Проблема драконьего принца

— Где ты миллион возьмешь, когда проиграешь? — хохотнул он, еще теснее прижимаясь ко мне и проталкивая палец в рот.

Я слегка цапнула его и тут же лизнула кончиком языка, коварно улыбнулась.

— Я не проиграю, — томно, обдавая его кожу горячим дыханием.

— Ну а все-таки… — внимательно следя за моим языком, прохрипел Вер. — Так будет честно. Ты должна тоже что-то поставить.

— У меня есть только моя жизнь, — я поплыла ладонями вверх и с нежностью провела руками по его затылку, зарылась пальцами в его мягких серебристых волосах. — Ее и заберешь, — снова облизнула кончик его пальца, дурея от вкуса смуглой кожи.

— Бесценная плата за проигрыш. И что потом мне с твоей жизнью делать? — приласкал пальцем вдоль зубов, вернулся на губы и смочил их моей слюной. Сам дышал очень тяжело, словно болен задухой.

— Мне будет уже все равно, — я дернула его за волосы так, что голова принца запрокинулась. С молниеносной резкостью хищника цапнула его палец и прокусила до крови. — Не смей в меня ничего совать! — злобно прорычала.

Он дико усмехнулся.

— А ты горяченькая, Вивианна Эверлин. Ладно, — протянул мне мизинчик, пошевелил им. — Закрепим спор?

— Давай, — я с азартом протянула свой. — Срок будем устанавливать?

— А как же! До бала в честь Эстиер. — Заулыбался шаловливо принц и связал наши пальцы. — Включительно.

— Хм, — смутилась я. — Всего лишь неделя. Не жалко миллиона?

— Нэ-а, — он перехватил мою ладонь, потянул за собой по коридору, — для тебя ничего не жалко. А теперь ужин. Я очень голоден.

Глава 13

Всю дорогу я держала его за руку и молчала, обдумывая наш разговор. Почему медлит с проверкой? С его возможностями можно хоть сейчас загнать меня в лабораторию и препарировать до тех пор, пока не выяснится, в чем суть запаха, который так манит принца. Меня можно заковать в магические блоки, бросить в подземье. Да меня даже убить не зазорно. Никто не хватится. Похоронят на холмике и дело с концом. Старшая сестра, конечно, расстроится, а вот мать вряд ли. Она мне так и не простила пропажу Элиссы. И зачем только сообщила о смерти отца? Он для меня давно умер. Хотя довольно странно было жить с ним в одном клане, знать, что мы одной крови, но никогда даже не заговорить. Я всегда наблюдала за его чудесной семьей со стороны. Жена. Двое сыновей. Идилия. Корки хлеба не подал, когда мы голодали. А потом мать нашла отца Элиссы. Таким же уродом оказался. Правда еще и руки распускал. Пил, как скотина. Его в стычке кланов разорвали оборотни. Ну и поделом!

Когда мы с принцем оказались в королевских покоях, в гостиной был накрыт богатый стол. В Конкорде очень хорошо кормят, но таких яств я еще не видела и тем более не пробовала. От голода живот к ребрам прилип, но я привыкла терпеть это чувство и не подала вида.

— Присаживайся. — Северин отодвинул стул с высокой спинкой.

Я покорно села.

Убирая руки, Вер скользнул по моим плечам и, словно ненароком, наклонился и втянул запах моих волос.

Отступил. Два шага вдоль стола. Ровно сел и внимательно посмотрел мне в глаза.

— Приятного аппетита, Вив.

Я нервно сглотнула, опустив взгляд на множество приборов, которыми пользоваться не умела.

— И тебе, — ответила, но, наверное, не так как положено по этикету. И вперила еще более опасливый взгляд в блюда, названий которых даже не знала.

— Что-то не так? Не ешь баранину? — показал на главное блюдо в центре и взял ребрышко руками. С удовольствием укусил мякоть и замычал от удовольствия.

Блюдо было так затейливо оформлено, что я не угадала в нем баранину.

— Да я все ем, — пожала плечами и тоже взяла мясо руками.

Немного расслабилась. Так гораздо привычнее.

Первый укус и все… Эйфория. Ничего вкуснее еще не ела. Закатывая глаза, жевала с тихим рычанием потрясающее пряное мясо, которое во рту распадалось на волокна и сочилось.

— Вина? — Вер оказался рядом, я даже не услышала, как поднялся, и, слегка склонившись надо мной, прижался животом к моей спине, нежно притронулся губами к моему уху. Горлышко высокого графина коснулось моего бокала и вызвало легкий хрустальный звон.

Я никогда не пробовала алкоголь. Ту бурду, что варили в клане, даже на дух не переносила, но сейчас из графина пахло очень вкусно.

Дожевав, я кивнула и вскинула на Северина вопросительный взгляд.

— Не крепкое?

— Боишься, что я тебя пьяненькую соблазню? — шепнул, медленно, тонкой струйкой наполняя бокал.

— Не знаю. Не пьянела никогда, — разве что от его бархатного голоса сейчас.

— Мм… интересно. — Он вернулся на свое место и наполнил свой сосуд. Пригубил, но не выпил, отставил назад, на стол. — Расскажи, кто еще у тебя есть? Из родни. Мама?

Я не была готова к такому вопросу. Как-то совсем выбило из колеи. Я схватила двумя руками бокал, чтобы точно не уронить, и сделала большой глоток. Потрясающе… Это вкуснее компота, который мама варила на костре из лесных ягод. Нечто в меру сладкое, немного терпкое. Даже описать букет было сложно. Безумно вкусно!

— Сестра и племянницы, — показалось, что свет в магических лампах над столом загорелся ярче. Приятное тепло расползалось по телу.

— Старшая, значит. У меня тоже взрослая старшая сестра и близняшка еще. — Заулыбался как-то тоскливо, глядя на рубиновую жидкость в своем бокале. — Мы с Нэйдис совсем не похожи друг на друга, из-за этого вечно дрались, а папа нас ставил в разные углы замка. Но мы перебрасывались магией, было весело. Пока не приходила мама. При ней как-то… мы резко начинали слушаться.

Я горько усмехнулась. В этот миг будто открылась старая рана. Шрамы от ударов плетью на спине заныли. Я залила эту боль новым глотком вина.

— У меня племянницы — близнецы. Маленькие еще. Двухлетки. А тоже уже деруться.

Вер кивнул и надолго замолчал. Взял бокал и делал вид, что пьет, потому что напитка меньше в сосуде не становилось.

И я молчала, но при этом продолжала пить и разглядывать лицо дракона. Волевой подбородок, чувственные губы, прямой нос и глаза… Такие глубокие, словно ледяная магия всего Диона в них застыла. Волосы необыкновенного благородного оттенка расплавленного серебра. Челка эта взвихренная, спадающая на одну сторону высокого лба. Божественно красив.

— Спрашивай.

— Когда свадьба? — прекрасно, будто меня это должно волновать.

Он зло прищурился, увел глаза в сторону, поджал губы, спокойно отставил бокал и взглянул на меня более пристально, чем раньше.

— Ты умнее, чем я думал, Вивианна. Я в тебе ошибался. Через полтора месяца, — снова взял бокал и выпил залпом, выдохнул.

— Пригласишь? — откинулась я на спинку стула, чувствуя, как жар подбирается к щекам, а в голове одновременно мутнеет и проясняется.

— Нет.

Грубо, коротко, почти безжизненно.

Он встал, подошел к камину и что-то покрутил на волшебной лампе. В помещение полилась нежная мелодия.

Принц подступил ко мне и, элегантно поклонившись, протянул мне руку.

— Потанцуешь со мной?

— Нет, — сухо и даже немного злобно.

Поднялась с места, чуть пошатнулась и встрепенулась, махнув хвостом и прянув ушами, которые, падла, так и не пропали.

— Трусиха.

Я рассмеялась.

— Не умею я танцевать ваши элитные, плавные танцы. И тебе явно не понравятся мои дикие псиные движения.

— Я научу, — качнул рукой.

Я прищурилась и вздохнула, вложила свою ладонь в его и застыла.

Он нежно сжал мои пальцы, вторая рука легла на талию, и принц настойчиво потянул меня к себе.

Я врезалась в его крепкое тело и заулыбалась, ощущая приятное, легкое головокружение.

— Видела я ваши аронские танцы на балу первокурсников, — вспомнился первый день в академии, когда я стояла в углу зала и наблюдала за парами в красивых нарядах. — В них нет души, истории, пылающих чувств. Четко заученные движения без импровизации.

— Правда? — он немного повернул нас и, качаясь под ритм музыки, слегка наклонил меня назад. — Что в твоем понимании «пылающие чувства»?

— Когда воздух звенит от каждого движения, — я прогнулась так, что коснулась рукой пола, закинула ногу Северину на бедро, крепко сжала и часто задышала. — Ты когда-нибудь видел танец плети? — еще резче дуга, до боли в пояснице, и уже почти притронулась к полу макушкой запрокинутой назад головы.

— Н-нет, — он держал меня крепко и глаза сияли. — Покажешь?

Я плавно вернулась в прежнее положение и опустила ногу на пол.

— Преподаватель по эртинским танцам попросил меня выступить вместе с ним перед кадетами. Завтра, — подтянулась к его лицу и крепко обвила шею дракона руками. — Хочешь, пойдем вместе? Посмотришь.

— Посмотрю.

Мы двигались мягко, тела то сливались, то расходились. Северин не делал резких выпадов или пируэтов, лишь в нежном касании кружил меня по комнате.

Я и не заметила, как его ладони оказались под жакетом и обожгли кожу через тонкую ткань блузки, а теплые губы коснулись уха.

— Тогда послезавтра ты пойдешь со мной на соревнование альенов.

— Пойду, — пробежалась пальчиками по его плечам и спина снова, будто податливая глина, выгнулась в ответ на его прикосновения.

Музыка усиливалась, движения стали более интимными, слаженными. На одном из поворотов, Вер блеснул радужками и прижал меня к стене. Поставил руки по обе от меня стороны, приблизился.

— Повезло, что ты его не чувствуешь. Этот аромат. — Прижался лбом к моему лбу. — С ума сводит. — И прибил меня к стене всем телом, что я почувствовала его дикое желание.

Отступил, резко отпустив меня. Я схватила ртом воздух, обнаружив, что все это время не дышала.

Он явно боролся с собой, на висках и спинке носа выступили капельки пота. Звонкие крылышки встрепенулись за его спиной и окатили меня снежной пыльцой.

— Да чтоб тебя… — и налетел на мои губы.

Я ответила с дикостью зверя, сцепив ладони на его затылке.

Дверь в гостиную распахнулась, но Вер не обращал внимания, целовал меня бешено, яростно, будто это последний наш поцелуй.

— Ваше высочество? — тихий женский голосок заставил принца окаменеть и тут же отстраниться от меня. Убрать руки.

Он поменялся в лице, став таким холодным, будто ледяная глыба.

— Элинор, — произнес так же бездушно и повернулся.

На пороге гостиной стояла невысокая очень бледная девушка с серебристыми волосами, с оттенком потемнее, чем у Северина. Они были изысканно заплетены в красивую прическу и украшены дорогими украшениями. Все, от прически до кожаных белых ботинок, кричало о ее высоком статусе.

Из-за плеча девушки выглянул явно под шафе Лайм.

— Ой, предупреждать надо, что у вас, кхе, неприемный день, ваше высочество.

Девушка постояла, глядя на принца и на меня, по глазам и эмоциям не понять, что думает, но вдруг развернулась и ушла.

Северин бросился за ней. Лайм же, заметив вино, присел к столу и наплескал себе полный бокал горячительного.

Гл