ЧИСЛОБОГ

– Да ты с ума сошёл! – воскликнула она, вскакивая. – Это закрытый государственный объект со степенью секретности “Омега”! Туда даже наши хакеры не могут пробиться. Там квантовая защита и нейронные брандмауэры. Одна попытка взлома – и твой имплант поджарится вместе с тем кусочком мозга, к которому он подключен!

– Значит, придётся действовать по старинке, – Георгий решительно поднялся, допивая кофе одним глотком и хватая сэндвич. – Спасибо за кофе. Он охуенный.

– Куда ты собрался? – Марина с тревогой смотрела на него, скрестив руки на груди. – Уже почти четыре утра!

– Навестить одного старого друга, – Георгий направился к выходу, на ходу накидывая плащ. – Он специалист по невозможным вещам.

– Жора, не делай глупостей! – крикнула ему вслед Марина. – Хотя бы возьми меня с собой! Ты в таком состоянии за руль не сядешь!

– Я вызову аэротакси, – отмахнулся он. – Не волнуйся. К утру буду.

– Ну да, конечно! – фыркнула она. – А если нет, мне что, Виктору объяснять, куда ты пропал?

Но Георгий уже не слышал. Он был поглощён новой загадкой, которая обещала быть самой сложной в его карьере. Что-то подсказывало ему, что это было только начало. Начало чего-то гораздо более странного и пугающего, чем он мог себе представить.

ГЛАВА 2

Утренний свет едва пробивался сквозь плотные облака, окутавшие город серой дымкой. Влажный воздух пропитался запахом надвигающегося дождя. Георгий стоял на крыше жилого комплекса “Парковый”, где был обнаружен труп очередной жертвы – доктора Ирины Соколовой, специалиста по квантовой физике. Ветер трепал края полицейских лент, обозначающих периметр места преступления.

Тело женщины лежало в неестественной позе, словно брошенная кукла. Кровь запеклась тёмными дорожками из глаз, носа, ушей и рта. Бледное лицо застыло в выражении крайнего ужаса – глаза широко раскрыты, рот искажён в беззвучном крике. На её шее виднелся крошечный ожог, почти незаметный среди посмертных пятен.

Та же картина: отсутствие борьбы, кровь из всех отверстий на лице, и абсолютная стерильность места преступления. Ни отпечатков, ни ДНК, ни следов обуви. Ничего. Будто смерть сама материализовалась и забрала жертву.

– Четвёртая за месяц, – пробормотал эксперт-криминалист Олег, делая очередной снимок тела. – Что-то слишком часто они стали появляться, эти твои «стерильные трупы».

– Блядь, да это уже какой-то пиздец, – прошипел Георгий, отворачиваясь от тела. – Как мы должны ловить того, кто не оставляет следов?

Он подошёл к краю крыши, вглядываясь в мрачный пейзаж города. Двадцатитрёхэтажки вокруг казались молчаливыми свидетелями очередного убийства.

Внезапно краем глаза Георгий заметил движение на соседнем здании. Высокая фигура в тёмном плаще стояла на краю крыши, наблюдая за полицейскими. Лицо скрыто в тени капюшона, но Георгий мог поклясться, что незнакомец смотрит прямо на него. Когда их взгляды встретились, фигура резко отпрянула и исчезла из вида.

– Твою мать! – выругался Георгий. – Продолжайте осмотр! – крикнул он коллегам и бросился к аварийной лестнице.

– Куда тебя несёт? – крикнул вслед Олег, но Георгий уже не слышал.

Сердце бешено колотилось в груди, когда он перепрыгивал с крыши на пожарную лестницу соседнего здания. Металлические перекладины были мокрыми от утренней росы, пальцы скользили по холодному железу. Годы тренировок в полицейской академии не прошли даром – его движения были точными и экономичными.

– Не сорвись, блядь, только не сорвись, – шептал он сам себе, перелезая через ограждение на соседнюю крышу.

Добравшись до неё, Георгий увидел убегающую фигуру. Тёмный силуэт двигался с нечеловеческой скоростью, перепрыгивая через вентиляционные шахты и технические конструкции. Георгий бросился в погоню, преодолевая препятствия одно за другим.

– Полиция! Стоять, сука! – крикнул он, доставая пистолет.

Фигура на мгновение замерла, повернула голову – и Георгий увидел лишь бледное лицо, похожее на самого Георгия. Его лицо оно напоминало лицо манекена, но живое, состарившиеся, наблюдающее. Затем неизвестный продолжил бегство.

– Стоять, я сказал! – Георгий прицелился, но выстрелить не решился. Слишком много вопросов без ответа.

Преследование вело их через крыши, пожарные лестницы и узкие проходы между зданиями. Лёгкие Георгия горели, ноги наливались свинцом, но он не мог позволить себе упустить единственную зацепку.

Наконец, беглец свернул в тупик между двумя высотками – узкий проход, заканчивающийся глухой стеной высотой метров шесть.

– Некуда бежать, – Георгий направил пистолет на фигуру, тяжело дыша. Капли пота стекали по вискам, футболка под курткой прилипла к спине. – Руки, нахуй, за голову, медленно повернись.

Но вместо того, чтобы подчиниться, фигура сделала шаг назад… и растворилась в воздухе. Буквально исчезла, как будто просочилась сквозь стену. Ни вспышки, ни звука – просто человек был, и его не стало.

– Какого хера? – Георгий моргнул, не веря своим глазам. Он бросился вперёд, ощупал бетонную стену. Ничего – просто холодный шершавый бетон. Ни тайных дверей, ни люков, ни скрытых механизмов. Человек буквально испарился.

Он ударил кулаком по стене, выругавшись от боли и бессилия.

– Да что же это за хуйня такая?

– Галлюцинации от переутомления, – безапелляционно заявил начальник отдела, полковник Ярыгин, массивный мужчина с военной выправкой и вечно хмурым лицом. – Ершов, ты три дня не спал. Какие, нахрен, исчезающие люди? Ты детектив или писатель-фантаст?

Они сидели в кабинете Ярыгина – просторном помещении с минималистичным интерьером. Стены украшены только наградами и фотографиями с высокопоставленными чиновниками.

– Я знаю, что видел, – упрямо повторил Георгий, массируя виски. Головная боль пульсировала где-то в затылке. – И все жертвы связаны. Все они – учёные. Физики, математики, инженеры. Они все работали над чем-то важным. Чем-то, что называется “Числобог”.

Ярыгин резко выпрямился в кресле. Его лицо, обычно красное от высокого давления, вдруг побледнело.

– Где ты услышал это название? – его голос стал неожиданно тихим и напряжённым.

– В архивных делах, – Георгий подался вперёд, заинтригованный внезапной переменой в поведении начальника. – Этот символ появляется снова и снова, начиная с шестидесятых годов прошлого века. Не только на бумагах, но и в зашифрованных заметках жертв. Трое из них вели дневники, и везде мелькает упоминание этого “Числобога”.