кое-что. Через два дня я снова занимался поисками комнаты. В Москве это оказалось отдельным видом спорта. Хозяева хотели приличного жильца, без вредных привычек, желательно с постоянной работой, московской пропиской и рекомендациями от трёх академиков. У меня из всего списка имелась только приличность. И то не уверен, что её можно было подтвердить документально. Я вышел из телефонной будки, собираясь позвонить по очередному объявлению, когда услышал знакомый голос: Сергей Петрович! Обернулся. Ко мне быстро шла Мария Александровна. На этот раз она выглядела значительно лучше. Щёки порозовели, походка стала увереннее, хотя трость она всё ещё держала. Мария Александровна! Как вы себя чувствуете? Жива, здорова и, как выяснилось, очень нужна врачам. Представляете, положили меня, обследовали, а потом сказали, что я вовремя попала к ним. Вот и прекрасно. Мне сделали кардиограмму, ещё какие-то исследования. Сказали, что проблемы с сердцем серьёзные, но сейчас состояние стабилизировали. Врач долго расспрашивал, кто заметил, что со мной неладно. Надеюсь, вы не рассказали ему, что сантехник с вокзала? Она рассмеялась. А почему нет? Пусть знает, что среди сантехников тоже встречаются хорошие люди. Мы немного поговорили. Оказалось, Мария Александровна жила в Москве всю жизнь. Её покойный отец работал инженером, а муж был профессором одного из московских вузов. Мужа моего, к сожалению, уже нет, сказала она. Три года как умер. Профессор был настоящий. Всю жизнь преподавал, книги писал, студентов мучил. Чем занимался? Физикой. Теоретической. Я в его формулах ничего не понимала, зато он мог часами объяснять мне, почему чайник закипает. И вы понимали? Конечно! возмутилась она. Я же жена профессора! Мы оба засмеялись. Постепенно выяснилось, что детей у Марии Александровны не было. Родственники жили далеко, навещали редко. Она оставалась одна в большой квартире в старом московском доме. А вы, Сергей Петрович, чем занимаетесь? спросила она. Пока ничем определённым. Приехал из Калуги. Хочу устроиться на работу и поступить учиться. Учиться? В вашем возрасте? А что, в тридцать девять уже поздно? Да нет, голубчик. Просто большинство в вашем возрасте уже думают, как бы ничего не менять. А я, видимо, поздно сообразил, что менять пора. Мария Александровна задумалась. Вы сказали, что ищете жильё? Да. Пока без особого успеха. А вы где остановились? Я объяснил, что снимаю комнату временно и деньги быстро заканчиваются. Она помолчала, а потом произнесла: У меня большая квартира. Три комнаты. После смерти мужа одна комната совсем пустая, вторая его кабинет. Я живу в третьей. Одной мне там даже неуютно. Я насторожился. Мария Александровна, вы хотите предложить мне комнату? Именно. Конечно, если вы не против жить с пожилой женщиной. А вы не боитесь пускать к себе незнакомого мужчину? Сергей Петрович, вы меня на вокзале спасали, а не кошелёк вытаскивали. Да и потом, я умею разбираться в людях. Муж профессор был, а я всю жизнь с его студентами общалась. Насмотрелась на всяких. Но я всё-таки почти незнакомый человек. Тогда будем знакомиться. Заодно и проверим, насколько вы хороший жилец. Я улыбнулся. Предложение было неожиданным. Даже слишком. Но отказаться от него означало продолжать поиски жилья, тратить деньги и терять время. А условия? Никаких сложных условий. Вы занимаете свободную комнату. Помогаете мне по хозяйству, если потребуется. За коммунальные расходы договоримся. А там посмотрим. Я согласен. Но только если вы не будете считать меня обязанным вам за помощь. Ой, какой серьёзный! махнула рукой Мария Александровна. Пойдёмте, покажу, где будете жить. Дом оказался старым, добротным, с высокими потолками и широкими лестничными пролётами. Мария Александровна открыла тяжёлую входную дверь большим ключом. Проходите. Только обувь вытирайте, недавно полы мыла. Я вошёл и невольно остановился. Квартира была действительно большой. Высокие потолки, просторная прихожая, массивная мебель, книжные шкафы, старинные часы. На стенах висели картины и фотографии. Всё выглядело не богато в современном понимании, а основательно. Так жили люди, которые десятилетиями собирали вещи и не привыкли ничего выбрасывать. Здесь кабинет моего мужа, сказала Мария Александровна, приоткрыв дверь. Я заглянул внутрь. Стены занимали книжные шкафы. На письменном столе лежали бумаги, стояла настольная лампа с зелёным абажуром. Рядом находился глобус, а возле окна старое кресло. Он здесь почти жил, тихо сказала хозяйка. Иногда я его даже обедать не могла вытащить. Понимаю. У учёных такое бывает. А вот ваша комната. Она открыла следующую дверь. Комната была просторной. Кровать, шкаф, письменный стол, два стула, комод. На окне висели плотные шторы. В углу стояла этажерка. Постельное бельё дам. Шкаф свободный. Стол можете использовать. Только не курить в квартире, я табачный дым не переношу. Не курю. И спиртное не приветствую. Я невольно вспомнил свои двести граммов водки и внутреннюю шкалу. Не беспокойтесь, Мария Александровна. С этим у меня теперь строго. Она внимательно посмотрела на меня. Хорошо. А то муж мой говорил: человек, который не умеет владеть собой, не сможет владеть даже собственным временем. Мудрый был человек. Ещё какой. Иногда слишком мудрый, особенно когда начинал читать лекции мне. Я поставил чемодан у стены. Вот так. Два дня назад я был приезжим сантехником, который не мог найти даже приличную комнату. А теперь оказался в большой московской квартире, рядом с библиотекой профессора и хозяйкой, которой, возможно, просто не хватало общения. Сергей Петрович, позвала Мария Александровна из коридора. Вы голодный? Немного. Тогда идёмте на кухню. У меня борщ есть. Только предупреждаю: готовлю я хорошо, но не ресторан. После вокзальной еды это уже звучит как приглашение в рай. Вот и замечательно. А заодно расскажете, зачем вам медицинское образование. Я замер на мгновение. Откуда вы знаете? Вы же сами сказали, что хотите учиться. А ещё я заметила, как вы осматривали меня на вокзале. Так не смотрят обычные прохожие. Я усмехнулся. Вы очень наблюдательны. Возраст, голубчик. Когда проживёшь семьдесят два года, начинаешь замечать то, что молодые стараются скрыть. Я последовал за ней на кухню. Пожалуй, Москва начинала принимать меня совсем не так, как я ожидал. И, судя по всему, знакомство с Марией Александровной могло оказаться куда важнее, чем просто удачно найденная комната.

Глава 9

Борщ у Марии Александровны оказался великолепным. Настоящий, наваристый, с мясом, сметаной и ароматом чеснока. Я съел две тарелки и впервые за долгое время почувствовал себя не случайным человеком на чужой кухне, а обычным жильцом, который вернулся домой после трудного дня. Ну вот, довольно сказала хозяйка, убирая со стола тарелки. Теперь можно и поговорить. О чём? О вас, Сергей Петрович. И о том, что произошло на вокзале. Я насторожился. Вы ведь уже рассказывали, что врачи вас обследовали. Обследовали. И сказали, что мне повезло. Но дело не только в сердце. Она села напротив, сложила руки на столе и некоторое время смотрела на меня. Вы знаете, голубчик, я ведь последние несколько лет совсем плохо себя чувствовала. Не только физически. Память стала подводить. Сначала мелочи забывала: куда положила очки, закрыла ли дверь, выключила ли газ. Потом стало хуже. Вы обращались к врачам? Конечно. Мне говорили, что возраст, сосуды, склероз. Выписывали лекарства. Муж ещё был жив, следил за мной. А потом его не стало, и я совсем растерялась. Она замолчала. Иногда я забывала, зачем пришла в комнату. Могла несколько раз за день спросить одно и то же. Однажды даже не вспомнила, где живу. Представляете? В собственном доме! Я внимательно слушал. А на вокзале, когда вы подошли ко мне и коснулись меня, продолжила она, будто что-то произошло. Сначала я подумала, что просто испугалась. Потом заметила, что голова стала ясной. Не знаю, как объяснить. Словно туман рассеялся. Может быть, вы просто отдохнули после больницы? Нет, Сергей Петрович. Я говорю не о самочувствии. Я стала вспоминать то, что давно не могла вспомнить. Номера телефонов, имена знакомых, какие-то события из молодости. Даже стихи, которые читала ещё в институте! Она улыбнулась, но глаза у неё заблестели. Я ведь боялась, что постепенно перестану узнавать людей. Что однажды забуду своего мужа. Его голос, лицо, наши разговоры. А теперь всё вернулось. Я помню его таким, каким он был. Помню нашу свадьбу, нашу первую квартиру, его смешные привычки. Мария Александровна взяла меня за руку. Вы меня вылечили. Я чуть не поперхнулся чаем. Что вы такое говорите? То, что думаю. Вы подошли ко мне на вокзале, посмотрели на меня коснулись, помогли. И после этого всё изменилось. Вы не просто спасли мне жизнь. Вы вернули мне память. Я осторожно высвободил руку. Мария Александровна, я не врач в этой жизни. И даже если бы был, нельзя утверждать, что я вас вылечил. Проблемы с памятью бывают разными. Их должен оценивать специалист. Вы очень скромный человек. Нет, я осторожный. А я считаю, что вы ангел. Я невольно посмотрел на свои руки. Широкие ладони, мозоли, короткие ногти. Руки слесаря-сантехника. Ангел, значит. Видимо, ангелы теперь комплектуются разводным ключом и трудовой книжкой с записью о третьем разряде. Ангелы, Мария Александровна, обычно выглядят немного иначе. Не спорьте со старухой. Мне виднее. Она поднялась и начала собирать посуду. А я остался сидеть, погружённый в собственные мысли. Два процента. Всего два процента энергии. И после использования дара шкала обнулилась. Но что именно я сделал на вокзале? Я видел её сердце, сосуды, внутренние органы. Однако память не относится к сердечно-сосудистой системе напрямую. Возможно, способность воздействовала не только на физические повреждения. А может, я заметил что-то ещё, чего не понял. Если это действительно так, то возможности дара гораздо шире, чем я предполагал. Я мог лечить людей. Но каким образом? Что именно происходило внутри организма? Устранял ли я повреждения, восстанавливал ткани или просто воздействовал на какой-то неизвестный механизм? Вопросов становилось всё больше. И один из них был особенно неприятным: сколько энергии требовалось для лечения? Два процента на один случай это очень дорогое удовольствие. Вечером Мария Александровна ушла смотреть телевизор, а я остался в своей комнате. На столе лежала моя тетрадь. Я открыл её и записал: способность не только диагностирует, но и лечит. Я перечитал записи. Получалось, что единственный известный мне способ получить энергию алкоголь. Не самый приятный вывод. Я прекрасно знал, что спиртное не является лекарством. Оно повреждает печень, сердце, нервную систему, вызывает зависимость. А моё новое тело и без того досталось мне не в лучшем состоянии. Но если запас энергии нужен для спасения людей, я должен был хотя бы понять механизм его появления. Я достал из чемодана бутылку водки, которую купил по дороге. Посмотрел на неё, затем на свои руки. Триста граммов, пробормотал я. Надеюсь, больше таких экспериментов не потребуется. Я налил первую порцию. Выпил. Затем вторую. К третьей уже чувствовал, что организм реагирует на алкоголь вполне привычным образом: тепло в желудке, лёгкая тяжесть в голове, расслабление мышц. Когда я закончил, перед глазами появилась знакомая полупрозрачная шкала. Энергия дара Запас получен 3 % Текущий запас после эксперимента с 300 г водки. Я несколько секунд смотрел на неё. Значит, пропорция не совсем линейная… Или система округляет значения. Я записал результат в тетрадь. Триста граммов дали три процента. Двести два. Пока закономерность выглядела очевидной, хотя делать окончательные выводы было рано. Я закрыл бутылку и убрал её подальше. Больше пить сегодня не собирался. Утром меня разбудил стук в дверь. Сергей Петрович! Вы проснулись? Это была Мария Александровна. Да, сейчас! Я открыл дверь. Она стояла в коридоре с подносом, на котором были чай, бутерброды и варёные яйца. Завтракать будете? Конечно. Спасибо. Она поставила поднос на стол и неожиданно спросила: А вы сегодня куда-нибудь собираетесь? Хотел пройтись, посмотреть, где можно устроиться на работу. Потом узнать насчёт медицинского образования. Тогда сначала позавтракайте. А после я хочу кое-что вам показать. Что именно? Кабинет моего мужа. Вы вчера заинтересовались его библиотекой. Там много медицинских книг тоже есть. Он дружил с несколькими врачами, они ему дарили. Я удивился. Ваш муж интересовался медициной? Он интересовался всем. Иногда мне казалось, что если бы ему дали ещё одну жизнь, он стал бы врачом, инженером и, возможно, космонавтом одновременно. Я улыбнулся. А потом посмотрел на Марию Александровну и подумал, что моя новая жизнь уже начинает приобретать странный оборот. Я приехал в Москву искать комнату. Получил комнату в квартире вдовы профессора. Обнаружил, что могу лечить людей. И теперь у меня, похоже, появилась первая настоящая пациентка, которая считает меня ангелом. Оставалось только выяснить, сколько ещё таких чудес я смогу совершить, прежде чем моя собственная шкала покажет ноль. Она попросила меня сходить с ней к подруге. Я особо не сопротивлялся. Мария Александровна сказала, что подруга живёт неподалёку и она звонила и просила зайти. Видимо, она уже успела вспомнить многое.

Глава 10

Мы пришли к небольшому частному дому. В кровати нас встретила пожилая женщина, но выглядела она ужасно. Бледное лицо, тяжёлое дыхание, слабость. Она едва держалась за жизнь. Господи, да что с тобой? испуганно спросила Мария Александровна. Сердце… едва слышно ответила старушка. Что-то мне совсем плохо. Я сразу понял, что дело серьёзное. Нужно вызвать скорую! сказал я. Уже вызывали, ответила Мария Александровна. Но пока дождёмся… Я посмотрел на женщину. Внутри что-то подсказывало мне, что я могу попробовать помочь. Три процента. Всего три процента моей загадочной энергии. Но ведь совсем недавно я вылечил Марию Александровну, потратив всего два процента. Может, и сейчас получится? Разрешите мне попробовать, произнёс я. Ты что, врач? с тревогой спросила Мария Александровна. Нет. Но, кажется, я могу помочь. Я взял старушку за руку и сосредоточился. Почувствовал знакомое тепло, которое начало расходиться по телу. На мгновение мне показалось, что состояние женщины улучшается. Но тут перед глазами возникли цифры. 2 %. Потом: 1 %. Держитесь, пожалуйста, прошептал я. Цифры продолжали уменьшаться. 0 %. В голове словно взорвалась граната. Ноги подкосились, и я рухнул на пол. Последнее, что услышал, был испуганный крик Марии Александровны: Господи! Что с ним?! Очнулся я уже в другой комнате. Надо мной склонилась Мария Александровна. Лицо у неё было заплаканное. Очнулся! Слава богу! Как ты себя чувствуешь? Я попытался приподняться. Что произошло? Она отвернулась и тихо произнесла: Подруга умерла. Не успели её спасти…Я замолчал. Значит, ничего не получилось. Я посмотрел перед собой и вдруг увидел знакомые цифры. Энергия восстановлена 11 %. Я несколько раз моргнул. Постойте… Было три процента. Я потратил всё до последней капли. А теперь одиннадцать? Мария Александровна, сколько времени я был без сознания? Почти минуту. Я снова посмотрел на цифры. Одиннадцать процентов прибавилось за два часа? Или смерть старушки каким-то образом повлияла на мою способность? От этой мысли мне стало не по себе. Ты ведь не виноват, тихо сказала Мария Александровна. Ты пытался её спасти. Я всё видела. И она тебя благодарила. Я ничего не ответил. В голове крутилась только одна мысль: почему я не смог её спасти? И ещё одна, гораздо более тревожная. Если моя энергия может лечить людей, то почему она заканчивается? И что произойдёт, когда я научусь использовать все одиннадцать процентов? Я лежал и смотрел на цифры перед глазами.11 %. И вдруг память словно ударила меня током. Я вспомнил руки той старушки. Холодные, слабые пальцы, которые в последние секунды жизни сжали мою ладонь. Вспомнил её взгляд. Она уже почти не могла говорить, но всё-таки произнесла: Спасибо тебе, милый… Я тогда даже не придал этим словам значения. Был занят тем, что пытался удержать её жизнь. Но теперь всё складывалось. Два процента я потратил на Марию Александровну. Она выздоровела, а я получил от неё благодарность. Три процента потратил на попытку спасти старушку. Спасти не удалось, но она успела поблагодарить меня. И теперь у меня одиннадцать процентов. Вот оно что… прошептал я. Что? переспросила Мария Александровна. Ничего. Просто кое-что понял. Я снова посмотрел на цифры. Получается, моя энергия пополняется не от алкоголя? Или не только от него? Ведь раньше я думал, что водка каким-то образом помогает мне восстанавливать силы. Но теперь появилась другой источник. Благодарность. Искренняя человеческая благодарность. Причём обязательно за спасённую жизнь. Возможно, важны сами чувства человека в последние минуты. Я невольно поёжился. Выходило, что я получил 11 процентов от женщины. Но она умерла. Знаешь, тихо сказала Мария Александровна, ты сделал всё, что мог. Она перед смертью была спокойна. И, кажется, действительно была тебе благодарна. Я отвернулся к окну. Одиннадцать процентов. Впервые за всё время я задумался, а не слишком ли дорогую цену имеет эта моя способность? И главное сколько процентов я получу, если однажды действительно спасу человеку жизнь? Мы с Марией Александровной не сразу поняли, что делать дальше. Старушка лежала в своей комнате, а в доме стояла непривычная тишина. А родственники у неё есть? спросил я. Мария Александровна покачала головой. Никого. Совсем одна жила. Муж давно умер, детей не было. Мы с ней дружили много лет. Вот и всё, что у неё осталось. А похороны кто будет организовывать? Не знаю, милый. Видимо, придётся обращаться в социальную службу.

Я посмотрел на старушку. Ещё недавно она держала меня за руку и благодарила. Неужели теперь её просто оставят одну даже после смерти? Давайте я помогу, сказал я. Через некоторое время приехал участковый. Мужчина лет сорока пяти, спокойный, немного уставший. Он осмотрел обстановку, проверил документы старушки и стал задавать вопросы. Значит, проживала одна? Близких родственников нет? Нет, ответила Мария Александровна. Я её ближайшая подруга. Участковый записал её показания, оформил необходимые бумаги и составил акт о случившемся. Случай зарегистрирован, сказал он, убирая документы. Теперь нужно решать вопрос с медицинским освидетельствованием и организацией похорон через соответствующие службы. А если никто не возьмётся? спросил я. Он посмотрел на меня. Для этого существуют муниципальные службы. Человека без родственников тоже обязаны похоронить. Но потребуется соблюсти установленный порядок. Я кивнул. Когда участковый ушёл, Мария Александровна села на диван и закрыла лицо руками. Хорошая она была женщина. Всю жизнь честно прожила. И вот так получилось… Мы её похороним достойно, сказал я. Ты и так сегодня чуть сам не умер, пытаясь её спасти. Я ничего не ответил. В голове опять появились цифры. Текущий запас 11%. И неожиданно я подумал: а вдруг эти проценты связаны не только с благодарностью за помощь? Может, сама искренняя человеческая доброта имеет для моей способности какое-то значение? Я посмотрел на Марию Александровну. Скажите, а у неё хоть фотография осталась? Конечно. Сейчас покажу. И почему-то мне захотелось, чтобы после всех этих событий у старушки осталось хотя бы что-то хорошее. Не только акт участкового и запись о смерти в документах, но и память о человеке, который когда-то жил, дружил, радовался и кому-то был дорог. Я взял организацию похорон на себя. Разобрался с документами, договорился с ритуальной службой, оплатил всё необходимое. Мария Александровна хотела помочь, но я попросил её остаться дома. Ты и так сегодня натерпелась, сказал я. Давай хотя бы это я сделаю. На похороны пришёл. И тут я действительно удивился. Народу собралось немало. В основном пожилые женщины. Видимо, у старушки было много знакомых и подруг, с которыми она общалась годами. Они приносили цветы, тихо разговаривали, вспоминали её жизнь. Хорошая была Нина Петровна, услышал я от одной женщины. Всегда помогала, никогда никому не отказывала. Другая вытирала слёзы платком. Я стоял немного в стороне и наблюдал за происходящим. А сам думал совсем о другом. Одиннадцать процентов.

Глава 11

Теперь я, кажется, понимал, откуда берётся моя сила. Последние слова благодарности. Искренние слова человека, который понимает, что уходит из жизни. Получается, я нашёл настоящий источник энергии. Но тут же возник вопрос, от которого мне стало не по себе. Что лучше: выпить две бутылки водки, получить привычный запас сил и наутро мучиться от похмелья или стоять возле умирающего человека, слышать его последние слова и получать энергию таким страшным способом? Я поморщился. Нет уж. Если это действительно так, то я не хочу превращаться в человека, который ждёт чужой смерти ради собственных процентов. Впрочем, экспериментировать ещё предстояло. Я посмотрел на пожилых женщин, собравшихся у могилы. И вдруг подумал: а если моя способность позволяет не только получать энергию от благодарности, но и отдавать её людям? Вот это было бы куда интереснее. Главное разобраться в правилах этой странной силы, пока она не начала управлять мной. Когда все разошлись, я ещё немного задержался возле могилы. Потом вернулся в дом Нины Павловны. Мария Александровна ждала меня у ворот.

Я зашёл на кухню и увидел оставшуюся водку. Вспомнил, что раньше выпил сто граммов, а теперь решил проверить одну догадку. Налил ещё сто граммов и выпил. Перед глазами вспыхнули цифры. Энергия увеличилась 13%. Вот это уже интересно! пробормотал я. Значит, водка тоже работает! Причём вполне предсказуемо. Я задумался. Сто граммов один процент? Если так, то можно каждый вечер перед сном выпивать по сто граммов и постепенно накапливать энергию. Никаких экспериментов с умирающими людьми! Правда, 300 я уже проверил на себе, и перспектива регулярно пить меня совсем не радовала. Но тринадцать процентов выглядели обнадёживающе. Я собрал оставшуюся водку, а продукты решил раздать пожилым женщинам, которые пришли на похороны. Заодно познакомился с несколькими соседками Нины Павловны. Затем мы с Марией Александровной убрались в доме, проверили окна, выключили свет и закрыли дверь на замок. Ну вот, вздохнула она. Бедная Ниночка. Даже не верится, что её больше нет. Она прожила свою жизнь. Главное, что её помнят. Мы отправились домой. Прошло три дня. И вдруг нам позвонили из нотариальной конторы. Мария Александровна? Вас беспокоят по поводу наследства Нины Павловны. Просим вас приехать для оглашения завещания. Мария Александровна удивилась. Какого ещё наследства? Мы же ничего не знаем. Именно поэтому и приглашаем вас. Через некоторое время мы сидели в кабинете нотариуса. Солидный мужчина в очках разложил перед собой документы. Итак, завещание составлено надлежащим образом. Нина Павловна распорядилась всем принадлежащим ей имуществом в пользу Марии Александровны. Меня?! женщина буквально всплеснула руками. Совершенно верно. В наследство входят квартира, денежные средства на книжке в размере 6000 рублей и автомобиль москвич и другое имущество, указанное в документах. Мария Александровна сидела с совершенно растерянным лицом. Да что же я буду делать со всем этим? Господи, Ниночка, зачем же ты так…Она долго молчала, потом посмотрела на меня. А знаете что? Я хочу, чтобы всё это досталось ему. Мария Александровна, вы уверены? уточнил нотариус. Это серьёзное решение. Абсолютно. Он помогал Нине, организовал похороны, не бросил её. И вообще, я ему доверяю больше, чем самой себе. Я попытался возразить: Подождите, Мария Александровна. Это же ваше наследство. А я так решила! Она оформила необходимые документы, и в итоге имущество перешло ко мне по договору дарения. Я вышел из нотариальной конторы совершенно ошарашенный. У меня теперь была частный дом в Москве, деньги и ещё москвич. Мария Александровна шла рядом и улыбалась. Ну вот, теперь у тебя будет собственный капитал. Вы понимаете, что сделали? Понимаю. И не вздумай меня отговаривать. Я посмотрел на неё и невольно улыбнулся. А в голове уже крутилась другая мысль. Тринадцать процентов энергии плюс за эти дни я накопил еще 6. Наследство. Новая жизнь. Похоже, события начали развиваться гораздо быстрее, чем я предполагал. И всё-таки одно меня беспокоило: если сто граммов водки дают один процент, сколько же можно накопить за месяц? Вечером я сидел на кухне и разглядывал свои руки. За последние дни моя жизнь изменилась до неузнаваемости. Появилось наследство, Мария Александровна стала мне почти родным человеком, а самое главное я начал понимать правила своей необычной способности. На экране перед глазами светились цифры. 19 %. И тут я подумал: а почему бы не проверить свой дар на Марии Александровне? Ведь именно с неё всё началось. Мария Александровна, можно вас кое о чём попросить? Конечно, милый. Что случилось? Посидите спокойно. Я хочу кое-что проверить. Я достал тетрадь, ручку и начал записывать её жалобы, самочувствие, прежние заболевания. Затем сосредоточился и попытался провести свой необычный осмотр. Перед глазами словно открылась медицинская карта. Я записал предварительные диагнозы. Некоторые вещи меня насторожили. Особенно одно подозрение начинающийся онкологический процесс с возможными метастазами. Я поднял глаза. Мария Александровна, вам обязательно нужно пройти обследование у врачей. Что-то серьёзное? Есть подозрение. Но я попробую вам помочь. Я взял её за руку. Внутри меня словно открылся невидимый источник тепла. Я направил энергию на то, что считал поражёнными участками организма. Сосредоточился, стараясь не распылять силы. Цифры перед глазами начали уменьшаться. 19 %. 15 %. 10 %. 6 %. 3 %. И всё прекратилось. Я отпустил её руку и тяжело выдохнул. Ну как ты? испуганно спросила Мария Александровна. Я посмотрел на свои показатели. Энергия после лечения 3%. Я потратил шестнадцать процентов! Кажется, получилось, тихо произнёс я. Что получилось? Я попытался убрать то, что обнаружил. Мария Александровна смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Милый, ты хочешь сказать, что вылечил меня? Я не стал давать обещаний. Я хочу, чтобы вы завтра же пошли к врачу. Сделали анализы, обследование. Нам нужно подтверждение. Она обняла меня. Господи, какой же ты у меня необычный человек… А я сидел и думал о другом. Шестнадцать процентов за один сеанс! Значит, чем серьёзнее проблема, тем больше энергии требуется. Но если мои способности действительно позволяют воздействовать на такие заболевания, то я столкнулся с чем-то гораздо более значительным, чем просто необычный способ лечения. Теперь мне предстояло выяснить главное: действительно ли изменения произошли в организме Марии Александровны или я ошибся в своём предварительном диагнозе. И впервые за всё время мне захотелось не просто накопить проценты, а научиться пользоваться ими правильно.

bannerbanner