Драконы, твари, люди. Часть 5: Эволюция

Дима так и сидел, обняв коленки.

— Всё уже позади, — напомнил Сергей со вздохом. — Сядь нормально и пей чай.

Вздрогнув, Дима послушно спустил ноги на пол и взял кружку. Смотрел он при этом, как обычно, куда-то мимо Сергея, и сейчас это почему-то раздражало.

— Дим, — требовательно позвал Сергей. — Посмотри на меня. Дим?..

Парень неохотно поднял голову, и этот настороженный собачий взгляд — побьют или нет? — резанул чем-то в груди, заставив Сергея уже самого отвести глаза, разглядывая свою кружку.

— Прости.

— Всё нормально, — неразборчиво повторил Дима куда-то себе в чай. — Извините, я…

— Нет, — неожиданно возразил Сергей, садясь в своё кресло. — Ничего нормальногов этом нету. Но всё уже закончилось. Всё позади… И никаких обвинений тебе так и не выдвинуто, кстати. Ты не под следствием.

Новость Диму не заинтересовала. Он мелкими глотками пил горячий чай и отрешённо молчал.

Может, прислушивался к Даре.

Может, провалился в воспоминания.

На запястьях розовели следы заживших ссадин от наручников, и видеть их было… неприятно (Сергей терпеть не мог прямыхметодов воздействия).

…В памяти всплыла поставленная на колени фигура посреди двора вирсавийского посольства. Регулятор чипа у шеи, кровь на лице, распахнутые глаза и отчаянный хриплый голос: «Не стреляйте! Не…»

И собственная досада (на методы?.. или только лишь на сорванное мероприятие?).

Но это всё было, конечно, давно, и вспоминать тут было нечего.

— Сергеич, очевидно, торопился, — осторожно произнёс Стрельницкий, возвращаясь к теме разговора. — Получить твоё признание, предъявить его мне и только после этого запустить официальный процесс… Но он просчитался.

— Угу, — мрачно отозвался Дима, — я просто чуть не сдох, и он запаниковал, что вместо признания получит труп.

— А потом ещё я пришёл с… неудобным вопросом, где мой пилот.

— В смысле, где результат? — с какой-то глухой тоской в голосе уточнил Дима.

На то, чтоб осознать, что он имеет в виду, Сергею понадобилось несколько секунд (на самом деле меньше, но он не хотел верить и упорно искал иные объяснения — искал и не находил).

Со стуком поставив кружку, Стрельницкий встал. Отступил на два шага, не давая воли желанию хорошенько встряхнуть Диму за плечи.

— Так вот какого ты обо мне мнения.

Получилось сказать ровно — потому что внутри всё закаменело. Как тогда, в кабинете Сергеича.

…Дима молчал, горбясь.

— Значит, считаешь, что я тебя ему сдал. Чтоб самому руки не марать, да?

Дима упрямо молчал, и Сергей, шагнув к нему, резко наклонился, опёршись руками о подлокотники Диминого кресла.

Парень дёрнулся назад, кресло пошатнулось — и если б не Сергей, опрокинулось бы.

— Да? — с напором повторил Сергей, не дождавшись возражения. — Так?

Дима отвернул голову, хмурясь, и так сжал зубы, что вздулись желваки.

И всё равно молчал (бездна побери этого упрямого пилота!).

— Отвечай, — рявкнул Стрельницкий. — Я задал вопрос!

Парень сжался, пялясь (конечно же!) куда-то мимо, и Сергей еле сдержался, чтоб не развернуть его голову к себе силком.

— И будь добр, говори мне всё это, глядя в глаза.

Дима не мог — его взгляд метался из стороны в сторону, точно обжигаясь о взгляд Сергея. Тело парня напряглось, кулаки сжались, где-то под окнами испуганно, тонко заклекотала Дара… и это отрезвило.

Выдохнув, Сергей отшатнулся-отшагнул и потёр переносицу. От отвращение к самому себе замутило вполне физически.

Дима замер, сжимая и разжимая кулаки, и дышал тяжело, загнанно, словно только что бежал кросс, и всё это напряжённо-бессильное, бессловесное — вместо его обычного рефлекторного возмущения — яснее ясного говорило, когоСергей ему сейчас напомнил.

Захотелось уйти и не возвращаться, не выкурив половину портсигара. Дать время друг другу — так, чтобы потом можно было сделать вид, что всё забыли.

— Прости, — глухо проговорил Сергей, отворачиваясь. — Дим… прости. За сейчас и вообще. Я не сдавал тебя ему, видит Небо, я вообще не знал, где ты. С чего ты взял этот бред?

Парень не шевелился ещё несколько секунд, точно окаменел, но потом всё-таки выдохнул и, подняв кружку, громко отхлебнул чай — но не ответил.

— Тебе Сергеич это сказал?.. Но ты же должен понимать, он тебе ещё много чего сказал бы, чтоб заставить подчиниться.

Дима прерывисто вздохнул. Ещё раз отхлебнул чая.

— Вы сдали меня в Южную цы… ц-ци-итадель, — произнёс он наконец. Без укора, почти равнодушно.

Вот только заикание вернулось.

— И забрал оттуда, — точно защищаясь, напомнил Сергей, заставив себя вернуться в кресло. — Точнее, забрал бы, если б не вмешалась Дара.

— Вот именно, — буркнул Дима, пальцами одной руки разминая плечо второй, выбитое у Сергеича. — Если б не Дара. Без неё вы бы про меня и не вспомнили.

И можно (нужно!) было привычно уйти от ответа, не обострять, не провоцировать Диму на дурацкие выводы, особенно когда он в таком шатком состоянии, но…

— Да, — признал Сергей со вздохом. — Тогда всё так и было. До вашего появления здесь. До того, как вы с Дарой захватили меня в заложники, а потом Дара сбежала в слезах, и ты её возвращал. До того, как на нас свалилась Зира и как мы искали Мариса… До боёв в горах Илариона. — Перечисление становилось бесконечным, но Сергей не хотел останавливаться. — До того, как ты сиганул с Дары в пасть ётуну, до того, как ты спас мне жизнь — и я тебе, и…

— …и не по разу, — ещё тише добавил Дима.

— Именно. Разве сейчас имеет какое-то значение то, как именно всё началось?

Дима сгорбился в своём кресле, пряча взгляд в кружке с чаем.

— Имеет.

— Если б я точно знал, что Дара вернётся, я бы с самого начала притащил тебя… ну, не сюда, скорее всего, а на базу «волкодраков». И уж точно никому бы не отдал.

— Из-за Дары, — напомнил Дима.

— А кто Дару такой вырастил? — через силу усмехнулся Сергей. — Кто ей сказал, что я друг, прекрасно зная, что я в любой момент могу приказать вас с ней уничтожить на месте? Кто умудрялся шутить даже после разрыва связи, даже по дороге в следственный изолятор… даже в разговоре с врагом? Которого ты заодно посчитал нужным предупредить о директиве на ликвидацию. Это было…

— …глупо?

— Впечатляюще.

Дима усмехнулся краем рта.

Победа.

— Знаешь, будь на твоём месте Серж — я бы не церемонился, — доверительно сообщил Сергей, отзеркаливая усмешку. — Дело не только в Даре, Дим. Я это уже не раз тебе говорил, разве нет?

Дима неловко заёрзал в кресле, и Сергей хмыкнул:

— Ладно, повторю, мне не жалко. Ты мне нужен, Дим. Конкретно ты. Упрямый самоотверженный… — на язык просилось «осёл», но он сдержался, — …пилот.

Дима засопел, невероятно напоминая в эту секунду собственную драконицу.

— Если б вы забрали меня на базу «волкодраков», вы бы не получили Дару, — сообщил он, меняя тему. — Она Южную цитадель нашла только потому, что наши… потому что в КОДе планировали моё освобождение. Вернее, рассматривали его целесообразность… Неважно.

Конечно, неважно, то-то так дёрнулся от мгновенного дискомфорта.

Хотя раз прислали в Южную цитадель своего агента, значит, всё-таки и впрямь решились вытаскивать. Пусть и с оговорками.

Но на этом заострять внимание Сергей не стал.

— А о том, когда именно нужно явиться и спасти тебя от твоего же освободителя, ей тоже там рассказали? А в горах — о том, когда и из какого именно разлома тебя нужно вытаскивать?.. Дим, ты недооцениваешь вашу связь. Это Дара тебя нашла у Сергеича.

— К-когда меня… Когда я до неё докричался?

— Тогда мы получили азимут. А от Анки — примерную зону поиска, потому что она установила, что Сергеич в своих визитах не покидал Анду. А вот дальше… — Сергей усмехнулся, предвкушая Димину реакцию (приятно же шокировать пилота тем, что знаешь о его связи с драконом что-то, чего не знает он сам!), — я отправил туда Дару под присмотром Зорича. И знаешь, она… догадалась, где ты. Во всяком случае так это сумел описать Зорич.

Дима помотал головой:

— Но я её не слышал! Чип всё блокировал.

— Очевидно, не всё. Так что к Сергеичу я пришёл на самом деле не с вопросом — а с адресом с точностью до дома.

Дима нахмурился, о чём-то сосредоточенно размышляя. Моргнул.

— А когда это было? — вдруг спросил он.

— Мой визит к Сергеичу? В пятницу после обеда. Ждал, пока ребята проверят локацию.

— Нет, когда Дара… догадалась?

Димин взгляд остановился, словно обращаясь внутрь — очевидно, он спрашивал и драконицу тоже.

Дождавшись, пока Дима вернётся «в себя» (очень, очень задумчивый), Сергей ответил:

— Ночью, где-то в час сорок, может, позже. Зорич с Семьдесят пятым еле удержали её от попытки разнести там всё по камушкам и выцарапать тебя из-под обломков.

— Вот как, — отозвался Дима, и это прозвучало с такими знакомыми (его собственными!) интонациями, что Сергей только хмыкнул. — Артур… тамошний медик сказал, моё состояние стабилизировалось около двух.

— После того, как Дара догадалась.

Дима явно хотел что-то ещё спросить, но медлил.

Сергей тоже молчал — даже когда Дима снова забрался в кресло с ногами.

— Я… я думал, вы знаете, — признался наконец Дима. И сжался так напряжённо, что Сергею снова захотелось сбежать и выкурить половину портсигара, успокаиваясь (давая успокоиться Диме). — Дара должна была вам всё рассказать… но вы не пришли. Как будто… как будто так и было нужно: я облажался и… В-вы же предупреждали, а я всё равно полез, куда не следует. Не нашёл Дока — и огрёб п-по… по-оследствия.

От этой безнадёжно логичной цепочки стало вконец тошно.

— Куда не следует — это к тому агенту, которого потом арестовали?

Дима кивнул, даже не думая отпираться.

— Это он дал тебе наводку на дачный домик, где вы пытались Дока найти?

Ещё один кивок.

— А разве тебя не предписано… убить любому, у кого есть такая возможность?

Дима отвернулся так резко, что интуиция завопила: он что-то знает, там что-то было… но Сергей её жёстко осадил.

И когда понял, что Дима опять молчит, проглотил привычное «я задал вопрос».

— Или до этого агента директива не дошла?

А вот это сработало.

— Семён Русланович… — медленно проговорил Дима (верно, скрывать имя и без того арестованного агента бессмысленно), — знал меня ещё по кадетке. Он… страховал там меня. Видимо, поэтому он… ну, не стал. Не знаю.

— Он связан с «Друзьями Драконов»?

Дима опять сжался, и Сергей мысленно выругался: нашёл время задавать вопросы из числа тех, что наверняка звучали у Сергеича.

— Ко… косвенно. Просто был у нас такой контакт. Сочувствующий… Ему вменят полноценную работу на Коалицию теперь?

— Понятия не имею. Я сейчас не могу просто так сунуться к Сергеичу и потребовать поделиться материалами… и подследственными. Если пойдёт на сотрудничество — может, скостят хотя бы часть обвинений.

— Он ничего не делал! Он просто связной.

Сергей вздохнул, прекрасно зная, что не бывает «просто связных» со стажем работы на повстанцев лет в десять.

— Я посмотрю, что можно сделать, Дим, — пообещал он наконец, понимая, что иначе Дима себя просто сгрызёт. — Если Сергеич его передал дальше — всё-таки рыбка для департамента спецконтроля мелковата, — тогда шансы есть.

Они снова замолчали.

Вспомнился их ночной разговор за яблочным пирогом тогда, в сентябре, после идиотской попытки побега и Дариной истерики — разговор, задавший новые правила игры… новые отношения, вернее.

Игрой тогда всё быть уже перестало, хотя оба они ещё этого не понимали (а вот теперь, пожалуй, дошло).

Попросить, что ли, завтра Тамару Георгиевну ещё раз «яблочницу» испечь? Дима оценит намёк?..

И узнать про этого Руслана Семёновича, раз пообещал, да. Давно пора собрать данные по «Друзьям Драконов». Тем более, если б не этот арест…

— Вообще говоря, — озвучил последнюю мысль Сергей, — он своим арестом тебя спас.

— Как?

— Именно новость о его аресте навела меня на след группы Сергеича. Той самой, которая взяла тебя. Если б я знал это с самого начала… Хотя что толку сейчас рассуждать.

Дима неловко пожал плечами (точнее, здоровым плечом) и ничего не ответил.

Сергей вдруг понял, что они первый раз разговаривают с Диминого возвращения — сначала тот спал… а потом Сергей сам уклонился от разговора и сбежал в город.

И не подкарауль Дима его сейчас — может, оттягивал бы этот разговор ещё пару дней. На службе завал, Диме надо отдыхать без лишних переживаний — легко перед собой оправдаться… Перед Димой сложнее.

«Я думал, вы знаете. Дара должна была вам всё рассказать… но вы не пришли».

Сергей полез в телефон и долго перебирал записи своих звонков. Наконец нашёл нужную, отмотал по памяти, ориентируясь на «частокол» амплитуды.

Подкрутили громкость, включил.

«— Мне Ди-има сказал тебе всё рассказа-а-ать!

Шорохи, вздох.

— Что именно, Дара?

— Всё! Никуда не лететь и всё рассказа-ать!»

При звуках Дариного голоса Дима подался вперёд, жадно вслушиваясь… а потом откинулся обратно, закрывая лицо ладонью.

— Дара… — с полустоном-полусмехом протянул он. — Простите, я думал… Она ведь получила от меня всю информацию!

— О да, то самое «всё», — с иронией отозвался Сергей, выключая запись (его разговор с Зирой Диму не касался). И посерьёзнел: — Не сердись на неё. Разрыв связи по ней очень серьёзно ударил, даже Зира не смогла её нормально расспросить… а я задал правильный вопрос, только когда мне уже нужен был не ответ, а всего лишь подтверждение, что, да, перед блокировкой связи ты видел именно генерал-майора Лугового. Собственной персоной.

«Это не ты облажался, это я».

Но этого он говорить не стал.

Дима явно полез к Даре за её версией событий, и Сергей, чтоб не сверлить взглядом отрешённое лицо, спустился на кухню. Когда вернулся с тарелкой бутербродов для себя, заварником, сахарницей и шоколадкой для своего нервного пилота, тот уже задумчиво водил пальцем по ободку кружки, определённо сделав какие-то выводы (наверняка что-то вроде «я сам виноват, должен был лучше Даре объяснить»).

Водрузив поднос с перекусом на стол, Сергей разлил свежий чай и уселся на своё место. Потянулся к кружке… и замер, разглядывая часы, аккуратно лежащие рядом.

Он, конечно же, их узнал, поэтому ограничился лишь вопросительно задранной бровью.

— Мне Араф сказал, я вам… день рожденья испортил, — произнёс Дима с некоторым смущением.

— Это что, пода… О.

Стоило взять часы в руки, подсветка, до этого указывающая на двенадцать, вдруг поползла по цифрам.

— Давно? — коротко спросил Стрельницкий.

— Не знаю, — признался Дима виновато. — Я перекинул маячок на неактивный канал тогда, чтобы… ну, никто ничего не заметил. Только сегодня вспомнил и решил проверить. А он… вот.

— Так ты поэтому меня ждал.

— Ну да.

— Мог бы, ну… постучаться.

— Вы были заняты, я решил подождать… и заснул. А дальше как-то, ну, к слову не приходилось.

— Да уж… Значит, даришь мне на день рождения Дока?

Дима неловко повёл плечами.

— Что-то вроде.

— И что мне с этой… информацией делать?

— Что хотите.

— О, даже убрать в стол и забыть?

Привычка подначивать Диму на определённые реакции была неистребима.

— Если… если вы считаете это целесообразным, — сгорбился Дима, отводя взгляд.

А вот это уже что-то новенькое.

Правда, удовлетворения эта реакция (полное признание права Стрельницкого на принятие решений!) отчего-то не принесла.

Возможно, потому что Сергей понимал, как в Диму её вбили.

— Почему я, Дим?

Дима спрятал взгляд в кружке с чаем и молчал секунд десять.

— Потому что я… всё провалил, — признался он наконец. — А его ищут люди этого вашего Сергея Сергеича. Лугового. И это значит, всё должно быть максимально, ну, официально. Чтобы никто ничего не предъявил. Это должна быть ваша операция и ваш…

Трофей.

— …мой алкемик-драконолог, которого мне в штате как раз не хватало, — усмехнулся Сергей. — Так что да, спасибо за подарок. Постараюсь в конце февраля подогнать тебе что-нибудь равноценное. У тебя двадцать третьего, верно?

Дима фыркнул:

— Главное, сами не пропадайте никуда.

— Как говорится, не дождётесь.

Они рассмеялись, сбрасывая напряжение последних дней. Всё-таки когда шутишь над чем-то — значит, оно над тобой больше не довлеет.

Или ты хотя бы готов отделить это от себя.

Отсмеявшись, Дима откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

— Устал?

Дима, помедлив, кивнул.

— Иди спать.

— Это приказ? — с кривоватой усмешкой уточнил парень, приоткрыв один глаз.

Сергей качнул головой.

— Дружеский совет. Шёл бы ты спать… или ужинать?

Дима мотнул головой.

— Не, — он кое-как подавил зевок, — лучше спать. Я такой сонный эти дни… Араф мне там снотворного не подмешивает?

Араф не подмешивал — обходился анксиолитиками. Некоторые противотревожные препараты оказывали на нервных пилотов потрясающий эффект.

— Просто тебе надо отоспаться, — объяснил Сергей. — Так что иди к себе… или к Даре.

Дима распахнул глаза. Почему-то самая очевидная мысль ему в голову, похоже, не приходила.

— А…

— Ты серьёзно думаешь, что я вам что-то запрещу?

— Да нет, просто она… — Дима не договорил и махнул рукой. Снова на секунду завис, обращаясь к драконице — и уточнять её ответ не требовалось: всё уже было написано на просветлевшем лице.

— Иди, иди, — кивнул Сергей. — Только лекарства выпить не забудь.

…Когда Дима снова появился в холле с флиской под мышкой и горстью таблеток в руке, Сергей поднял взгляд от планшета с Анкиным рапортом и задумчиво спросил:

— Слушай… Можно вопрос?

— Конечно, — ровно отозвался Дима.

Взгляд его без слов говорил: «Эй, когда вам на это вообще разрешение требовалось?» (взгляд был, конечно, прав).

— Ты закрыл меня от взрыва в штабе ДРА.

Это был ещё не сам вопрос, и Дима только дёрнул плечом.

— Ну, не хотел, чтоб вы померли.

— Но сам взрыв застал тебя врасплох. Ты среагировал… рефлекторно.

На самом деле подобных мелочей накопилось гораздо больше — вплоть до того нюанса, что Дима явно знал их методики допросов, на записях из Южной цитадели это проскальзывало (Анке только дай начать копать).

— Мне просто интересно… всех пилотов КОДА так готовят?

Дима замер. Опустил голову, но на губах появилась усмешка, ясно показывающая, что он понял.

Стрельницкий давал ему выбор (фактически, сам предлагал, как уйти от ответа).

Запив таблетки остатками чая, парень отошёл к балкону, закрытому по зиме, и какое-то время тянул паузу.

А потом развернулся и посмотрел прямо в глаза Стрельницкому.

— Я сопровождал на миссиях Мирру Ярскую. На случай экстренной эвакуации… и охраны. Так что нет, так готовят не всех пилотов.

Ах вот оно что. Телохранитель главы Драконьего корпуса… Да, это многое объясняло (и заставляло злорадно усмехнулся: знал бы Сергеич, кто ему в руки попал).

Озвучить?

Пожалуй, не стоит.

Вместо этого Сергей протянул руку, чтобы взять со стола часы с маячком — и нахмурился. Повернул их в одну сторону, в другую…

— Что там? — тут же среагировал Дима.

Сергей молча продемонстрировал ему погасшую подсветку.

— Да б-бездна, — выругался Дима с нервным смехом. — Он издевается!

Сергей от искреннего возмущения в его голосе не выдержал и тоже фыркнул.

— Что ж, раз посылал сигнал, значит, всё-таки ждёт, — философски заметил он после паузы. — Подождём пока что и мы.

Глава 17. Дружеский визит

Месяц спустя.

Зима в столице выдалась снеж