Шуго и Рвущий связи

Это были идеальный план и идеальное место.

Эрис передернуло от подобных теорий, а когда ей привиделась картина того, как она собственными руками убивает олениху, горло тут же свело в тошнотворном спазме, и девочка зажала рот рукой. Кин продолжала щипать зелень, изредка поднимая голову, чтобы осмотреться и прислушаться. Сугор боялась сделать любое неосторожное движение и выдать себя, поэтому сидела на давно затекших ногах и не издавала ни звука.

Неожиданно олениха насторожилась, перестав жевать. Она повернулась, и ее тело стало напряженным. Почувствовав перемену, Эрис подступила ближе к краю, как олениха резво рванула прочь с поляны. Сугор проводила ее удивленным взглядом, а когда взглянула на поляну, чуть не вскрикнула от ужаса.

Из тени выбежал буро-красный хищник. В рукописях под его описание подошел бы только один из древних монстров. Зверь выглядел уставшим, будто убегал от кого-то.

Эрис окончательно растерялась. По обычаю, сугор должна была встретить только одно животное. Но сейчас, когда она увидела еще и этого ящера, девочка просто не знала – кого желала послать ей Цитри?

Вдруг древний монстр прибавил прыти и ушел прочь, а на его место выбежал молодой охотник. Эрис раскрыла рот в изумлении и чуть не выдала себя, когда случайно проронила:

– Диас?

Юноша мигом вскинул голову, взгляд его был обращен точно в сторону лучницы. Девочка юркнула в темноту кроны, чтобы спрятаться от незваного гостя. Она прекрасно помнила предупреждение Разрушителя, что объединяться в группы строго запрещено. Признаваться Диасу в том, что она поймала его за нарушением правил, тоже не хотелось. По крайней мере, пока. Ему бы не поздоровилось, если бы кто-нибудь узнал о том, что он начал охоту на первой же вылазке. Ох уж этот нетерпеливый болван! Из-за него обряд получения видения от Цитри обернулся сущей катастрофой для Эрис. Теперь она не знала, кто ее жертва и что ей сказать отцу, когда тот поинтересуется?

Несколько минут Диас приглядывался, силясь найти источник шума, а после убрал оголенный меч в ножны и поплелся в сторону дома, ворчливо бурча себе под нос. Лучница выждала время, пока друг уйдет достаточно далеко, чтобы не пересечься с ним, слезла с дерева и, напоследок окинув взглядом поляну, направилась обратно к деревне. Весь путь она прокручивала у себя в голове то, чему стала невольным свидетелем. Скорее всего, ящер был жертвенным зверем Диаса, ведь изначально охотнице явилась молодая Кин. Логично было сделать вывод, что все остальное стало обычной случайностью.

С последними лучами солнца Эрис переступила порог деревни и оказалась окруженной родными и близкими, которые с нетерпением ждали ее возвращения. Счастливая мать крепко обняла дочку, тихо спрашивая: все ли хорошо прошло? Девочка кротко кивнула головой и облегченно улыбнулась, когда встретилась глазами с отцом. После радостного единения все охотники отправились в трапезную, где уже накрыли столы.

Дав молодым охотникам отдохнуть с дороги, лидер деревни призвал их к ответу – какой же зверь им достался? Каждый подросток поднимался с места и с нескрываемой гордостью объявлял свою жертву так, чтобы все его слышали. Видения у всех были разными. Не нашлось таких детей, чьи бы звери совпали. У кого-то это был черный волк, отбившийся от стаи, у кого-то волосатый бородавочник, бродивший в поисках еды, а у кого-то были более редкие особи. Например, Каин – сын главного звероведа деревни, – получил видение дикого лесного кота. Их крайне мало осталось во всей Хине, и все же Цитри доверила этого красавца именно ему. Каин еще долго хвастал перед остальными, какая у кота была густая грива и как опасно сверкали его глаза.

Когда очередь дошла до Эрис, она, стараясь сохранять невозмутимость, спокойно встала и объявила:

– Я получила видение от Цитри в виде дикого зверя, и имя ему – молодая самка оленя Кин, – на одном дыхании выпалила она и под всеобщее ликование села на место.

– Отлично, Эрис!

– Так держать! Добудь нам золотую шкуру Кин! Богиня будет рада такому подарку!

Клид ободряюще приобнял дочь, радуясь, что Цитри уберегла ее от встречи с хищником и послала мирную дичь. Бывали случаи неудачной охоты, когда не только молодые сугор, но и опытные охотники исчезали из деревни навсегда. Жизненные пути этих несчастных по тем или иным причинам заканчивались в лесных чащах, где их уже невозможно было отыскать.

Дальше слово держал Диас. Немного замявшись, он поднялся из-за стола и как-то подозрительно поджал губы. Эрис тайком смотрела на него, выглядывая из-за плеча отца. Почему-то Диас вызывал у нее двоякие чувства. Обычно громкий и задиристый, сейчас он был явно растерян. Сколько она его знала, мечник всегда привлекал к себе внимание и любил поболтать. Тем более ему достался древний монстр. Принеся его в деревню, охотник наверняка бы прославился. Как о таком не кричать во все горло?

– Я получил видение от Цитри в виде дикого зверя, – неуверенно начал говорить Диас, смотря в свою тарелку, где остывала мясная похлебка, – и имя ему, – он поднял отчаянно решительный взор, – молодой самец оленя Кин!

Возмущенно открыв рот, Эрис оцепенела. Секундное недоумение повисло в трапезном зале, и от этого даже бесстрашный Диас нервно сглотнул. Это была чистой воды…ложь. Полная и абсолютная. Никакого оленя мечник не встречал! Он просто не мог этого сделать, ведь даже та кроткая Кин, что паслась на лесной поляне, сбежала раньше, чем пришел Диас. Он нагло врал всей деревне! И Эрис прекрасно понимала это.

Но что еще больше испугало юную лучницу, так это то, что главный наставник теперь мог заподозрить их в объединении в группу, а это было недопустимо! Девочка юркнула ниже, чтобы спрятаться за отцом, боясь даже шелохнуться и привлечь к себе лишнее внимание. На языке крутились всевозможные ругательства, все без исключения адресованные Диасу! Он портил ее спокойную жизнь, начиная от видения Цитри, порушенного его присутствием, и заканчивая собранием деревни, на котором он выставился с тем же животным, что и Эрис!

– Диас, ты уверен, что это был… олень Кин? – оценивающе вздернув бровь, уравновешенным тоном поинтересовался Феназем.

– Несомненно, – бодро кивнул мечник.

Разрушитель еще несколько секунд буравил взглядом молодого охотника, а после, с лукавой улыбкой окончательно постановил.

– Ну что ж, значит будут у Цитри две золотых шкуры от прекрасного рода Кин! – поднявшись на месте, мужчина торжественно поднял кружку. – За молодых сугор деревни! За новое поколение охотников!

Под возглас лидера все жители поздравили родителей молодежи и подняли кружки. Диас облегченно выдохнул и рухнул на лавку, уронив плечи, а Эрис до последнего сидела тише воды, ниже травы.

Среди охотников, возвращавшихся домой после застолья, медленно топал загруженный думами Диас. Вдруг мечника кто-то цепко ухватил за кисть и со всей силы потащил прочь из толпы. Издав недоумевающий возглас, он послушно пошел вслед за незнакомцем. Свернув за угол, похититель повернулся к юноше.

– Проклятье, Эрис? Что ты творишь?! – выдернув свою ладонь, он удивленно уставился на лучницу.

– Диас, ты всех обманул! – возмущенно объявила девочка. Мечник с опаской покосился на ее жест и чуть попятился назад.

– Эй, эй! Ты чего обзываешься? – обидчиво возмутился мечник. – Ты какая-то странная, Эрис. Из леса вернулась совсем дикая. Тебя там случайно звери не покусали?

– Зачем ты соврал всем? Зачем сказал, что видел Кин, ведь твой зверь совсем на него не похож!

– Что? О чем ты?

– Ты сказал, что твоим видением был Кин, но это ложь! Цитри послала тебе хищника из древнего рода! Таких очень редко можно встретить в наше время, и я уверена, что он ужасно силен!

– Эрис, перестань, я совсем не понимаю, что ты говоришь, – хмыкнул Диас, попытавшись сбежать от разговора. Он уже отвернулся, чтобы уйти, как вдруг замер, услышав слова лучницы.

– Я все видела и была там, когда ты бежал за тем ящером, – он ошарашенно оглянулся через плечо и встретил прямой и твердый взгляд. – Я знаю, что ты нарушил правило и начал охоту на первой же вылазке, а твой зверь на самом деле древний монстр – огненный шипастый варан!

– Что?

– Не пытайся врать еще и мне. Своим глазам я верю целиком и полностью. Я видела, как ты с мечом пытался нагнать варана, но он сбежал от тебя, – уже более спокойно объяснялась лучница, замечая, как изменилось выражение лица ее друга. – Цитри уберегла тебя от роковой ошибки и сделала так, что зверь испугался, но вряд ли он станет убегать на настоящей охоте.

Диас стоял неподвижно и молча слушал Эрис, а когда она договорила, с неохотой повернулся к ней.

– И где же я прокололся? Когда ты засекла меня? – с потухшим выражением лица спросил мечник.

– На поляне. Там, где ты окончательно упустил ящера, – ответила девочка. – Я сидела в кроне дерева и сверху наблюдала за тобой.

– Ах, тогда… – он неловко взлохматил волосы, скосив взор в сторону. – Значит, в тот раз мне действительно не показалось…

– Не показалось, – сдержанно кивнула Эрис.

– Ну и? Что же ты теперь собираешься делать? Расскажешь всем? – с легкой укоризной спросил Диас и сложил руки на груди. – Если так, то знай, что этим ты сделаешь только хуже.

– Да? Это почему же? – Эрис скептически дернула бровью. – Разве то, что тебе достался такой редкий хищник, не твоя мечта? Почему же ты никому не рассказал о нем?

– А вот это совсем не твое дело. К тому же, а сама ты чем же меня лучше? Скрываешь от всех свое нежелание охотиться и в тайне надеешься, что тебе не придется никого убивать. Разве так ты не обманываешь доверие своих родителей? А, Эрис?

Девочка с трудом проглотила вязкий ком обвинений. Диас с едким упреком посмотрел на лучницу. Эрис глухо проговорила:

– Тебе не понять меня. Быть дочерью прославившегося сугор деревни – значит не иметь права опозорить его перед остальными. Если я признаюсь, что не хочу охотиться, это наложит нехороший след на мою семью, а отец… – ее сердце волнительно забилось. – А отец будет разочарован и никогда не сможет гордиться мной…

Мечник, понурив голову, о чем-то размышлял.

– Моя мать погибла на охоте, когда мне было семь лет, – Эрис обратилась в слух. Она знала, что Диас жил только с отцом. – Мама ушла с группой других сугор в лес на разведку, потому что в последнее время жители стали жаловаться, что замечали близ деревни еще одного древнего монстра. По какой-то причине им пришлось разделиться… Вот тогда-то мама и натолкнулась на него… На огненного варана.

– Что? – сипло выдохнула Эрис, в ужасе округлив глаза. – Хочешь сказать…

– Да, другие сугор подоспели слишком поздно и просто спугнули монстра. Он отнял у меня мать, и теперь у нас с ним свои счеты. Мой отец ни в коем случае не должен узнать, кто мне достался, иначе не видать мне вылазок в лес до самой старости. Он слишком печется обо мне с тех пор и точно не отпустит охотиться на варана.

– Диас?!

– Цитри неспроста послала мне его, понимаешь?! Это мой шанс! Сама богиня дарит мне его! – он приблизился к ней и, схватив обомлевшую подругу за плечи, с мольбой заглянул ей в лицо. – Эрис, прошу, никому не рассказывай о том, что ты видела. Пойми, это очень важно для меня. Я должен стать взрослым сугор и должен отомстить за семью. Если я этого не сделаю, то никогда не смогу освободиться от прошлого. Пожалуйста, пообещай мне, что сохранишь мой секрет. Пообещай.

Девочка испуганно сжалась, уставившись на друга. Для нее дать клятву о молчании значило взять на себя огромную ответственность. С другой стороны, перед ней стоял друг, которому важно было справиться с этим испытанием, чтобы избавиться от боли, гнетущей его столько лет.

Голова Эрис еле заметно качнулась.

– Хорошо, – и Диас с неверием отпрянул от лучницы. – Я никому не скажу, но только при одном условии. Ты будешь тренироваться до тех пор, пока точно не почувствуешь, что готов к сражению с вараном, придумаешь план, как его выследить и завалить без риска, а еще… Ты ни за что не умрешь на этой охоте и обязательно вернешься домой…

– Я не умру, – бойко и даже задорно прозвучало заявление мечника. Он улыбался. Так открыто и так воодушевленно. – Я раздобуду эту ящерицу и принесу домой, а потом мы что-нибудь придумаем с твоей жертвой. Договорились?

Лучница слабо улыбнулась, понимая, что Диас уже заранее знал, что уйдет на первую охоту раньше нее. У него были решимость и цель, поэтому он так уверенно заявлял о своих мечтах. Диас был очень сильным.

– Да, договорились.

С того момента молодые сугор каждый день пропадали на тренировках. Получив видение о жертвенном звере, охотники вспоминали, что же особенного им удавалось узнать, исследовали рукописи, где описывались важные особенности того или иного вида, а также составляли план охоты, который должен был гарантировать им успех.

И уже спустя несколько недель на вылазку в лес отправились первые юные охотники. Их путешествия разнились во времени, но все заканчивались хорошо. Даже Каин сразил дикого кота и одарил Цитри богатой пушистой шкурой. Жители встречали их, как героев, но никто не помогал дотащить тушу до алтаря. Гордость каждого добытчика была в том, чтобы лично преподнести жертву прекрасной Цитри на синий камень Ишигур.

Эрис редко видела Диаса. С последнего их разговора друг совсем пропал и почти не общался с ней. Она не встречала его на улице, не сталкивалась в общей трапезной, даже в толпе ребят, когда те мерились силой, мечника не было. Это было не в его характере, но она твердо уверила себя, что сугор сейчас усердно готовился к охоте и был очень занят.

Так прошел месяц. Из непосвященных в сугор остались только двое, но никто не торопил их. Эрис сидела дома и увлеченно читала рукописи об истинных Шуго, явившихся с небес, чтобы защищать людей.

Дочитав до конца, Эрис отложила письмена и, подхватив лук и колчан со стрелами, вышла на улицу. Утреннее солнце радовало. Недалеко от дома отец обустроил юной сугор небольшое стрельбище, где она могла тренироваться. На деревьях висели фигурки зверей, отмеченные краской, а рядом стояли балки с набитыми мешками, изображающие крупную дичь. Вокруг никого не было: только природа, Эрис и ее верный лук.

Встав в стойку, Эрис приготовила стрелу и туго натянула тетиву. Порядок шустрых стрел вонзился наконечниками в расписные фигурки животных. Эрис обстреливала каждую из них, порой обидно промахиваясь. Застопорившись на минуту, она вообразила себе на месте набитого мешка красивую олениху Кин, пасущуюся на поляне.

Очертания перед глазами поплыли: Кин доверчиво смотрела на лучницу и будто улыбалась ей. Дрожащей рукой та потянулась за стрелой и медленно извлекла ее из колчана, продолжая представлять образ оленя перед собой. Эрис никогда не стреляла по живым целям. Лук ходил ходуном, не давая возможности как положено натянуть тетиву, а кожа противно вспотела, и теперь ладони были влажными. От страха.

Долго целясь, Эрис не могла сладить с собой, в то время как олениха терпеливо ждала ее. Исчерпав свои силы, девочка раздосадованно пустила стрелу и зажмурилась, боясь увидеть, как та вонзается в золотистую шкуру и проливает кровь, но… вместо глухого удара в мешок сугор услышала лишь тихий шелест травы. Медленно открыв глаза и осмотрев воображаемую Кин, девочка с грустью осознала: она позорно промахнулась.

Эрис потревожил подозрительный звук, который донесся со стороны леса. Отчетливые шаги напоминали поступь золотой оленихи, или же девочка уже окончательно лишилась рассудка и теперь видела свою жертву во всех и вся. Она зарядила еще одну стрелу и нацелила в сторону, откуда должен был появиться зверь.

Заметив охотницу, тень немедленно остановилась, будто от удивления, и больше не тронулась с места.

– Эй, Эрис! Мне как-то неприятно быть у тебя на мушке! Может, перестанешь уже охотиться на меня?

Девочка вздрогнула, когда услышала знакомый голос, и перестала целиться. Она убрала лук, и к ней из лесной тени вышел Диас.

– Фух, я думал, ты сейчас выстрелишь, – пожаловался он. – Эрис, запомни: на друзей стрелу не наводят, ты можешь кого-нибудь поранить!

– Извини, я думала, что ты… Кин…

– Что? Я похож на оленя? – его тон взлетел от шуточного возмущения, и лучница не сдержала улыбки.

– Нет, совсем не похож, – хихикнула она. – Давно не виделись, Ди.

– Ага. Как твои тренировки? – оценив взглядом обстановку, он ненадолго остановился на стрелах, торчащих из земли, и нахмурился. Эрис посмотрела туда же и виновато поджала губы, понимая, как печально все выглядело. – Вижу, ты все еще боишься стрелять?

– Это… Мне проще обстреливать деревянные мишени и не задумываться о том, что им больно, но… стоит мне представить на их месте кого-то живого, то я тут же промахиваюсь, – созналась девочка и стала подбирать разбросанные стрелы.

Понаблюдав за ней мгновение, мечник присоединился.

– Тебе не хватает желания завалить зверя, поэтому ты и мажешь, – невозмутимо высказался парнишка, извлекая из земли стрелу и протягивая Эрис. – Ты должна сама захотеть сразить его, иначе у тебя ничего не получится.

Лучница сложила стрелы в колчан, и, взяв в руки последнюю, задумчиво сказала:

– Но я до сих пор не хочу никого убивать, Ди. За все время моих тренировок я никогда не стреляла всерьез и никогда не мечтала охотиться по-настоящему. Мысли об этом меня только расстраивают, – она бросила взгляд на деревянную птицу, в груди которой покоилась стрела. – Я даже не уверена, что смогу когда-нибудь стать настоящей сугор…

– Так, все, – нетерпеливо буркнул мечник и, схватив подругу за руку, потащил ее за собой в сторону леса. – Идем, я хочу тебе кое-что показать.

Опешив на секунду, Эрис тут же задергалась.

– Эй, куда ты меня тащишь? Диас, нам нельзя уходить в лес! Мы еще не готовы! Стой! Я не хочу! Я не буду охотиться сегодня! Ты слышишь меня? – громко пищала лучница, упираясь ногами в землю.

– А кто сказал, что я веду тебя на охоту? – оглянувшись к ней, фыркнул он и снова отвернулся. – Да с такой стрельбой я бы на месте твоего отца и близко не подпускал бы тебя к лесу!

– Что?! – с крайней степенью обиды округлила глаза Эрис. – Знаешь, что? Ты… Да ты… Ты дурак, Диас! И шуточки у тебя тоже дурацкие!

Парнишка ничего не ответил на ее громкое оскорбление, а только тихо хохотнул. Она постепенно сдавалась под его напором и теперь послушно семенила, не заметив, что они уже давно шагали по лесу, покинув деревню. Всю дорогу друзья не общались. Лучница оскорбленно сверлила глазами землю, чтобы не споткнуться, а он уверенно двигался вперед.

Эрис уже порядком утомилась, но Диас казался таким уверенным и знающим, что у нее не возникло ни малейшего опасения или недоверия к нему. Поэтому она стойко терпела эту усталость до тех пор, пока они не добрались до того места, куда хотел привести друг.

Лесная чаща становилась более редкой, и через нее проглядывали совершенно иные пейзажи. Девочка восхищенно задержала дыхание, когда лес остался позади, и перед ней развернулась Туманная долина. Эрис много читала про нее в рукописях, но никогда не видела этой красоты воочию. Земля, на которой она стояла, заканчивалась резким отвесным обрывом, но дна его было не видно, потому что плотный пушистый туман застелил пеленой весь край вплоть до самого горизонта. Он закручивался от потоков воздуха, плыл, как молочная река, и казался живым и разумным, словно был древним мудрым духом.

Диас отпустил руку юной сугор и, довольно наблюдая за ее сияющими глазами и улыбкой, позволил девочке самой пройтись и вдоволь наглядеться на эту красоту. Эрис медленно ступала к краю земли, а когда оказалась совсем близко, рискнула и посмотрела вниз. Сердце бешено заколотилось от восторга, и дыхание в груди резко сперло. Девочка опустилась на колени и, склонившись, протянула руку, чтобы коснуться дымного духа. В ответ на ее интерес, туман с любопытством оплел ее тонкие пальцы и, нежно погладив их, быстро рассеялся, оставив после себя щекотное покалывание на коже.

– Ди, он холодный! Я могу дотронуться до него! – восторженно делилась своей радостью сугор и звонко смеялась, когда в очередной раз белое облако ласково касалось ее.

Мечник подступил к ней и, присев на одно колено рядом, тоже заглянул за край.

– Эх, вот бы узнать, что там внизу, – мечтательно протянул он. – Вдруг там лежит какой-нибудь бог и курит трубку, а его дым поднимается наверх и прячет его от людей?

– Хех, ты настоящий фантазер. Я читала про это место. Сугор и правда ни разу не спускались на дно Туманной долины, но говорят, что раз в день здесь можно увидеть чудо, которое появляется из объятий тумана, а потом снова исчезает. Я не совсем верю в это, но где-то здесь есть парящий остров, и люди прозвали его Окар – летающая земля. Там не водятся звери и вообще никто не живет.

– Вот как, а ты очень много знаешь, Эрис, – с уважением в голосе похвалил мальчик. – Кстати, я уже не раз видел Окар, когда приходил сюда тренироваться.

– Что, правда?! – изумленно уставилась на него лучница и быстро придвинулась ближе, на что Диас чуть заметно смутился и покраснел. – И какой же он? Огромный? Там есть деревья? Он действительно парит? Постой-ка… Тренироваться? Ты занимаешься… здесь?

Мечник рассеянно почесал затылок, отведя свое лицо подальше от лица Эрис.

– Ну да, уже как месяц.

– Целый месяц?!

Девочка в момент опомнилась и перевела глаза на его ладони. Светлая кожа рук была вся усеяна мозолями и затерта до ссадин, что говорило о том, что Диас целыми днями не выпускал меча и усердно тренировался. Сугор невольно вспомнила их ночную беседу и насторожилась.

– Эрис, я как раз хотел с тобой об этом поговорить, – серьезно начал парень. – Как мы с тобой и условились, я все это время тренировался и готовился. И сейчас я чувствую, что мое время пришло, – тело лучницы пронзила тревога, и сердце вдруг больно засаднило. Взгляд друга был как никогда решительным, и это означало только одно. – Завтра я отправляюсь на охоту. У меня есть план, и я готов встретиться с вараном.

Глава шестая Рождение Шуго

Часть вторая

Утро было необычайно тихим. Эрис резко распахнула глаза и уставилась в деревянный потолок. Рассветное солнце покалывало щеки. И все бы казалось нормальным, вот только… Сегодня почему-то лес молчал, и это виделось недобрым знаком.

Эрис порывисто поднялась с постели, накинула простую рубашку и шорты и взволнованной птицей выпорхнула из дома. Кожу обдало утренней прохладой. Девочка помчалась по вытоптанной дорожке, пересекая деревню сугор.

Когда же впереди показался алтарь Цитри, Эрис всмотрелась в два силуэта у выхода из деревни, остановилась и проворно спряталась за одну из хижин. Выглянув из-за угла, сугор внимательно следила за происходящим. Время было раннее, почти никто из деревни еще не проснулся, но Диас говорил, что хотел уйти без лишнего шума. Даже Эрис он строго настрого запретил провожать его. Сказал, что она точно начала бы плакать или, еще хуже, не сдержалась и разболтала бы все Далиму. За такое несправедливое обвинение в свой адрес Эрис, разумеется, обиделась на друга, но он был слишком строгим и настойчивым, поэтому ничего не осталось, кроме как согласиться. По крайней мере, так она сказала ему.

Диас вдумчиво слушал речь отца. Далим напоследок по-отцовски ласково потрепал сына по голове, что-то сказав ему, а тот недовольно завертелся.

Уже собравшись уйти в лес, мечник вдруг замер вполоборота к деревне. Сосредоточенно нахмурившись, он вглядывался туда, где только что, как ему показалось, сверкнули белокурые волосы. Но как внезапно эта магия возникла, так же внезапно она и исчезла. Хмыкнув себе под нос, Диас поправил походную сумку, переступил порог деревни и пошел прочь, скрываясь в объятьях леса. Белые лики каменных богинь мягко улыбались ему вслед.

Эрис испуганно вжималась затылком в стену. Он заметил. Он точно ее заметил! Справившись с волнением, сугор еще раз робко глянула за угол, но, как и ожидалось, там уже никого не было. Эрис покинула свое убежище, а когда дошла до границы деревни, остановилась, глядя вслед незримо удаляющемуся мечнику.

– Удачи, Ди, – слабо прошептала она, не сводя взора с лесной чащи. – Пожалуйста, возвращайся скорее.