Павел Алексеев.

Цвет махаона



скачать книгу бесплатно

Часть первая
Билл Бенктон

1

– Скажи мне, Билли, если вернуть тебя обратно во времени, что бы ты исправил? – спросил доктор.

– Я бы застрелился до прихода Джесс!

– Это твоя мечта?

– Да! – уверенно сказал Билл.


Луна расстелила по городу Райли свой холодный ноябрьский свет. Он струился вдоль широкой улицы, по сторонам которой стояли десятки, будто игрушечных двухэтажных домов с треугольными красными крышами. Промозглый ветер игриво перекатывал по асфальту пустую жестяную банку из-под пива, нарочно тревожа покой надоедливым скрежетом. Лай собак отдавался эхом из разных концов городка, а где-то в глубине улицы смешивались крики, ругань и смех. Точку в этой ночной разноголосице поставило карканье ворона, вздумавшего, что место ему на верхушке дуба.

Билл открыл глаза. Ничего не было видно. Тяжело вздохнув, он встал с кровати и сонной походкой побрёл через всю комнату к открытому окну. В темноте едва ли проглядывались очертания стульев, стоявших возле деревянного стола справа у стены. Облокотившись на подоконник, Билл окинул взглядом освещённую дорогу перед домом, а после застыл, увидев ворона, который в эти секунды отлетал от могучего дерева.

«Будто преследует меня! – подумал Билл. – Не впервой прилетает сюда в одно и то же время. Быть может, это знак? Нет… глупости!»

Билл закрыл окно. В мгновение уличный шум сменился на тишину, через которую пробивался стук секундной стрелки настенных часов. Два тридцать ночи.

Биллу всего четырнадцать лет. Этой ночью он находился в доме один. Мама с его семилетним братом Чарли на выходные отправились погостить к бабушке, которую он недолюбливал из-за постоянных придирок с ее стороны. Папу никогда не видел, но мама рассказывала, что тот уехал в другой город на заработки и не вернулся. Чарли же родился в 1960 году после недолгого романа Милы с военным лётчиком, вскоре погибшим во время испытаний.

Подойдя к постели, Билл взял с рядом стоящей тумбочки стакан с водой и сделал несколько коротких глотков, зачесал в бок светлые налипшие на лоб волосы, лёг в постель и попытался уснуть, но мысли не давали ему этого сделать.

«Кто эта… или этот Джесс? – думал он. – Почему я разговариваю со странным мужчиной, лица которого не видно? Этот мерзкий голос… странный сон опять повторился. Кажется, в последний раз я его видел год назад, и вот снова! Нужно попытаться уснуть… Джесс… Джесс…»

Через некоторое время мальчик услышал шорох, напоминающий ковыряние ключом в замочной скважине. От испуга он раскрыл веки и понял, что уже утро. В лицо били яркие солнечные лучи, падающие через окно. Большая часовая стрелка сделала шаг и оказалась на отметке «девять». Металлический бой прокатился по всей комнате. Билл вскочил с кровати и скорым шагом направился в холл. Спускаясь со второго этажа по скрипучей дуговой лестнице, увидел, как в дом входит Чарли, а за ним и мама.

– Почему так рано приехали? – спросил Билл. – Сегодня же воскресенье.

Вы говорили, что будете дома к полудню.

– Меня срочно вызвали на работу, – ответила мама. – Поэтому раздень Чарли и накорми его, а я побежала. Буду не раньше шести.

Мила работала акушеркой в городской больнице. Людей там не хватало, а низкая зарплата отпугивала молодых специалистов, поэтому врачам приходилось работать за двоих.

– Снимай куртку, придурок! – крикнул Билл. – Ты так и будешь стоять, пока я тебе пинка не поддам? Ты взрослый уже, пора и самому уметь раздеваться!

Чарли взглянул на старшего брата, затем на лестницу, ведущую на второй этаж, после чего снова на брата и с криком «Сам плидулок!» смеясь побежал наверх. Билл помчался за ним. Они игрались понарошку, толкая и обзывая друг друга. Братья веселились, прыгали и бегали по всему дому, оставляя после себя бардак, который Билл не всегда успевал убрать до прихода матери.

– Всё! Хватит, Чарли! Это уже не смешно! Иди за стол. Сейчас будем завтракать.

Чарли был неугомонным, но после пары братских подзатыльников обычно успокаивался и послушно делал то, о чём его просят. Так и в этот раз: он скорчил недовольную гримасу, но пошёл к кухонному столу, на котором его ждали хлопья с молоком, бутерброды с арахисовым маслом и яблочный сок. Мальчишки перекусили и собрались идти на улицу. Нужно было очищать лужайку от опадающей листвы. Одевшись теплее, они подошли к выходу. Неожиданный стук в дверь точно окатил их холодной водой и заставил отступить.

– Кто там? – спросил Билл.

– Привет, это дядя Джон. Друг вашей мамы.

Это действительно Джон. Здоровяк под два метра ростом, плечистый. Хриплый голос, светлые волосы прилизанные назад, до отвращения гладко выбрит, носит один и тот же тёмно-серый с тоненькими белыми полосками костюм. Его голова вечно в сером облаке сигарного дыма. Биллу Джон казался странным и жестоким. Чарли относился к другу мамы мягче, а иногда и вовсе восхвалял его перед Биллом. Джон уже несколько месяцев ухаживал за Милой.

– Так что, вы откроете? – продолжил он.

– Мамы нет! – грубо ответил Билл.

Они поднялись в свою комнату и подошли к окну, чтобы посмотреть, как Джон медленно уходит по улице вдаль. Чарли сидел на подоконнике, а Билл принялся уже в сотый раз рассматривать рисунки младшего брата. Они висели на стенах салатового цвета: три рисунка над его кроватью, пять над постелью Билла, два под часами и столько же над столом в углу комнаты. На рисунках изображены дома, машины, деревья, мама с Чарли, Билл, а иногда встречалась и бабушка Роза. Все очень похожи. Мама невысокого роста, с тёмными волнистыми волосами, в своём любимом красном платье в горошек. Чарли и Билл хоть и от разных отцов, но в них чувствовались мамины черты: зелёные глаза, нос с небольшой горбинкой и красивая искренняя улыбка.

– Пойдём! – деловито сказал Билл, махнув головой. – Листва сама не уберётся!

Чарли неуклюже сполз с широкого подоконника и побежал за братом.

Листья коричнево-красным ковром стелились на лужайке перед домом. Уже через час вся осенняя красота пропадёт, оставив после себя бледно-жёлтый след полуживого газона. Билл усердно сгребал остатки листвы в кучу, а Чарли носился рядом с небольшими вилами и лишь подгребал то, что упустили вилы старшего брата.

Закончив работу, они вернулись в дом, пообедали, и Билл занялся уборкой, а Чарли убежал в свою комнату рисовать.

Спустя время с работы вернулась мама. Закрыв за собой дверь, она окликнула мальчишек. В ответ ничего не услышала. После повторного крика насторожилась подозрительной тишине. Немедленно поднявшись к мальчикам в комнату, увидела на полу бездыханное тело Билла. В глазах женщины помутилось, она кинулась к нему.

– Билли, Билли, что с тобой? – закричала она.

– Бууу!!! – внезапно на неё из-под кровати вынырнул Чарли.

В этот момент Билл тоже вскочил и с братом начал закатываться со смеху.

– Мам, видела бы ты своё лицо.

– Дурачки, вы меня чуть до инфаркта не довели! Нельзя же так маму пугать! – возмущалась она.

После непродолжительного веселья все вместе спустились. Мама пошла в кухню, а Билл с Чарли в комнату справа от лестницы. В ней проходили все торжества и вечерние посиделки. И здесь же спала мама.

В комнате Билл включил брату маленький чёрно-белый телевизор. Коричневый ящик с серым экраном показывал популярное ток-шоу «Звёзды молчат». В нём известные актёры, музыканты и прочие публичные люди должны были без слов показать названия песен, фильмов или книг, а команда зрителей угадать. Чарли сидел на голубом диване и отвлекался на всё, что его окружает в этой, как ему казалось, большой комнате. Над диваном находилось широкое окно во двор, а в центре перед телевизором стояло кресло-качалка. Несколько больших, обрамлённых в дерево картин украшали собой бледно-синие стены, а над телевизором чуть ниже часов висели три семейные фотографии. Билли посидел пару минут с братом, после чего пошёл в кухню помогать маме.

– Джон снова приходил! – насупившись сказал Билл. – Когда он уже оставит нас? Он нам с Чарли не нравится!

– Сынок, нельзя так относиться к друзьям мамы. Джон вам понравится. Просто примите его таким, какой он есть. Вот увидите, вы с ним подружитесь. Да, у него есть свои недостатки, но у кого их нет? Не стоит Джона бояться. Он добрый и отзывчивый человек.

После ужина Чарли убежал наверх, а Билл помог убрать посуду в шкафчик. Налив воды в большой стакан, он поднялся в комнату. Чарли снова сидел за столом и рисовал под светом ночника. На бумаге было изображено то, как они вместе ужинали. Билл протянул стакан брату и сказал:

– Отлично получается. Уверен, из тебя выйдет хороший художник.

Чарли поднял голову, уголки его губ невольно разошлись в улыбке. Он взял тяжёлый стакан и поднёс ко рту, уронив несколько капель воды на штаны. Отпив три глотка, выдохнул и спросил:

– Плавда?

– Конечно! – ответил Билл, будто наслаждаясь не рисунками, а глазами брата, которые искрились добротой и радостью.

Вскоре в комнату вошла мама.

– Вот и закончились осенние каникулы, – тихо сказала она, смотря, как Билл расправляет постель.

– Не хочу в школу! – капризничал Чарли, накрываясь одеялом.

– Уверена, что твои слова сейчас отдаются эхом в сотнях других домов, – утешала Мила. – Постарайся думать о хорошем, – продолжила она. – Твои друзья ждут тебя в школе, учителя снова обрадуются, увидев вас вместе, а ты узнаешь много нового. Того, что необходимо знать каждому хорошему мальчику!

Поцеловав сыновей и пожелав им спокойных снов, мама выключила свет и вышла, закрыв за собой дверь.

Едва веки Билла сомкнулись и в голове начали мелькать разные кадры, снизу донёсся глухой стук. Билл тут же очнулся и прислушался. Это снова пришёл Джон. Билл встал с кровати, на цыпочках, поглядывая на спящего Чарли, подошёл к двери и приоткрыл её. Пробравшись на лестницу, он схватился руками за две колонны перил и посмотрел вниз. Посреди круглого холла стояла мама, а Джон пытался её обнять. Резкий запах его одеколона напоминал смесь спирта и корицы. Эта вонь тянулась к Биллу и вонзалась в ноздри, опьяняя своей жгучестью, затуманивая образы, которые он видел. До верха долетали обрывки фраз: «Когда это кончится?», «Ты же обещал ей сказать ещё месяц назад!» Мужчина оправдывался, иногда повышая голос и нервно хватаясь за голову. Билл вздрагивал всякий раз, когда слышал резкий тон Джона. Мальчик увлёкся наблюдением и не заметил, как его правая нога соскользнула и грохнула по ступеньке ниже. Мила и Джон метнули свои взгляды вверх.

– Эй, Билли! – протянул Джон в расплывающейся улыбке.

– Немедленно иди спать! – крикнула Мила.

Билл испуганно вскочил и убежал, хлопнув за собой дверью. Джон с Милой устремились в её комнату и закрылись. Билл лёг в постель и задумчиво смотрел в потолок, словно прокручивал в голове план. Чарли ворочался на соседней кровати, то бормотал что-то невнятное, то сопел, то всхрапывал, возмущая ночную тишину.


Запах завтрака тянулся из кухни до детской, но мамин крик: «Ребята, пора вставать!» – обогнал его. Чарли и Билл нехотя поднялись и, толкая друг друга в полусонном тумане, неторопливо одевались. Через пятнадцать минут они были у стола. Чарли с аппетитом закидывал в рот ломтики бекона из яичницы, а Билл в это время задумчиво елозил наткнутым на вилку мякишем белого хлеба по растёкшемуся в тарелке желтку.

После завтрака дети, попрощавшись с мамой, взяли рюкзаки, накинули поверх тёплых осенних курток дождевики и побежали к остановке. Школьный автобус останавливался неподалёку от их дома.

На улице лил дождь, поэтому мальчишки в ожидании автобуса встали под дуб, с полуобнажённых ветвей которого сползали тяжёлые капли, и ветер предательски скидывал их на грязную землю, напоминая о своём превосходстве. По асфальту текли реки, забирая с собой всю грязь, листья и погань с улицы в сточную канаву. Чарли вздрагивал от мимо проезжающих автомобилей, готовых обдать мерзкой водой с ног до головы, а Билл равнодушно смотрел на стекающие капли, которые переставали существовать после очередного бесноватого порыва ветра. Через несколько минут подъехал автобус, подобрал мальчишек и направился дальше по маршруту.

В школе Чарли был молчалив, из-за чего его цепляли сверстники. Он постоянно сидел один и рисовал, пока остальные дети играли. Билл тоже далеко не ушёл. Как обычно, в старших классах были разделения на «крутых» и «лузеров». Билла считали неудачником и безотцовщиной. А главным задирой в школе считался Майк. За ним ходили все девчонки. Он высок, симпатичен, с модной всклокоченной причёской на голове. Майк учился на класс выше. Его отец Джеральд Картович владел местной швейной фабрикой.

В первый день после осенних каникул все будто не в своей тарелке, путались в кабинетах, не знали расписания. Так, ходя по коридорам в поисках своего класса, Билл случайно задел плечом Майка.

– Эй ты, урод! – закричал Майк. – Смотри, куда идёшь!

В коридоре воцарилась тишина, и все школьники заострили внимание на Билле, который стоял с опущенной головой и выискивал в ней возможный ответ.

– Извини, – тихо сказал он. – Я не хотел!

– Что? – подойдя ближе, спросил Майк. – Я не услышал! Скажи громче!

Билл, как уродливый, пытался спрятаться ото всех взглядов и улыбок, окружавших его. Проблемы дома, нехватка денег, а тут ещё и этот задира прицепился. Билл сжал пальцы в кулак, стиснул зубы и проговорил сквозь них:

– Иди к чёрту!

После этого Майк схватил Билла за грудки и толкнул так, что тот упал. Школьники быстро выстроились в кольцо, образовав ринг. Перешёптывания оседали в голове Билла. Он начал теряться в пространстве, а пол для него казался ледяным. Внутри что-то щёлкнуло. С воплем Билл вскочил и накинулся на Майка, не ожидавшего этого. Вцепившись зубами в его руку, Билл издавал крики дикого животного. Из ближайших кабинетов на шум выбежали учителя. Они пытались пробиться через плотное живое кольцо. Майк несколько раз попал локтем по затылку Билла. Зубы ослабели и отпустили руку, оставив на ней лилово-синие следы. Майк размахнулся и со всей силы ударил его в нос. Сознание помутнело, голоса расплылись, а голова испытала глухой удар. Что-то твёрдое прилетело в затылок. Учителя наконец растолкали толпу. Они увидели лежащего Билла и начали приводить его в чувство: шлёпать по щекам.

Через пару минут Билл открыл опухшие от удара глаза, со стоном поднял голову и осмотрелся. Старшие школьники смеялись, показывая на него пальцами, а девочки шептались между собой и с насмешкой повторяли: «Бенктон – лузер!»

Немного оклемавшись, он встал и отряхнулся. Рюкзак лежал в стороне. Его поднял Чарли и поднёс Биллу. Майк, не проронив ни слова, посмотрел на укушенную правую руку, махнул своим друзьям и скрылся в толпе. Чарли крикнул ему вдогонку:

– Мы тебя убьём, петух сланый! – потом обнял старшего брата и спросил: – Ты как? Сильно нос болит?

– Да ничего. Кровь только идёт, а так… бывало и хуже. Заживёт.

Они пошли к умывальникам, где Билл умылся и застирал рубашку, что мама ему подарила на недавний день рождения.

– Билли, не пележивай. Мы накажем этого улода! – нахмурив брови, сказал Чарли.

– Не сомневаюсь в этом! – ответил Билл, растягивая в улыбке запачканные кровью губы.

– Тепель маму вызовут в школу? – смотря на Билла в зеркало над раковиной, спросил Чарли.

– Не думаю! – ответил Билл, скривив лицо от боли. Он смотрел в зеркало и трогал распухающую переносицу. – Я не виноват, а у Картовича отец часто помогает школе.

– Помогает? – спросил Чарли.

– Ну да! Устраивает концерты, покупает мебель… В общем, даёт деньги…

– Ясно… – надув губы, произнёс Чарли.

– Иди на уроки, – всматриваясь в зеркало, сказал Билл. – А то точно маму вызовут! Скажут, что ты не ходишь на занятия!

– А ты? – спросил мальчик.

– И я сейчас пойду!

После уроков они встретились возле школы и пошли домой. Пройдя два квартала, услышали за спиной крики и нескончаемые велосипедные звонки. Это снова задира Майк со своей отмороженной компашкой. Они мчались на велосипедах, выкрикивая: «Бенктон! Мы ещё не закончили!» Братья побежали через полуразрушенные склады. Мрачную бетонную пещеру когда-то разделяли несколько секторов с запчастями для разных марок автомобилей. Теперь здесь под бетонным сводом находились лишь огромные пустые стеллажи, отделённые громоздкими стенами, горы мусора и битых бутылок. Ходили легенды, что в одном из этих складов однажды убили несколько человек. Теперь эти места считались ночлежкой для бездомных.

Споткнувшись о торчащий из земли штырь, Чарли упал на осколок разбитой бутылки. Через рваную штанину брызнула кровь, а из горла мальчика вырвался вопль. Билл подбежал к Чарли, чтобы поднять его, но в ту минуту их окружил Майк с дружками. Они ехидно улыбались и держали в руках палки.

– Тебе никто не поможет! Даже твой сопливый братец! – сказал Майк.

– Отстань от нас! Что тебе нужно? – говорил Билл.

– Ты видел, что сделал с моей рукой? – закручивая рукав, сказал Майк. – Я не хочу, чтобы отец мне задавал лишние вопросы!

– Иди к чёлту! – крикнул Чарли.

В эту секунду, словно взбешённый, Майк подбежал к лежавшему на земле Чарли, прислонил к его лицу палку, испачканную в экскрементах, и сказал:

– Облизывай. Если сделаешь это, то сегодня я вас отпущу, а если нет…

Не успев закончить фразу, Майк почувствовал на себе чьи-то руки. Его кто-то схватил за шиворот и откинул в сторону. Остальная компашка вмиг испарилась. Перед Майком возвышался Джон.

– Ещё раз их тронешь, я голову тебе отрежу и пришлю по почте твоему папаше! – грозился он.

Майк поднялся, взобрался на велосипед и умчал. Чарли не мог встать из-за пореза ноги. Джон взял его на руки, и они втроем пошли домой. Билл тащился позади, воспринимая случившееся, как очередное поражение Джону. Нет, не Майку, а именно этому здоровяку, на руках которого в эти секунды от боли постанывал Чарли. Билл сопел, словно что-то хотел сказать, но боялся или не желал.

– Говори же, – перебил его раздумья Джон. – Чувствую, что хочешь что-то сказать!

– Почему ты нам помог? Ты же нас ненавидишь!

– С чего вы такое взяли, – сказал Джон. – Я люблю вашу маму, а значит, и к вам должен относиться хорошо. Давайте так, услуга за услугу. Я помог вам, а теперь вы поможете мне.

– Что надо делать?

– Вы не будете мешать нашим с Милой отношениям!

Билл притих и медленно тащился. Он тёр потную ладонь о правую ногу и не торопился отвечать. Джон остановился. Билл понял, что молчание не ответ. Поймав на себе его пугающий взгляд, буркнул:

– Хорошо!

– Ага, – дополнил Чарли.

Спустя несколько однообразных кварталов они были у дома. На крыльце их ждала мама. Когда она увидела избитого Билла и Чарли на руках у Джона, охнула и прижала руки к побелевшим щекам.

– Что случилось? Вас кто-то побил?

Джон посмотрел на мальчишек, улыбнулся и сказал, кинув взгляд на обеспокоенную Милу:

– Я их встретил недалеко от школы. Как всегда игрались между собой. Чарли Биллу зарядил палкой в нос, а тот в ответ ему ногу резанул стекляшкой. Мальчишки играются, что поделать. Все мы в детстве такими были. Ведь верно, парни?

Братья переглянулись и кивнули. Мама взяла Чарли на руки и отнесла в дом, а Билл пошёл в ванную, чтобы умыться и замазать синяки мазью.


Следующие несколько недель прошли без приключений. Близилось Рождество. Всюду люди наряжали ёлки, украшали дома, дети играли в снежки и строили снежные баррикады. Улицы города наполнились разноцветными огнями, сверкающими украшениями и предновогодней суетой.

Билл дождался Чарли после уроков, чтобы вместе отправиться домой. До этого по пути им часто встречался Майк с шайкой, но они лишь косо поглядывали. В этот раз Билл не выдержал и крикнул вдогонку:

– Мы вас не боимся!

Майк развернулся и скорым шагом подошёл к Биллу.

– Что ты сказал?

– Не боимся… мы вас! – с дрожью в голосе повторил Билл. – И дело не в Джоне! Он нам никто. Просто прекратите нас унижать и постоянно цеплять!

– Я тебя ещё не унижал! – сквозь зубы сказал Майк.

Он схватил Билла за грудки, нацелил кулак в лицо и прошипел:

– Я вашего Джона не боюсь. Мне и на вас насрать. Я тебя могу прямо сейчас вбить в землю, и мне ничего за это не будет. Лучше обходи нашу компанию стороной. Я не хочу портить себе репутацию из-за таких сопляков, как ты.

Майк ударил его под дых, развернулся и сказал:

– Пойдём парни! Там девчонки заждались. Что тратить время на каких-то лузеров.

Билл наклонился и опёрся о ближайший столб. Он тяжело дышал и исподлобья смотрел на уходящего Майка. Всё это время Чарли молча стоял в стороне. Он боялся что-либо сказать: не хотел, чтобы брат с побитым лицом встречал Рождество и Новый год.

– Почему он такой злой? – поинтересовался Чарли.

– У него влиятельный отец! – сказал Билл. – Этот Майк ненавидит всех, кто ниже его по статусу!

– По статусу? – спросил Чарли. – Это как?

– Это когда у тебя мама акушерка в больнице и получает двести долларов в месяц, а у него отец владелец фабрики и зарабатывает в десятки раз больше!

– Он нас считает нищими?

– Почти так, Чарли. Он всех такими считает…

– И тех тлоих, что с ним ходят?

– Наверняка!


На Рождество почти все жители города Райли ждут праздника: закупают подарки, готовят угощения на стол, – а кому-то приходится работать. Мила снова отправилась в больницу, взвалив все хлопоты на Джона и детей. Те весь день провели вместе, но были неразговорчивы. За всё время они перекинулись парой стандартных фраз: «Как дела?», «Что будем делать?» Джон готовил к столу индейку и другие угощения, а дети занимались уборкой. За окнами бархатными хлопьями опускались на землю снежинки, издали слышались отголоски рождественского гимна и радостные возгласы как детей, так и взрослых. Люди как никогда дружелюбны и приветливы; они готовы пожелать всего, чего от них в обычный день не услышишь. Ночь в это время года наступает рано, однако город не спит ещё долго.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

сообщить о нарушении