Жена, я отменяю развод

Аня глубоко вздохнула.

– Соберись, тряпка, не накручивай себя раньше времени, – прошептала она себе. – Это всего лишь юбилей. Твоя задача – просто улыбаться и кивать. И главное – не привлекать внимания.

Свекровь будет занята своими влиятельными гостями. Она обожает устраивать пышные праздники, особенно те, где можно продемонстрировать свой статус и безупречный вкус.

Аня была уверена, что банкет планируется грандиозным и шикарным.

Гости – сплошь «сливки» общества. Изысканные блюда, приготовленные лучшими поварами, дорогие вина, подобранные с особой тщательностью, живая музыка, создающая атмосферу утонченности. Всё, чтобы подчеркнуть величие хозяйки вечера, её безупречный стиль и, конечно же, могущество семьи Демидовых.

Семья Захара была действительно влиятельной и могущественной.

Их имена звучали в деловых кругах, решения имели вес, а их богатство было неоспоримым. Виолетта Игоревна всегда это подчеркивала, как бы намекая, что Аня, выросшая в скромной, интеллигентной семье, не совсем соответствует их уровню.

Аня всегда знала, что семья мужа – это нечто особенное. Еще до свадьбы, когда Захар впервые привез её в их загородный дом, она почувствовала эту ауру власти и благополучия.

Огромный особняк, безупречный сервис, разговоры о сделках, которые могли бы изменить судьбу целых компаний – все это было так далеко от её привычного мира, где главным богатством были книги, искусство и теплые семейные вечера.

Аня вздохнула, и этот вздох был наполнен целой гаммой чувств: от легкого раздражения до горькой иронии.

В памяти всплыла сцена, которая и стала катализатором сегодняшнего решения. На одном из многочисленных семейных мероприятий, где она, как всегда, старалась быть идеальной женой и невесткой, Виолетта Игоревна подошла к ней со своей фирменной, чуть снисходительной улыбкой.

– Анечка, ты прекрасно выглядишь сегодня, – промурлыкала она, окинув Аню оценивающим взглядом. – Но это платье, кажется, из прошлогодней, устаревшей коллекции В бутик, где я одеваюсь, как раз поступила новая коллекция, тебе бы очень подошли некоторые модели, – говорила она, ласково улыбаясь, но в глазах мелькал холодный расчет.

Аня тогда лишь кивнула, стараясь не выдать своего замешательства.

Она знала, что Виолетта Игоревна не просто так говорит.

Каждое её слово, каждая улыбка были тщательно выверены. И эта фраза про платье была не комплиментом, а скорее тонким намеком, напоминанием о том, что Аня должна соответствовать определенному уровню, который, конечно же, задавала сама Виолетта Игоревна.

Теперь, когда приближался юбилей свекрови, Аня поняла: нужно действовать.

Не просто выбрать что-то подходящее, а подобрать соответствующий дизайнерский наряд.

Наряд, который не только будет выглядеть безупречно, модно и дорого, но и продемонстрирует, что Аня понимает и принимает правила игры.

– Все равно день свободен, – подумала Аня, глядя в окно на залитую солнцем улицу.

После свадьбы Захар сказал, что ей не нужно работать.

«Твоя работа – быть женой!» – вот его вердикт.

Он искренне верил, что его жена должна заниматься домом, семьей и светскими раутами, а не какой-то там «карьерой».

Аня, поначалу пытавшаяся возражать, со временем смирилась. Она любила мужа, его желание было для неё важнее собственных амбиций.

Сейчас, в преддверии юбилея, Аня чувствовала, что ей нужно нечто большее, чем просто быть «красивой картинкой».

Ей хотелось почувствовать себя уверенной, сильной, способной самостоятельно принимать решения.

И выбор наряда стал для неё своеобразным вызовом.

Глава 5

Аня крепко сжимала руль, пока машина плавно скользила по залитым солнцем городским улицам. Все мысли в голове вертелись вокруг предстоящего празднования юбилея свекрови.

Главная причина волнения заключалась в словах мужа: «Аня, ты должна быть неотразимой»!

Проще говоря, она не должна дать повод для критики свекрови.

Аня вздохнула.

Свекровь, Виолетта Игоревна, была женщиной с безупречным вкусом и острым языком.

Каждый семейный праздник превращался для Ани в своеобразный экзамен. И хотя она старалась изо всех сил, всегда находился какой-то нюанс, который не ускользал от внимания Виолетты Игоревны, от её проницательного взгляда.То слишком смелое декольте, то недостаточно строгий крой, то, не дай бог, платье «не по возрасту».

В голове уже прокручивались возможные сценарии. Вот она входит в зал, и взгляд свекрови скользит по ней, выискивая изъяны. «Анечка, милая, а это платье ты где взяла? Оно такое… простое, – прозвучал в её воображении голос Виолетты Игоревны.

Или: «А почему ты не выбрала что-то более яркое и нарядное? Ты же молодая женщина!»

«О, боже, дай мне сил выдержать это мероприятие» — взмолилась Аня, закатывая глаза.

И тут, словно по волшебству, её взгляд упал на знакомое, величественное здание.

Здание, принадлежащее компании мужа.

Обычно она проезжала мимо, погруженная в свои дела, но сегодня что-то изменилось.

Внезапно, без всякой видимой причины, её охватило острое, почти детское желание увидеть любимого.

Увидеть его среди суеты рабочих будней, сделать ему сюрприз, просто обнять и поцеловать.

Эта мысль была настолько яркой и неожиданной, что Аня не смогла ей сопротивляться. Хотя знала, что муж не приветствует подобные сюрпризы.

Сердце забилось чаще. Она плавно притормозила, машина остановилась у обочины, напротив массивного стеклянного фасада.

Аня оглянулась по сторонам. Никто не обращал на неё особого внимания. Обычный рабочий день, кругом спешащие люди, деловая атмосфера.

Она глубоко вдохнула, чувствуя, как волнение смешивается с предвкушением.

Это было так не похоже на неё – спонтанно менять планы, поддаваться внезапным порывам.

Но именно это и делало этот момент таким особенным.

Аня заглушила двигатель, посмотрела на здание еще раз, словно пытаясь разглядеть мужа сквозь стены. Представила его за рабочим столом, сосредоточенного, возможно, немного уставшего. И ей захотелось принести ему немного света, немного своей любви.

С решительным вздохом она расстегнула ремень безопасности. Дверь машины тихо щелкнула, когда она её открыла.

Аня вышла на тротуар, ощущая под ногами твердую землю. Солнце теперь сияло ярче, лёгкий ветерок играл с её волосами.

Она замешкалась, глядя на вход бизнес-центра, чувствуя себя немного потерянной и одновременно полной решимости.

Сердце билось учащенно, когда она шла к стеклянным дверям офиса. Каждый шаг казался наполненным предвкушением.

Она представляла удивленное лицо Захара, его теплую улыбку, крепкие объятия. Хотелось раствориться в его присутствии, почувствовать себя любимой и желанной, забыв обо всех заботах и проблемах.

Двери бесшумно разъехались, пропуская её в прохладный, залитый светом холл. Воздух был наполнен тихим гулом офисной жизни, запахом кофе и чего-то неуловимо делового. Аня огляделась по сторонам.

И тут, навстречу ей, словно из ниоткуда, вышла девушка.

Эффектная блондинка, в идеально сидящем деловом костюме, с уверенной походкой и легкой, почти снисходительной улыбкой на губах. Её взгляд, скользнув по Ане, задержался на мгновение, выражая смесь удивления и легкого превосходства.

Аня замерла. В этот момент время словно остановилось. Она узнала её.

Алевтина.

Имя прозвучало в её голове как эхо давно забытой, но болезненной мелодии. Именно её, Алевтину, свекровь Виолетта Игоревна, хотела видеть женой своего сына.

Тогда, несколько лет назад, когда она только начала встречаться с Захаром, свекровь видела в Алевтине идеальную партию – образованную, амбициозную, из хорошей семьи. Аня, тогда еще юная и наивная, не придавала этому значения, но образ Алевтины, всегда такой безупречной и уверенной в себе, остался в её памяти.

Теперь, видя её в этом холле, Аня почувствовала, как внезапное, детское желание увидеть мужа сменилось холодной волной тревоги.

Улыбка Алевтины казалась теперь не просто снисходительной, а какой-то… зловещей.

Словно она видела Аню насквозь, понимала её спонтанный порыв и находила его немного наивным.

Аня почувствовала себя неуютно, словно её застали врасплох.

Желание устроить сюрприз мужу, обнять и поцеловать его, вдруг показалось чем-то нелепым и уязвимым. Она не знала, что сказать, как реагировать. Алевтина же, казалось, наслаждалась моментом, её взгляд изучал Аню с той же легкой, но ощутимой дистанцией.

В этот момент Аня поняла, что её визит, спонтанное желание, возможно, было не таким уж и безобидным.

И что встреча с Алевтиной в этом месте, в этот момент, была совсем не тем, чем она себе представляла.

Аня почувствовала, как щеки заливает краска. Она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла натянутой и неуверенной.

— Здравствуй, Алевтина, – произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Какая неожиданная встреча. А я просто решила заехать к мужу. Сделать ему сюрприз.

Алевтина чуть склонила голову, её глаза продолжали внимательно изучать Аню, словно она была интересным экспонатом. Взгляд скользнул по Ане с ног до головы, задержавшись на скромном, простом платье. В глазах Алевтины читалось что-то вроде жалости, смешанной с превосходством.

— Боюсь, сюрприз не получится. Разве ты с ним не созванивалась? Он сейчас на встрече, – ответила Алевтина, в её голосе прозвучала нотка, которую Аня не могла точно определить. Была ли это искренность, или что-то другое?

— Я подожду, – ответила Аня, чувствуя, как напряжение нарастает. Она не знала, почему, но присутствие Алевтины здесь, в офисе мужа, вызывало у неё странное беспокойство.

Это было не просто столкновение с прошлым, это было ощущение, что она оказалась на чужой территории, где правила игры ей не до конца понятны.

Алевтина пожала плечами, её взгляд скользнул по Ане ещё раз.

— Встреча может затянуться!

Аня стараясь не выдать своего внутреннего смятения. Она чувствовала себя неловко, стоя посреди современного, делового пространства, где всё казалось таким упорядоченным и чужим. Её спонтанный порыв зайти сюда, чтобы увидеть мужа, теперь казался наивным и неуместным.

Алевтина, казалось, уловила её состояние. Она снова улыбнулась, на этот раз более открыто, но всё ещё с той же лёгкой отстранённостью.

— Жаль, что так получилось. Не волнуйся. Захар всегда рад тебя видеть. А я… я теперь его личный ассистент. Мы работаем над новым проектом.

— Новый проект? – переспросила Аня, в её голосе прозвучала нотка удивления. Она не знала, что Алевтина имеет какое-либо отношение к бизнесу мужа.

— Да, – подтвердила Алевтина, её взгляд стал более сосредоточенным. — Ты же знаешь, как он ценит мои советы в бизнесе.

Слова Алевтины прозвучали как тихий, но ощутимый удар. Аня почувствовала, как внутри неё что-то сжалось.

Советы в бизнесе. Проект. Она никогда не думала, что Алевтина может быть так близка к Захару в профессиональном плане.

— Я… я не знала, – пробормотала Аня, чувствуя себя ещё более неуверенно. Её желание увидеть мужа, обнять и поцеловать, теперь казалось таким далёким и нереальным. Она почувствовала себя лишней, словно вторглась в мир, который ей не принадлежал.

Алевтина, казалось, заметила её реакцию. Она сделала шаг ближе, голос стал тише, почти доверительным.

— Не переживай, Аня. Мы просто друзья, которые давно знают друг друга. И Захар всегда будет любить только тебя. Ты же знаешь это, правда?

В её словах была какая-то двусмысленность, которая заставила Аню ещё больше насторожиться.

Была ли это попытка успокоить её, или же тонкий намёк на что-то другое.

Глава 6

– Извини, Анюта, я бы с тобой поболтала, но тороплюсь. Знаешь, у меня очень важное поручение! – сладким голосом промурлыкала Алевтина, её улыбка стала шире. – Захар попросил меня выбрать и купить подарок для Виолетты Игоревны. У неё юбилей, ты же знаешь. А я, как никто другой, умею угождать Виолетте Игоревне. Так что, если ты искала что-то особенное для неё, то можешь расслабиться. Я этим займусь.

Аня стояла как громом пораженная.

Что? Захар, её муж, поручил выбор подарка для свекрови, своей новой личной ассистентке?

Той самой Алевтине, которую свекровь так хотела видеть на её месте?

В голове проносились обрывки фраз, намеков свекрови, постоянных сравнений, естественно, не в её, Анину, пользу.

И вот теперь это.

Захар, который всегда говорил, что ценит её, любит, что она для него самая лучшая…

Он доверил такое личное, можно сказать, семейное дело, чужой женщине?

Аня смотрела на Алевтину, её ехидная улыбка, уверенный тон – всё это обрушилось на неё лавиной, сметая остатки спокойствия.

Она поняла, что её сюрприз превратился в нечто совсем другое.

Это был не сюрприз для мужа, а откровение для неё.

Её муж. Её Захар. Он доверил это личное, семейное дело Алевтине. Той самой Алевтине, которую свекровь так отчаянно хотела видеть на месте Ани.

В голове проносились обрывки фраз, колкие замечания свекрови, её постоянные сравнения.

«А вот я в твои годы…»

«Захарушка всегда любил…»

«Ты, конечно, стараешься, но…»

«А вот Алевтина…»

И вот, теперь её муж доверил такое личное дело, которое должно быть между ним и его женой, другой женщине.

Как он мог?

Аня почувствовала, как к горлу подступает комок. Это было не просто поручение.

Это было предательство. Предательство не только её, но и их отношений. Захар всегда знал, как непросто ей с Виолеттой Игоревной.

Всегда говорил, что он на её стороне, что он её защитит. А теперь он сам, по сути, поставил её в неловкое положение, дал Алевтине возможность ещё раз унизить её.

– Ты же знаешь, как я умею угождать Виолетте Игоревне! – эти слова Алевтины звучали как насмешка.

О, Аня прекрасно знала.

Она знала, как Алевтина умеет подстраиваться, как умеет льстить, как она умеет находить нужные слова.

Это было то, чего Ане никогда не хватало в отношениях с Виолеттой Игоревной – умения играть по её правилам, умения быть той, кем она хотела её видеть.

Аня посмотрела на Алевтину, на её самодовольную улыбку, в блестящие глаза, в которых читалось торжество.

В этот момент Аню озарило, что дело не только в подарке.

Дело было в том, что Захар, сам того не осознавая, дал Алевтине оружие против неё.

Он дал этой девице возможность почувствовать себя ближе к его семье, ближе к его матери, чем Аня.

– Я… я не знала, – прошептала Аня, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

– Ну, теперь знаешь, – ответила Алевтина, её голос стал ещё более сладким, почти медовым. – Не волнуйся, Аня. Я позабочусь обо всем. Захар хочет, чтобы его мама была в восторге. Я уверена, так и будет.

Аня почувствовала, как в ней закипает гнев. Но она не может позволить себе истерику.

Не здесь, не сейчас. Она должна взять себя в руки. Она должна понять, что происходит.

– Спасибо, Алевтина, – сказала Аня, стараясь придать своему голосу как можно больше спокойствия. – Я уверена, что ты справишься.

Её муж, её любимый Захар поручил своей личной ассистентке, Алевтине, выбрать подарок! Для его матери! У неё в голове не укладывался данный факт.

И самое ужасное – Захар даже словом не обмолвился, что Алевтина теперь его личный ассистент

Личный ассистент!

Это звучит так… интимно. Так близко к Захару.

Аня вспомнила, как в последнее время он стал чаще задерживаться на работе. Как он стал более рассеянным, как его телефон теперь всегда был при нём, даже когда он спал.

Она списывала это на стресс, на новые проекты, на давление бизнеса.

Но теперь… теперь всё вставало на свои места с пугающей ясностью.

– Захар всегда ценил твой вкус, Алевтина, – продолжила Аня, её голос звучал ровно, но внутри всё трещало по швам. Она пыталась понять, как это могло произойти. Как она могла быть так слепа?

– О, да, – Алевтина улыбнулась шире, в этой улыбке было что-то хищное. – Захар знает, что я умею находить то, что действительно понравится. Особенно когда речь идет о таких важных людях, как Виолетта Игоревна.

Аня почувствовала, как сердце сжалось.

Важные люди. А она? Она была просто женой? Той, которую можно отодвинуть в сторону, когда дело касается чего-то действительно важного?

– Я уверена, что Виолетта Игоревна будет в восторге от твоего выбора, – повторила Аня, чувствуя, как каждое слово дается ей с трудом. Она хотела кричать, требовать объяснений, но вместо этого она лишь кивнула, стараясь сохранить лицо.

Внутри неё бушевала буря, но внешне она старалась выглядеть спокойной, даже заинтересованной. Это было мучительно.

Алевтина, казалось, не замечала внутреннего смятения Ани. Она продолжала, её голос звучал как сладкая, но ядовитая мелодия.

– Знаешь, Аня, вкус – это нечто врожденное. Не каждому дано его иметь. Я всегда чувствовала, что мне везет в этом плане. Я могу уловить суть человека, понять, что его действительно тронет, что вызовет искренний восторг. Купить подарок – это не просто. Это искусство. И, честно говоря, я в этом искусстве преуспела. Да, для этого нужен талант.

Она сделала паузу, словно ожидая восхищения, и, не получив его, продолжила с легкой усмешкой: «Захар мою способность ценит. Он знает, что если я берусь за выбор подарка для кого-то значимого, то результат будет безупречным. Никаких компромиссов, никаких банальностей. Только то, что подчеркнет статус, продемонстрирует внимание и, конечно же, будет воспринято с должным уважением. Я выбираю подарки для важных партнёров по бизнесу. Виолетта Игоревна – женщина с безупречным вкусом, и угодить ей – задача не из легких. Но для меня это всегда вызов, который я с удовольствием принимаю.

Аня слушала, и каждый новый комплимент Алевтины самой себе, звучал как приговор для неё.

«Безупречный вкус», «искусство», «преуспела» – эти слова, произнесенные с такой уверенностью, подчеркивали её собственную неуверенность. Она, жена Захар, не могла похвастаться таким «талантом».

Её выбор, мысли, чувства – всё это казалось теперь незначительным на фоне самодовольной уверенности Алевтины.

– Я рада, что ты так уверена в себе и своём таланте, – наконец выдавила из себя Аня, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Она чувствовала себя маленькой и незначительной, словно пылинка, которую легко смахнуть с поверхности. Алевтина же, казалось, излучала свет собственной исключительности.

– О, конечно, я уверена, – Алевтина кивнула, её глаза блеснули. – Это не просто уверенность, Аня, это знание. Знание того, что я делаю. Захар всегда говорит, что я – его секретное оружие, когда дело касается таких тонких материй. Он знает, что я могу предвидеть, что понравится, что произведет впечатление. Это дар, понимаешь? Не каждому дано. А уж когда речь идет о таких людях, как Виолетта Игоревна, тут нужен особый подход. Не просто вещь, а символ. Символ уважения, внимания, понимания. И я умею находить эти символы.

Аня почувствовала, как внутри неё поднимается волна горечи.

Символ. А она сама? Была ли она символом чего-то для собственного мужа? Или просто привычной деталью интерьера, которую не замечаешь, пока она на месте?

Слова Алевтины, произнесенные с такой легкостью, словно она говорила о погоде, ранили глубже, чем любая прямая критика. Это было унижение, замаскированное под комплимент.

– Я… я уверена, что Виолетта Игоревна оценит ваше внимание, – снова повторила Аня, её голос дрогнул, несмотря на все усилия. Она чувствовала себя так, будто её заставляют играть роль, в которой она совершенно не разбирается. Роль жены, которая должна радоваться успехам мужа, даже если эти успехи достигаются благодаря другой женщине.

Алевтина, казалось, наслаждалась произведенным эффектом.

– Конечно, оценит. Я же говорю, это не просто подарок. Это инвестиция в отношения. Захар это понимает. Он знает, что я умею создавать правильное впечатление. А это, поверь, очень важно в нашем кругу. Не все могут похвастаться такой проницательностью. Многие просто покупают дорогие вещи, не задумываясь о сути. А я… я чувствую. Я чувствую, что нужно. И это всегда работает.

Она улыбнулась, и в этой улыбке было что-то от кошки, которая только что поймала мышку.

– Захар очень ценит мою способность угадывать желания. Он говорит, что это делает его жизнь проще. И, честно говоря, я тоже это ценю. Это приятно, когда твои таланты признают. Особенно когда речь идет о таких важных вещах, как подарки для людей, которые имеют значение.

Аня с трудом сглотнула.

Таланты. Важные вещи. Она чувствовала себя так, будто её вычеркнули из списка значимых людей в жизни Захара. Она была просто женой, а Алевтина – той, кто умеет находить «символы» и «инвестировать в отношения».

– Я… я рада, что вы так хорошо понимаете Захара, – прошептала Аня, чувствуя, как голос становится всё тише. Она хотела исчезнуть, раствориться в воздухе, лишь бы не слышать больше этих самодовольных слов.

Алевтина же, казалось, только набирала обороты, её уверенность росла с каждым произнесенным словом, оставляя Аню в тени её собственного великолепия.

– Подарки – это лишь одна из граней моего таланта. Я могу создать атмосферу, могу предвидеть желания, могу сделать так, чтобы человек почувствовал себя особенным. Это не каждому дано, Аня. Это требует особого склада ума, особого чутья.

Она наклонилась вперед, её голос стал тише, интимнее, но от этого не менее ядовитым.

– Знаешь, Аня, я вижу, что ты тоже стараешься. Ты тоже хочешь быть хорошей женой. Но иногда, чтобы по-настоящему понять мужчину, нужно быть не просто женой, а… сообщницей. Той, кто разделяет его амбиции, кто понимает его стремления. Той, кто может быть рядом, когда он принимает важные решения. А я… я именно такая. Я не просто дарю подарки, я создаю впечатления. Я строю мосты. И Захар это ценит. Он знает, что на меня можно положиться. В любом деле.

Аня почувствовала, как в груди разливается ледяная пустота.

Сообщница. Муза. Вдохновение.

А она? Она была просто женой, которая ждет дома, готовит ужин и старается не мешать. Её роль в жизни Захара казалась теперь такой незначительной, такой второстепенной.

Слова Алевтины, произнесенные с такой уверенностью, словно она говорила о неоспоримых фактах, заставили Аню сомневаться в собственной значимости.

Глава 7

Голова гудела, словно после удара об стену. Встреча с Алевтиной, личной ассистенткой мужа, оставила её в состоянии полного оцепенения. И шока.

Аня крепче сжала руль. Машина послушно несла её по проспекту, но Аня не видела ни огней, ни прохожих. Её мысли метались в диком танце, сплетаясь в клубок из обиды, недоумения и страха.

Но дело было не только в подарке. Главное, что выбило Аню из колеи, было само существование Алевтины в роли личной ассистентки Захара.

Почему он не упомянул об этом раньше? Это было так не похоже на него. Он всегда был открыт, делился всем. Или это только казалось?

Алевтина. Это имя само по себе вызывало у Ани неприятный холодок.

Богатая семья, престижные школы, светские рауты. Алевтина всегда была в центре внимания, ухоженная, уверенная в себе, с безупречным вкусом.

И, как Аня прекрасно знала, свекровь всегда мечтала, чтобы Алевтина стала женой её сына. Две влиятельные семьи, желающие объединить свои капиталы через брак своих детей. Захар и Алевтина – идеальная пара по мнению их родителей.

Но Захар выбрал Аню. Простую девушку, без громкой фамилии и внушительного приданого. И Аня знала, как тяжело это было принять для свекрови. Она видела это в её глазах, чувствовала в холодных приемах, слышала в вежливых, но отстраненных словах.

Свекровь ждала развода.

Ждала, когда её сын одумается и вернется к «правильной» партии.

И вот теперь Алевтина.

Не замужем. Всегда была рядом с Захаром на каких-то мероприятиях, как его давняя подруга. А теперь – личная ассистентка. Неужели она на что-то рассчитывает? Неужели думает, что сможет отвоевать Захара?

Аня притормозила перед витриной дорогого бутика.

Платье для банкета. Юбилей свекрови. Она должна выбрать что-то элегантное, что произведёт впечатление.

Но ей совершенно было не до платья. Ей было не до красоты, не до нарядов.

Её мысли были в полном сумбуре.

Захар, Алевтина, свекровь, их семьи, их деньги, их амбиции.

Все это казалось таким далеким от её простой жизни, от их с Захаром любви.

Или это была иллюзия? Иллюзия, которую сейчас так легко разрушить.

Почему Захар не упомянул, что Алевтина стала его ассистенткой? Это было самое болезненное. Это было предательство. Или просто небрежность?

Но почему именно Алевтина? Почему не кто-то другой?

Аня выключила двигатель. Тишина в машине казалась оглушительной. Она посмотрела на свое отражение в зеркале. Усталое лицо, растерянные глаза. Она не знала, что делать. Не знала, как бороться. Не знала, есть ли вообще за что бороться.