Пушкин сегодня

Тоня была потрясена печальным рассказом и не задавала больше вопросов. Она почувствовала жалость и сострадание к Ивану. Воспоминания всколыхнули в груди Ивана боль потери отца. Они продолжали путь молча.

Дорога вывела их на большой выруб. Всюду торчали пни, между которыми зеленели полянки брусничника.

– Это первый выруб. Здесь лес рубили первые жители посёлка. Постепенно деляны для рубки леса отходили всё дальше и дальше от посёлка. Мы пойдём в другое место, – сообщил Иван.

На следующем вырубе стали попадаться участки брусничника, усыпанные красными ягодами. Иван свернул с дороги и пошёл через него к лесу. Тоня шла за ним и удивлялась: «Почему Иван не останавливается собирать ягоду, которая краснеет вокруг пней?» Неожиданно перед ними раздалось хлопанье крыльев, и большая тёмно-сизая птица поднялась в воздух и полетела от них.

Тоня испугалась и вскрикнула:

– Ой!

– Не бойтесь, это глухарь.

– Что он здесь делал?

– Кормился брусникой, – улыбаясь ответил Иван.

– Он напугал меня.

– Это хорошая примета.

– Пугать людей – хорошая примета?

– Нет. Где кормится глухарь – там хороший урожай ягод.

Когда они пересекли выруб, Иван на кромке леса нашёл еле заметную тропинку и направился по ней. Она виляла между соснами и елями. Тоне идти было непривычно: ноги проваливались в мягкий моховой покров. Через несколько сотен метров перед ними открылась большая поляна, заросшая брусничником. Она была расписана ягодами, как персидский ковёр. На кустах брусничника висели длинные кисти крупной тёмной ягоды.

– Вот здесь мы будем брать бруснику, – сообщил Иван.

Он развязал одной рукой рюкзак, достал ведро, встал на колени и начал собирать ягоды. Они, ударяясь о дно ведра, издавали барабанный бой. Тоня последовала его примеру. Она захватывала между пальцами несколько кистей брусники и срывала ягоды. В ладони оказывалась горсть ягод.

Тоня часто отвлекалась от сбора ягод и осматривала выруб.

– Кого высматриваешь? – спросил Иван.

– Медведь здесь не появится? – вопросом ответила она.

– Не беспокойтесь, здесь ему делать нечего.

– А ягоды?

– Их достаточно в тайге, вдали от людей. Запомни, что в урожайный год медведь человека не тронет, если тот не спровоцирует его.

Не прошло и часа, как вёдра до краёв наполнились брусникой. Тоня первый раз в жизни собирала бруснику и с изумлением смотрела на переполненное ведро ягод, среди которых виднелись листочки брусничника.

– Ягоду надо провеять, – услышала голос Ивана.

Он достал из рюкзака кусок лёгкой ткани и расстелил его на ровной площадке. Затем из своего ведра отсыпал часть ягод на разостланную ветровку и предложил Тоне:

– Веять ягоды придётся вам, я не могу одной рукой.

– Что надо делать?

– Берите ведро, вставайте около тряпки, поднимите ведро над головой и потихоньку высыпайте бруснику. Ветерок унесёт весь мусор.

Иван любовался стройной гибкой фигурой в спортивном костюме, когда Тоня изящно поднимала ведро над головой. Про себя отметил: «Трудолюбивая девушка». Когда брусника была провеяна, произнёс:

– Наберём ещё по ведру ягод и будем обедать.

– Я думала, что мы вернёмся к обеду, и не взяла с собой еду.

– Не беспокойтесь, у меня еды хватит на троих.

– Почему на троих?

– Я придерживаюсь поговорки: «Идёшь в тайгу на день, бери еды на три».

Иван расстелил на траве ткань, на которой провеивали ягоды, и объявил:

– Это будет наша скатерть-самобранка.

Затем вынул из рюкзака хлеб, сало, помидоры и пирожки с морковью. Рядом поставил термос и две эмалированные кружки. Бросил на траву ветровку и пригласил Тоню:

– Обед подан, прошу к столу.

Он достал из ножен, висящих на поясном ремне, охотничий нож и стал резать сало.

– Зачем вам такой большой нож? – удивилась Тоня.

– Для защиты, – пошутил Иван.

– От кого?

– Мало ли от кого потребуется.

Тоня подумала, что это не шутка, а скорее намёк, и внимательно посмотрела на Ивана. Он уже сосредоточенно резал круглую краюху хлеба. В магазине такой хлеб не продавали. У неё не укладывалось в голове, как может в этом человеке совмещаться незаурядная сила и мягкий, спокойный характер. Она изрядно проголодалась и с удовольствием ела хлеб с салом, закусывая помидором.

– Хлеб очень вкусный, где его покупали? – спросила Тоня.

– Матушка испекла.

Иван налил чай, поднял свою кружку и произнёс:

– С полем вас.

– Что это такое?

– Когда охотник впервые добывает дичь, его поздравляют с полем. Ты впервые пришла в тайгу и набрала ягоды.

– Согласна, – поддержала его Тоня.

Подняла кружку и легонько дотронулась до кружки Ивана.

Она не заметила, что Иван перешёл в разговоре на «ты». Когда стали есть пирожки, запивая чаем, заваренным неизвестными Тоне травами, она их похвалила.

– Их стряпала матушка, – пояснил Иван, – я ей сказал, что иду за ягодами не один.

«Видимо, он рассказывал обо мне матери, а называет её странно, у нас так называть матерей не принято», – думала Тоня.

Она разомлела от сытной еды, от воздуха, насыщенного ароматами леса, трав и ягод. Ей захотелось вытянуться на траве и расслабиться, но пришлось подняться и приняться за сбор брусники. Они набрали ещё по ведру ягод.

– Шабаш, – произнёс Иван, – больше ягод нам не донести.

Тоня поднялась с колен, выпрямила спину и залюбовалась окружающей природой. Осень радовала пышной яркостью красок. Выруб, окружённый хвойным лесом, вершины которого смотрелись частоколом на фоне голубого неба, завораживал её.

– Помоги надеть рюкзак, – услышала голос Ивана.

Он стоял с рюкзаком на правом плече, левая рука висела в косынке. Тоня аккуратно сняла косынку, осторожно продела руку в лямку рюкзака и вернула косынку на место.

Иван зашагал к кромке леса.

Тоня подхватила своё ведро. Оно оказалось неполным.

– Почему моё ведро неполное? – возмутилась она.

– Дома наполним, – услышала ответ.

Она последовала за ним и была удивлена, когда подошли к лесу точно у тропы. «Видимо, он запомнил дерево, у которого начинается тропа», – подумала она.

Около крыльца Тониной квартиры Иван попросил её помочь снять рюкзак. Затем спросил:

– У тебя таз есть?

– Есть.

– Принеси.

Когда она вернулась с тазом, её ведро стояло наполненное ягодами. Иван отсыпал из рюкзака добрую половину брусники в таз.

– Мне не надо столько ягод, – запротестовала Тоня.

– Угостишь кого-нибудь или отправишь домой.

– Как их заготавливать впрок?

– Ягоды надо залить водой в любой таре. Будут храниться до следующего урожая.

– Может, зайдёшь ко мне ненадолго?

– Спасибо. Как-нибудь в другой раз. Помоги лучше ещё раз надеть рюкзак.

На следующее утро Тоня проснулась с ощущением усталости. Ей не хотелось подниматься из постели. Между тем рассвет разгорался всё ярче и ярче. В комнате стало светло. За окном, приветствуя утреннюю зарю, защебетали птички. Усилием воли она поднялась с кровати, сделала зарядку и умылась холодной водой. Сердце оживило движение крови в сосудах. Возвратились бодрость и силы.

Тоне всё больше и больше нравился Иван с его мускулистым крепким телом и пронзительно-голубыми глазами. Она чувствовала, что ему тоже небезразлична, но её смущало его отношение к ней как к младшей сестре. Она до мелочей анализировала поход за брусникой. Другой парень обязательно взял бы с собой спиртное, говорил бы комплименты и приставал к ней, а этот не проронил ни одного лишнего слова.

Она не знала, что Иван воспитан в староверческой семье. Он не пьёт водку и не курит табак. Жену староверы выбирают на всю жизнь. У них не принято жить гражданским браком и разводиться.

Пришло время снимать у Ивана повязку. Тоня размотала туго забинтованный бинт, пощупала руку и спросила:

– Больно?

– Нет.

– Попробуй осторожно поднять стул.

Он присел, взял стул за ножку и поднял над головой.

– Хватит, опусти! – забеспокоилась Тоня.

Иван планировал сделать Тоне предложение выйти за него замуж. В это время в помещение вошла женщина со словами:

– Антонина Ивановна, послушай меня, что-то хрипит в груди.

Ивану пришлось проститься и удалиться.

Тоня чувствовала недоговорённость в их расставании и надеялась, что он вскоре к ней зайдёт. Она постоянно вспоминала его и думала: «Неужели я ему безразлична?» Эти мысли бередили девичье самолюбие.

Поход Ивана с докторшей за ягодами не остался незамеченным в посёлке. Поползли разные слухи. На приём к Тоне пришла девица с накрашенными губами и ресницами. В посёлке женщины не красились, и Тоня подумала, что это, наверное, приезжая, и предложила:

– Проходите, присаживайтесь. На что жалуетесь?

– На сердечную боль.

– Одну минутку, я запишу вас в журнал.

– Обязательно запишите.

Тоне не понравилось нагловатое поведение посетительницы.

– Фамилия, имя, отчество, – спросила она.

– Бурова Екатерина Васильевна.

– Разденьтесь по пояс, я вас послушаю.

– Не надо меня слушать.

– В чём тогда дело?

– Я люблю Ивана Савельева.

– Разбирайтесь с ним, я помочь не могу.

– А кто может?

– В вашем случае, я думаю, врач-психолог.

Можно было бы выпроводить непрошеную посетительницу, но Тоня поднялась со стула и как можно спокойней произнесла:

– Поверьте мне: в таких делах посторонние люди не помогут.

Ранним утром через три дня при первых лучах солнца Иван зашёл к Тоне. Увидев его, она была удивлена. На нём вместо зелёной камуфляжной одежды была белая косоворотка, подпоясанная узким ремешком. Её сердце трепетно забилось, предчувствуя что-то необычное.

– Какой ты нарядный, тебя трудно узнать.

Он низко поклонился и произнёс:

– Тоня, ты мне люба, прошу выйти за меня замуж.

Она обрадовалась, но не показала вида, а спросила:

– А что ты скажешь Кате Буровой?

Вместо ответа он подошёл к ней и обнял. Она прижалась к нему и посмотрела в глаза. Они говорили о многом. Их губы встретились.

После поцелуя Иван спросил:

– Так ты согласна?

– Конечно согласна.

– Завтра воскресенье, мы с матушкой приглашаем тебя на обед.

Когда Иван ушёл, Тоня подумала: «Наверное, это смотрины, неужели он откажется от предложения, если я не понравлюсь его матери?»

Иван зашёл за Тоней, чтобы проводить в свой дом. День стоял такой тихий, что казалось, редкие облака на небе застыли на месте. Они шли рядом. Иван не пытался взять её под руку. По дороге встречались односельчане. Молодые люди здоровались, им в ответ раскланивались.

Добротный дом-пятистенок Савельевых стоял в Таёжном переулке. Мать Ивана оказалась моложавой, средней полноты женщиной. На ней было длинное цветастое платье, голова повязана косынкой. Она приветливо встретила невесту и пригласила к столу.

Тоне бросились в глаза жареные караси и рябчики. Рядом стояли грибы, огурцы, помидоры, отварной картофель. В деревянной миске краснела брусника, на подносе лежали румяные пирожки.

Анастасия Карповна наливала в тарелки щи из чугунка и рассказывала:

– У нас все продукты свои, из огорода и тайги. В магазине покупаем только муку, соль и сахар.

– Мне очень понравился ваш хлеб, – похвалила Тоня, – я никогда в жизни не ела такой вкусный хлеб.

– Так пеку его для себя.

Когда Анастасия Карповна положила на тарелку карася, Тоня спросила:

– Рыбу, наверное, ловил Ваня?

– Кому же ещё ловить, он такой же добытчик, как его отец.

– Ваня мне рассказывал про своего отца.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Пушкин А. С. К Наталье.

2

Фомина Л. Анна Керн. Муза А. С. Пушкина.

3

Как разговаривал в жизни Пушкин.

4

Бадакова Т. Шестое июня.

5

Непомнящий В. С. 1000 строк о любви.

6

Полевой Н. А. Пушкин.

7

Ма́занка – сельская изба с соломенной крышей и стенами из хвороста или камыша с обмазкой.

8

Социальная сеть «Инстаграм» запрещена на территории РФ.