Ловушка для босса

Быстро подрываюсь и бегу в сторону продуктового. Заваливаюсь в магазин, осматриваю полки. Мой взгляд падает на рыбу и овощи. Хватаю вино и иду к кассе. Сегодня будет особенный вечер и это нужно отметить!

Волшебный мир кулинарии меня никогда не признавал. Решила скромно потушить рыбу и запечь овощи. Винишко взяла для храбрости.

Такой коктейль эмоций я давно не испытывала. В голове теснятся разные мысли, и кровь бежит по венам с такой скоростью, что кажется я ее слышу.

Приготовив обед, я смотрю на часы. У меня есть несколько свободных часов. И это хорошо….

Принимаю душ и привожу себя в порядок. Наношу легкий макияж, а волосы закручиваю в небрежный пучок. Смотрю на себя в зеркало. Глаза горят лихорадочным блеском, легкий румянец покрывает щеки. Ладошки потеют. От волнения и пошлых мыслей разливается жгучий стыд, смешанный с диким желанием.

Звонит домофон. Тимофей.

Новая волна жара накрывает с головой.

Открываю дверь и проваливаюсь в охапку белых роз. Вдыхаю аромат и бросаюсь на ему шею. Тимофей обжигающе шипит, а из моего горла сам по себе вырывается истеричный смешок.

– Прости, твоя рука, – вижу левую руку от кисти до локтя в гипсе, пальцами осторожно пробегают по нему. – Привет.

Отхожу в сторону и помогаю снять пальто. Держу в руках и вдыхаю аромат его парфюма. Тимофей смотрит так, что внутри все скручивается.

Мы замираем, воздух между нами густеет. Его губы изгибаются в улыбке, а в глазах пляшут опасные огоньки.

Я вспоминаю о гостеприимстве и провожаю его в комнату. Стол давно накрыт и ждет начало ужина.

– Расскажи, что случилось, – голос предательски дрожит.

Непроизвольно провожу языком по пересохшим губам. Это движение выдает мое напряжение и желание.

Я как оголенный провод под напряжением.

Глава 38. Тимофей

С Седовым решаем продолжить разговор в другом месте. От долгой однообразной позы в машине затекает все тело и простреливает мышцы.

Кроме тихой грусти ничего не чувствую к нему. Просто сижу и думаю, почему люди так поступают.

Сам не знаю, как теперь относится к дяде.

Мне нужно отдохнуть сейчас, собрать мысли воедино. Множество вопросов остались без ответов. Я тяну линии прошлого как на доске поиска, цветные нити связываю с событиями и местом, но логическая цепочка до конца не выстраивается.

Нужно поговорить с Алексеем. Я слишком предвзято отношусь к прошлому, пропускаю его через себя.

Необходим трезвый взгляд со стороны. Доверять я Седову до конца не могу. Позвоню Алине Викторовне, предложу реабилитировать свои действия. Нужно собраться дружным семейным кружком.

Все настолько закружилось…

Мы выходим из машины. Мужчина долго смотрит мне в глаза. Он не ищет сочувствия или понимания. Его исповедь – не поиск правды, это крик души.

Прощаемся за руку.

Кстати, вот он момент… Молчу и сильнее сжимаю челюсти.

Толчок, отлетаю в сторону. Неудачно падаю на левую сторону, и резкая боль пронизывает от локтя до плеча. В груди печет, лежу и хватаю ртом воздух. Пробую пошевелить рукой – не выходит. Ни пальцами, ни ладонью.

Рядом лежит Владимир. Он держит руку в районе шеи, прикрывая рану, из которой брызгами выходит темно-красная кровь.

Грудь сдавило от страха за него. Мозг за секунды перебирает и выдает все варианты, которые послужили поводом для выстрела.

Как змея ползу в сторону Седова, подо мной хрустит корпус моего телефона, издавая последний звук.

В морозном воздухе оглушительным эхом раздается еще один выстрел. Люди на парковке с криком разбегаются прочь от машин.

Поворачиваю голову и вижу Алексея, который с адреналиновым взглядом бежит в мою сторону.

Седов уже без сознания. Кровь заполняет его воротник и стекает на жесткий асфальт парковки.

Внутри отщелкивает. Безумным голосом кричу, чтобы вызывали скорую.

Владимир умирает.

Мои глаза вспыхивают темным огнем. Но не от ненависти, а от страха за него.

Я должен почувствовать облегчение. Но это было не так. Я чувствовал пустоту.

– С тобой все в порядке? – бросает Алексей. – Доберусь до гниды, грохну.

– Я в порядке, – от боли и адреналина еле шевелю языком, – нужно ехать в больницу.

Реанимация приезжает через десять минут. Седова в тяжелом состоянии везут в больницу.

Смотрю в окно в машине друга. Люди бегут по морозу, а моя жизнь катится ко всем чертям.

Второе покушение за неделю. Криво усмехаюсь. Пытаюсь примирится с мыслю, что судьба неотвратимо наказывает меня.

Алексей достает из кармана телефон. Я отрицательно качаю головой, не помню наизусть номера Марины.

В застывшей позе сижу, сбитый волной эмоций, которые сейчас клубятся во мне. Такое ощущение, что каменею. Внутри пустота.

Алексей взвинчен. Едем в травму, друг по дороге задает нужные вопросы. Я отвечаю и во мне разливается тягучее чувство ожидания беды.

– Он выживет? – срывается с моих губ.

– Обязательно, – холодно бросает Алексей. – К нему слишком много вопросов.

Глава 39. Больница

Нужно успокоится. Сердце грохочет громко. Пот прошибает тело насквозь.

Телефон сломан. Я с гипсом мчу в больницу к Седову.

Врач четко дает понять, в каком он положении и насколько все плохо. Владимир в коме. Умереть может в любой момент.

Сука.

Я захожу в палату. Первое ощущение, что Седов просто спит. Сердце судорожно сжимается.

Но ничего не меняется. Кожа бледная, шея забинтована, на повязке я вижу выступающую кровь. Приборы пищат, а трубки окутывают тело, направив свои иглы в вены.

Врач поправляет один из датчиков и смотрит на экран.

– Какой прогноз? – мой голос глухой и надломленный.

– Пока не могу сказать. Ранение очень тяжелое. Он потерял много крови.

Выдох.

– Когда придет в сознание – неизвестно, – врач констатирует факты, а у меня ком встает в горле.

Мне нужно остановить это безумие. Это уже настоящее кровавое безумие.

– Пять минут, – кидает врач и выходит в коридор.

Мрачно смотрю на часы. Невесело усмехаюсь, представляя, как там бушует Марина.

Дотрагиваюсь до холодной руки Седова.

– Ты меня слышишь? Я скоро вернусь, – выдаю глухо.

Вскоре выхожу в коридор. Встречаюсь взглядом с Алексеем.

– Поехали к Алине, – говорит. Надо проверить квартиру.

Иду за ним. Мои плечи, обычно уверенно расправленные, сейчас напряжены так, словно на них вся тяжесть мира.

Охрана Алексея остается стоять возле палаты.

Едем в квартиру Алексея, где живет его нестареющая милфа.

– Надо ее подготовить. Сказать, что знаем о ней и Владимире все.

– Хорошо.

Подъезжаем к одетому в хром и стекло зданию в престижном квартале Москвы. Взъезжаем в ворота и идем внутрь. Вызываем лифт. Красная кнопка отщелкивает и лифт возносит нас на самый верх. Закрываю глаза, рука простреливает болью.

Тяжело дышу, как после бега.

Перед взором парковка, лицо Суслова. Момент, когда он толкает меня в сторону.

Владимир спас мне жизнь. Снова.

Алексей достает ключ и открывает дверь. Входим в квартиру. Я хотел что-то спросить, но все из головы вылетает от увиденной картины погрома.

Какого хрена здесь произошло?

В здоровенной холе квартиры с панорамными окнами будто прошелся цунами.

В середине – перевернутый диван, сбоку – разбитый экран телевизора.

На кухне перевернуты стулья, повсюду стекло и разбросанные вещи.

Как будто что искали.

– Обыск или нападение? – хриплым голосом спрашиваю у друга.

Алексей проходит к дверям комнаты.

Заглядывает в ближайшую из них, проверяет санузел.

– Алина пропала, – со сталью в голосе. – Телефон и вещи на месте.

– Это не обыск, а похищение, – выдаю страшную догадку.

Алексей набирает охрану. Я беру телефон Алины.

– Надо посмотреть, что там, – мне уже страшно. Слишком круто закрутились события.

Тут не только бизнес, а что-то личное.

Вероятно, выражение моего лица сильно меняется. Алексей шагает ко мне и забирает телефон жены.

Сердце дает перебой.

Подхожу к панорамному окну квартиры. Город под ногами гудит и мчится в бешенном ритме мегаполиса.

Прошу друга вызвать такси. Адрес – Смоленская 7.

Глава 40. Марина

Я открываю дверь. В лицо ударяет аромат роз. Они бесподобны. Красивые. Белые. А за ними, тот, кого жду уже несколько часов. Горячий, брутальный, желанный, с гипсовой повязкой на руке.

– Что-то мне подсказывает, что мне не понравиться услышанное, – пытаюсь разрядить обстановку.

– Для этого мне даже не надо стараться. – Тимофей негромко смеется и проходит в комнату.

Улыбаюсь, осматриваю босса. Лицо немного осунулось. На нем тот же костюм, что был в пятничный день. Хмурюсь.

Мое воображение уже рисует страшную картину того, как Суслов сломал руку.

Приглашаю в зону кухни за стол и наливаю вина.

– Что с тобой случилось? – без обиняков задаю вопрос.

– В меня стреляли, – спокойно и без предыстории.

Вино попадает не в то горло, начинаю громко кашлять. Тимофей постукивает здоровой рукой по спине.

– Ты умеешь произвести впечатление на девушку, – сиплым голосом тяну информацию дальше.

От его рассказа волосы встают дыбом. Я закрываю глаза и пытаюсь переварить услышанное.

Блин, Анжелика – крот. Алина Викторовна пропала. Два покушения на неделю. Сердце сжимается от страшных событий.

Чувствую, как теплая рука Тимофея прикасается к моей щеке и открываю глаза.

– Не бойся, малышка, я все решу, – тихо произносит мужчина.

– Мне очень тревожно, – признаюсь честно.

Его рука нежно гладит мои пряди и заправляет их за ушко, я улыбаюсь и тянусь к его губам.

Целую его со всей нежностью, на которую только способна. Я вчера могла его потерять, страшная мысль оголяет нервы.

– Марина, – шипит Тимофей. Его единственная рука обхватывает мою талию с такой силой, что я вскрикиваю.

Тимофей покрывает мое лицо и шею страстными поцелуями, расплетает пучок волос. Касается так, заставляя полностью забыться.

– Уверенна? – рука сжимает ягодицы.

Я провожу пальцем по его губам, смахиваю каплю вина. Тимофей внимательно наблюдает за мной, а меня это еще больше заводит.

Тяну его за руку в зону спальни. Приглушаю свет и снимаю платье. Подхожу к Тимофею в одном белье.

Его взгляд горит лихорадочным блеском. Аккуратно расстёгиваю на нем рубашку и снимаю ее. Дрожащими пальцами провожу по кубикам пресса.

Замираю возле ремня брюк.

Внутри горит все от дикого, первобытного желания.

– Трусиха, – его голос звучит низко и обволакивающе. Я облизываю пересохшие губы.

– Разве? – провоцирую его.

Все мое показное спокойствие рушится в одно мгновение. Тимофей бросает меня на кровать и впивается в мои губы жадным, всепоглощающим поцелуем.

Его губы сжигают меня дотла. Стирают границы.

Мое тело горит и пылает под его теплой ладонью, которое прижимается к открытым участкам тела. Я не контролирую свое тело. Не думаю и не анализирую сейчас.

Мысли мои сметены ураганом страсти. Я знаю одно – я хочу своего босса. Здесь и сейчас.

Я стягиваю с него одежду, его взгляд, который прикован ко мне тяжелый и многообещающий.

Между нами больше нет преград. Резкий рывок – нависает надо мной.

Тимофей покрывает мое тело нежными поцелуями, играет с сосками, чем вызывает во всем теле неудержимую дрожь. Выгибаюсь под его умелыми ласками.

Мои волосы разметались по подушке, а в голове шальная мысль.

Почему я потеряла столько времени?

Тимофей резко входит в меня. Я вздрагиваю, но не от толчка, а от того как он смотрит на меня. Нежно, страстно.

Двигается уверенно и жестко вырывая из моего горла стоны, а потом и крик.

Царапаю ему спину, оставляя отметины. Прихожу к финишу снова и снова….

Мы занимаемся сексом всю ночь, и все равно не можем насытится друг другом.

Утром открываю глаза и смотрю на спящего Тимофея.

Осторожно провожу по волосам, вдыхаю аромат своего мужчины. Скольжу взглядом по мощной спине…и завожусь.

Бойцова…Бойцова…надо было идти в секретарши.

Счастливо улыбаясь ложусь удобнее, Тимофей во сне подтягивает к себе ближе под бок.

Боже, мысль вызывает толчок. Я даже не спросила, а если у него двойной перелом. А мы тут развлекаемся во всех позах. Стараюсь не настраивать себя на плохое.

На этой мысли отрубаюсь.

Глава 41. Алексей

– Если вы мне ее не найдете, я вас на куски порву, – чеканю в трубку.

В раздражении бросаю телефон. Выдыхаю, пытаюсь успокоиться.

Злость кипит во мне. Прошла неделя, про Алину известий нет. Просматриваю видео, где она входит в салон красоты и не выходит, снова и снова.

Вся неделя летит к чертям. Тимофей по своим каналам ищет секретаршу, я жену. Суслов в коме.

Понимание происходящего летит по всем фронтам. Сделки срываются, банки блокируют счета мои и Суслова. Ярость проходит по телу горячей волной и поднимает адреналин. Закрываю глаза и вдыхаю.

Кто-то очень старается испортить нам жизнь. И у этого кого-то – получается.

Стук в дверь.

– Не устал персонал кошмарить? – заявляет Тимофей.

Друг входит в офис, хмыкает и падает в темное кресло напротив.

Он внимательно наблюдает за моей реакцией, будто чего-то ждет.

– По-другому не работают.

Тимофей внешне спокоен. На лице нет лишних эмоций. Он прекрасно умеет контролировать себя, в отличие от меня.

– Что делать будем? – хрипло спрашиваю друга, который не спускает с меня глаз.

– Мать Анжелики не отвечает. Предлагаю съездить и узнать в чем дело, – молча киваю, беру ключи от внедорожника, и мы выходим из офиса.

Прыгаем в машину, срываемся с места. Сжимаю руль. Сука, Алинка. Хотел оформить развод после Бали, но отложил. Я и сейчас хочу вычеркнуть ее из своей жизни. Но не такой ценой. Страшные мысли, что жена мертва отметаю. Надо везде искать.

Куда она делась?

Почему спецы и камеры молчат.

– Поверните направо, – вырубаю монотонный голос. Мысли в голове бешено мечутся от страшных предчувствий.

Торможу тачку.

Частные дома не в самом престижном районе Подмосковья встречают граффити на заборах и лаем собак.

Темные окна и шторы блэкаут не дают понять, ждут ли сегодня гостей в доме, куда мы направляемся.

Медленно и осторожно обходим забор. Встречаюсь взглядом с Тимофеем и подставляю плечо. Легкий прыжок, он на другой стороне. Прыгаю и цепляюсь за кирпичные стены, тяну свое тело вверх. Пара секунд и я во дворе дома.

Все рецепторы обострены. Мы на чужой территории и решаем, что делать дальше.

Выжидаем и прислушиваемся к темноте. Проходим к двери дома. Не заперта. Толкаем и осторожно вступаем на порог.

– Такое ощущение, что здесь давно не живут. Не похоже на секретное место Анжелики, – выдаю.

– Больше не секретное, – кивает Тимофей.

В доме тишина, беру телефон и включаю фонарик. Иду впереди, Тимофей не отстает. Внезапно чувствую, как в мою ногу что-то врезается, а потом с тихим визгом прилипает к ноге.

Сначала даже не понимаю, что это. Опускаю взгляд. Блядь.

Собачка Алины с Бали. И что она делает в доме домработницы Сусловых?

На миг теряюсь. Смотрю на Тимофея. Он проходится по дому. Отрицательно качает головой, давая понять, что тут никого.

С трудом втягиваю воздух в легкие, подхватываю шерстяного друга и иду на выход.

– Выдыхай, – доносится спокойный голос друга. – Зацепки есть, этим займемся.

– Допустим, – киваю согласно.

Сжимаю пальцы в кулак.

С диким визгом машина срывается с места. Едем в бар, надо все взвесить и обсудить. По дороге передаю всю найденную информацию службе безопасности.

Глава 42. Хлебные крошки

Бар расположен в самом центре города. Отец любил сюда заходить, и я не изменяю привычкам Сусловых. Здесь наш ждет лучший столик и никаких сюрпризов.

– Давай по порядку, – бросаю взгляд на Леху. – Мы с тобой за последние годы разрулили много сложных вопросов, и этот разрулим.

Заходим в бар. Народу – тьма. Официант узнает меня и ведет на второй этаж – в вип зону.

Заходим в випку. На столе аперитив. Ждем официанта и начинаем мозговой штурм.

Несколько месяцев назад Суслова Алина Викторовна стала Романовой. До свадьбы она переписала на меня строительную фирму отца, после свадьбы – ряд мелких фирм перешли Алексею.

Все это время Седов с нее не слезал. Она снимала бабки со счетов и переводила ему в офшоры. Но денег становилось все меньше, а запросов – все больше.

Алексей сжимает кулаки, дыхание становиться тяжелым и шумным.

В прошлом, пока Романов мотал срок, мой отец вел общий бизнес с ним и ждал его на свободе. Оплачивал бесконечные встречи с адвокатами и нанимал самых ушлых юристов.

Один из таких юристов оказался Седов Владимир.

Он умело нагнул кого надо и Алексея выпустили. После сидки Алексей больше не хотел отмывать бабло и сидеть за черную бухгалтерию. Вышел и стал двигаться дальше.

Уехал из России. Узнав о смерти Суслова Игоря – вернулся. Увидел меня. Вытащил. Кривлюсь, вспоминая то время. Я больше не лезу в дерьмо, одного раза хватило.

Официант приносить виски. Легкая закуска должна не дать нам убиться за вечер. А там – как пойдет.

Необходимо исключить все риски. Мы как Гендель и Грета идем по хлебным крошкам, собирая крупицами информацию.

Страшно ли мне? До чертиков. За мной идет человек, чьи действия я не могу предугадать. Человек, который может отнять жизни.

И я не знаю кто это и где его искать.

Нас прерывает телефонный звонок. Марина с волнением спрашивает все ли в порядке. Я не хочу подставлять ее под удар. Это мое прошлое и тьма, когда она придет, должна забрать только меня.

Нужно решить эту головоломку, оставить прошлое в прошлом.

Алексей сидит спокойный и расслабленный, одна рука на бокале, вторая что-то листает на экране смартфона. Но это только с виду. На самом деле у него такой взгляд, что у любого внутри сразу все холодеет.

Глава 43. Марина

Я просыпаюсь довольная и выспавшаяся. Протягиваю руку – пустота. Прислушиваюсь к звукам воды – тишина.

Сердце сжимается. Лежу и смотрю в потолок, в голове странные мысли.

Тянусь к тумбе возле кровати, ладонь нащупывает листок.

Читаю: «Маришка, срочно уехал в офис. Телефон куплю по дороге. Позвоню».

Встаю и потягиваюсь. Ммм… между ног все саднит. Ноги трясутся. Как будто не сексом занималась, а на лошади скакала всю ночь. Легкая волна жара проходит по телу от воспоминаний.

Иду в душ. Теплая вода приводит тело и мысли в порядок. На кухне меня ждет кофе. Жизнь прекрасна!

Телефон оживает к двенадцати часам. Чат разрывают кружочки от Кати. Обиженным голосом Екатерина предлагает компенсировать испорченный девичник, из-за одной драчливой подруги, поездкой в свадебный салон.

Улица засыпана легким снегом. Выхватываю машину глазами. Сажусь и завожу мотор. Мой идеальный мир. Как я жила без нее – ласточки моей, не представляю.

Ну чего не сделаешь ради прощения. Вот Санту я же почти выкупила, как говориться, своих не бросаем!

Паркуюсь возле салона. Девчонки на месте и машут руками.

Смешно. Одна ночь – а я уже в салоне для невест. Хорошо, что Тимофей не видит. Меня так и распирает отправить пару фото. Держусь, я же не самоубийца.

Битый час стою перед зеркалом в свадебном платье. Это уже десятое платье на мне, которое выбирает будущая невеста.

– Девочки, клянусь, еще одно платье и в салоне будет не драка, а убийство!

Улыбаюсь маньячкой, бросая злые взгляды на подруг.

– Как можно так быстро назначать свадьбу! Ты же его едва знаешь! – шиплю змеей.

– Не усложняй, – морщится Катюха. – Давай еще пару платьев.

– Фиг вам! – показываю дулю в лицо обалдевшим подругам.

Бесят. Машка закатывает глаза и ржет как кобыла. Катя смотрит убийственным взглядом, но молчит.

Понимают, что такого разъяренного противника им не потянуть. Ни физически, ни морально. Умные они у меня.

Выходим на улицу. Ко всем моим бедам добавляется еще одна. Эвакуатор, весело махнув хвостиком, увозит мою ласточку в неизвестном направлении.

– Мы на такси, – озвучивают девчонки и ретируются с горизонта ярости.

Стою и очумело хлопаю ресницами. Должно быть выгляжу со стороны крайне глупо.

Блин…Я вздыхаю, и набираю номер телефона.

Остаток дня как хищник иду по следу своей машины.

Этот дерзкий и тупой мир пытается меня поиметь, не на ту напали!

Телефон вибрирует в руках. Сообщение с незнакомого номера отправляет настроение окончательно на самое дно.

«Марина, не жди. Дела порешать нужно».

Тимофей, мать его Игоревич, умеешь ты красиво ухаживать. Сто баллов.

Глава 44. Еще немного крошек

Если бы ты знал, папа. Если бы только знал……как тут без тебя.

Остаток вечера проходит в квартире Алексея. Мозговой штурм отнимает все силы.

– Что будем делать? – смотрю не моргая. – Служба безопасности работают изо всех сил, но мы в тупике.

– Все началось в Рязани, – глаза Алексея темнеют. – Завтра выезжаем, хватить штаны протирать.

На секунду у меня на лице возникает диссонанс. С одной стороны, я хочу поехать и выяснить подробности. С другой стороны, не хочу оставлять Марину одну.

Да только поздно уже. Алексей настроен агрессивно, менять задуманное не собирается.

На утро в молчании едем в аэропорт. У меня так и не появляется ни одной мысли в какую сторону капать.

– Давай с архивов начнем, – выдаю наконец светлую мысль, – А после пройдемся по местным.

– Конечно, – кивает друг.

– Как думаешь, где еще искать, – мрачно спрашиваю.

– Не знаю. Везде.

Вылетаем. Летим молча. Каждый переваривает свои мысли. Перекидываемся парой пустых фраз и изучаем имеющиеся данные.

Пока не вижу ни единого шанса найти ответы. В голове крутятся бредовые идеи, но все не то.

Больше шансов, что в Москве все всплывет. Ведь это логично, там весь бизнес. Виски гудят от количества мыслей и накопившихся дел.

Листаю рабочую почту. В офисе тихо, Марина в курсе поездки. Терпеливо работает – золотая моя.

Улыбаюсь себе, вспоминая совместную ночь. Эта малышка чуть не съела меня. Она вся пылала. Светилась изнутри вся, сияла. Это был не просто голый трах. Нас разрывало от ощущений близости, искрили оба.

Никогда не старался доставить столько удовольствия женщине. А тут всего было мало. Брал ее раз за разом. Зацепила меня Марина Сергеевна, затянула ошейник.

Издевался на Лехой, когда тот поначалу слюни пускал на немолодую Алину. Идиот, работает карма. Теперь сам залип крепко, не отпускает. Это как помутнение, мозги выбивает надолго.

Леха замечает, как меняюсь в лице глядя в смартфон. Жадно изучаю фото Марины.

Романов ухмыляется краем губ и выдает:

– Может тебе уже жениться? – скалится и ржет.

– Возьму и женюсь, – рявкаю на него.

– Расслабься, – говорит он. – Будешь хорошо вести себя, на свадьбу приду.

Невероятное желание поддать шутнику явно отражается у меня на лице. Алексей отворачивает взгляд и смотрит в окно иллюминатора.

Опять прокручиваю нашу ночь. А что, взрослые здоровые люди с потребностями, можно и остепениться.

Полет тянется долго. Устал и реально все бесит.

Идем ко второму выходу. Машина ждет в зоне такси. Телефон вибрирует. На экране вижу номер начальника безопасности Ильи.

– Да? – выдаю.

– Босс, думаю вам нужно знать. Владимир пришел в себя.

Ясно. Слушаю отчет о том, как его перевели в специальную палату.

– Охрану удвой, – говорю и отключаю телефон.

Откладываю телефон и пальцами сжимаю виски.

Кому же еще я дорогу перешел?

Этот неизвестный хорошо трепет нервы.

Наконец такси подъезжает к отелю. Шикарное задание из белого камня. Заходим в номер и осматриваемся. Номер большой, расходится на зоны как крылья бабочки. Варим кофе, больше не бухаем.

Дела надо порешать и валить домой. На утро назначаем встречу с местным журналистом.

Лежу в кровати, звенящая тишина давит на затылок.

Звоню Марине, от ее голоса колючие мурашки разбегаются по телу.

– Да усни ты уже, кобелина, – орет дурным голосом Алексей из соседней комнаты.

– Да не грусти ты так, найдем жену твою, – ору в ответ, – потрахаешься по полной.

Хмыкаю и убираю телефон. Странная херня, чего так Леху вштырило?

В отеле спокойно, но я внутри чувствую беспокойство, которое все нарастает.

Холодная, липкая злость взрывается под ребрами. Комната будто сжимается вокруг меня. Заставляю себя дышать медленно и глубоко поворачиваюсь к стене и пытаюсь заснуть.

Что за приступ паники, твою мать…