скачать книгу бесплатно
Наступила моя очередь, прямо перед рассветом. Я медленно приоткрыла один глаз и в маленькую щель стала следить за происходящем. Мама уже не спала. Она подошла к нам троим, обнюхала нас и сказала – сладкие мои девочки! Потом повернулась спиной, достала мешочек, открыла сосуд и хлебнула из него. Два раза чихнула, один раз икнула и тут же заснула.
– Этот проклятый Лоди травит нашу маму! – сказала я сёстрам сразу как они проснулись. – Это его мешки, это его рук дело!
– Мы не знаем, что в сосуде. Но узнаем, когда придёт Лоди, – сказала уверенно Ютти, отчего мы с Атти сразу успокоились.
И тогда я спросила себя: «Почему я не такая, как все? Почему я не обыкновенный волчонок, беззаботный и весёлый, окружённый любящими папой и мамой?».
ГЛАВА 9
ЭВВИАН ОБЫКНОВЕННАЯ
Госпожа Дюлория была решительно настроена не только подготовить меня на отборочный этап выбора в ученики арти, но и проверить – что я все-таки из себя представляю? Даже странно, что из двадцати двух волчат только мне удалось наохотить всё. У меня даже время ещё осталось. И его я тратить не стала. Я очень люблю смотреть, как охотятся другие. Мне нравится наблюдать за эмоциями, переживаниями и особенно разочарованием, когда кому-то что-то не удаётся.
Я прямо питаюсь этими чувствами, становлюсь на место неудачника и внутри меня растёт что-то необыкновенное. Оно хочет вырваться наружу, и я отпускаю эту силу на свободу. Я представляю, что я бы сделала на месте горе-охотника и только тогда для меня – охота становится охотной.
Но с госпожой воспитательницей всё по-другому. Строгие правила, порядок охоты, собранные эмоции и никаких чувств. Расхлябанность, залипание (как это часто у меня бывает) сегодня не только не приветствовались, но и строго запрещены.
– Ученик Эв! Отныне на занятиях тебя будут звать именно так. Подойди…
И воспитательница начала меня осматривать. Правая лапа, левая, шея, голова.
– Ухо левое нестандартное. Напряги! Нет упругости левого уха. Глаза расположены шире обычного.
Затем она осмотрела туловище и случайно задела верхнюю часть правого бедра ближе к спине, отчего я дёрнулась и засмеялась.
– Чувствительная точка… хмм… интересно. Теперь хвост – шерсть волнистая, очень странно. Подёргай хвостом, вправо, влево, верх, вниз. Хорошо. Ну что, Эв, ты обыкновенный волчонок, только кожа у тебя чёрная, а шерсть белая, как у медведя за горами.
– Ух ты!
– Не ух ты, это большая проблема. Кожа ничего не значит, а шерсть не даст тебе охотится ни днём, ни ночью. Вот тебе и ух ты.
Поэтому первым занятием было умение маскироваться и скрытность. Чем меня только не мазали и в чём не валяли, стыдно даже вспоминать. Я поняла важную деталь – не нужно думать, что главное, когда тебя не видят. Это жертва должна быть уверенной, что её не видят, а охотнику не обязательно. Будь на виду так, чтоб никто и не думал, что ты рядом. Создать такие условия и есть секрет скрытности.
География. Рельеф местности должен быть как на ладони. Возвышенности, овраги, опушки и непроходимый лес – инструменты для охоты. Норы для спасения в критический момент – их три. С закрытыми глазами знать где закат, рассвет и полдень. Северная сторона – горы, их чувствуешь кожей.
Обоняние. Чувствовать запахи – это смотреть у себя в голове целые картины, увлекательные истории и красочные пейзажи. Но на охоте – всё не так. Обоняние тебе нужно лишь чтобы знать, где жертва и где те, кто вместе с тобой её преследуют. Запах жертвы – это твой план действий.
Навигация. Умение видеть себя с высоты птичьего полёта.
– Мало видеть себя, нужно ощущать движение всех, кто охотиться с тобой. Посмотри на себя сверху, – сказала Дюлория и указала на верхушку дерева.
Я мысленно поднялась к макушке сосны и посмотрела вниз. Там были четыре полоски, три тёмные и одна светлая. Атти, Ютти, Дюлория и я.
– Теперь разбегаемся в разные стороны, Эв продолжает смотреть сверху и наблюдать за нами. Поняла?
– Да, поняла.
Полоски начали двигаться в разном направлении, и я увидела, как тёмные лучи удаляются от светлой полоски.
– Эв, начинай двигаться в противоположном от нас направлении!
И я пошла, в то же время не упускала из виду остальных. Но в какой-то момент мне это надоело. Эти полоски, лучи и вид сверху стали скучными. Тогда я сделала то, что было привычным для меня. Представила себя стрекозой и летала от Атти до Ютти, к Дюлории и обратно. Пролетала между деревьями, верх тормашками и даже назад.
Эввиан попробовала сделать ещё кое-что. Она представила себя на месте каждого участника и оттуда наблюдала за всеми. Это было интереснее всего.
– С этим закончили… Что с тобой Эв? – спросила воспитательница.
– Немного тошнит.
– Это пройдёт, привыкнешь. Спускайся с небес на землю. Сейчас окунёмся в поток времени.
–-Как это?
– Без лишних вопросов, ученик Эв! Итак, время течёт и никогда не останавливается. Оно всегда работает против нас. Его невозможно поймать, спрятать, сохранить на потом или сэкономить. Оно течёт здесь и сейчас. Охота – это игра со временем. Пока ты не используешь время для себя, оно работает на жертву. И наоборот, используя время в нужный момент – ты не оставляешь шансов никому.
Помни, что время – это дар не только для тебя самой, его необходимо рассчитывать на всех. Если перетянешь одеяло времени на себя, другие выйдут из игры и не смогут в нужный момент сыграть свою, может быть решающую, роль.
– Это очень сложно и непонятно, госпожа воспитательница…
– Ясно… Уже дело к вечеру, поэтому последний урок перед сном. Поиск способностей и талантов. Кстати, Эв, ты ничего не ела целый день. Твои сёстры уже два раза перекусили, а ты?
– Я тоже перекусила… Просто вы не видели.
Эввиан не хотела никому рассказывать про нектар из цветка, даже многоуважаемой Дюлории. Она пока не знала кому можно доверять свои тайны.
– Ладно, хорошо. Что означает поиск талантов? Вопрос к тебе, Эв – что есть в тебе, чего нет у других?
– Белая шерсть, широкие лапы, чёрная кожа… да, ещё перегородка в гортани!
– Талантище ты наше… Способности мы ощущаем, когда они пригождаются нам на охоте и в повседневной жизни. Кожу, шерсть и лапы можешь сразу исключить из списка – они тебе будут только мешать. Что ещё?
– Я не знаю… Вы меня ещё не брали на охоту!
– Залипание! – расхохотались сёстры.
– Девочки, вас пока никто не спрашивает…
– Я не специально! – решила оправдаться Эвви.
– Хватит вам! Завтра пойдём на пробную охоту на зайца.
– На зайца? Ух ты!
– А можно и нам, госпожа воспитательница? Пожалуйста, пожалуйста!?
– Кроме нас четверых, будут ещё двое взрослых волков. Поэтому выспитесь хорошо и ни в коем случае не завтракайте, а то чувства притупятся. Эввиан, ты слышала? Ученик Эв! Да что ж это такое!
Волчонок залипла и никак не хотела отлипать. Она уже видела себя на охоте, как догоняет зайца – скорость неимоверная, взгляд у Эввиан свирепый, тело гибкое, пружинистое, последний прыжок и – бабах!
– Ученик Эв, перестать немедленно! – и трость госпожи Дюлории, как всегда, попала аккурат между левым ухом и прекрасным, переливающимся в лучах закатного солнца огненным загривком.
– Этого больше не повторится.
– Знаю, знаю. Запомнила уже… Всё, бегите спать, и завтра с рассветом жду вас здесь!
И тогда я осознала: «Трость – неотъемлемая часть моей жизни, преданная подруга и мать взросления!».
ГЛАВА 10
ВСТРЕЧА
Домой мы возвращались медленно. У каждой из нас были свои ожидания от завтрашней охоты. Атти мечтала быть помощницей у госпожи Дюлории. Ютти попасть в окружении придворных дам Верховного Совета четырёх лесов. Воспитательница могла это осуществить щелчком пальцев. Но весь вопрос в том, захочет ли она это сделать?
И вот на сцену вышла Эввиан, поэтому у всех троих появился шанс вырваться из маленького леса. Хотя Эвви на всё это было, откровенно говоря, начихать, что она и сделала. Она не думала ни о Дюлории, ни об охоте, ни о том, чтобы куда-то вырваться. Это госпожа воспитательница вынуждена была возиться с ней, не осознавая и вообще не догадываясь, какую роль сыграет этот волчонок в будущем.
Чих Эвви вызвал странное шевеление в кустах.
– Тихо, – сказала Ютти. В кустах кто-то есть!
– Не бойтесь, это Римми, ласка. Я спасла его вчера на озере. Змея вот-вот проглотила бы его… Ну, я оказалась рядом. Римми, иди сюда!
Перед ними оказался небольшой зверёк серо-коричневого цвета. Стоя на задних лапах, он поприветствовал трёх сестёр, красиво выписав джентльменский поклон.
– Ух какой бойкий! – удивилась Атти.
– Да, он ещё стихи мне читал, – сказала Эвви, и все дружно рассмеялись.
– Знаете, дамочки, я здесь только гади Эввиан. Если бы не она, пгопал бы последний гомантик этого безнадёжно-тусклого, культугно-блеклого и твогчески-мёгтвого полесья…
– Ему неподвластен звук «р», не обращайте внимания, – сказала Эвви и обратилась к поэту, – Римми, расскажи девочкам, что ты увидел вчера ночью?
– Если они попгосят – то да…
Ютти за секунду оказалась рядом, прижала ласку к земле и просто посмотрела ему в глаза.
– Пгосьбу оцениваю довольно убедительной, – взгляд Римми был устремлён на лапу Ютти на своей груди. – Так вот, что касается Лоди, вашего папаши – он очень стганно ведёт себя, но только после встгечи с этими лекагями. Скогее всего они подсовывают ему какое-то зелье, дугманят его газум. Но это и так вам известно. Самое главное – зачем? Как в нашем захолустье могли появиться эти волки-лекаги? Всё это неспгоста, – Римми отбросил лапу Ютти и сел на камень, как и полагается джентльмену. – Я видел, как они пегедают ему какие-то сведения, указания, какой-то план… но толком так ничего и не услышал. Это невегоятно, как они умеют говогить шёпотом и пги этом ггомко смеяться. Жалкие актёгы и бесстыдные лицемегы!
– Ладно, с этим нам ещё предстоит разобраться. После завтрашней охоты, на этом же месте. А теперь, – сказала Ютти, – давайте отдыхать, иначе завтра нам всем не поздоровится.
– Я его провожу… Римми, пошли!
Белый пушистик и серый зверёк потопали в сторону гор. К вечеру всегда холодало. Ветер с заснеженных гор был освежающим, но предвещающим что-то неизвестное. Луна ещё не взошла, а пробивалась сквозь деревья, мелькая осязаемыми лучами в глазах .
– Слушай сюда, Эвви. Не хотел говогить пги твоих сёстгах, но мне известно ещё кое-что.
– Говори же, чего тянешь?
– Сегодня ночью что-то должно пгоизойти. Не знаю, что, но что-то нехогошее. Эти лекаги вдогонку кгикнули папаше: «Этой ночью!» Ты поняла? Этой ночью…, – Римми задумчиво посмотрел на Эвви и застыл.
– Эй, что с тобой?
У Эввиан согнулось ухо, отчего она пришла в волнение и почуяла, что сзади кто-то смотрит на неё из-за дерева. Её правое бедро ощущало присутствие кого-то чужого.
Эвви хотела спросить Римми, как вдруг что-то холодное и твёрдое прилетело по затылку.
Она только успела подумать: «Вообще-то я не собиралась ужинать землёй», – и отключилась.
ГЛАВА 11
ЭТОЙ НОЧЬЮ
Что происходило той ночью Эввиан не суждено было узнать. Она открыла глаза, а напротив с милейшей улыбкой лежал Римми. Он смотрел на неё влюблёнными глазами, словно хотел признаться в любви.
– Эй, доброе утро… что вчера…, – она не смогла договорить, потому что Римми даже не моргал.
Он лежал изогнутый, в непонятной позе и что самое странное, его вывалившийся изо рта язык пробовал на вкус землю. Он был неестественного синевато-фиолетового цвета.
– Что… это… такое? – Эвви произнесла каждое слово медленно и отчётливо, с паузами.
Она с трудом встала, голова трещала, лапы не слушались. Вытащила из мешочка ёмкость с нектаром и хлебнула. Потом ещё и ещё, пока не выпила всё до конца, при этом не понимая, почему её клонит ко сну, и сдалась. Свернулась калачиком и заснула.
Эта была очень печальная картина. В кустах, возле душистых ландышей, лежали два романтика. Один, так и не сказав, второй так и не услышав главного. Но всё-таки кое-что отдалённо-приглушённо отдавалось в ушах Эвиан. Они словно ветерок спускались с заснеженных гор – освежающие и волнительные, проникновенные стихи Римми:
Невыносимо ягкие глаза,
Слегка гаскосые, небесно-голубые.
Куда же вы уносите меня
Всё глубже – дна души вы достигая?
Так сладок взог ваш
И пгиятен нгав.
Зовёт вас лес наш:
Эввииилия!!! Эввииилия!!!
– Эввиан! Да просыпайся же ты! Всё проспишь на этом свете! Эй, ну?! – Атти не знала, как разбудить эту соню.
– Что, как, почему… за чтоооооо!!! – уже наяву кричала Эвви.
– Эвви, случилось несчастье, госпожа Дюлория умерла. Её уже хоронят, пойдём же, ну!
Всё… всё перевернулось вверх дном. В голове белого волчонка вращалась карусель эмоций, чувств, стихов (непонятно зачем?), боли и невыносимого чувства одиночества. И как так случилось, что именно в эту секунду навалился он – зов!
«Эввиииииаааан!!!!» – Ужасно громко, невозможно громко!