Мальчик, не поднимай тете давление

Полина Раевская

Мальчик, не поднимай тете давление

1. Филиал ада, Иисус и чайный пакетик

Если существовал филиал Ада на Земле, то, однозначно, это был плацкарт.

Неизменный спертый воздух с разномастными запашками той ещё степени паршивости, щедро сдобренный амбре из быстрорастворимого кофе, китайской лапши и затхлости.

Что в этом царстве доширака и непромытости забыла ухоженная тридцатилетняя девушка, вполне имеющая возможность купить себе билет в купе?

Вопрос, на который мой младший брат-гаденыш - это, если без мата, - ответил с типичным зумерским пофигизмом: «Ностальгию по молодости».

Жаль, в шестнадцать я не оставила коляску с ним где-нибудь в парке, тогда бы не пришлось сейчас кривиться, глядя на вспревший от августовской духоты сомнительный контингент, расположившийся на полках. Какая уж тут ностальгия, не вытошнить бы выпитый недавно, цитрусовый раф?!

Замерев в проходе, брезгливо морщусь, жалея, что умею дышать.

Боже, ну почему я не уточнила, что мне нужно купе?!

Напрасные стенания, конечно, учитывая, что вчера после свадьбы двоюродной сестры, где я оторвалась на год вперед, все, на что была способна моя тушка - это не помереть от жутчайшего похмелья.

Прохрипеть в моем состоянии просьбу сдать купленный заранее билет и купить новый на более позднее время, благополучно послав к чертям свои ответственные планы вернуться за сутки до первого рабочего дня, считаю, подвигом. А учитывая, что к чертям вместе с планами отправилась я сама, так и вовсе...

Ловлю липкие взгляды, перекидываю ремешок своей кросс-боди через плечо и, сжав посильнее ручку чемодана, делаю первые шаги, стараясь не касаться ни поручней, ни, упаси бог, чужих ног, свисающих с верхних полок.

К своему месту пробираюсь с осторожностью хирурга, который знает: ошибка, и заражение неизбежно. Но проблемы, конечно же, на этом не заканчиваются, ведь у меня - спасибо братику хотя бы за базовый минимум, - нижняя полка, на которой по альфачьи расставив мясистые ножищи, вольготно восседает какой-то лысый хрен с лоснящейся мордой. Напротив сидит упитанная женщина и ест курицу с такой жадностью и увлеченностью, словно это не еда, а акт самоутверждения.

Глядя на таких соседей, хочется перекреститься, сдать в очередной раз билет и забыть этот эпизод, как страшный сон. Если бы не кредит на машину и необходимость подработки на кафедре, на которой, к слову, я должна быть уже завтра в десять утра, ноги бы моей здесь не было. Теперь вот сиди двадцать часов и думай о креативных способах убийства чайным пакетиком, что полощет снова и снова в фирменном РЖД-шном стакане пожирательница курицы. Мужик тем временем продолжает делать вид, что в упор меня не видит, и моя надежда на хоть какой-то проблеск адекватности умирает без лишних мучений.

Что ж… похоже, самое время включать гопника и биться за территорию. Будто в подтверждение от телефона отрывается быковато-туповатый взгляд, быстро трансформируясь в масленый по мере осмотра моей фигуры, упакованной в короткие джинсовые шорты и кроп-топ.

— Че? - выдают мне с простодушной имбецильностью, видимо, окончательно отупев от длины моих ног и отсутствия лифчика под тонким хлопком.

— А вы как думаете? - язвлю, выплескивая накопившееся раздражение и досаду, хоть и понимаю, что думать вряд ли по части этого индивида.

— Так я это… не мешаю же, цыпа. Падай, - великодушно хлопает он рукой по сидению, кривя мечту жертв нельзяграма в мерзотной ухмылке, которую, наверное, стоит расценивать, как многообещающую.

Тетка позади хмыкает, а я думаю, что еще одна «цыпа» и без чайного пакетика точно не обойдется.

— Пожалуй, воздержусь, а то боюсь сомлеть от такой близости.

— Че? - не выкупает горе-Казанова мою иронию, хмуря белесые брови.

Ну, да, нашла перед кем жемчуг метать.

— Место освобождай уже, - подавив тяжелый вздох, включаю-таки режим гопоты.

С лысого тут же сползает маска «обходительного» кавалера, и он ожидаемо бычится, заслышав родной язык хамства и наездов.

— Слышь, цыпа, а ты че так базаришь кучеряво?

— А ты понимаешь по-другому? Или тебе на пальцах объяснить надо, что место оплачивают для того, чтобы можно было расположиться хоть с каким-то комфортом, а не ютиться непонятно с кем? - втолковываю прописные истины, не уставая поражаться людям. Эйнштейн был прав, Вселенная может быть и не бесконечна, а вот людская тупость - без сомнения.

— И че что оплачено? - продолжает лысый уперто качать права. — Сидеть здесь не запрещено…

— Не запрещено, если тебе разрешат! Я не разрешаю, выводы, надеюсь, сделать сможешь, - наплевав, как и всегда, впрочем, на осторожность и благоразумие, вскипаю. Духота и аккомпанемент из треска куриных костей позади доводят мою жажду убийства до абсолюта. — Вставай уже или будем звать проводника?

— Если я щас встану… - цедит лысый, угрожающе подаваясь вперед, сжимая свои заскорузлые пальцы в пудовые кулачищи. Но меня это не пугает от слова «совсем», моя отбитая, вспыльчивая натура лишь звереет сильнее.

Глядя в краснеющее со скоростью света лицо, словно у лысого через секунду-другую случится разрыв аневризмы, единственная моя мысль: если плеснуть в наглую морду результат теткиных упорных полосканий, вряд ли мудень станет краснее.

— Ну? И что ты сделаешь? - преисполнившись уверенностью в своих силах и креативности - чайному пакетику пусть и косвенно, но вполне реально стать орудием убийства, - приподнимаю вызывающе бровь, зная, что такие козлы сразу теряются, когда сталкиваются с отсутствием страха.

— Ты че курица в себя повери…

— Да захлопнись ты уже, пока я тебе не помог! - раздается позади низкий, рокочущий голос, заставляя вздрогнуть.

Я оборачиваюсь, хочу что-то сказать, да так и застываю с открытым ртом, потому что… Вау. Вот это экземпляр!

Полуголый, накаченный, покрытый татуировками, с тяжёлым, ещё не до конца проснувшимся, давящим взглядом.

Черные волосы растрепаны. Лицо - резкое, будто выточенное скульптором, и такое худое, что об высокие, острые скулы можно порезаться.

Хищная, мужественная красота. Настолько мужественная, что я натуральным образом залипаю, а в голове, как в тех рилсах, начинает подвывать Флорида: «Ты был прекрасен, как Иисус…».

2. Руки боятся, а глаза лапают

Не знаю, то ли так тридцатник сказывается, то ли на контрасте с окружающей убогостью меня вдруг накрыло, но я действительно на мгновение, как дура, теряюсь.

Атмосфера тем временем накаляется: лысый бросает какой-то наезд, и божество с верхней, боковой полки, вызверившись, в два стремительных движения спускается к нам - простым смертным, - обдавая терпким ароматом мяты и чего-то океанического. В это мгновение начинаю понимать упоротые фанфики по омегаверсу, ибо меня пробирает мурашками.

Такая мощь, жар и агрессивная энергия, упакованная в мускулистое, тренированное тело. В парне было что-то первобытное, не красота даже, а сила, от которой невозможно отвести взгляд. И я не отвожу, чувствуя себя поплывшей омЭгой.

Господи, слышали бы меня мои девки, подкалывали бы до конца жизни, но черт! Эти вздутые вены на напряженных, сильных руках, вкусный, терпкий запах, пропитанный жаром разгоряченного после сна тела и каким-то то ли парфюмом, то ли гелем для душа или после бритья… Я даже веду носом, как та самая волчица.

Смешно, но, похоже, психиатр, что выдавала мне справку для трудоустройства на кафедру, проглядела какой-то диагноз. Силюсь изо всех сил не рассмеяться. К счастью, обстановка не особо располагает.

— Слышь, тебе че, больше всех надо? - уже не так запальчиво скалится лысый, стараясь не выдавать страха, но он отчетливо прорывается в непроизвольно дергающихся мышцах лица. И в этом нет ничего удивительного: одна напряженная линия челюсти парня чего стоит, а уж ходящие по ней ходуном желваки - держите меня, девоньки.

— Ты меня разбудил, кретин, еще права здесь качаешь! Тебе влить? - окончательно добивает мою адекватность рычащий тембр с легкой хрипотцой, проезжающейся по натянутым нервам мягкой, приятной щекоткой. Не голос, а настоящее АСМР, особенно, когда божество угрожающе-тихо с нажимом произносит. — Я повторю один раз! Освободил место. Извинился. Ушел.

В это мгновение, кажется, затихает весь вагон, даже стук колёс будто становится глуше. Лысый тяжело сглатывает, но больше не возникает. Под давящим, раздраженным взглядом и энергетикой взбешенного зверя невозможно не то, что спорить, дышать. Я вот едва-едва, хоть и продолжаю стебать саму себя, а сердце тем временем бьется так, что кажется, слышно всему вагону.

— Пройти дай, - выплевывает лысый, протискиваясь мимо, обдавая жуткой вонью, приводящей в чувство, будто нашатырем.

Инстинктивно отшатываюсь и по классике жанра, конечно же, оступаюсь, запнувшись об чей-то то ли тапок, то ли кроссовок. Меня ведет и, само собой, не куда-то там, а прямиком в венистые, сильные руки, обжигающие кипятком кожу на моей талии.

— Бля… ха муха, - изо всех сил маскирую вырвавшегося наружу гопника под что-то приличное и краснею от неловкости, и кринжа, пытаясь словить равновесие. Но куда там, когда меня затягивает в беспросветную черноту глубоко-посаженных глаз с поволокой?!

Думаю, самое время просить прощения за ржач у создателей турецких сериалов с их двухчасовыми сериями, в которых девяносто процентов времени герои только и делают, что смотрят друг на друга под музыку, отражающую настроение происходящего. Сейчас бы подошла Успенская и ее легендарная «Пропадаю я», потому что по-другому этот ступор не объяснишь.

— Стоишь? - приподнимает бровь парень, вообще не выкупая момент и не чувствуя того тока, что проносится мурашками по моей коже от прикосновения его горячих ладоней и отрешенного, абсолютно нечитаемого взгляда. Я же от понимания этого едва сдерживаю фейспалм.

Дожилась, Арина, одичала совсем! Вот не зря девочки талдычили, что надо хоть на ни к чему не обязывающие свиданки иногда выбираться, даже, если не особо хочется после таких воздуханов, как мой бывший. Результат на лицо: поплыла при виде красивого мужика. И ладно бы мужика, а то ведь, присмотревшись, замечаю, что пацан совсем. Слишком молодой еще, чтобы воспринимать его всерьез и, уж тем более, заглядываться. Но кого это волнует? Уж точно не женщину, ставившую лайки тренду «филяй-филяй», хоть и больше из солидарности к отношениям мамы и отчима, у которых разница в возрасте семь лет.

Однако, на волне этих мыслей все же немного трезвею и беру себя в руки. В конце концов, я - взрослая, самодостаточная женщина, чтобы залипнуть на каком-то мальчишке из плацкарта даже, если он выглядит, как «лицо овуляции 2026».

Кстати, а что у нас там по календарю? Может, в этом все дело? Не удивлюсь. Не знаю, как у других, а у меня после двадцати семи цикл стал не просто гостем на несколько дней, а капитаном корабля под названием «мое настроение, энергия, предпочтения». Раньше всегда закатывала глаза на все эти стереотипные шуточки про ПМС, а теперь просто смотрю в календарь и думаю, как же непросто быть женщиной.

— Да, порядок, - улыбнувшись сдержанно, будто вовсе не поплыла пару секунд назад, а просто задумалась, отстраняюсь, едва сдерживая дрожь, чувствуя, как горячие ладони соскальзывают с талии.

Боже, дай мне сил!

И словно услышав мои молитвы, мне отваливают со старта: стоит только открыть рот, чтобы поблагодарить мальчика за помощь, как он, не глядя на меня, просто разворачивается и уходит в сторону тамбура, я же так и застываю с нелепо открытым ртом.

Класс!

Пожирательница курица, как и всякая женщина, прекрасно считывает мои ужимки, в очередной раз насмешливо хмыкая, и возобновляет праздник живота торжественным хрустом, а я краснею, думая, как выгляжу со стороны, да и вообще…

Меня не то, чтобы задело отсутствие хоть какой-то маломальской реакции и интереса, но, обычно мужчины на меня смотрели, как минимум, оценивающе, а этот - никак: есть ты, нет тебя - вообще пофиг. И ладно… признаюсь, это цепляет, но исключительно таким крючком, который случайно задеваешь рукавом и не можешь отцепиться, пока не поймешь, что там такое острое и где.

Соль в том, что я знаю причину: когда у тебя самолюбие на уровне «хотелось бы не выебываться, но пока нет такой возможности» крайне сложно иногда спускаться с небес на землю. И хотя объективно понимаю, что вкусы у всех разные, на волне вспыхнувшего недавно кризиса тридцати, меня в очередной раз царапает мыслью, что возможно, моя прайм-эра уходит в закат, а я так по сути и не сумела ее прочувствовать...

И вот это грузит по-настоящему. Особенно, когда парень возвращается и, вновь даже не взглянув в мою сторону, хотя я так-то, максимально отклячив свой орех, матрас заправляла, забрался на верхнюю, боковую полку и, отвернувшись, продолжил, судя по всему, прерванный сон.

3. Звезда морская

Привыкнуть можно ко всему - общеизвестный факт, с которым я в общем-то согласна, пока не начинаются очередные сбои в интернете. Вот тут с принятием как-то не срастается, хотя уже год как длится этот Марлезон, и конца и края ему не видно.

Смотрю на крутящееся колесико загрузки в мессенджере и едва не рычу. Как же достало!

Втягиваю с шумом воздух в надежде унять зуд раздражения, но тут же жалею об этом. Тяжелую смесь удушливых запашков-таки никто не отменял, и хотя привыкание к плацкарту проходит куда менее остро, чем к отсутствию интернета, мне все еще хочется протереть глаза антисептиком, стоит заметить грязные трещины на пятках девушки, расположившейся на нижней, боковой полке и обмахивающейся любовным романчиком в мягкой обложке.

Не то, чтобы я привыкла к лакшери-лухари и рабочих людей, отродясь, не видела. Отнюдь. Никакого высокомерия и зажратости у меня нет. Просто выползать из своей зоны комфорта всегда неприятно, ощущение, будто весь мир - БДСМ, а ты забыла стоп-слово.

Еще интернет этот чертов! Не поныть девчонкам, не пожалиться маме, да и в целом не отвлечься хоть на что-то. Вот и приходится то трещинами на пятках любоваться, то натюрмортом из вареных яиц и огурцов, которые пожирательница курицы выставила, явно, как угрозу. Представляю, какой аммиачный букет тут расцветет, когда она откроет контейнер. Надеюсь, меня к тому времени достаточно укачает, чтобы по примеру божества спать беспробудным сном.

Кинув быстрый взгляд на широкую, мускулистую спину, вздыхаю немного с досадой. Меня, конечно, попустило, но не до конца. Однако, грузиться почем зря я, к счастью, перестала.

Вообще не понимаю, с чего вдруг случилось это упадническое помутнение рассудка.

С каких пор меня - девушку, которая с гордо поднятой головой пронесла «дылду» через школьные годы, – стало определять чье-то внимание или отсутствие такового?

Да, неприятно, когда твоему восторгу не отвечают взаимностью, но разве это повод начать сомневаться в себе?

В конце концов, может, парень просто не проснулся до конца или засмущался, а то и вовсе страдает отсутствием вкуса в силу возраста. Черт его знает, да и надо ли?

Разумная часть, конечно же, кричит «нет», но в скучном однообразии жизни не часто получаешь такой заряд эмоций на ровном месте, да и впереди двадцать часов пути без интернета, и книги под рукой, так почему бы и не побалдеть лишний раз?

Словно в попытке предостеречь от глупости, мой телефон ловит несчастное 3G, и относительную тишину нарушает парад звуковых уведомлений из чатов с родней и моими курочками, активно обсуждающими компромат на меня от двоюродной сестры.

Стоит признать, хуже пьяных звонков бывшим, могут быть только отметки в сторис с плясками на барной стойке, пойманным в сваре букетом невесты и приставшим троюродным братом жениха, клянущимся на камеру приехать к тебе в столицу.

bitches_bitches

ржач

вот это я понимаю валет с колоды выпал

мамочкАsweetAлеши

Интересно, приедет или очередной п@здун?

piNk&driNk

ставки го?))

Лупа_Пупа

Не приедет, а примчится

щас профиль ее найдет и все, потерян мужик

мамочкАsweetAлеши:

Кстати

Про профиль

Ри, тебе надо будет его или почистить или закрыть, если не хочешь стать номером один обсуждений у студентов

bitches_bitches

господи-боже

там у нее ничего такого и нет

мамочкАsweetAлеши

А сейчас и не надо, достаточно в купальнике просто быть

bitches_bitches

пздц, что за дискриминация преподавателей?!

Лупа_Пупа

так это же только к школьным вроде серьезные требования

мамочкАsweetAлеши

В любом случае, лучше перестраховаться

piNk&driNk

да-да, а то студенты ладони сотрут об такую пропедевтику внутренних болезней))

Лупа_Пупа

они сейчас все асексуалы, им пофиг

bitches_bitches

наша Ри и мертвого осексуалит, не то, что зуммеров

мать, ты где там? че молчишь?

piNk&driNk

у нее наверное инет сдох

Инет действительно сдыхает, не проработав и несколько минут, переписка обрывается, но мне и увиденного хватает, чтобы едва сдерживать смех.

Мои курочки - лучшие, умеют приободрить даже мимоходом и всегда на страже порядка. Не представляю, как бы выжила в голодную, студенческую пору в столице, если бы не встретила каждую из них.

В груди при мысли о девчонках, как и всегда, расплывается тепло. За две недели, проведенных у мамы с отчимом, я ужасно соскучилась.

Пишу в чат, что надо будет собраться в первый же выходной, а еще в насмешливо-стебном тоне про божество и свое внезапное преклонение, чувствуя, как настроение ползет вверх, да так, что даже вернувшийся лысый его не портит, хоть и демонстративно сверлит меня неприязненным взглядом, пока, пыхтя, забирается на верхнюю полку.

Что ж… спать, наверное, лучше не стоит, а то мало ли, что ему там в голову взбредет. Вот, если бы божество так переклинило, я бы даже подыграла, но на то оно и божество...

Повздыхав, в который раз кидаю взгляд на загорелую, мощную спину, и так и не добудившись силой мысли, решаю утолить свою печаль гидрогелевой маской.

Как говорится, даже на дне можно быть звездой. Морской, например.

И да, стоит только очистить лицо тоником и упаковать, как на меня тут же начинает коситься пожирательница курицы, того и гляди, от нервов выпустит свое смертельное оружие из контейнера.

Ухмыльнувшись, откидываюсь на подушку, прикрыв глаза и слушаю стук колес. Меня даже слегка укачивает и клонит в сон, а потом смертельное оружие-таки вырывается наружу, но даже оно меркнет, стоит встретиться с пристальным, насмешливым взглядом черных глаз.

4. Не сдавайся, позорься до конца

Да твою же дивизию! Вот почему всегда так?! Когда ты при параде и полной уверенности в своей неотразимости, мир будто вымирает, а стоит только выползти в образе «не подходи к зеркалу, отражение опасно для твоей самооценки», так здравствуйте, начинается дождь из мужиков.

С другой стороны, хотела же внимания. Пожалуйста, получите - распишитесь. Чувство юмора у Вселенной, как всегда, отменное, но и мы не пальцем деланные так-то.

Я, конечно, краснею, но виду не подаю. К счастью, маска отлично справляется со своей задачей - маскирует мою неловкость и смущение, ну а я решаю, ковать железо пока горячо.

А что? Позориться так до конца!

Поэтому, вытянув губы в трубочку, весело подмигиваю, мысленно крича чайкой от испанского стыда. Но, видимо, не зря удача любит смелых и кринжовых, уже в следующее мгновение получаю кипяток в вены - уголок четко-очерченных губ дергается, и взгляд перестает быть отрешенным, мимолетно скользнув по мне.

Ключицы, грудь, живот, бедра, колени, ноготочки на ногах, покрытые красным лаком, снова колени, снова грудь, отчего у меня внутри, будто раскаленная струна натягивается, в горле сохнет и недавнее «попустило» глумливо машет ручкой.

Меня снова бьет током с еще большей силой от столкновения взглядов. Растягиваю губы в снисходительной усмешке - попался, мальчик. Однако, он и бровью не ведет. От него фонит спокойной уверенностью в том, что он может позволить себе такой осмотр, на том простом основании, как культово вещал Гоша, что он - мужчина. Мол, ничего личного, просто природа. И да, она самая что ни на есть, ибо это нечто на нечеловеческом, когда смотришь, и кровь кипит. Инстинктивно, без логики, без размышлений, на уровне тела. Так странно, ново, что я даже теряюсь на мгновение, но вовремя вспоминаю: то, что дозволено Юпитеру, не дозволено быку. Право у женщины открыто проявлять свой интерес, конечно же, есть, но как будто бы все еще моветон, если она хочет по-настоящему заинтриговать мужчину.

А я... Откидываюсь вновь на стенку позади и прикрываю глаза. Не то, чтобы хочу что-то по-настоящему, но за оставшиеся часы в этом чертовом плацкарте было бы забавно проверить, сколь далеко можно зайти во взглядах украдкой, которые я нет-нет да бросаю, чувствуя себя до смешного нелепо и в то же время опьяненно-взбудораженной, пока разум талдычит: «Арина, ну взрослая же женщина, прекрати творить дичь, стыдно за тебя!».

Увы, бесполезно. Взгляд возвращается вновь и вновь.

Парень, читая что-то в телефоне, лежит уже на боку, подперев голову согнутой в локте рукой. Одна нога у него вытянута и свисает в проход, вторая - небрежно согнута и поставлена на матрас, делая позу вызывающе-вальяжной, ибо собравшаяся ткань шорт в достаточной мере обрисовывает то, на что порядочной женщине смотреть не положено, но сегодня явно тот случай, когда положено уже на все.

Усмехнувшись своим похабным мыслишкам, отворачиваюсь к окну, в который раз радуясь, что на лице маска. Щеки горят нещадно, а внизу живота сворачивается горячий, липкий узел, пускающий мурашки по коже и зуд. Тот самый - ответного внимания. Не знаю, насколько оно взаимно по степени заинтересованности, но мне хватает, чтобы пустить по крови приятную щекотку женского самодовольства, и дать моему телу импульс принять более соблазнительную позу, не взирая на то, что разум издевательски подкидывает в качестве звукового сопровождения мем «Так, вам видно?». Чтобы не засмеяться в голос, сажусь лицом к пожирательнице курицы, покончившей-таки с атомной атакой и, устремив взгляд в одну точку, снимаю маску, прогибаясь в пояснице. Конечно же, грациозно.

Не знаю, смотрит ли божество, мне сейчас просто кайфово от самой мысли, что мог бы. Я люблю внимание, и мне его в принципе хватает в моей жизни, вот только сама я никогда раньше не теряла голову и зачастую, поймав мужское восхищение, этого было вполне достаточно, чтобы потешить свое эго, поставить очередную галочку в графе «бесподобна» и продолжить наслаждаться одиночеством. Как-то так складывалось, что мой интерес всегда нужно было заслужить, а теперь… Сюр какой-то, но сюр забавный, увлекательный, который хочется продолжать.

Вскоре поезд подъезжает к станции. Парень, быстро глянув в окно, спускается с полки одним легким, резким движением. Все такой же полуголый, разгоряченный и вкусно-пахнущий с энергосберегающим выражением лица и средним пальцем во взгляде.

Я тоже делаю вид, что не пялюсь. Благо, на телефон приходит куча уведомлений. У девочек после моего сообщения дикий ажиотаж и аншлаг острот.

Однако, не успеваю даже загрузить чат, как божество возвращается вместе с проводницей, объясняющей, что эта остановка небольшая, а вот следующая - через десять минут, - будет полчаса, и можно будет выйти размяться, и покурить.

Парень, ничего не ответив, садится за столик нижней боковой полки и, широко расставив ноги в проходе, откидывается на стенку позади, позволяя рассмотреть себя в деталях. От темно-коричневых сосков на накаченной груди до разбросанных тут и там татуировок, похожих на хаотичный дневник, где каждая запись сделана в разное время и при разном настроении.

Сглатываю тяжело и замечаю, что пялюсь не только я. Девушка с трещинами на пятках тоже залипла. И это так смешно со стороны.

Сдержав фейспалм, качаю головой, представив себя. С горящими щеками ныряю в телефон, потому что теперь, когда божество ближе, реальнее и, как выясняется еще горячее, чем на расстоянии, мое самообладание просто-напросто трещит по швам.

Не знаю, может, это духота, может, парЫ доширака или отголоски похмелья, но мне уже становится страшно.

гуччифлипфлап

девочки, я щас сдохну

он сидит напротив, в паре сантиметров!!!