скачать книгу бесплатно
Значит, они так путают мысли, и АД не кончиться никогда, он таким будет вечно, по той причине, что АД не начинался никогда. Он такой только для самых слабых, и ничтожных. Для тех, у кого нет никакой веры. Кто не верит даже в себя самого. Столько, сколько пробыл здесь Вонрах, не может пробыть в АДУ никто. БОГ не наказывал более одной тысячи лет даже самых грешных. А он пробыл уже чуть больше тридцати тысяч. Значит это всё блеф. Обман.
Сознание вновь стало прежним. Непоколебимым. Демон отшатнулся назад, глядя как возвращается ТИТАН. Внезапно всё исчезло, Вонрах стоял там, где и был до встречи с демоном. Не было больше распинающих его цепей, он просто стоял с опушенными руками, меч покоился в ножнах. Доспехи были невредимы, и по-прежнему сверкали даже здесь.
ТИТАН огляделся глазами полубога, вокруг него стояли сотни демонов, и ждали его падения. Падения его духа, падения его души, после этого, они сделали бы из него равного себе. Вот как рождались первые демоны. Но Вонрах был с этим в корне не согласен. Чувство времени вернулось, и сказало, что прошёл лишь час, максимум.
А сколько было сделано, и сколько было вложено в этот час. Он смотрел полными ненависти глазами. Демоны поняли, что они промахнулись. ТИТАН был непоколебим, он вновь обрёл уверенность в себе, и по всей видимости его вера только что стала ещё сильнее.
Любое знание есть оружие, оно же есть страшная сила. А такие как этот полубог в двойне опаснее, во гневе. Демоны медлили, выбирая способ уничтожения своего заклятого врага. Раз уж он не смог пасть так, они просто сотрут его с лица времён, а потом добьются своего.
Не важно, сколько понадобиться времени драться, неважно скольких придётся положить на алтарь победы, или на заклание этому хищнику. ТИТАН будет уничтожен, а это главное. Самый главный из собравшихся в этом странном месте демон поднял в верх свой посох истошно крича.
В его исполнении поступок человека выглядел мрачно, по меньшей мере. Страшный рык, содрогнул стены древнейшей пещеры, служившей вот уже несколько вечностей совсем для другого. Вперёд устремилась волна из кричащих, и размахивающих своими руками демонов. Они ненавидели того, к кому так сильно стремились. Они не стремились выжить, они стремились стать вечными пленниками того места, которое сами выбрали для последней своей схватки.
Они падут, но сделают всё от себя зависящее, чтобы вырвать сердце из груди этого полубога.
Вонрах был спокоен как никогда. Он смотрел своей судьбе в лицо, и улыбался ей. Он не пропадёт накрытый волной забвения. Он не останется не оплаканным, его не забудут, по крайней мере ещё несколько столетий. Он примет бой и победит, даже если ему самому придётся погибнуть при этом. Его воля толкала его на врага, его вера делала его сильнее и увереннее в себе, его сила росла соизмеримо злости и ненависти к этим мерзким существам, что неслись на него.
Он немного наклонился вперёд, беря поудобнее рукоять своего меча. Меч рвался в бой, он больше не мог проявлять стальное спокойствие, ему нужны были все их подлые жизни.
ТИТАН не вынул меч. Он его вырвал из покоя ножен, воздев к не существующим в этом месте небесам. Руки Вонраха вооружённые большим и малым мечами готовились пронзить саму вселенную, над головой ТИТАНА.
Несколько десятков несущихся к полубогу демонов, разлетелись в разные стороны, забрызгав своих соплеменников собственной чёрной кровью. Остальные не могли не оценить силу воина БОГОВ. Он был возмутительно силён, но их было по-прежнему очень, очень много.
ТИТАН сделал свой выбор, он не стал звать на помощь, возможно и зря. Он ринулся на врага с нескрываемой ненавистью, только он имел на неё право. Он рвался самостоятельно положить конец этому грозящему прорваться в мир людей ужасу.
Но ТИТАНЫ никогда не остаются в полном одиночестве, так уж решил их наставник, их господин, друг и соратник, и просто обычный бог, Белый странник.
Вонрах словно зубами вцепился в первые ряды демонов. Он рвал, рубил, бил руками и ногами всех вокруг себя. Своих рядом нет, значит рвать всех подряд. Но его могучая спина всё же нуждалась в прикрытии. ТИТАН крутился волчком на месте, отбивая всё новые и новые атаки врага. Он был силён и страшен в бою, в который он казалось играл.
Он успевал рубить демонов, заглядывая при этом им в их змеиные глаза, выжигая своим взглядом их демонические души. Ну или что там от этих душ осталось.
Уже несколько сотен демонов покоились в общем числе заточенных в АДУ. Простым способом их заточить не удастся, эти совсем другие, нежели их родственники. Значит, как любил говаривать в своё время Белый странник, «не мытьём, так катанием». И Вонрах дрался почти как бог, но он не был им, и это было очевидно.
Демоны решили изменить тактику. Как только два или три нападали спереди, десяток стремился напасть ссади. ТИТАН успешно справлялся с этой задачей, но его силы были не безграничны, так не могло быть вечно. И вот один демон был готов нанести первый удар, дарящий всем его братьям шанс на победу.
Его когтистая рука устремилась к ТИТАНУ слева, и в живот. Вонрах замелил это, но не стал отражать удар, хотя и мог это сделать.
Могучая рука минотавра сжала запястье демонической руки, ломая её кости. Астрал поглядел скорчившемуся от боли демону в глаза, и заорал так, как мог только он.
Демоны не учли тот факт, что астралы всегда рядом с ТИТАНАМИ. Они незримые их спутники и телохранители. Они ужас любого, кто посмеет приблизиться слишком близко к полубогу. Теперь эта страшная по своей силе орда пробудилась ото сна, и перекрывая истошные крики демонов, провозгласила своим боевым кличем, своё вступление в битву.
Призрачный шанс на сравнительно лёгкую победу стал стремительно таять в змеиных глазах демонов. Шанс повергнуть ТИТАНА вообще из разряда фантастики, а теперь и вовсе перспективы стали мрачными.
Минотавры вступили в бой, и решимости в рядах демонов поубавилось. Теперь они нападали осторожнее. А ТИТАН как раз только вошёл во вкус. Он играл в свои божественные игры, обращая в прах сотни врагов. Но демонов было по-прежнему очень много. Астралы стали тем обухом, который не могла перешибить демоническая плеть.
Они таяли в одном месте, и возрождались там, где их нельзя было ожидать. Но они всегда были рядом с тем, кого были призваны охранять. Один из них вспомнил, что он всё-таки бык, и направив на врага свои крепчайшие рога, помчался вперёд сшибая всех на своём пути. Многие после этого так и не смогли подняться. Поступок был не обычный, но весьма результативный.
Перед Вонархом приготовились к атаке пятеро желающих умереть. ТИТАН был готов удовлетворить их пожелание, но ему не дали. Ещё один астрал решил поиграть в бычка. Пятеро претендентов на смерть от руки полубога, разлетелись в разные стороны, некоторые прощаясь со своими жизнями на лету. Вонраху становилось скучно, так он никогда не наиграется. Вездесущие минотавры отнимали у него львиную долю забавы, и ТИТАН решил им отомстить. Всполох огня испепелил сразу несколько десятков демонов, которых выбрали себе в жертву с десяток его помощников. Минотавры обернулись в сторону своего господина, который лишь улыбаясь, пожал плечами. Значит нужно быть быстрее, иначе этот перебьёт всех сам.
Замечание было принято к сведению. Смерть стала быстрее приходить ко всем, кто называл себя демоном. Сила демонов, прошедших не самое слабое испытание, и проникших в самое сердце тьмы, были не малыми. Но и сила ТИТАНА здесь особенно была ощутима. Казалось сам АД множил боль и страдания, только одной своей близостью. ТИТАН творил такое зло, с которым даже демоны не могли ничего поделать, ужасаясь в самой глубине своей чёрной души. Но это было только для них зло, а для людей, которых защищал полубог – это было наивысшее благо.
Вонрах старался уничтожить как можно больше тех, кто стоял на его пути. А путь был один, добраться до самого главного демона, и забить его, его же собственной палкой, на смерть. Но прежде чем он это сделает, он дознается, куда они уволокли душу несчастной матери.
Наверное, тот, о ком думал ТИТАН, понял его мысли. Наверное, он следил за его взглядом, полным ненависти и хладнокровного расчёта. А быть может, он просто испугался за собственную шкуру, видя, как его враг, стремиться приблизиться к своему новому знакомому.
Тот факт, что им всё же придётся столкнуться «нос к носу» и поговорить, уже не обсуждался ими обоими, это был всего лишь вопрос времени. Бой несколько затянулся, ряды демонов таяли, но их по-прежнему было очень много. Долго они готовили эту бессмысленную акцию устрашения.
АД впитывал всю боль и страдания, коие переполняли его изнутри. Он набирался сил, множа их многократно, чтобы воздать всем своим обитателям. И самое главное тем, кто по-прежнему стремиться стать его пленником. Стены древнейшей пещеры содрогались от ужаса и страха перед лицом своей не минуемой кончиной.
Демоны были наделены существенно новыми возможностями попав сюда, но и к расплате они оказались ближе остальных. Погибая, они начинали испытывать всю тяжесть пребывания в этом мрачном месте. Их смерть сопровождалась несказанными мучениями. Боль вырывалась из их глоток ужасными предсмертными криками. Боль начинала проникать в их тела с каждым прикосновением ТИТАНА, или его вездесущих помощников.
Но демоны продолжали наседать. Они рвались в новую атаку, не обращая внимания на провалившуюся предыдущую. Нужно было отдать им должное, решительности им было не занимать. Но всякой истории есть конец, так и демоны у самого их главного, стали заканчиваться. Теперь они стремились не нападать, невзирая на своё численное преимущество, а спасать своего предводителя.
ТИТАН понимал, что его силы в отличии от божественных, не безграничны. Но даже не всякий бог мог подобное ему, и он готовился вступить в бой под звук фанфар. Когда придёт, а он уже близился, этот нужный момент, он ударит со всей «пролетарской» ненавистью. Вот когда эти твари по-настоящему пожалеют о своём поступке. Демоны уплотнили свои ряды, готовясь к новой атаке. Полные ненависти змеиные глаза смотрели на того, кто вот уже несколько столетий портил им жизнь.
Они хотели, а главное пытались, но по-прежнему не могли ничего с ним поделать. И вот настал тот самый момент в их схватке, когда они вновь приготовились к защите, от его проклятущих атак.
Столько сил и жертв, стоило им проникнуть в самое пекло. Они заручились могуществом самой тьмы, а в результате оно продолжало их уничтожать, даруя силы в основном, только ТИТАНУ, разжигая его ненависть ещё больше.
Он опрокинул уже стольких, что казалось даже АД, ужаснулся их количеству. Но самое страшное было в том, что в нём места хватит для всех. И вот настал тот самый час, когда распалённый схваткой полубог, стоял перед лицом нескольких тысяч оставшихся в живых демонов. Две силы смотрели друг другу в глаза.
Дыхание ТИТАНА приходило в норму, он почти не устал. Минотавры исчезли, как и опасность для жизни полубога. Теперь силы вновь не равны, ТИТАН по-прежнему превосходил своего врага многократно. Надежды на успех было мало, но попробовать стоило. Демоны бросились в пасть собственной смерти. Несколько десятков сотен демонов рванули на своего последнего врага. Теперь он не был первым, кто падёт от их руки. Теперь он был последним кого они увидят в своей поганой жизни.
ТИТАН спокойно смотрел поверх несущихся к нему голов. В атаку пошли многие, но не все. Значит, главный готовит свой побег, но это вряд ли. За спиной последней шеренги демонов стал сгущаться мрак, это не было похоже на портал, это был новый способ странствовать.
Вода рухнула неожиданно и на не тех, кто, наверное, мог её ожидать. Последние ряды демонов хватали воздух, едва не утонув во внезапно возникшем потоке воды. ТИТАН не играл, он действовал, и жёстко. Молнии били всех и каждого, кто готовился шагнуть в спасительный мрак. Пока пламя и ураганный ветер срывали плоть с тех, кто бросился в атаку, эти синие стрелы богов испепеляли каждого, кто готов был отступить.
Вдруг все оказались по грудь в воде. Вода стала густеть как кисель, мешая двигаться. Только тот, кто вызвал этот потоп, не страдал от него. Демоны гибли десятками сразу. Огонь заставлял демонов нырять в поисках спасения, а вода больше не отпускала, отнимая их жизни.
Вонрах продвигался к своей цели, это было как оказалось не так уж и легко. Но он сможет это сделать, и это поняли даже демоны. Насколько у него хватит сил, знал только он сам. А их уже почти и не осталось, но демонам знать об этом было не обязательно. Тьма продолжала сгущаться за спинами застрявших в водном плену демонов. Предводитель демонов, по-прежнему сжимал свой посох, как признак главенства или силы, изо всех сил стремясь прорваться сквозь стену приставучей воды.
У Вонраха начала кружиться голова, он терял силы, но шёл вперёд как обречённый. Демоны гибли, но не прекращали попыток остановить, ну или хотя бы задержать ТИТАНА. Наконец желание демона спастись, взяло над ним верх. Оно уступило воле ТИТАНА к победе, и демон швырнул яркую как полярную звезду, душу девушки, рванул при этом из последних сил.
Дело было сделано. ТИТАН ослабил хватку, и вода схлынула. Демоны больше не стремились напасть на Вонраха, они организованной толпой рванули во тьму. Вонрах следил за полётом той, за кем пришёл. Она не пропала и не упала на запачканный демонической кровью пол пещеры. Она опустилась в любящие ладони ТИТАНА, прежде чем он опустился на колени, от навалившейся на него усталости.
Теперь он выполнил свою миссию, он все же смог её спасти. И хотя он так и не смог узнать, как эти твари смогли проникнуть в чистилище, душа девушки была спасена.
Вонрах только теперь ощутил всю тяжесть потерь, которые он понёс. Сил хватало только для того, чтобы дышать. Он держал душу в трясущихся от усталости руках, и не сводил с неё глаз. Душа смотрела в глаза своего спасителя, она понимала, осознавала, чувствовала. Последнее, что оставалось сделать – это отправить её обратно. Сил для этого уже не было, если он сделает это прямо сейчас, то возможно погибнет сам. Но медлить было нельзя, Вонрах понимал насколько это важно сделать прямо сейчас. Последним усилием воли он направил душу молодой матери туда, где было её тело.
В монастыре кипела работа, настоятель разъяснил всем важность скорейшего окончания работ. Стены почти везде были закончены, ворота уже давно стояли и были надёжно заперты. Каждое бревно укладывалось на своё место с неизменными молитвами тех, кто посвятил свои жизни служению ГОСПОДУ.
Минотавры были не заменимы. Они сослужили добрую службу людям, и благодаря им люди теперь могли рассчитывать на крепкие стены и спокойный сон внутри них.
Возле шатра постоянно стояли два воина, из числа бывших разбойников. Они были вооружены пиками и щитами, мечи лежали рядом с каждым, за неимением ножен. Сильные и готовые ко всему мужчины бдительно несли свою службу.
С момента начала строительства в монастырь пришли восемнадцать человек. Те, кто когда-то покинул лесную банду в поисках большей добычи и новых приключений. Тогда их было три десятка, теперь их было несколько меньше. Потрепанная банда искала занятия для себя, они искали тех, кто остался. Когда они случайно наткнулись на высокие стены монастыря, которого пару лет назад ещё не было, их по меньшей мере это удивило. Жажда наживы манила, и толкала на преступление.
Дождавшись темноты, они проникли за стены, и ничего там не нашли, кроме пустоты. Никаких строений, кроме одного шатра, и пару так себе домов. Решив порыскать, в поисках хоть какой-то добычи, разбойники стали тихо расходиться по сторонам. Но именно в этот момент на них напали.
Бой был быстрым и жестоким. Их били, и били сильно. Но в кромешной тьме невозможно было понять, откуда пришли защитники этого места. Манера ведения боя что-то напоминала, но наверняка сказать было сложно.
Обезоруженные, избитые, обескураженные и подавленные разбойники сидели на земле под пристальными взглядами пленивших их людей. С ними никто не разговаривал, не о чём их не расспрашивали, на них словно и внимание не обращали. Но от чего-то всем пленникам казалось, что хоть пошелохнись они, и им тут же стало бы необычайно некомфортно.
Так они просидели на гостеприимной земле до рассвета. В лучах восходящего солнца стали видны очертания хозяев монастыря. В этих чертах пленники узнали своих бывших соратников по разбойничьему делу.
– Дарнал? Ты что ли? – Один из молодых «гостей» монастыря узнал своего приятеля. Тот, к кому обращались, посмотрел в глаза своему пленнику, потом обвёл всех своим невозмутимым взглядом, оставаясь молчаливым участником этого действа.
– Дарнал, посмотри на меня, это же я, Табран. Неужели ты меня позабыть успел за три года-то. – Молодой разбойник не унимался. Он надеялся на пощаду, на возможность влиться в более сильную банду. – Слушай друг, поговори со своими, пусть отпустят нас, мы сможем вам отплатить. У нас есть золото, у нас есть жемчуг, правда не много. Мы отдадим всё, если вы примете нас в свою банду. – Воин-монах смотрел на своего бывшего собрата с жалостью. Все те, кто проник в его владения, выглядели жалкими, заблудшими и низкими людьми. Оглядевшись вокруг, разбойники узнали своих бывших друзей. Теперь они это отчётливо понимали, что те были именно бывшими.
– Мы больше не есть те, кого вы помните. Мы нашли свой путь и следуем ему. Настоятель решит, как с вами поступить, а пока сидите и молчите. – Слова Дарнала полностью обескуражили молодого разбойника. Перед ним стоял его старый знакомый, и в тоже время он словно стал выше ростом, и шире в плечах.
В нём читалось такое достоинство, что все застигнутые на месте преступления ощутили себя тараканами у его ног. Солнце озарило пространство внутри стен. Разбойники оценили размах строительства, с которым подошли его обитатели. Маленькая девочка в сопровождении красивой девушки направилась к сидящим на земле, побитым как собакам людям.
Девушка не спускала глаз с жизнерадостной малышки. Они шли, с интересом рассматривая «гостей» монастыря. Жизнь внутри стен началась, как ни в чём не бывало, воины делали свою работу, а остальные свою. Женщины принялись готовить завтрак, запахи сводили с ума голодных пленников. Настоятель пришёл сразу после появления малышки с девушкой.
Девушка была прекрасна и бесконечно недосягаема. В её глазах была просто не человеческая печаль. Она не презирала разбойников, она их не ненавидела. Она смотрела за ребёнком, но по всему было видно, что она хоть и любит его, но она всё же не его родная мать.
Печаль отпечаталась на её лице, отнимая часть красоты и молодости. Она словно была старой в молодом теле. Она была разбита своим горем. Малышка с ней наоборот была жизнерадостной и весёлой девочкой. Она, как и положено любознательным детям, обошла сидящих на земле взрослых мужчин, пристально рассматривая каждого из них. Ей было от чего-то интересно всё происходящее. Разбойники не могли не заметить, как изменилось поведение пленивших их воинов-монахов. Они следили за пленниками, и были готовы броситься на защиту именно маленькой девочки, словно она была их собственным ребёнком.
Ребёнок был важен для них всех сразу, за него они пойдут на всё и всех. Разбойники предпочли держаться подальше этого опасного дитя. Ведь пойми не так любое их поведение, охранники могут, судя по их виду, просто разорвать любого из сидевших на земле мужчин. Малышка остановилась у самого молодого, и долго рассматривала его, словно она его уже видела раньше. Молодая девушка подошла к малышке и подняла её на руки. Девочка ещё немного смотрела на молодого разбойника, а потом стала играть с волосами своей крёстной матери. Настоятель внимательно следил за поведением ребёнка, принимая какое-то для себя решение. Он готов был огласить его, как неугомонный молодой разбойник обратился к нему первым:
– Скажи мне человек, что это за дитя. – Он готов был разрыдаться от умиления, глядя на малышку.
– Сие дитя есть просто ребёнок. Она как все дети любознательна и непосредственна. Но не о ней говорить стану с вами. Мои воины больше не братья вам, а значит, возможно теперь вы врагами стали. Значит принял я решение уйти вам, и молится станем, что бы и вас коснулась длань господня.
– А что есть твой бог? Нас посещал один из таковых. – Один из разбойников сплюнул с отвращением.
– Мой БОГ, есть любовь, есть прощение каждого и всякого. Вот и мы прощаем вам ваше прегрешение. Но коли вернётесь, я больше не встану между вами и моими воинами. Вас накормят и проводят до ворот, больше мне сказать нечего. – Настоятель повернулся и пошёл прочь, разбойники посмотрели на своих бывших собратьев. Те отошли в стороны, приглашая пленников пройти с ними. Пленники прошли до ворот, где их ждала еда. Они поели, утоляя голод, и уже готовы были уходить, но неугомонный молодой разбойник внезапно оказался рядом со своим знакомым и потребовал ответа:
– Что есть тот, кому вы присягнули? Кто он такой, что вы его так убоялися? – Он смотрел в глаза Дарнала с требованием ответа.
– Он единственный БОГ есть. Все остальные супротив него так, пыль на сапогах путника. Он не страшил нас и не призывал служить ему, это наш выбор. Мы, служа ему, пойдём до конца своего. И спасём тем самым, свои души.
– И где ж ты его видал, такого доброго и хорошего? – Парень плевался слюной, отказываясь верить в сказанное. Самые свирепые разбойники в здешних местах, были теперь воинами какого-то там бога. Отказываясь о своей свирепости.
– Мы его не видели. К нам с небес сошёл его сын. Он поверг одним своим присутствием того, от кого вы бежали. Он дал нам учение, которое открыло нам путь к спасению. Тот ребёнок есть свет БОЖИЙ! Она есть его воля и голос среди нас. Она есть святость и божественный промысел самого БОГА. Каждый из нас пойдёт на смерть ради этой маленькой девочки. Дева, которая была с ней, невеста ТИТАНА, воина богов. Она мать ейная крёстная, и дитя сие её забота, пока истинная мать не очнётся от адского сна.
А сам ТИТАН, отправился в АД, дыба пресечь проникновение в мир наш черни демонической. Так вот и суди мил друг, кто мы теперь, и кем тебе статься. Коли пойдёшь своим прежним путём, то наверняка окажешься там, где нет места пощаде и состраданиям. А коли, как мы примешь службу БОГУ, как смысл жизни своей, ради искупления грехов своих, так может, и прощён будешь.
– Я не хочу в АД. Говорят, там плохо. – Задумчиво произнёс парень. Он потирал свой подбородок, стараясь понять сказанное ему. Его сотоварищи слышали его разговор с Дарналом, и так же принимали решение. День скоро к полудню придёт, нужно было уходить. Молодой разбойник так же задумчиво спросил, глядя в пустоту:
– А коли я пойду за вами, то спасуся значит? – В голосе проскользнула тень надежды. Дарнал ответил с печальной усмешкой:
– Не за нами, а с нами. И коли пойдёшь не за выгодой, а за верой, то у тебя будет шанс получить прощение. Шанс, только и всего. Не ищи лёгких путей, ищи честь и достойно принимай все тяготы и лишения, помня, что ГОСПОДЬ не даёт человекам испытания большее, чем те могут выдержать.
Вам пришло время уходить. Идите с миром, и помните, не люди вас отпустили, а наша вера в БОГА, вложила мудрость в наши умы. – Разбойники мешкали с решением. Они не хотели уходить, но и оставаться причин у них не было, пока.
Один из многих вышел вперёд и с размаху ударил Дарнала в грудь. Воздух со свистом вырвался из лёгких воина-монаха. Он упал на землю, хватаясь за грудь.
Остальные пришли в движение, готовясь сразить наглеца. Обе стороны обнажили свои кленки, в руках были по большей мере боевые ножи. Дарнал пришёл в себя быстрее ожидаемого. Он встал с земли, что так ласково приняла его, со словами:
– Не нужна кровь сегодня. БОГ терпел и нам велел. Так говорил Вонрах. Пусть идут, не чините испытания БОГУ, и он не станет испытывать вашу веру. – Воины монахи тут же спрятали свои ножи, но глаз с «гостей» не сводили. Но нанесший удар не желал успокаиваться, он решил продолжить. Дарнал перекрестился и сказал:
– Коли есть в этом нужда, пусть паду ради веры в ГОСПОДА, СЫНА его и ДУХА СВЯТАГО, но коли паду, поклянитесь отпустить их с миром. – Монахи кивнули с нежеланием принимать решение своего товарища, но смиряясь с его волей. Удар ножом в грудь не заставил себя ждать. Смертоносное лезвие устремилось прямо в сердце. В непосредственной близости с грудью монаха оно натолкнулось на невидимую стену, ломаясь от силы с которой было направлено.
Рука человека продолжала давить на рукоять, и ей ничего не оставалось как подогнуться, увлекая за собой своего владельца. Разбойник увлечённый силой собственного удара ударился о невидимую стену и упал без чувств под ноги того, кого в мыслях уже убил.
– Не испытывайте, меня в поисках решения своих сомнений. Не влаживайте свои жизни в чужие руки, не служите ни золоту, ни людям его приносящим. Коли есть жизнь, значит есть смысл её прожить достойно. Идите, и живите дети мои. – Голос с небес «вбил в землю» разбойников. Монахи же опустились на колено и перекрестились, молясь тому, кому поклялись служить всей своей жизнью. Так и посвятили свои жизни служению истинному БОГУ, те кто пришёл в монастырь ограбить его. Теперь они трудились, молились и несли воинскую службу наравне с остальными.
Табран стоял в карауле. Он впервые был допущен к службе у шатра. Теперь он нёс службу на самом ответственном пасту, и не было чести выше, и не было долга больше этого, и не было ответственности выше этой.
Хотелось себя как-то проявить, хотелось совершить подвиг ради всех, и всех спасти. Желательно конечно ценой собственной жизни, и желательно выжить после этого, чтобы потом поглядеть каждому в его благодарные глаза.
Небо улыбалось мальчишечьим мечтам, молодого человека. Он хотел славы и почестей, он хотел действовать. Энергии в этом молодом воине было столько, что за ним не могли угнаться пятеро остальных, любых.
Табран стоял у входа в шатёр, переминаясь с ноги на ногу в нетерпении великих свершений. Он смотрел на лежащий рядом с ним меч, сжимал со всей силы копьё, древко которого готово было расплакаться, так сильно молодой воин сжимал его в своей руке.
Из шатра вышла Салмана. Она вынесла на руках маленькую Сазланну, которая ещё не отошла от дневного сна. Солнце улыбалось ребёнку в глаза, та прикрыла глазки ручками, потом уткнулась в грудь своей крёстной.
– Воин, – Салмана обратилась к напряжённо смотрящему по сторонам в поиске опасности Табрану, – помоги мне пожалуйста. Попроси кого ни будь принести в шатёр тёплой воды. – Табран ответил с готовностью, но не сходя с места:
– Коли пройдёт кто, я обязательно передам ему твою просьбу госпожа, но сам с места не сойду. Моя служба хранить покой тех, кто в шатре.
– Правильно. Об этом я и прошу. – Салмана кивнула молодому воину и пошла по своим делам. Ребёнок на её руках щурясь от солнца смотрела с нескрываемым интересом на того, кто так жаждал действовать.
Спустя полчаса пришла смена, теперь Табран был свободен. У него было пару часов для отдыха, прежде чем он примется за новую работу. Он пошёл на кухню и набрал большой чан горячей воды. С ним он направился к шатру. Чан был горячий, от воды в нём. Парень спешил отнести его поскорее и вернуться. У входа в шатёр его остановили его же товарищи, они запретили ему проходить туда, куда хода не было никому.
– Госпожа просила принесть ей горячей воды. – Табран морщился, терпя температуру чана. – Пустите меня, а то руки сварю.
– Да хоть сам сварись в этой воде, туда хода нет никому. Поставь здесь и шуруй от сюда. – Охрана была непреклонна, Табран и сам так поступил бы, так что обиды не было. Он собрался поставить, уже успевший ему надоесть чан на землю, как появилась Салмана.
– А, принёс всё-таки. Заноси внутрь и можешь идти. – Эти слова стали пропуском в запретный мир. Табран вошёл внутрь шатра и огляделся в поисках места для воды, которую он принёс. В дальнем углу шатра стояла кровать, на которой спала та, о ком так много говорили все в монастыре.
Табран поднёс чан к кровати, и замер как вкопанный перед ней. Руки больше не жгло, боль прошла. Жгло теперь только глаза от слёз, а душу рвало на части. Перед ним мирно спала та, о ком он уже три года старался забыть.
Милая и добрая Задалла. Его Задалла. Три года назад он бросил всё ради неё же, и они жили, лишь ради друг друга. Потом пришёл тот странный, кто назвался богом. Он творил страшные вещи, но первое, что он сделал, это приказал ему идти за ним, или Задалла погибнет. Как плакала тогда его прекрасная любовь. Он тоже плакал, но не вслух. Потом он сбежал со своими друзьями, но он не смог найти свою любимую. Говорили, что она погибла где-то в лесу.
Сперва Табран искал смерть в каждой стычке. Потом немного успокоился и просто влачил свою душу, по ухабам судьбы. И вот теперь перед ним лежала и спала та, кем была наполнена его душа до сих пор. Салмана пристально всматривалась в застывшее лицо окаменевшего воина. Глаза истекали слезами, других проявлений жизни в нём просто не было.
Молодой воин бессильно опустился на колени перед кроватью, и положив голову на кровать заплакал как ребёнок. Она была жива. Почти жива, но этого было достаточно, чтобы снова начать жить ему самому. Он больше не оставит её никогда, даже если ему придётся умереть.
Салмана не понимала, что происходит. Она тронула Табрана за плечо, тот ответил на её немой вопрос:
– Это Задалла. Моя Задалла. Я думал, что потерял её навсегда. Я так думал. Я так любил её. Я так сильно её люблю. – Он стал гладить и целовать её руки, он хотел поцеловать её саму, но боялся навредить ей. Наконец он взял себя в руки и встал с колен.
– Отныне я стану охранять Задаллу каждый день и каждую ночь. Больше никто не станет между нами. Прости мне мою слабость госпожа, я пойду. Он повернулся к своей возлюбленной и наклонился к ней, долго не решаясь, он смотрел в её прекрасное лицо, потом их губы соприкоснулись в лёгком, словно дуновение ветерка поцелуе.
Задалла вдохнула полной грудью и распахнула свои глаза. У Салманы увеличились глаза от удивления. Табран едва устоял на ногах. Девушка продолжала лежать и смотреть, не веря собственным глазам. Над ней стоял тот, кто дарил ей столько счастья три года назад, и кого она считала погибшим.