скачать книгу бесплатно
Чудовище о семи головах. Голова первая. Советник
M P Power
В одном королевстве жил принц. Однажды его должны будут короновать, чтобы он правил долго и жил счастливо вместе со своей королевой. Но в жизнь принца пришла большая беда, с которой он должен справиться в своем юном возрасте…
M Power
Чудовище о семи головах. Голова первая. Советник
1. Один день из жизни мальчика
Луч солнца скользнул через приоткрытую занавеску в комнату подростка, спящего на спине, и, пробежав по кровати, засветил прямо ему в лицо. Мальчику совсем не хотелось вставать, и поэтому он, не открывая глаз, недовольно скривился, что-то пробормотал и повернулся на бок, намереваясь спать дальше.
Скрипнула дверь, и в комнату заглянул невысокий, пожилой мужчина по имени Ганс. Он оглядел пространство, и, поняв, что его воспитанник еще не проснулся, распахнул дверь и дружелюбно произнес очень громким и неожиданно хриплым голосом:
– Наступил новый чудесный день для подвигов.
После этих слов мальчик вздрогнул, открыл глаза и повертел головой по сторонам.
– Я здесь, Даниил, а Вам пора вставать – сказал Ганс, подойдя к кровати своего воспитанника.
– Кто это решил, что пора? – разочарованно пробормотал Даниил. – Я еще не хочу.
– Вы опять рисовали всю ночь – неодобрительно покачал головой Ганс, разглядывая чумазую физиономию подростка. – Когда Вы научитесь умываться перед сном?
При этих словах мальчик приподнялся и откинул одеяло. Он был худощав, чуть выше среднего роста, с карими глазами и черными волосами.
– Ты же знаешь, что картины – это моя жизнь.
Даниил нашарил ногами тапки, обулся, вскочил с кровати и почти вприпрыжку бросился в ванную к раковине.
– Вы забыли, в чем смысл и наполнение Вашей жизни?! – ответил Ганс. – Вы наследуете все то, что было до Вас и для Вас. Вам предстоит сохранить и приумножить это – в голосе Ганса звучали одновременно назидательность и любовь.
В глазах и словах мальчика сквозила горечь, когда он сказал:
– Я уже столько раз слышал это от своего отца, что, кажется, выучил наизусть. Он все время твердит о моем долге, и о моей ответственности за будущее. Я согласен с ним. Люблю моих родителей и мое королевство. Только немного обидно, что я не могу стать художником. Хочу посвятить свою жизнь картинам, и этим привнести что-то свое, новое и очень хорошее.
Текла вода. Даниил щедро намылил руки и тщательно потер ими лицо, но как ни старался, ему не удавалось убрать с лица следы краски. Убедившись, что сам не справится, мальчик вопросительно посмотрел на Ганса. Мужчина недовольно покачал головой, но протянул ладонь и провел ею перед лицом воспитанника, не касаясь его. Краска, как по волшебству, исчезла.
– Спасибо – очень довольный, вежливо и с чувством искренней благодарности сказал подросток, оглядывая свою чистую физиономию в зеркале. Даниил был очень харизматичным, и абсолютно все подпадали под его влияние. Вот и сейчас Ганс почти «растаял» и даже слегка улыбнулся. Он по-отечески любил своего воспитанника и гордился тем, что мальчишка рос человеком чести.
Даниил быстро смыл мыло с рук и вытерся полотенцем.
– Что у нас сегодня? – спросил он, скинув пижаму и натянув домашние брюки и рубашку.
– Сейчас для Вас завтрак, как обычно. Ваши родители уже поели и принялись за дела, поэтому за столом Вы будете без них. Но я буду с Вами – Ганс замолчал, увидев, каким грустным стало лицо мальчика.
Тот тихонько вздохнул, но, заметив, что Ганс смотрит на него, моментально улыбнулся и собрался.
– Я привык быть без них. Что потом?!
– Потом – уроки географии и хороших манер. Далее обед с родителями и прогулка. Вечером будет встреча, на которой Вам присутствовать еще рано и нельзя, поэтому у Вас самостоятельные занятия и свободное время. Сможете порисовать. – Последнюю фразу Ганс произнес торжественно, явно рассчитывая, что Даниил будет рад, ведь ему так редко удавалось порисовать в светлое время суток. Обычно днем было очень много разных значимых дел, назначенных взрослыми, с которыми мальчик внутренне смирялся. Он считал минуты до того момента, когда сможет укрыться в своей комнате и посвятить себя тому, что для него действительно важно. Но сейчас Даниил не обрадовался, а скорее нахмурился, отчего Ганс растерялся.
– Значит, ужинать я буду один – грустно констатировал мальчик.
– Ваши родители будут ужинать на встрече со своими гостями – подтвердил Ганс.
Даниил тихонько вздохнул и осторожно произнес:
– Я знаю, что мои родители решают важные вопросы, и поэтому очень заняты – некоторое время он размышлял, а потом продолжил: – Почему так сложно найти настоящего друга своего возраста, чтобы не чувствовать себя одиноким?!
– Вы еще так молоды и так неопытны в отношениях с людьми. Станете взрослее и все поймете – немного подумав, ответил Ганс.
Мальчик открыл окно, чтобы проветрить комнату. Он молча заправлял постель, раздумывая над словами Ганса, а тот внимательно следил за выражением лица своего воспитанника.
Даниил закончил с делами в комнате и закрыл окно. У мальчика появился план, который он не рискнул озвучить. Они с Гансом спустились в столовую для завтрака. Там уже ждал дворецкий, Максимилиано. Дворецкий сказал, что сегодня по распоряжению будет прислуживать сам. Ганс был в недоумении. Даниил пожал плечами – надо, значит, надо. Его воспитатель был вынужден удалиться.
Максимилиано, в этот раз сделал мальчику только одно замечание – относительно легкой сутулости. Даниил старался, но мысли его были настолько тягостны, что под их давлением спина никак не хотела быть прямой.
– Вам следует чаще заниматься упражнениями для укрепления позвоночника – сурово сказал дворецкий и прекратил бесполезные попытки повлиять на подростка.
«Мне следует больше проводить времени и веселиться вместе с родителями или завести настоящих друзей. Тогда я буду счастлив и стану ходить с прямой спиной» – мысленно ответил на это мальчик, глядя в окно и на автомате поглощая свой полезный завтрак: овсянку с фруктами и воду. – «Удивительно, почему большинство взрослых так однозначно думают, что они могут всё решать за других?! Особенно за тех, кого считают маленькими. Ведь это неправильно. Это мешает».
Даниил по-прежнему иногда пытался сопротивляться давлению, но уже почти смирился. Старался не слышать, когда ему говорил кто-то посторонний и злой. Для родных находил оправдания – они опытные, они так заботятся. Эх, если бы только они опекали немного иначе!
Мальчик сжал зубы и мысленно обругал себя за наглость. Как умеют, так и делают. Их тоже никто особо никогда не поддерживал; как и более ранних предков/родственников…
Даниилу не очень хотелось уроков географии и особенно хороших манер. Он надеялся пораньше пойти на улицу и попытаться пообщаться с кем-нибудь из сверстников.
В комнату вошли родители мальчика, и взгляд его просветлел. Его отец, Горвальд – высокий, загорелый, темноволосый мужчина спортивного телосложения, с карими глазами и усами, которые, как он думает, придают ему солидности. Мама Александра – блондинка с голубыми глазами, среднего роста, с женственными полноватыми формами, несгибаемо прямой спиной и взглядом, устремленным в будущее. Она кажется более хрупкой, чем есть на самом деле.
Мальчик был счастлив их видеть, пусть даже в эти короткие минуты между завтраком и занятиями. Даниил рвался вскочить со стула и броситься к родителям с объятиями, но он знал, что делать этого нельзя и понимал, что никогда не осмелится так поступить. Вместо этого он степенно встал и неторопливо пошел им навстречу, изо всех сил стараясь унять радость и рвущееся из груди сердце. Подошел, сначала поклонился матери, затем кивнул отцу, а потом не выдержал и с такой силой «засветился» улыбкой, что его родители почувствовали и улыбнулись в ответ. Всего на несколько секунд, но Даниилу и этого было довольно. А дальше и вовсе случилось невероятное событие.
– Сын, сегодня вместо уроков географии и хороших манер, мы поговорим с Вами о более важных делах. Вам уже пятнадцать, пора принимать участие в заботах Семьи. Мы возлагаем на Вас наши надежды. Идите с нами – сказал Горвальд.
Его родители быстро направились в комнату для занятий, и встревоженный Даниил поспешил за ними. Пока шли до той комнаты все молчали. Горвальд и Александра всегда ходили, держась за руки, а мальчик любовался этим. Он был счастлив и горд, что они через столько лет совместной жизни пронесли тепло и доверительность отношений. Даниил давно для себя решил, что в его семье будет также.
В учебной комнате не стене висела большая карта мира, сделанная по приказу Горвальда. На карте их королевство Корректион было очень красиво прорисовано, и она уже использовалась для уроков географии мальчика.
– Посмотрите сюда – сказал Горвальд, подойдя к стене вместе с сыном. – Вы видите, что наша земля – одно из двух самых больших королевств в мире. Второе Солвендо находится рядом. Королевства разделяет только Мемория – деревня и лес. Наши предки долго пытались договориться о том, кому будет принадлежать эта земля, но так и не решили. Тогда правил Великий Мирослав Миролюбивый I. Он предложил сделать Меморию свободной общей территорией, и другая сторона согласилась. С тех пор так и продолжается.
– Я все это знаю – осторожно сказал Даниил.
– Но есть кое-что, чего Вы пока не знаете – важно ответил Горвальд. – Скоро все это станет Вашим. Я имею в виду не только свободную зону, но и… – мужчина ткнул указкой в соседнее королевство.
Даниил с удивлением посмотрел на отца.
– А как же древний закон, запрещающий воевать? – спросил мальчик.
– Я не собираюсь нарушать закон и не собираюсь с ними воевать – успокоил сына отец. – Есть другой, более действенный способ объединить наши земли. В Солвендо подрастает наследница Елизавета – торжественно закончил Горвальд, многозначительно глядя на Даниила.
– Я рад за нее, но я-то здесь причем? – пожал плечами мальчик.
Мужчина в растерянности взглянул на свою жену, а Александра улыбнулась супругу и с нежностью посмотрела на сына.
– Даниил, Вы должны жениться на этой девочке – уверенным безапелляционным тоном заявила женщина.
– Как так, жениться?! Ведь я даже не знаком с ней – удивленно воскликнул мальчик.
– Не беспокойтесь – Горвальд положил руку сыну на плечо. – У вас двоих будет возможность пообщаться до свадьбы, и, если Вы посчитаете, что девочка Вам не подходит в качестве жены, мы примем это решение. Но мы уверены, что Ваш выбор будет правильным.
– Большинство так и женятся – добавила Александра. – Узнают друг друга уже в браке. У нас так же получилось, и мы не встречали тех, кто подошли бы к вопросу иначе, и заранее бы позаботились о том, чтобы узнать друг друга и обсудить все важные вопросы. Хотя вероятно такие люди и существуют.
– А вдруг Елизавета мне не понравится или мы не сойдемся характерами, когда познакомимся поближе? – все еще недоумевал Даниил.
– Всегда и обо всем можно договориться – уверенно заявила Александра. – Женщина уступает, мужчина принимает на себя ответственность. Запомните это, ведь это основная формула человеческого счастья в семье.
Даниил задумался.
– Хорошо. Я так понимаю, что выбора у меня нет? – спросил мальчик у матери.
Александра промолчала, поджав губы, но едва заметно кивнула головой.
– Будем считать, что вопрос решен – бодро, с несколько преувеличенной уверенностью заявил Горвальд. – Возможно, Вам захочется побыть одному и все обдумать. До обеда у Вас осталось два часа, и нет уроков и других дел. Идите в библиотеку, и изучите второй том книги по хорошим манерам. Эти знания Вам пригодятся. В последнее время Вы стали не в меру своенравным, так что подумайте о своем поведении – с каждой фразой мужчина говорил все тверже.
Внутри мальчика вспыхнула ярость. Он хотел прокричать отцу о своих чувствах и о том, что тот его обижает, но не посмел. Даниил сделал над собой усилие, чтобы смириться и внимательно посмотрел в глаза Горвальда.
– Хорошо – уверенно сказал он и, вместе с родителями, вышел из комнаты для занятий.
Даниил честно собирался пойти и почитать, и даже дошел до библиотеки. Он быстро нашел нужную книгу, присел за стол, полистал ее, но мысли были о другом. Примерно через полчаса мальчик бросил попытки сосредоточиться на учебнике. Он отнес книгу в свою комнату и собирался вернуться к ней позже.
До обеда оставалось не менее полутора часов. Даниил решил побродить по дворцу и действительно все обдумать.
Мальчик ходил по комнатам и с любопытством осматривал все вокруг. До сих пор здесь находились места, где он еще не был. Сейчас Даниил набрел на маленькую неприметную дверь со скромной надписью «Склад».
Внешний замок был закрыт, но мальчик знал, как открывать любые двери во дворце, на случай немедленной эвакуации.
В коридоре никого не было. Даниил нажал на неприметную кнопку рядом с дверью, стилизованную под узор. Дверь тихонько скрипнула. Мальчик с трудом пролез в небольшой дверной проем. Внутри комната оказалась просторной, с высоким потолком. Даниил нащупал выключатель рядом с дверью. Свет был очень тусклым. Мальчик огляделся вокруг. Часть комнаты была завалена вещами из разряда – выбросить жалко, а деть некуда. Все вещи были качественные и ценные.
«Если нам это не нужно, почему бы не раздать беднякам. Обязательно спрошу у родителей за обедом» – раздумывал Даниил, осматривая вещи.
Вдруг он поскользнулся, вскинул руки, схватился за край какой-то ткани, не удержался и упал, потянув за собой ткань. За ней оказался портрет, на котором была изображена его мама. Ну, или, возможно, женщина, как близнец похожая на Александру. Мальчик зачарованно рассматривал портрет, все более убеждаясь в сходстве женщины на нем с его матерью.
«Что здесь делает этот портрет?» – недоумевал Даниил. – «Возможно, это копия. Но раз он здесь, значит, никому не нужен. Я заберу его себе и повешу в своей комнате».
Даниил с трудом вытащил портрет из комнаты-склада и осторожно понес по коридору. В своей комнате он протер его от пыли и повесил на видном месте на стену. Пока мальчик нес и вешал портрет, он вспотел, так как ноша была тяжёлой. До обеда оставалось ещё полчаса. Даниил принял душ и сменил одежду, а потом спустился в столовую. Горвальда и Александры ещё не было. Дворецкий хлопотал по сервировке обеда, и первые блюда стояли на столе, закрытые в специальной посуде. Даниил хотел есть, но он остался стоять на ногах и даже не присел, ожидая своих родителей.
Когда Горвальд и Александра вошли в комнату, настроение у них было веселое, и они улыбались друг другу. Увидев сына, женщина бросилась к нему и обняла. Даниил был в некоторой растерянности. Он знал, что у его матери есть привилегия – проявлять свои чувства в обществе, но сейчас не понимал причины этого поступка.
– Сын мой – с тёплыми интонациями и гордостью в голосе обратилась Александра к мальчику. – Утром мы с Вашим отцом были чрезмерно суровы по отношению к Вам. Поймите, для нас очень важны Ваши желания, мы хотим, чтобы Вы выросли самостоятельным и ответственным человеком, но есть некоторые ситуации, в которых общественное благо выше личных интересов.
– Я знаю – мягко ответил Даниил, осторожно прекращая этот разговор, а про себя подумал: «Какая может быть польза для моего народа, если я буду несчастлив в браке?». Но вслух говорить этого и спорить не стал. Побоялся.
Женщина секунду нервно улыбалась, но потом овладела собой. Мальчик поспешил сменить тему:
– Матушка, я бродил по коридорам и набрёл на складскую комнату, в которой нашёл Ваш портрет. Был удивлен, почему этот ценный предмет оказался в таком помещении, и забрал его себе до выяснения обстоятельств. Надеюсь, Вы не возражаете?
Александра нахмурилась и переглянулась с мужем.
– Я не совсем понимаю, о каком портрете идёт речь? Позже я загляну в Вашу комнату для того, чтобы посмотреть на него и решить его судьбу, а пока, так и быть, пусть он останется у Вас.
Даниил склонил голову в почтении, давая матери понять, что он услышал и принял ее ответ.
Горвальд пригласил жену и сына к столу. Все заняли свои места, и официанты начали разносить блюда. Некоторое время в молчании ели, но Даниилу настолько сильно хотелось обсудить вопрос с другими вещами в складской комнате, что он, оторвавшись от еды, стал внимательно смотреть на отца. Это было их своеобразным знаком.
– Я слушаю Вас, Даниил – сказал Горвальд, отложив ложку и внимательно глядя на сына. Также поступила и Александра.
Мальчик слегка оробел под взглядами родителей, но собрался с духом и произнес:
– В той складской комнате я увидел много ценных, полезных, работающих вещей. Если мы ими не пользуемся, и они нам не нужны, почему бы не раздать их людям? Или у Вас какие-то другие планы относительно этих предметов?
Его родители снова переглянулись.
– Это дерзко с Вашей стороны задавать такие вопросы – сказал Горвальд.
Даниил опустил голову и покраснел.
– Мы планировали раздать эти вещи нашим приближенным за верную службу – вдруг пояснила Александра.
Мальчик в недоумении посмотрел на мать.
– Но разве у наших приближенных недостаточно своего добра? Они регулярно получают различные денежные награды. Почему бы не раздать эти вещи тем, кто в них действительно нуждается… нашему народу… беднякам.
Горвальд снова нахмурился. Он был готов сказать сыну резкие слова. Александра незаметно коснулась своей ладонью руки супруга. Ее прикосновение словно говорило: «Будь терпелив. Мы растим наследника и наша цель – сделать его самостоятельным и мудрым».
Мужчина овладел своими эмоциями и внимательно посмотрел на сына.
– Даниил, мы обдумаем Ваше предложение и сообщим решение позже.
Мальчик с грустью посмотрел в свою тарелку и вернулся к еде. Александра поняла, что не такого ответа ждал ее сын.
– Скоро предстоит большой праздник встречи с семейством Солвендо – сказала она. – В этот день Вы, кстати, познакомитесь с их дочерью. Мы могли бы сделать частью мероприятия бесплатную раздачу ценных вещей и награждение самых достойных наших подданных.
Женщина многозначительно посмотрела на мужа, а он сделал задумчивый вид и некоторое время выжидал.
– Да, это хороший план – сказал он, наконец. – Я решил, так и поступим.
Даниил просиял и с благодарностью посмотрел на мать.
Когда обед закончился мальчик, согласно протоколу, подождал, пока его родители поднимутся из-за стола, потом встал сам, вышел степенно из столовой вслед за папой и мамой, но пошел в другую сторону. Пока они шли по одному коридору, Даниил двигался медленно, расправив плечи, старался держаться, как подобает достойному ребенку. Но как только он завернул за угол, бросился бежать изо всех сил. Очень уж ему не терпелось выйти на улицу.