Перстень Прометея

– Я время зря не терял, беседуя за чаркой рома с моряками, капитанами и инвалидами, осевшими на берегу, я узнал, что чудовище появляется не только во время шторма, он всплывет на поверхность, когда проголодается, чтобы начать охотиться на проплывающие корабли. Обхватив жертву могучими щупальцами, он вползает на борт и начинает раскачивать корабль, пока он полный воды, не начнёт тонуть. Тогда спрут утаскивает его в своё логово и поедает людей, плывших на этом корабле. Обычно еды ему хватает на месяц. Проголодавшись, он снова всплывает и начинает охоту. Будем ловить осьминога на живца, изображая, терпящее бедствие судно. Когда он начнёт приближаться к нам, дадим залп из всех пушек одного борта, если будет мало, разрядим и пушки второго борта.

Питер снова взял слово:

– Говорят, оборотня убивают, стреляя ему в сердце серебряной пулей. Думаю, что для такого чудовища пули будет мало, нужно отлить серебряные ядра.

–– Для этого я не пожалею всего серебра, которое накопил за свою жизнь. сказал Грей.

–Мы добавим – закричали матросы.

Корсары отлили шесть серебряных ядер. По три для пушек каждого борта и подняли якоря. Ветер был попутный, через неделю они уже были на том месте, где произошла встреча с осьминогом. Судно легло в дрейф. Вахтенные с утра до ночи, по очереди, сутками оглядывали горизонт. На пятый день, ранним утром, юнга увидел, что огромный, чёрный осьминог всплыл из пучины океана.

–Капитан, капитан, дьявол вышел на охоту!

Грей взял подзорную трубу, чтобы лучше рассмотреть осьминога. Огромный, как десять слонов, с горящими злобой глазами, и толстыми, как стволы вековых дубов щупальцами. Он вызывал в сердцах матросов страх и омерзение. Их не нужно было подгонять, они мгновенно встали по своим местам. При этом, одни молились, другие осыпали чёрное чудовище проклятиями. Грей дал команду приблизиться к осьминогу на расстояние пушечного выстрела. Когда стали отчётливо стали видны присоски на щупальцах, приказал стрелять из пушек правого борта. Ядра не смогли пробить кожу осьминога, отскакивая от неё, как горох от стенки. Грей приказал подойти ещё ближе. Матросы, преодолевая страх, выполнили команду. В этот раз стреляли пушки левого борта. Серебряные ядра вонзились в тело гиганта, не причинив ему вреда. Разъярённый осьминог, грозя поднятыми вверх щупальцами, поплыл к шхуне. Грей приказал поднять все паруса, благо, ветер был силён. Осьминог кинулся в погоню за пиратами. Убедившись, что догнать корабль не сможет, он вернулся к месту своего логова, чтобы продолжить охоту, на терпящие бедствие корабли. Капитан и матросы облегчённо вздохнули.

– Что будем делать, капитан?– Спросил боцман. Не помогли нам серебряные ядра. Может, оставим эту затею. Пусть живёт.

– Я пират, но этой твари разбойничать и пожирать христиан не позволю. – ответил Грей.

Он думал всю ночь. Утром решение было найдено. В Урбогане купил у старого капитана потрёпанную, отслужившую своё, шхуну. Её трюм набили мешками с порохом, между которыми положили пушечные ядра. Взяв шхуну на буксир, возвратились к логову осьминога. Он – голодный и злой поджидал добычу. Корсары, оставив шхуну голодному чудовищу, отплыли и легли в дрейф, не теряя корабль из виду. Осьминог, увидев шхуну, набросился на неё. Когда шхуна оказалась в его могучих объятиях, корсары, подплыв на пушечный выстрел, дали залп из пушек правого борта по кораблю. Раздался взрыв, шхуну, а с нею и осьминога порох и ядра разорвали в клочья. Корсары ликовали. Грей приказал открыть бочку рома и праздновать победу. Сам удалился в каюту. Пираты праздновали, пока не кончился ром, потом уснули. Грей в полночь разбудил боцмана. Верный Питер, не задавая вопросов, помог капитану погрузить в шлюпку длинную цепь и сундук с сокровищами капитана. Потом они спустили шлюпку на воду, и капитан бесшумно растворился в темноте безлунной ночи. На рассвете, в уютной бухте, у давно примеченной им скалы, Грей опустил сундук с прикованной к нему цепью на дно. Второй конец цепи приковал к скале и засыпал песком и завалил камнями, сдвинуть которые обычному человеку было не под силу. Закончив работу, поплыл к кораблю. В полдень собрал команду и рассказал о своём решении, начать новую, мирную жизнь. Пираты не удивились. Они давно поняли, что капитан охладел к приключениям и битвам, полюбив Диану. Некоторые стали ворчать, но большинство молчанием одобрили его решение: – Это не противоречит, заключённому нами договору. Никто, никого принуждать не может. Боцман Питер сказал:

– Ты спас нас от рабства и петли, пятнадцать лет мы мстили англичанам под твоим руководством. У нас нет права судить тебя. Спасибо за всё. Лучшего капитана у нас уже не будет. Если позволишь, я буду и дальше сопровождать тебя, даже если судьба приведёт нас на виселицу. Грей обнял Питера:

– Согласен, будем вместе до конца.

Грей покидает братство пиратов

Захватив чересседельные сумки, они простились с товарищами по братству, сели на коней и ускакали в новую жизнь. Пираты выбрали себе нового капитана и вечером, подняв якорь, вышли в море. «Гончая» наряженная в паруса, прекрасная, как невеста перед венчаньем, спешила за ветром. На мачте развевался чёрный флаг, впереди её ждали новые опасности, битвы и штормы.

Грей и Питер переночевали ы деревенской гостинице. Утром капитан побрился, Питер, взяв ножницы, укоротил ему волосы и ахнул – суровый моряк превратился в голубоглазого, весёлого молодого, одетого по последней моде мужчину. Белый галстук с кружевными концами делал его неотразимым.

– Сейчас команда тебя бы не узнала. Только рост, стать и походка остались от прежнего Грея.

– Это хорошо! Значит, и враги меня не узнают, улыбнулся капитан. Прибыв в Марсель, бывшие пираты остановились в лучшей гостинице города. Грей постригся, побрился по последней моде и заказал наряды у лучшего портного. Никто не признал бы в элегантном, модно одетом джентльмене пирата. Не теряя времени, он нанял учителей: музыки, танцев, пения. Через два месяца упорных занятий, Грей великолепно танцевал, пел, умел изящно ухаживать за дамами, пользоваться столовыми приборами. Изменилась походка, появись грация и изящество. Ни у кого не возникло бы сомнений, в его знатности и воспитанности. Пока Грей менял облик и манеры, Питер навестил Диану. Она его сначала не узнала, потом кинулась на шею, не скрывая своей радости. Весь вечер расспрашивала обо всём, что произошло после её отъезда. Боцман обо всём подробно рассказал, передал письмо и портрет Грея, заказанный им у известного художника. Портрет удался, живописец сумел передать не просто внешнюю красоту оригинала, но и его благородный дух, силу характера и доброту. Восхищённая девушка долго не могла оторвать глаз от портрета любимого.

– Я и подумать не могла, что он так молод и красив. Вместо, заросшего гривой волос грозного льва, вижу добрейшего и благороднейшего из мужчин! Моё сердце оказалось зорче глаз, увидело то, чего не разглядели глаза. Из письма она узнала о планах Грея. Он сообщал, что через неделю приедет свататься. Просил присматривать за старым боцманом. Девушка обрадовалась просьбе и сделала всё, чтобы гость был доволен. Бывший пират оказался милейшим человеком. Он умел подружиться с любым: с крестьянином и ремесленником, дети были от него в восторге, женщины обожали. Целыми днями он ходил по деревне, знакомился с жителями, щедро поил крестьян вином в деревенской таверне, рассказывая про своего господина – жениха Дианы. Скоро все знали, что жених Дианы – могучий, бесстрашный красавец, способный кулаком оглушить быка, пронести лошадь на плечах. Уверял, что десять сильнейших мужчин, при перетягивании каната, не смогут сдвинуть его с места, устоит, как скала в шторм. Не уставал рассказывать о том, как неустрашимый Грей прыгнул в бушующие волны, чтобы спасти Диану. При каждом новом рассказе, он добавлял всё новые и новые подробности, от которых у слушателей дух захватывало. Женщины не скрывали слёз. Иногда, находились те, кто начинал посмеиваться над его словами. Тогда боцман, нахмурившись, так грозно смотрел на невежду, что тот, съёжившись, замолкал. Люди полюбили Грея и Питера так, словно они родились и выросли среди них. Они стали своими в каждом доме. Того, кто сказал бы, что это бывшие пираты, побили бы без всякой пощады. Маркиз уже души не чаял в Грее. Люди полюбили жениха Дианы до того, как увидели его воочию. Ждали приезда с нетерпением так, как в деревнях ждут праздники.