Палач. Конец отпуска

Что там дальше по плану?

Дальше важный шаг плана – посещение ресторана гостиницы. Там меня могут покормить бесплатно, а потом уже в клуб. Тратиться на штаны и их доставку из Америки – это нормально, а вот тратиться на безумно дорогую еду в клубе – тут у меня всё вызывало протест. Не клубный я человек.

– Мария Ивановна, мне, пожалуйста, первое, второе, салат и компот! – обратился я к симпатичной официантке.

– Маугли, ты надоел, хватит уже так меня называть! Я – Маша, – возмутилась Мария Ивановна. – Я твоя ровесница!

– Мария Ивановна, вы старше меня на месяц! Я не могу быть с вами настолько невежлив! И это бесконечно очаровательное сочетание имени и отчества просто не могут мной игнорироваться. Вы не думали о карьере учительницы?

Мария Ивановна ткнула меня в плечо кулаком и тут же воровато огляделась. Начальство не приветствовало такое поведение официанток. Но я и не совсем обычный клиент.

– Так что у нас на ужин?

– Маугли, это не столовая, это ре-сто-ран, тут есть меню. Оно не изменилось за последние недели никак. Смотри, выбирай.

– Тогда на усмотрение великолепной Натальи Петровны, – перевёл я стрелки на повара, с которой успел подружиться. – Пусть её доброе сердце подскажет, что подать на пропитание скромному сыну джунглей.

– Дааа, ты скромный, это факт, – с загадочным выражением лица прокомментировала Маша. – Ладно, передам. Компот, морс или воду? Компот вишнёвый.

– Три компота и можно ягод побольше. И потом кофе.

Я решил так: встречу Елисея – попробую проследить, не встречу – ну, будет у меня отдых в клубе. Не фига не лучший в мире отдых, но с другой стороны – разнообразие. И так, и так понятно, что делать. Мрачное состояние отпустило.

Наталья Петровна проявила себя просто великолепно. Огромное спасибо директору, что обеспечил мне бесплатное питание. Именно мне. Увидев одинокого «сына джунглей» вечером с пакетом, в котором угадывались хлеб и колбаса, он остановил меня, отвёл в ресторан, познакомил с Натальей Петровной и сказал, что если я ночую в гостинице, то ресторан для меня бесплатно. Я этой опцией беззастенчиво пользовался, наладив дружеские отношения с шеф-поваром. Первое, второе, салат и компот оказались просто невероятно вкусными. Закончив есть, посидел, попереваривал съеденное и вышел на улицу.

Восемь вечера, середина июня, ещё очень светло на улице. Для клуба, наверное, всё ещё рано. Я решил прогуляться. И клуб, и гостиница располагались на центральной пешеходной улице. Кафешки и всякие уличные увеселения в виде передвижных киосков с кофе и мороженым тут присутствовали в изобилии. Купив себе пломбир в вафельном стаканчике, я пошёл от гостиницы вниз по улице.

Вроде, задача меня ждёт шпионская сегодня, но вот тот факт, что я привлекаю больше внимания, чем большинство среднестатистических пешеходов, шпионству никак не помогал. Одна знакомая мне однажды сказала: «Маугли, тебя нельзя не заметить.» И имела она в виду в основном мой внешний вид. Метр восемьдесят, густые чёрные волосы, сейчас собранные в хвост. Ну и телосложение… Обычное гимнастическое: кубики, бицепсы и всё такое. Только если обычные гимнасты парни лёгкие, то я основательно нарастил мышц. Восемьдесят пять килограммов для обычного человека вообще нормально, для гимнаста не очень реально. Особенно на элементах уровня мастера спорта. Я этого мастера кое-как выполнил, но я тогда основательно посуше и пониже был, а потом продолжил расти, набрал вес и продолжать спортивную карьеру уже нереально было. Но не карьеру, так спорт мне продолжать никто не запрещал, вот я к своим почти двадцати трём годам неплохо так накачался.

Так что мне особо и усилий прикладывать не надо, чтобы косплеить Маугли из последних серий советского мультика. Кто первый раз моё второе имя слышит, сразу ржёт – уж очень точно оно подобрано. Вообще, меня тренер так прозвал, когда я был ещё мелкий и был похож на Маугли из первых серий мультфильма, но вот приклеилось. Мне нравится. Редкий случай, когда тебя называют героем одного из любимых мультиков. Я так гордился, что только так всем представлялся ещё с детства. Сейчас, когда я уже подрос и стал практически взрослым мужчиной, самостоятельно неплохо зарабатывающим… Ничего не изменилось! Я обожаю и мультик, и своё второе имя.

Так вот… внешность. Яркая у меня внешность, а летом, когда одежды мало и мышцы мои очень даже заметны, то особенно. Лицо обычное, наверное. Маме нравится, это главное. Нос немного курносый, глаза голубые. Всякие усы-бородки я тщательно сбривал, даже не пытаясь разобраться, буду я с ними красивее или нет. В общем, внешность заметная именно из-за мышц и причёски. Даже подходили какие-то типы, предлагали в кастинге поучаствовать, то ли на шоу, то ли для рекламы. Мы же в самом центре города работаем, чуть ли не на сцене. Много народу вокруг ходит, а тут такой мускулистый я вверх-вниз по лесам летаю. Заметили. Но что-то я не готов к такой смене карьеры. Стрёмно как-то…

В общем, погулял я по центру такой красивый и ни разу не незаметный, пока не стало смеркаться. Надо в клуб. Ох…

В клубе я всегда не очень понимал, чего там надо делать. Танцевать я не способен. Я даже случайно своими движениями в ритм не попадаю. Мне грустно, другим смешно. Поэтому танцы для меня полностью закрытая область жизни. Пить алкоголь мне тоже как-то не весело. А после «той фигни», которую мне припоминали Лёха с Серёгой, так табу навеки. Что-то со мной не так под алкоголем.

Настроение после припоминания инцидента недельной давности быстро испортилось. С плохим настроением и соответствующей ему угрюмой рожей я вошёл в клуб. Зал, танцпол, столики, музыка, громко, ярко и темно. Людей было немало. Я пошёл к стойке, бармен с кем-то разговаривал.

Опа! Бармен общался с Андрюхой Газецким. И это основательно облегчало мне жизнь. В принципе, шансы встретить Андрюху в «Бристоле» были велики. Он по жизни любитель потусоваться. Если того же Елисея я видел всего несколько раз возле клуба, то Андрюху намного чаще. Газецкого я знал с детского сада. Друзьями мы не были, но сидение на соседних горшках, организация массового метания каши, обливание девочек кефиром, неоднократные и даже частично успешные попытки полить цветы на подоконнике собственной мочой, – такие приключения отучили нашу воспитательницу оставлять нас без присмотра даже на пять минут. Потом опять же взаимные обвинительные оправдания перед воспитательницей «это он начал» – в общем, мы вместе прошли многое, пусть это и было в возрасте от трёх до шести лет. Этот опыт навсегда делал нас если не друзьями, то приятелями.

Андрюха чаще всего был там, где люди пытались отдыхать и веселиться, хотя мне кажется, что если люди постоянно стремятся куда-то, считая, что веселье оно «где-то», то внутри них самих веселья-то и не много. Так и Андрюха… подрастерял мой приятель тягу к приключениям и авантюрам, заменив её тягой к тусовкам. Улыбка его, правда, оставалась стабильной, хотя в её искренность уже не очень верилось, а выслушивание от него по большей части сплетен вызывало глухое раздражение. Я давно уже не стремился с ним пересекаться. Кто сплетничает тебе о ком-то, тот – сто процентов – сплетничает другим о тебе. Но сейчас Газецкий был очень кстати. С ним рядом можно делать вид, что тусишь, и при этом привлекать в разы меньше внимания, чем если бы я был один.

– Андрюха, привет! – приблизился я.

– О! Маугли, здорово! – вполне искренне обрадовался Андрюха и тут же представил меня бармену, – Армен, это Маугли, мой друг детства, спортсмен! Маугли, это Армен-бармен.

Вежливая улыбка Армена, парня постарше нас с Андрюхой на несколько лет, причём совершенно славянской внешности, стала шире и искренней, когда он услышал моё второе имя.

– Чего налить, Маугли?

– Какого-нибудь сока, но, чтобы все думали, что это коктейль. Вишню там или лимон как украшение можно повесить. Стакан красивый, все дела. Заплачу тоже как за коктейль.

Армен не особо удивился такому заказу и сделал всё, как я просил, после чего переключился на подошедшую к стойке девушку. Я же повернулся к Андрюхе:

– Ну, что, как жизнь, светский лев?

– Да так… Выживаю помаленьку. Начальство – вампиры, кровь сосут из бедного офисного работника.

– Начальство, значит, сосёт… Канальи… – практически на автомате ответил я Газецкому, манеры строителя и запрет на мат наложили на мой ответ свой отпечаток.

Я же ненадолго задумался: реально ли его начальство твари нечеловеческой природы или человек он такой. Я за своё начальство сегодня вписался в мордобой без раздумий. Считай я, что Семёныч у меня кровь сосёт, я бы менее активно себя проявлял. Хотя, наверное, всё равно бы влез, а Андрюха при любых раскладах бы не влез. Ну, да ладно…

– Маугли, а ты чего не работаешь? Для тебя же ещё рабочее время сейчас?

Тут Газецкий был прав. Мы часто работали до десяти вечера или даже до полуночи. Такой вот режим. Причём если штукатур и скульптор часто уходили пораньше, то я задерживался позже всех. Секрет неплохой зарплаты: если вы не руководитель и не крутой специалист-профессионал, то просто работайте как можно больше, и будет вам финансовое счастье, ну или финансовое спокойствие.

– Да сегодня всё сделали быстро. Босс ушёл пораньше и нас отпустил. Я вот решил сменить обстановку, всё время под солнцем на улице. Надоело. Тут хоть внутри во мраке побуду, – не стал я посвящать Андрюху в свои приключения. – А ты давно здесь? Один? С кем-то?

– Я пока один, друзья с подругами чуть попозже подойдут.

– Можно к вам присоединиться? – не стал вилять я. – Я тут никого не знаю. На самом деле, рад, что тебя встретил.

Газецкий напрягся.

– Слушай, такое дело, будет два моих друга и три подруги, и мы как бы не прочь будем с ними потом продолжить знакомство, а ты такой красивый можешь нам на старте всё испортить. Не удивлюсь, если ты со всеми тремя подругами и уедешь в итоге, – честно поделился своими лестными для меня опасениями Андрюха.

Абсолютно безосновательные подозрения, кстати. Никогда я не уезжал с тремя подругами из клуба. Я даже с двумя не уезжал. Да ладно… Я даже с одной не уезжал из клуба ни разу. Вот на сборах и соревнованиях… Но там я тоже никуда не уезжал. Там я нарушал рекомендованное расписание в ночное время. В общем, гонит Андрюха.

– Андрюха, никаких ваших подруг мне не надо. Я просто решил обстановку сменить. Хоть посижу на людей посмотрю. Нафиг мне кому-то планы портить. Просто посидим, я вам точно мешать не буду. Скажи, что у меня есть девушка, что она скоро подойдёт. А я сделаю вид, что по телефону говорю, и она такая мне сообщает, что у неё братишка с температурой, а я такой «ладно, любимая, сиди с братишкой»!

– А! Вот и они! Ладно, пошли познакомлю. Моя вот та, в джинсах, – не дай бог, Маугли! – напоследок предостерёг меня Газецкий. Мой наспех состряпанный сценарий у него энтузиазма не вызывал.

– Неужто будущая мадам Газецкая?

– Если всё получится, то будет идеально, – неожиданно серьёзно ответил Андрюха, не сводя глаз с обозначенной девушки, которая в компании двух парней и двух весьма симпатичных подруг старалась рассмотреть людей в зале. Наконец, нас заметили, и мы двинулись навстречу друг другу.

Девушки встретили меня заинтересованными взглядами, парни поздоровались спокойно. Оказалось, вся компания – это коллеги Андрюхи с работы. Мы устроились за столиком в наименее освещённой части зала, все тут же заказали выпивку. Моя шпионская тусовка началась…

Мы уже около часа сидели на диванчиках вокруг стола и общались. С нашего места был виден почти весь зал.

Перед этим я вполне удачно отыграл весь сценарий, заменив сходу братишку на дедушку Гаврилу Ибрагимовича. Все поверили, что у меня есть девушка, поэтому никому я не конкурент и не кандидат. Парни успокоились и расслабились. Газецкий ещё сволочь меня спросил, всё ли у нас серьёзно, пришлось сказать, что, конечно, всё серьёзно. Мол, даже с дедом Гаврилой уже знаком, а тот служил в ГРУ, и поэтом шансов у меня отвертеться от свадьбы нет. Да и желания тоже, люблю безумно и всё такое.

Сам Андрюха, как выяснилось, несмотря на молодые годы, уже показал себя на работе хорошо, и его подняли до руководителя отдела продаж. Собственно, это повышение компания и отмечала. Кандидатку в жёны звали Наташа. Торговала их компания, кстати, строительными материалами. Когда Наташа сказала, что она «просто продавец» и подчинённая Андрея, парни удивлённо на неё посмотрели, а одна подруга не смогла сдержать смешок. Я не стал на это обращать внимание, ну, врёт девушка и врёт. Её дело.

Елисея не было. Я под видом пообщаться по телефону со своей девушкой отходил от нашей компании и осматривал зал. Его не было. Ну, ещё не очень поздно, не придёт – просто посижу, пообщаюсь в неплохой, в общем-то, компании. Парни шутили, девчонки хихикали, я то шутил, то хихикал. Девушки то и дело посматривали на меня с интересом. Но на простой интерес у меня иммунитета хватает. Все пили алкоголь с нормальными градусами, я же так и продолжил заказывать цветные безалкогольные напитки. Ничего особо интересного не происходило. Мне становилось тем скучнее, чем выше поднимался процент алкоголя в крови остальной компании, а он постепенно поднимался. Качество шуток упало, но на громкость смеха это не повлияло.

Я отошёл в туалет. Газецкий двинулся со мной.

– Слушай, а чего все так прореагировали, когда Наташа сказала, что она твоя подчинённая? – решил поинтересоваться я.

– Так она дочь одного из совладельцев компании. Она так-то да, моя подчинённая, но очень скоро станет моим боссом. Но всё может быть и по более красивому сценарию, – дал мне расклады Андрюха.

– Понятно всё с тобой, – беззлобно ответил я. Ну, Андрюха свои приоритеты по жизни расставил и к цели идёт. Мне были неприятны и цели, и приоритеты. Не чувствовал я с его стороны искренней любви к этой девушке. Не красиво. Я задумался, а считал бы я его своим приятелем, если бы не детский садик и множество совместных пацанских движух, когда мы росли в соседних дворах? Наверное, нет. Но поскольку совместные приключения у нас были, и по серьёзному Андрюха меня никак не подставлял, да и вообще, когда надо, вёл себя правильно как пацан, я был склонен к нему относиться по-дружески.

– Ну, а как всё идёт? Шансы есть у тебя?

– Да хрен знает… – протянул Газецкий, – не буду клювом щелкать, шансы вырастут. Так, вроде, по жёсткому не обламывает. Даже наоборот. Посмотрим.

– Ну, давай, Парис, кради свою Елену Прекрасную!

– Это ещё откуда?

– Целый город расхерачили после того, как эти двое замутили.

– Что ты мне печаль какую-то втираешь?! Никакого разгрома нам не надо. Пойдём уже, мы же вроде как отлить пошли, а это дело недолгое.

Когда мы вернулись, то застали всю компанию скучающей. Время было немного за полночь, вставать мне на работу было рано, шансы, что сегодня увижу Елисея, были невелики. Я уже собирался попрощаться. Но тут неожиданно слово взяла порядком захмелевшая Наташа:

– Мальчики и девочки, а не поехать ли нам отсюда? Здесь тухло. Тут неподалёку одно место открылось, тоже клуб, но «для своих».

– Для своих – это для кого? – поинтересовался Газецкий.

– Для своих – это для кого надо, – как могла объяснила Наталья. То ли уже реально сильно накидалась, то ли не хочет объяснять. Склонность создавать таинственность на ровном месте у неё просматривалась вполне отчётливо.

Я быстро оценил новую информацию. Очевидно, что сегодня здесь Елисей вряд ли появится, а вот в месте «для своих» всё может быть. Тем временем у остальных парочек дела шли намного лучше, чем у Газецкого. Одна девушка милостиво не замечала чужой руки на своей талии, другая положила голову на чужое – будем надеяться, надёжное – плечо. Что-то менять им не хотелось, а вот избавиться от лишних людей – этот вариант их устраивал намного больше. Так что парочки в один голос сказали, что никуда не идут. Для Газецкого вариант поехать вдвоём с Наташей был наиболее интересный. Самое время мне было бы распрощаться, но я-то здесь не просто так. Так что я и удивил, и немного разозлил своего друга детства:

– Конечно, надо ехать! Мне очень интересно посмотреть на «своих» и на «кого надо»! – пока Андрюха не нашёл способа меня спровадить, быстро выдал я. – Я сам как минимум что надо, так что посмотрю, кто там со мной одной крови.

Наташа только кивнула и двинулась на выход. Пока ждали такси, Газецкий старался незаметно мне намекнуть, чтобы я свалил, но я не заметил. Незаметно же намекает.

Мы вышли из такси возле остановки рядом с территорией заброшенного завода. Прошли через ветхое здание проходной во внутренний двор и перед нами предстало совсем не заброшенное место. Мерсы и баварцы доминировали на стоянке, разбавленные лексусами и порше, но однозначно доминировал красный Chevrolet Corvette. Не факт, что дороже того же Гелика, но нарядней однозначно. Мы прошли вдоль всей стоянки ко входу со светящейся надписью «Снежная Королева».

Наташа уверенно подошла к охраннику и весело поздоровалась:

– Добрый день, Николай! Мы на пару коктейлей, это мои друзья! Ой, а что это у вас со щекой? – обратила она внимание на крупную ссадину на щеке охранника.

Я тоже обратил внимание и на охранника, и на здоровую свежую ссадину. Когда тебя с разбегу толкают в спину, ты летишь и не успеваешь поставить руки, то вполне возможен такой вариант развития событий, что мордой коснёшься асфальта, и могут остаться царапины. Так и получилось. Николай, он же небритый, узнал меня через секунду после того, как его узнал я.

– Ничего страшного, Наталья Тимофеевна, на тренировке неудачно упал, – глядя на меня ответил Николай. – Как зовут молодых людей?

Мне казалось, такой вопрос выходил за рамки полномочий охранника на входе, но Наташа не стала заморачиваться и обращать внимание на неправильное поведение охранника и тут же ответила, ткнув в каждого из нас пальчиком:

– Андрей, Маугли.

– Очень приятно! Андрей, добро пожаловать! – он с улыбкой протянул руку Газецкому, тот спокойно поздоровался.

– Добро пожаловать, Маугли! – протянутая рука в мою сторону. Улыбается, но по глазам видно, что что-то задумал. Ну, задумал и задумал. Что мы рук не пожимали? Нехорошо заставлять человека ждать с протянутой рукой.

Как я и предположил, Николай попытался сильно сдавить мою кисть. Моего примерно роста, потяжелее, при этом дополнительная тяжесть приходилась на мышцы, а не на жир, он вполне обоснованно думал, что сильный в пожимании рук. Ну, может в пожимании рук он и сильный, а я сильный в пожимании колец, брусьев и особенно перекладины, те же перелёты на ней с моим весом – то ещё испытание для суставов в последнее время. Да и для перекладины тоже испытание. В общем, я в полной мере насладился, наблюдая за эмоциями, которые появляются на лице у человека, который задумал гадость, но сам в неё попал, ему при этом физически, мягко говоря, некомфортно, а ещё нельзя и вида подавать. Несколько секунд всего, но какое удовлетворение. Наташа и Газецкий всё-таки обратили внимание на паузу.

– Вы что делаете, мальчики? – откуда у женщин разного возраста настолько одинаковое слово? Интонации тоже один в один, как у супруги Семёныча.

– Да рады познакомиться просто, – я отпустил руку Николая. Очень надеюсь, что фраза получилась с брутальной интонацией, но я не специалист.

– Хорошего вечера! – как ни в чём ни бывало пожелал нам Николай, быстро взяв себя в руки.

Я открыл перед Наташей дверь, и мы вошли в «Снежную королеву». Быстро окинув взглядом приличных размеров зал, я понял, что просто отдохнуть уже не получится.

Глава 3

Обстановка клуба была выдержана в чёрно-белых тонах. Столики чёрные, диванчики и стулья белые. И наоборот. Чёрное и белое причудливо перетекали друг в друга. Взболтано, но не перемешано. Пол с хаотичными плавными переходами чёрно-белого. Дорогой пол. Такие плавные переходы – это вам не ламинат. Да вообще, место дорогое. И людное. На танцполе тесно, музыка стандартно не тихая, на галерее, что шла вторым этажом опоясывая зал, тоже, вроде как, почти все столики заняты.

И буквально в пяти метрах от нас стоял Елисей. Я к этому готовился, но, сука, оказался не готов.

– Елик, и ты здесь! – оказывается, они с Наташей знакомы.

– Привет, Наташ, – с улыбкой ответил белобрысый худой парень высокого роста, которого я могу убить прямо сейчас.

Я почувствовал себя очень и очень странно. Елисей посмотрел на меня, а я тут же наклонил голову, уставившись в пол. Почему-то я был абсолютно уверен, что, стоит мне посмотреть ему в глаза, он всё поймёт.

Я могу убить его прямо сейчас! Прямо сейчас я могу его убить. Убить. Сейчас! Эта мысль казалась настолько правильной и важной, что заполнила весь разум. Уверен, если бы я продолжал смотреть на Елисея, то не удержался бы, чтобы побежать к нему с совсем не дружественными намерениями. Этого делать нельзя. Не сейчас. Я успокаивал себя, но было тяжело.

Наташа и Газецкий уже подошли к Елисею и поздоровались. Я всё также стоял на расстоянии пяти метров и не мог решить, подойти или выскочить из клуба. Кое-как я взял себя в руки и с грацией сломанного робота всё-таки подошёл. Тело реально слушалось меня очень плохо.

– Привет, я Леонид, – голос был как не мой, но никто, вроде, внимания не обратил, да и было достаточно громко.

– Елисей, – сказал Елисукасей и протянул руку. Меня начало потряхивать сильнее. Я вдруг невероятно отчётливо осознал, что вот он стоит рядом, худой, тонкая шея, и я сейчас без всяких особых приёмов могу эту шею сломать. Яркая и простая картинка. Пять секунд. Даже быстрее. Да я ему вообще голову оторву, пока кто-то успеет прийти на помощь.

Рука Елисея повисла в воздухе.

Ненадолго.

Я пожал его руку. Надеюсь, выглядело, будто ничего такого не происходит. Жму не сильно и не слабо. На сбои в моём поведении обратили внимание сразу Газецкий и Наташа. Оба увидели, что что-то не так.

– Пока ехали, что-то нехорошо стало. Где здесь туалет? – обратился я к Наташе, стараясь не смотреть на Елисея.

– Там! – указала в угол зала Наташа, потом спросила с заботой глядя мне в глаза, – Точно всё хорошо?

Эта неожиданно искренняя эмоция помогла переключиться и немного успокоиться. Я взял себя в руки и буркнув:

– Всё нормально, просто укачало в машине, подташнивает, – быстрым шагом направился в туалет.

В туалете два парня курили и общались, по их виду было понятно, что они не спешат выходить в зал. Меня трясло. Надо было успокоиться. Хотел умыться, но решил не обращать на себя внимание, зашёл в пустую кабинку. Сел на унитаз.

Мысли метались. Я могу закончить всё здесь и сейчас. Вся глупость такого «плана» компенсировалась его доступностью и простотой. Соблазн избавиться от навязчивого состояния был настолько велик, что я позволил себе несколько минут просмотреть в уме разные варианты того, как я подхожу и сворачиваю Елисею шею, как я разбиваю бутылку и втыкаю «розочку» ему в… тоже шею. Потом я так же в уме просмотрел, как меня скручивают, представил лицо мамы, когда она узнает такие новости.

И немного успокоился.

Немного мне было мало. Представил лица ребят, друзей, родственников, тренера… Я не хотел, чтобы они думали обо мне плохо. Я ничего плохого делать не собирался… Опять резанула сознание странная мысль, что я что-то упускаю... Обо мне будут думать плохо, а я не делаю плохо, так как убить Елисея – это не плохо… Почему же они будут думать плохо… Мысли замедлились, будто я сегодня не газировку с соками пил, а бухал, обгоняя всю компанию.

Заболела голова. Но при этом кровожадность немного уменьшилась. Я постарался взять мысли под контроль и сосредоточился на плане: следить за Елисеем. Я здесь, чтобы следить. Я его убью, но не сейчас. Убью! Но позже. Главное, что убью! Но сейчас главное, что надо только следить. Я уговаривал сам себя. Кстати, а как следить-то, если я с ним в одной компании буду? Получается, только сидеть рядом и слушать. Главное, стараться на него не смотреть. Я успокоился. Ну, почти. Вышел из кабинки и долго умывался холодной водой, пока не успокоился ещё раз.

Всё. Я готов. Надо идти обратно в зал.

Компания из четырёх парней, включая Газецкого и Елисея, и пяти девчонок располагалась вокруг столика на галерее, сверху был виден танцпол. Я поднялся и направился к столику, одновременно присматривая себе место подальше от Елисея.

– Ты чего такой бледный? – вполне искренне поинтересовался Андрюха.

– Да что-то подташнивало. Сейчас нормально уже, – как мог спокойно ответил я.

Остальные на нас внимания особо не обращали. Елисей сидел рядом с двумя девушками, но было непохоже, что у него с кем-то из них отношения. Просто так сели. Вообще, все выглядели немного странно. Как-то неестественно, но в чём именно эта неестественность, я не понимал.

Я сел напротив Елисея. Шпион, блин. Но, с другой стороны, всё удачно. Никаких подозрений не вызываю, вроде. Ну, главное, не смотреть на него. Если не смотреть, то ненависть и желание убить не полыхают, а просто тлеют.