Провизор в мире магии. Зелья без рецепта

Она взяла ручку и написала под подписью первое, что пришло в голову: «Выключи чайник». Слова легли узором. Валя прочла их по-русски.

— Груня, — сказала она очень спокойно, — ты мою речь как слышишь? Какими словами?

— Обыкновенными. Как у всех. Чудно только говоришь — «провизор», «таблетки». Будто иноземка.

Валя закрыла блокнот.

Значит, это не она выучила здешний язык. Это язык выучил её. Встроился в руку, в глаза, в рот, не спросив разрешения. Как та гирька в гнездо.

Она поднялась, прошла к двери и проверила засов. Потом обошла лавку ещё раз, теперь уже со свечой, которая нашлась в ящике под прилавком вместе с огнивом. Огниво Валя одолела с девятой попытки, сломав ещё один ноготь и выучив два новых ругательства от Груни. Банки на полках отбрасывали длинные тени. Тёмно-синяя банка, та, тёплая, при свете свечи оказалась ещё и с рисунком: на боку был выцарапан лист, обведённый кругом. Валя подумала, что видела похожий знак сегодня, на старых дверях вдоль улицы, полустёртый, как будто его пытались счистить ножом.

Она решила, что подумает об этом завтра.

Подниматься наверх, в комнату с чужой постелью, она не стала. Принесла с кровати лоскутное одеяло, постелила на широкую лавку у стены в торговом зале, сунула под голову свёрнутый халат. Отсюда была видна дверь. Отсюда было видно окно и Груню на подоконнике, тёмный силуэт с бигуди.

— Спокойной ночи, — сказала Валя.

— Свечу задуй. Мне свет в глаза.

Валя задула.

Темнота пахла травами и остывшим пирогом. За окном кто-то прошёл, стуча деревянными подошвами, где-то лаяла собака, потом перестала. Ратушные часы пробили одиннадцать, с опозданием, которое Валя теперь могла учесть. Она лежала с открытыми глазами и считала удары, потом считала банки по памяти, потом считала чешуйки: одна, минус пирог, плюс сдача, итого двести девяносто девять и семь плавников долга.

Под утро она провалилась в сон, и ей снился Толик, который стоял у окошка кассы и предлагал за настойку боярышника двадцать коров.

Разбудил её звук, тихий и шуршащий. Бумага по дереву.

Валя открыла глаза. В лавке было серо, рассвет только начинался. Под дверью белел прямоугольник.

Она встала, босиком прошла по холодным доскам, подняла его. Плотный, сложенный втрое лист, запечатанный бурым сургучом. На сургуче — сова, раскрывшая крылья.

Валя сломала печать.

«Особе, именующей себя В. Зориной.

Гильдии алхимиков города Вельмиры стало известно, что в лавке на Солодовой улице производится приготовление и продажа зелий без гильдейской печати, что является нарушением Закона о печати, статья вторая.

Предписываю прекратить незаконную деятельность и закрыть лавку в теч