Та, что придет после меня

– Чем вы хотите обладать – навыками предыдущей реинкарнации или ее памятью? – Вступил в разговор секретарь

– Навыки. Причем всех четырех моих предшественниц. – События можно будет восстановить, а вот навыки героинь пригодятся. Не мог этот великий сценарист выбирать заурядных девушек. Буду Мэри Сью.

– Хорошо, – продюсер кивнул головой, – но тебе придется пережить все четыре смерти, чтобы открыть их способности.

– Чем именно они обладали? – Задала я встречный вопрос.

– Узнаешь по ходу развития сюжета. – Отмахнулся от меня Дракон. – Продолжай.

– Добро или Зло? – Задал вопрос секретарь.

– Рандом, потому что одно не может существовать без другого.

– Любовь или семья?

– Семья. – Это тоже был не сложный выбор. – Любовь проходит, но близкие люди остаются рядом.

– Власть или признание?

– Власть.

– Мир или война?

– Мир.

– Еще один вопрос, – Я не могла понять одного, что очень сильно тревожило, – если мне придется занять место другой, то кто придет вместо меня в этот?

– Хм, – По лицу Дракона пробежала тень удивления и одобрения, – вы первая кто заинтересовался этой частью сделки. В огромной мультивселенной одновременно происходит столько событий… Одни миры возникают, другие разрушаются. В гибнущих пространствах существуют достойные, на мой взгляд, души, способные изменить и твою реальность. У меня есть одна кандидатка, которая и заменит тебя здесь.

– Вы хотите сказать…

– Довольно вопросов. Вам пора. Дракон резко поднялся с дивана и повернулся к слуге. – Не забудьте стереть ей память. Не все, только часть.

Думайте что хотите, но на мой взгляд, окончание разговора было каким-то нагнетающим, поэтому решила уточнить.

– Зачем память стирать? Не на секретном же полигоне в самом деле. – Но мой юмор почему-то никто не оценил.

Я почувствовала, как к моей шее приставили что-то холодное и круглое. Странный щелчок прозвучал у самого уха, и мир вокруг меня снова померк.

Глава 3

Очнулась я резко, жадно втянув в себя воздух, словно мне наконец-то дали доступ к кислороду. Такое бывает, когда вам приснилось что-то страшное, и вы выпали из жуткой иллюзии в самый последний момент. Сон. Это был всего лишь сон.

Попыталась сесть, но пространство закружилось в диком танце, и мое тело снова рухнуло на кровать, припечатавшись при этом локтем о твердую поверхность. «Интересно, когда это я оказалась на полу? И где мой анатомический матрасик?». Подавив приступ тошноты, с трудом открыла один глаз, и мой взгляд уперся в воздушный полупрозрачный розовый балдахин, подвешенный к потолку. С трудом терплю этот цвет, поэтому в интерьере моей квартирки его априори не может быть. «Наверное, показалось». – Открыла второй глаз и моргнула несколько раз. Ничего не изменилось.

Лежало мое тело не на полу, а на деревянной кровати, покрытой каким-то шелковым тонким одеялом, видимо заменяющий матрац. Я вытащила руку из-под покрывала и помахала ею перед лицом, потом повернулась на бок, пошевелила пальцами ног. «Так, двигаться могу. Это хорошо». – Попыталась снова сесть. Голова кружилась, не позволяя на чем-то сосредоточиться. К тому же пространство хоть и просматривалось, но было все как в тумане.

– Госпожа, Вы наконец-то проснулись! – Звонкий девичий голос ударил набатом в черепной коробке. – Синь Синь очень волновалась, потому что не могла вас разбудить несколько часов.

Полупрозрачная шелковая занавесь отодвинулась, разгоняя непонятный туман, и на меня уставилась девушка с вычурной прической на голове. Ее раскосые карие глаза смотрели на меня с испугом и искренним участием. Девушка принялась подвязывать занавеси к столбикам кровати, открывая мне вид на просторное помещение. Я внимательно рассматривала незнакомку, пытаясь понять, почему она здесь. «Минуточку! Где это я?! Народ, навигатора ни у кого не найдется? И о какой госпоже речь?», – я потерла ноющий висок.

– У вас что-то болит? – Девушка упала перед кроватью на колени. – Принесите госпоже утренний тонизирующий отвар! – Я скривилась от этого, казалось, громового голоса, а девушка продолжала, как ни в чем не бывало. – Госпожа, вам нельзя так долго трудиться по ночам. Вместо восполнения Вы нарушите движение ци в вашей крови, и раньше времени состаритесь. К тому же употреблять вино в таких количествах не пристало в вашем статусе.

Я нахмурилась, чем привела незнакомку в неописуемый ужас. Девушка отодвинулась на пару метров и начала бить земные поклоны, от души прикладываясь к деревянному полу лбом.

– Госпожа, помилуйте. Синь Синь забылась. Она не может делать замечания госпоже. – По щекам незнакомки текли настоящие слезы. – Если я виновата, то накажите только меня. Пощадите мою семью!

– Тихо! – Я вскинула руку, отчего по телу опять прокатилось головокружение. – Ни звука!

Девушка зажала себе рот обеими ладонями, чтобы ни один всхлип не нарушил блаженную тишину, возникшую в… покоях? Можно даже не быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что место моего пребывания не является родной квартиркой в Питере. Голова продолжала гудеть, отказываясь вспоминать события предыдущего дня.

Помните речь одного незадачливого хирурга из знаменитой отечественной комедии «С легким паром»: «Каждый год, тридцать первого декабря мы с друзьями ходим в баню»? Так вот, каждую неделю по субботам мы с подружками посещаем ночной клуб и тусим там до самого утра. После этого загула у каждой отстается еще целое воскресенье, чтобы дать телу отдых и моральный, и физический перед долгой трудовой неделей в пыльном офисе маркетинговой компании. Но вчера была не суббота. Или все-таки она родимая?

– Какой сегодня день?

– День Меркурия второй декады Овна года Дзя Сюй. – Девушка поклонилась.

– Меркурий какого Дзя Сюя? – Переспросила я. Но ответить незнакомка не успела, потому что в комнату вплыли еще несколько, скорее всего, служанок. Каждая что-то несла в руках: таз с водой, поднос с полотенцами, поднос с украшениями, платьем и пиалой с какой-то жидкостью. Девушки были одинаково одеты во что-то бело-розовое, с одинаковыми прическами и двигались так слажено, словно одно целое. Я поначалу даже решила, что у меня двоится…., нет, пятирится в глазах. Господи, что же мы пили?

Синь Синь, подскочив с колен, забрала глазурованную лазоревую чашу и поднесла ее мне, поклонившись.

– Госпожа, выпейте. – Девушка протянула мне отвар, не поднимая головы от пола.

– Сначала ты. – Нужно быть весьма осторожной. Неизвестно чем меня уже успели напоить в баре, что голова отказывается думать, вызывая такие яркие галлюцинации.

– Но, Госпожа, Синь Синь не смеет прикасаться к вашей посуде и еде. – Девушка побледнела.

– Пей!

Несчастная пригубила отвар и с трудом проглотила. Я внимательно наблюдала за ней несколько томительных минут, затем забрала пиалу и осторожно пригубила жидкость. Горькое. Прокашлявшись, я заметила, что пульсация в голове стало меньше. Тогда, зажав нос, как в дорамах, одним махом осушила пиалу и вернула ее служанке. Стоп! «Как в дорамах»!

От нахлынувших воспоминаний о предыдущем вечере мне опять стало не хорошо, и я вцепилась обеими ладонями в край кровати, чем напугала всех служанок, бухнувшихся на колени уже всей толпой. С этим надо что-то делать. Проломят полы, придется тратиться на ремонт.

– Оставьте меня все!

– Но, госпожа, Вам пора одеваться. Вас ждут во дворце Запретного города. – Синь Синь отвесила очередной поклон.

– Подождут немного. – Я осторожно подняла подбородок девушки и улыбнулась ей.

Но, то ли я сильно сжала пальцами лицо служанки, то ли улыбка моя получилась от переполнявших меня ощущений кровожадной, но девушки заголосили все вместе о том, что они, конечно же, виноваты, поэтому достойны наказания, даже смерти, но просят пощадить их семьи. Подрастеряла я где-то свои актерские навыки.

– Вон! – Рявкнула, наверное, тоже слишком злобно, и выглядела грозно, потому что всех словно ветром сдуло. Кроме Синь Синь. Девушка отошла к самой двери и замерла там, как изваяние.

Мои мысли метались из стороны в сторону. И, как бы не выглядело все происходящее полным сумасшествием, но факт оставался фактом, Корпорация «Золотой Лотос» исполнила свою угрозу: я в дораме. Что там сказал этот «Костюм в маске»? Нужно довести сюжет до логического конца и не умереть?? Да, пожалуйста! Главное понять, что происходит, и в какой стороне искать этот самый конец».

Итак, я – Госпожа. Исходя из штампов, скорее всего, вторая или даже десятая дочь какого-нибудь чиновника, генерала, но не от главной жены. Это обязательно наложница. Меня в семье не любят и готовят к замужеству за принца. В его доме меня однозначно будет гнобить какая-нибудь наложница или супруга, ведь гарем – дело тонкое. Потом этот недонаследник вступит в борьбу за трон, столкнувшись со злобным кронпринцем или его властолюбивой матушкой. И либо мой муженек победит, и я стану императрицей, либо он проиграет, тогда вырежут все его семейство вместе со мной, что повлечет, если верить Дракону, гибель и всей моей реальности. Последнего я, конечно же, не допущу. «Бред полный! – Я опять потерла виски. – А если здесь просто снимают реалити-шоу? Этим многое можно объяснить. И весь пафос с уничтожением мира лишь для нагнетания обстановки». Тогда просто разыгрываем дурочку, поверившую в реальность происходящего, и действуем по обстоятельствам. Мой мозг, найдя логическое объяснение происходящему, с облегчением выдохнул.

– Ваше величество! – Противный высокий, но все-таки мужской голос раздался из-за закрытых дверей. – Вам необходимо поторопиться. Вдовствующая Императрица не любит ждать!

Синь Синь быстрым шагом подошла к чашке с водой, оставленной на столике служанкой, намочила полотенце и приблизилась ко мне.

– Ваше Величество, – девушка присела в поклоне, – позвольте этой никчемной служанке помочь вам умыться и одеться.

Я растерялась. Весь мой оптимизм сразу же улетучился, ведь так тщательно выстроенная шаблонная история развалилась на глазах. То есть, я не бедная забитая барышня из богатого семейства. Я, демоны вас всех раздери, – императрица! Получается корпорация и этот гадский Создатель заведомо вынесли мне смертный приговор. Ни один действующий правитель в дораме не выжил, потому что его наследнички, включая их прекрасных мамашек, бьются за золотой трон Дракона до смерти своих врагов.

Но здесь императрица – я. Это что же, мне предстоит помочь своему сыну стать новым правителем? Значит, у меня и муж имеется? Сколько же мне лет?

– Зеркало! Быстро!

Синь Синь положила влажное полотенце на стол и принесла с туалетного столика бронзовую плоскую пластину, оправленную золотой рамкой. Отражение было мутным. «Точно, стеклянных же зеркал в Китае долго не было». Я подошла ближе к окну. Виды природы меня сейчас мало интересовали, потому что необходимо разобраться с внешностью, ведь ожидать могла чего угодно. И оказалась права.

Из мутного ореола на меня смотрела… я. Часть моих натуральных платиновых волос, когда-то коротких, а теперь, свисающих ниже ягодиц, была сложена в сложную прическу, весьма растрепанную. Синие глаза смотрели на меня из бронзовых глубин с тревогой и удивлением. Темные тени и неестественная бледность говорили об усталости или даже болезни.

Почему я так выгляжу? Идеалом женской юго-восточной красоты в разные эпохи были женщины либо хрупкого, либо полного телосложения. Но длинные шелковистые волосы цвета воронова крыла и такие же темные глаза всегда были образцом красоты. И никаких шрамов на теле Барышень! Если что-то не соответствовало эталону, то такой человек считался уродом, пораженным демонами. Хорошо, если просто замуж не выйдет, а то еще и казнят для всеобщего блага. Так почему же с такой неординарной внешностью я стала принцессой? Вопросов все больше, а ответов с гулькин нос.

– Где император? – Я повернулась к служанке.

– Табличка усопшего правителя находится в Зале Предков. – Служанка была удивлена. – Но, Госпожа, день поминовения императора еще не наступил.

«Святой Конфуций, я что – вдова?». – В таком случае, стоит поблагодарить сценаристов, что это не тот поворот, когда любимых жен или наложниц хоронили вместе с умершим супругом.

– А новый еще не назначен? – Задавая такие странные вопросы, я видела, что все больше вгоняю служанку в растерянность. Еще немного и испуганная девушка побежит за врачом. Тем не менее нужно было с чего-то начинать.

– Госпожа, все зависит только от Вас. – Девушка слегка улыбнулась. – Ваши семь менкэ спорят до хрипоты, отстаивая право стать законным мужем и императором, одним из трех благородных супругов или даже наложником.

– Ме… менкэ? Семь? – Я запнулась, пытаясь вспомнить в какой дораме сталкивалась с таким термином, потому что спрашивать объяснение у горничной было бы весьма неосмотрительно. Кажется, в «Недосягаемых влюбленных» у принцессы при живом муже-консорте имелся неофициальный гарем, дело едва не закончилось печально.

Так. Значит, я в версии мира с матриархатом, и первый шаблон, что статус главной героини ниже главного героя разрушен. Теперь я – Великая и Ужасная! Но легче от этого не становится. Интриги гарема будут всегда, и не важно, мужской он или женский. А ведь наверняка есть и родственнички, желающие заполучить трон. «Элька, о чем ты думаешь! Какие, к демонам, родственники! Ты что с гаремом делать будешь?!»

– Госпожа, вам опять нехорошо? – Служанка взяла меня под руку, помогая опуститься в кресло. – Я прикажу принести еще отвара.

Все, на что меня хватило, это лишь качнуть головой. Нет, надо было брать себя в руки и действовать. Выжить в таком террариуме практически невозможно. Но попробовать стоит. А мне ведь еще и Федьку искать.

– Синь Синь, – я притянула к себе служанку, принуждая ту сесть передо мной на пол, – хочу знать, что вчера произошло. Я упала в воду и чуть не утонула? Меня пытались убить? Как? Заколоть? Задушить? Отравить?

– Убить? – Служанка испугалась. – Нет, нет. Вы вчера ходили в Павильон «Голубые покои» любоваться новыми музыкантами и много выпили…

Н-да. Шальная я, однако, императрица. Полный гарем мужиков, а мне еще чего-то не хватает. И если много выпила, значит, все-таки отравление. Ведь по всем канонам дорам, переместиться во времени и занять чужое тело можно только в том случае, если хозяйка оного отошла в мир иной. Хотя была одна, кажется, «Вечная любовь», где в первой части трилогии две души делили одно тело. Тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить. Мне только «Изгоняющего дьявола» не хватает.

Я подошла к тазу, наклонилась над ним и опустила все лицо в прохладную воду, желая смыть с себя панику. Постояв так несколько секунд, попыталась поднять голову. Не смогла.

Тело потянуло вперед, и я рухнула вниз. С каменного моста, построенного через не очень широкую, но быструю реку. Стремнина несла меня, не позволяя ни за что зацепиться, намокшая одежда утаскивала в глубину, не давая вздохнуть. Перед глазами возникла женщина, чье лицо не позволяло разглядеть бьющее в глаза солнце. Я потянулась за помощью, но незнакомка лишь пренебрежительно поморщилась, отталкивая меня. Рот приоткрылся в немом крике, выпуская наружу марево пузырьков, затянувшее и без того туманный свет. Вода ринулась в пустые легкие, обжигая внутренности. Мгновение и мой разум заполнила чернота, заставляя остановиться сердце навсегда…

Глава 4

– Госпожа! Гспожа! – Кто-то тряс меня за руку, возвращая из небытия. – Вы пугаете Синь Синь. Отпустите этот таз. Вы же поранитесь.

Я стояла все в той же комнате, вцепившись в края чана с водой. С платиновых волос текла вода, сползая по шелковым одеждам на пол. Костяшки моих рук побелели от спазма не позволявшего оторвать ладони от холодного металла. Медленно подняла ничего не понимающие глаза на служанку, дергающую рукав моего ханьфу. Снова опустила глаза вниз, вглядываясь в свое отражение. От легкой тряски водная поверхность покрылась легкой рябью, искажая пространство. Та, что смотрела на меня из глубины, была живой. Она грустно улыбнулась и прошептала: «Живи! Живи за нас всех!». В смысле «за нас всех»? То, что я пережила смерть моей предшественницы, было понятно. Но выходит, их было несколько? Попыталась вспомнить разговор с «Костюмом в маске» и ничего нового воспроизвести не смогла. «Ладно, Элька, будем надеяться, что та, из тазика просто привыкла говорить о себе во множественном числе, типа – «Мы – Николай второй».

Это была первая из моих реинкарнаций. Та, с гибели которой все началось. И она утонула, скорее всего, ей помогли. Чувствовала я себя паршиво, еще ощущая отпечаток ужаса и обреченности моей предшественницы.

– Лучше бы я умерла вчера! – Отпрянула от чана, не до конца понимая, что же произошло на самом деле.

– Госпожа, если с вами что-то случится, то ваш отец никому не простит смерти родной дочери. – Вид горничной говорил о том, что служанка за всю свою жизнь не получала столько стресса, сколько за одно утро, проведенное со мной.

– Что может сделать поминальная табличка? – Я тяжко вздохнула.

– Вы решили похоронить бессмертного? – Глаза Синь Синь округлились от ужаса настолько, что ей в тот момент могла позавидовать любая европейская красавица.

– В смысле «бессмертного»? – Слова слетели с моих уст быстрее, чем я успела их обдумать.

– Рау Ю (нежный дождь), вторая госпожа, назначенная усопшим императором наследной принцессой, является дочерью бессмертного Водного Дракон из озера Цзю Лунтань. – Горничная перешла на шепот, словно эту тайну нельзя было произносить вслух.

– Аааа, – такого поворота я точно не ожидала, выстреливая наугад, – ты о моем настоящем отце? Ему все равно нет никакого до меня дела.

Служанка закрыла ладонями лицо и снова бухнулась на колени. Надо срочно приободриться, а то бедная девочка раньше времени поседеет. И если это реалити-шоу, то спецэффекты у них, надо признать, мама не горюй! Но держать лицо в театральном училище меня научили (хотя применения диплому я найти так и не смогла), поэтому пришлось напустить на себя растерянный вид и присесть на стул. Мои действия заставили горничную забыть о своих переживаниях и заняться своей неадекватной хозяйкой.

Выпив еще одну чашку отвара, мы все-таки приступили к обмыванию, переодеванию и макияжу. Это заняло еще около часа. В итоге, вглядываясь в зеркало, я осталась довольна. Несколько светлых кос переплетались между собой, встречаясь на макушке в замысловатом узле, украшенном короной с изображением дракона, голова и лапы которого прикреплялись к основе тонкими пружинками. Цепочки с капельками хрусталя, свисающие с нескольких шпилек, были похожи на нити падающего дождя. Волна платиновых волос мягко скатывалась по спине вниз, словно водопад.

Легкий макияж подчеркивал белизну кожи, тонкие стрелки удлиняли разрез глаз, а правильно наложенные румяна выделяли скулы, приближая меня к особенностям азиатской внешности. Но до местных красавиц мне было все равно далеко. Одежда в бежево-розовых тонах добавляла мне свежести и молодости. Я была похожа на цветущую сливу, что благоухает в весеннем саду. Нет, эта милота просто не может быть жестоким правителем. Ее все должны не просто любить, а боготворить!

С такими радостными мыслями я уже собиралась покинуть спальню, но Синь Синь подняла руку и преградила мне дорогу, держа в руках какую-то шляпу, с широких полей которой свисало плотное покрывало и сетку для волос.

– Это что? – Я с недоумением на лице ткнула пальчиком в очередной аксессуар.

– Ваше Величество, забыла? Из-за неординарной внешности покойный император запретил Вам появляться без покрывала за пределами вашей комнаты. – Служанка потупила глаза. – Но вы сможете отменить это указ, когда пройдете коронацию.

Стандарты красоты все-таки существуют. Получается, отчим озаботился, чтобы никто не прознал про нестандартный вид падчерицы, и тем самым сохранил ей жизнь. Я позволила горничной завернуть волосы в сетку, а затем водрузить на себя широкополое недоразумение местного гламура, скрывшего всю мою красоту, и двинулась к выходу.

Стоило мне переступить порог, как налетели слуги, ожидавшие на улице.

– Наследная принцесса отправляется во дворец! – Евнух, судя по форме одежды и метелки фучэнь в руках, оттеснил всех на метр назад, сам же встал от меня по правую руку в шаге позади.

Это был красивый мужчина средних лет с весьма привлекательными мужественными чертами лица. Его зеленое наглухо застегнутое ханьфу не могло скрыть тренированного тела. Жаль, что такой человек уже не мужчина в полном смысле этого слова. Синь Синь шла с левой стороны позади, поправляя мой длинный шлейф. Следом за евнухом и главной горничной попарно встало шесть служанок, а по бокам появилось восемь телохранителей.

– Синь Синь, – пришлось подозвать девушку ближе, – если я всего лишь кронпринцесса, то почему вы обращаетесь ко мне «Ваше Величество»?

– Госпожа, – горничная покраснела, – когда полгода назад перед своей кончиной Император объявил вас наследной принцессой, а Вдовствующую Императрицу регентом, то вы приказали называть себя именно так, хотя и не прошли коронацию. И только при правительнице Вы сдерживаете свои амбиции.

– Да неужели? – Почему принцесса себя так повела, для меня оставалось загадкой. Именно над этим я и решила поразмышлять по дороге в Запретный город.

Во время обсуждений дорам мы с друзями-фанатами всегда смеялись над тем, насколько женщины в сериалах неуклюжие, отчего и падают на ровном месте в объятья героев. Но испытание, выпавшее на мою долю, доказало, что это было несправедливо по отношению к представительницам слабого пола. Шелковые одежды, в которые меня облачили, струились вдоль тела. Рукава, пояс и подол ханьфу покрывала изящная вышивка фениксов и драконов. В тела существ вплетались драгоценные камни, заставляя животных переливаться в лучах солнца.

Красиво, изящно, ослепительно! Восхищаться, правда, этим видом мне долго не пришлось. Я попыталась сделать шаг и позорно рухнула в руки Синь Синь, запутавшись в многослойных одеждах. Два халата и удлиненный жилет, к которому прикреплялся плащ, мешали движению. Драгоценности утяжеляли костюм, это еще больше добавляло неповоротливости. «Да я же, как селедка в шубе! Подходи и на вилку накалывай! Даже пошевелиться нормально не могу!». – Мысли совсем безрадостные, жаль, переодеваться времени нет, поэтому придется смириться на первый раз, но потом обязательно что-то с этим решить.

Я сделала еще один осторожный шаг вперед и снова замерла, потому что просто не знала, куда идти! В романах про попаданок всегда к героине возвращается частичная память носителя. Но не в дорамах. Если ты какая-то барышня, свалившаяся в воду, то тебе простительна потеря памяти. А я, демоны всей Азии на мою бедную головушку, – некоронованная императрица, которая просто напилась в Доме терпимости с новыми игрушками! И что теперь делать?

– Ваше Величество, – полумужчина поравнялся со мной и поклонился, – вы же знаете, что Вдовствующая Императрица не отличается терпеливостью, а после того, как вы провели еще одну ночь вне дворца, так и вообще в гневе.

– Евнух… – я замялась, потому что вообще не представляла себе, как того могли звать.

– Ли, – пришла мне на помощь вездесущая Синь Синь.

– Евнух Ли, – кивнула горничной в знак благодарности, – идите вперед и расчищайте своей будущей Императрице дорогу.

Такое высокомерное поведение явно не добавляло плюсиков в мою карму, но, по крайней мере, позволяло скрыть полную неспособность ориентироваться в пространстве. Так мы и двигались по мощеным дорогам: евнух, я, Синь Синь, служанки и телохранители. Встречающие нас, независимо от статуса, опускали головы и низко кланялись. А взгляды, бросаемые мне в спину из-под лобья, были весьма красноречивы: страх, ненависть, призрение…

Наша процессия прошла через небольшой сад. Я начла присматриваться к окружающей обстановке. Павильоны с золочеными крышами окружали цветущие деревья и клумбы, деревянные мосты, соединяли берега множества небольших речушек, около прудов располагались уютные беседки. Как же я мечтала пройтись по дворцовым лабиринтам, любуясь архитектурой пагод во время просмотра сериалов. Или представляла себя вместе с главным героем в одной из таких беседок, наслаждавшихся шумом дождя. Домечталась, одним словом.

– Наша младшая сестра, вы куда-то спешите? – Дорогу моей процессии преградила не меньшая толпа, сопровождавшая девушку чуть старше меня. Вслед за принцессой поклонились мне и ее придворные и слуги.

Передо мной стоял эталон женской красоты из дорам. Невысокий рост, хрупкие кисти, выглядывающие из широких рукавов салатового ханьфу, почтительно сложены на животе. Красные румяна и тени придают девичьему взгляду схожесть с фениксом, губная пудра оттеняет смуглость кожи. Карие вишни глаз словно светятся изнутри невинностью и добротой. Шелк черных волос переливается на солнце, спадая ниже ягодиц. Золотая диадема с распустившимися пионами украшена жемчугом, словно капли росы только что опустились на лепестки, да так и застыли там при виде этой красоты.