Шаг в темноту…

– Еще раз выкинешь нечто подобное – разговора не будет. Твоя сущность попросту пополнит мою коллекцию материалов.

Жительница иной Сферы ни мгновения не сомневалась в услышанных угрозах.

– Это был первые и последний проступок. Тебе ясно?

– Всецело.

– Надеюсь, ты не заставишь меня разочароваться…

Комментарий от автора:

Я заболел и совсем забыл выложить главу в субботу :/

========== Часть 6 ==========

– Я собираюсь провести ритуал, постарайся не отвлекать меня. – Произнес Тирисфаль, отрывая голову от мешка с зерном, на котором устроился с относительным комфортом.

– Как поступить, если нападут местные твари? – Осведомилась Инфей.

– Нарушь мою концентрацию, покуда поймешь, что сама не справишься. – Договорив, мужчина аккуратно, стараясь не повредит плотную ткань когтями перчаток, обеими руками с краев поднял свою “подушку” и со всем тщанием понес к правому, относительно пустому, углу, выверяя каждый шаг. Предварительно поднявшись на ноги и чуть сгорбившись. Высота крыши, как и не самый высокий рост, играли ему на руку.

Под любопытным взглядом обернувшегося демона, поклажа была доставлена и практически идеально ровно уложена поверх еще четырех точно таких же мешков.

Закончив с работой носильщика, маг развернулся и отошел немного вглубь повозки, усевшись по-турецки ближе к заднему краю, где было побольше свободного пространства, спиной к слуге.

Уложив на ноги книгу, он не стал отстегивать ее от цепи, крепившей ту к поясу, вместо этого медленно проведя пальцами по простой, без излишеств и украшений, гладкой обложке из черного оникса.

Невидимая обычному глазу печать, служившая отличной защитой от посягателей, никак не отреагировала. В сущности, она являлась не более чем спусковым механизмом, должным задействовать один из множества сокрытых на страницах ритуалов.

Сняв тройку фиксаторов в виде скоб из серого металла, не позволявших рукописи раскрываться без надобности и на деле служивших препонами проклинавшими постороннего, колдун принялся медленно и вдумчиво листать собственный труд.

Он не торопился, обстоятельно вчитываясь в строки сухого текста, перемежающиеся обильным количеством формул и схем.

«Как я мог забыть название того ритуала?» – Задавался мужчина вопросом, не переставая скользить взглядом по тексту. – «Что вообще творится с моей памятью? Почему я не помню практически ничего из этого?!»

Замерев на секунду, чернокнижник усилием воли исторг из разума лишние, пришедшие совершенно ни к месту, пусть и дельные, размышления, прежде чем продолжить начатое. Ему требовалось успеть закончить, покуда Кровь Мага имела силу, пока мысли были ясны, а голова не полнилась туманом злобы напополам с раздражением.

Более не тратя время попусту в попытках понять рисунки ритуалов, отдельные символы и назначение тех или иных фигур, демонолог лишь кратко пробегался по названию и описанию.

Около семи минут спустя, ровно в середине гримуара, Тирисфаль натолкнулся на то, что заставило шевельнуться нечто в глубине его сознания. Порожденное кратким мигом смутное чувство узнавания заставило остановиться. Вчитаться. Напрячь память и терпеть боль. Терпеть, пока с почти слышимым хрустом нечто не встало на своё место.

Задушив вскрик в горле, позволив себе только зло зашипеть ругательства, маг упер левую руку в лоб, отчаянно сжав маску поперек, а правой вцепившись в колено.

Краткая вспышка обжигающей боли быстро миновала, однако оставила после себя ни с чем не сравнимые ощущения слабого зуда в глубине черепной коробки.

Лицо под маской покрылось испариной.

Пальцы против воли мужчины усилили нажим на голове, будто сами стремились забраться внутрь, под кость, и устранить раздражитель.

Встряхнувшись, сбрасывая оцепенение, колдун медленно отстранил правую ладонь и опустил ее на колено, глубоко вздыхая.

– Лучше сдохнуть, чем так существовать… – Прошептал он себе под нос, опуская взгляд на книгу.

Тут же в памяти всплыли надлежащие знания, связанные с искомым ритуалом. Все его конфигурации. Способы и последовательность начертания. Значения всех символов. Вариации как полностью исполненного на мане, жрущего непомерное количество энергии, с различными способами реализации, так и сугубо физический вариант, не требовавший сил пользователя.

На несколько минут чернокнижник замер недвижимой статуей, полностью погрузившись в себя. Перед его внутренним взором в бесконечном хороводе кружили элементы, то дополнявшие итоговый круг, то заменявшие собой отдельные части или символы.

Излишне резко дернув головой по окончании наваждения, он снова тихонько ругнулся, категорически не понимая, что за дерьмо происходит.

Впрочем, это не помешало ему добраться до бездонной сумки и начать выгребать из нее все кристаллы маны, выжатые из тела и ауры бесславно погибшего храмовника.

– Двадцать семь… Не густо. – По своему виду камушки различались, имея отнюдь не идентичный, а очень даже хаотичный вид и размеры, потому колдун судил о общем объеме материала. – Сделать примитивные уловители? – Он не задумываясь потер маску на уровне подбородка. – Долго и потребуется моя собственная мана, это недопустимо. Вытянуть энергию из слуги? Хм…

Тем временем от услышанных перспектив и затянувшегося молчаяния, не сулившего ей ничего хорошего, по телу Инфей забегали мурашки, руки вцепились в поводья, как в последнюю соломинку, удерживающую от падения в пасть голодного чудовища.

– Придется очищать от отпечатка души и рисовать дополнительные преобразующие массивы под Жизнь… К тому же, дело опять касается меня напрямую. Неприемлемо.

Цокнув языком, столь не хитрым и емким образом выразив вселенной свое недовольство, мужчина притянул к себе сумку, благо она оставалась поблизости. Запустив в нее руку, он тут же вытащил ее обратно, крепко держа молочно-белую друзу, в которую была заключена душа.

Без оболочки в виде духа, внешне должного повторять облик владельца, в редких случаях измененного под влиянием тех или иных сущностей, средоточие существования выглядело как сфера. Она не пылала переливами энергии, от нее не отделялись невидимые обычному глазу протуберанцы, как бывает с поврежденными образцами. Вместо этого душа походила на практически монолитный шар, напоминавший огонек или миниатюрное солнышко, покрытое плотной дымкой.

Искра творения легла к общей кучке источников энергии, имевшихся в распоряжении Тирисфаля, украсив голубоватую горку.

«С этим уже можно работать, на какое-то время действия зелья хватит, надо бы поторопиться…»

…

Под порядком осточертевший скрежет древесины, маг осторожно выцарапывал последнюю закорючку когтем на правом указательном пальце, время от времени смахивая в сторонку щепу жесткой щеткой, до небольшой кучки.

Инструмент для ухода за лошадьми весьма кстати обнаружился в повозке, обретя более возвышенное, в некоторой степени, назначение.

Кропотливое занятие требовало напряжения всех наличествующих, и надо сказать, не великих сил. Любое неосторожное движение, малейшая дрожь в руке и случайная встряска могли не просто помешать делу начертания, но ко всем адским чертям испортить жизненно важную работу. Потому телега была остановлена еще в самом начале, да так и осталась стоять посреди широкой дороги.

Прекратившие свое действия зелья ситуации лишь ухудшали, подрывая концентрацию, из-за чего в процессе приходилось то и дело заново вспоминать отдельные части и постоянно сверяться с книгой.

В последний раз осторожно пройдясь щеткой по бороздкам, колдун позволил напряжению схлынуть, а себе – расслабиться, отпуская предельную сосредоточенность.

Выпрямив спину, до этого момента приходилось работать с относительно высоким деревянным бортиком, высотой в метр, он повел головой из стороны в сторону, осматривая творение рук своих, стоя на коленях.

– Неужели закончил? – Деловито осведомилась демоница, сунув любопытную мордашку внутрь пространства телеги как раз вовремя.

– Именно. – Коротко ответил мужчина, не поворачиваясь.

Подготовка к провидению ритуала, носившего название Зеркало Души, была завершена. Получившаяся фигура заняла практически всю зону пола и заползла на бортики, для чего пришлось выгрузить поклажу. Так вышло из-за обилия опциональных конструктов, кои в обычных ситуациях не использовались.

Например, понадобилось начертить круг, самую малость уступающий в размерах основному, центральному, и дополнить умопомрачительным количеством символов. Его задача заключалась в вытягивании энергии из души человека и переработке ее в нейтральную ману, не окрашенную ни в один из спектров Сил. Свой отпечаток в его массивность накладывал и тот факт, что изначальный владелец Искры являлся приверженцем Света. А также потребность в запитывании всего извращения от самого себя. Эффективность получалась чудовищно низкой, однако иного выхода не имелось.

Особую горчинку вносили зазоры между досками, местами достигавшие свинских миллиметров. Такие места приходилось аккуратно утрамбовывать мелкой щепой, предварительно добытой из незадействованных областей и в ходе труда, в тщетной попытке привести в удобоваримый вид, но даже так они оставались точками пустого истечения энергии. И ими пестрел весь ритуал.

Для решения уже этой проблемы, пришлось в обязательном порядке вмещать четыре уловителя для маны, разряженной в пространстве. Однако, не смотря на ее обилие и плотность потоков, ловушки едва-ли были способны покрыть утечки, частично поглощая в том числе и их…

А ведь в общую картину необходимо было вместить еще и два места для россыпей голубых кристаллов. Энергетические точки под них, в силу своей простоты, большого размера не требовали. Другое дело линии, вдоль которых должна была струиться мана. Их пришлось прорезать аж до магистралей, идущих от ловушек. Хотя гораздо проще и ближе, к тому же с меньшими сопутствующими потерями, было подключиться к потоку, тянущемуся от души. Однако и тут встретилась препона – дерево. Простое. Столь приземленный материал мог не выдержать еще большей нагрузки и, например, треснуть. Либо разлететься в щепки. Мгновенно.

– А я еду приготовила.

– Прекрасная новость. – Маг действительно был рад, желудок давно и настойчиво требовал чем-то себя наполнить, служа одним из вороха раздражителей. – Как закончу, с удовольствием отведаю твоей стряпни.

– Сколько тебе понадобится времени, дорогой? – Кокетливо пропела Инфей, упирая руки в бока, подражая некогда виденной сцене. Конечно, играла она больше для себя самой, так как единственный возможный зритель совсем не уделял ей должного внимания.

– Думаю, эта хренатень не продержится и десяти минут. – Веско констатировал он, закончив последний осмотр на наличие ошибок. – Нет, две-три минуты максимум.

«Пришлось конкретно выебать себе мозги ради этого шанса…»

– Я буду ждать у костра.

Чернокнижник коротко покачал головой, забираясь в отведенное для себя место в центре основного круга.

Раньше он мог бы, случись у него отличное настроение, отпустить Инфей в родной мир. Это было вполне ему по силам. Пусть вероятность подобного поступка и стремилась к сотым долям процента. Но не теперь. Не после того, как ей довелось увидеть его шедевр и главную тайну в одном лице.

Суккуб ничего не понимала, в этом демонолог был уверен, ведь мало кому покорялись таинства душ и глубины магии Тьмы, это не отменяло свершенного факта.

Отныне ее судьба была проста – умереть, когда того потребует ситуация.

Усевшись в круге, Тирисфаль подогнул левую ногу, положив ее на доски, а правую согнул в колене, оставив вертикально. В нее он уперся лбом и погасил свое зрение, предварительно, естественно, не забыв разложить расходники: кристаллы маны и камень души, по надлежащим местам.

========== Часть 7 ==========

Переборов иллюзорное чувство бесконечного падения, Тирисфаль усилием воли согнал с себя наваждение и открыл глаза.

– И тут… что-то не так. – В равной доле смиренно и мрачно выплюнул он в пустоту перед собой.

Мужчина практически ничего не видел во мраке, что было крайне необычно для него.

До предела напрягая зрение, он посмотрел по сторонам, не спеша куда-либо двигаться.

Слева и справа от себя маг смог рассмотреть каменную кладку, под ногами кривовато уложенные плиты, а впереди – мрачную неизвестность.

«Волшебно»

В два осторожным шага приблизившись к стене, он положил на нее черную, будто сгусток тьмы, слабо клубящуюся ладонь, ничего не почувствовав. Материя руки подрагивала, искажалась, пальцы то и дело истончались, почти пропадая. Порой на их месте, на долю мгновения, проступали иные, более длинные, с прямыми заостренными когтями и большим количеством суставов, чтобы немедленно смениться вполне человеческими.

Колдун застыл, всецело отдавшись внимательному наблюдению. На протяжении всего процесса в нем зрело понимание и… страх.

Прозвучавший на грани слуха, в абсолютной тишине, скрежет заставил его встрепенуться и осмотреться в тщетной попытке обнаружить источник шума.

Звук напоминал, ставший чернокнижнику до боли знакомым, скрип дерева. Будто что-то оцарапало доски.

Прозвучавший следом истошный вопль, переходящий в отвратительный визг, совсем рядом, не дальше пары метров по коридору, сковал духа напряжением.

«Это не нормально, ничего подобного не должно быть в Чертогах Естества»

Наплевав на нежелательность использования маны, мужчина собрал часть окружающего мрака, чистейшую энергию тьму, вокруг правой кисти, выставив ее чуть вперед, быстро сформировав нужную структуру.

Стрела Тьмы, вспарывая пространство, устремилась в темноту, точно в сторону ближайшего звука, однако ничего не произошло. Находившаяся там тварь не прекратила шуметь и никак не отреагировала.

«Промазал?»

Вторая попытка оказалась не менее результативной.

Набросив на себя Демонический Доспех, Тирисфаль осторожно двинулся вперед, ступая не слышимо, ведь был не вполне материален.

Скользя левой дланью по стене, он четко почувствовал краткое смещение в пространстве, словно угодил в небольшую впадину. И тогда же раздался особенно громкий вопль.

Рефлекторно запустив заклинание на звук, демонолог отскочив в сторону, к центру коридора. Хруст древесины и жалобный визг не помешали ему запустить следом еще пять Потусторонних Разрядов, пущенных плотным пучком со всех пальцев правой руки. И только резкая вспышка боли не позволила применить Пламя Тьмы, жутко затратное в его случае, но весьма эффективное заклинание, когда дело касалось истребления различного рода духов и прочей подобной братии.

За болью пришло облегчение. Будто избавился от части тяжелой ноши.

Все еще ничего не видя дальше метра перед носом, маг прислушался, попутно подвешивая в ауре пару слабеньких формул.

Посторонние звуки мигом утихли. Прекратилось копошение. Пропал скрежет о дерево и камень. Исчезли скулеж и рычание, ранее терзавшие сознание на грани слуха.

Выплюнув несколько тихих проклятий, мужчина вернулся к месту, от которого отпрыгнул. Его пытливому взгляду открылся проем с остатками двери на петлях.

Заглянув внутрь комнаты, первым делом он обнаружил разной величины ошметки досок и крупные щепки. Зайдя же чуть дальше, за “порог” оказавшегося настолько маленьким помещения, что хватало зрения его осмотреть, колдун заметил ее. Разорванную на части и отброшенную к дальней стене, кожистую личинку с искаженным в гримасе детским лицом. Из крупных ран не вытекало никаких жидкостей внутренней секреции, зато струилась дымка, а само тело постепенно, очень медленно, истаивало.

Своими размерами паразит занимал почти все пространство.

– Кажется… это мой детский… страх? – Поблекшие воспоминания подбрасывали в сознание картинки. – Да… точно. Мать с отцом смотрели какой-то ужастик. Вроде как оно жрало людей в подвале? Или ему их скармливали? – Чернокнижник новым взглядом прошелся трупу бестии. – Его вполне способна прикончить пара крестьян с вилами. Как можно с таким не совладать? Достаточно хоть какого-то оружия.

Развернувшись, он вернулся в коридор, но не спешил куда-либо двигаться.

Посторонние звуки снова принялись терзать слух. Однако тут же пропадали, стоило прислушаться.

«Какого чёрта творится с Чертогами? Это следствие повреждения души? Или дело в чем-то ином?» – Маг снова поднял руку к глазам, принявшись всматриваться в творящиеся с ней метаморфозы. Особенно сильно его интересовало мимолетное преображение в нечто лишь отдаленно человеческое. Оно же и пугало, воскрешая в памяти туманный образ одной очень редкой, однако известной ему твари. – «В чем бы ни была причина, это задело и мою память. Порой кажется, будто у меня в голове смешались воспоминания разных людей»

Проходя мимо следующей двери, Тирисфаль ненадолго остановился, чтобы повнимательнее ее рассмотреть. Не в последнюю очередь из-за глаза, всматривающегося в него сквозь крупную щель.

Древесина была во многих местах подгнившей, хлипкой. Держалась на чистом слове и ржавых креплениях.

«Навесной замок и щеколда? Какой вообще в этом смысл?»

– Чего смотришь? – Маг обратился к своему единственному зрителю, поднеся палец к его смотровой щели. – Моргало выколю… В следующий раз.

Отстранившись, он пошел дальше, прибавив шагу, да попутно отметив весьма странную и нервирующую тенденцию – Тьма из коридора сама по себе тянулась к пленнику комнаты. И наверняка наделяла его силой.

«Неужели они сами не способны выбраться наружу? А коли так, то сколько ужасам понадобится времени, чтобы достаточно для этого окрепнуть?»

Минуя дверь за дверью с левой стороны коридора, мужчина не упускал возможности краем глаза их осматривать. Всякий раз на преградах имелись замки в разных воплощениях, это было неизменно. Менялся сам материал двери и ее облик, словно отражая крепость того или иного барьера.

Однако чаще всего встречные комнаты пустовали, не имея узника в своих стенах.

Добравшись до конца прохода, колдун оказался на распутье. Впрочем, дальнейший путь был кристально ясен и вел он, как полагается, налево. Оттуда сквозь толщу мрака пробивался знакомый ему блеклый свет.

Справа же… снова темнота. И еще один ход.

– Предчувствую кучу проблем…

Кисло скривившись, пусть мимика духовной формы и не могла этого передать в полной мере, чернокнижник уверенно свернул влево.

За полтора десятка шагов преодолев расстояние, в этой части не было ни одного каземата, он остановился перед стеной из плотного серого тумана, преграждающей дорогу.

Осторожно прикоснувшись к препятствию чернильно-черной дланью, демонолог ничего не почувствовал.

Пожав плечами, дух вошел в туман и, не испытав сопротивления, оказался на другой стороне.

Терзавшие его слух звуки пропали, как отрезанные, а взору открылось место, в которое он планировал попасть изначально, без лишних проволочек.

По центру стоял простой, без каких-либо украшений, высокий постамент квадратной формы. Над ним, в паре сантиметров, парила большая сфера, размером почти достигшая футбольного мяча. Ее поверхность более чем на семьдесят процентов покрывала беспокойная, волнующуюся тьма, и только остаток отводился иному, неразличимому цвету. На его же части не хватало крупного куска, от которого расходились тоненькие трещинки.

За пьедесталом располагались огромные, более трех метров высотой, черные зеркала в ажурной оправе, неподвижно зависшие в воздухе.

Чертог по кругу опоясывали книжные шкафы. Почти все их содержимое валялось на полу, перемешавшись между собой. Встречались как отдельные листки, так и огромные талмуды. Внешний облик трудов не менее разительно отличался между собой. Двух одинаковых попросту не существовало. Похожие – да, но их содержимое было родственно.

Свет изливался с потолка, благодаря гигантской серой кристаллической друзе.

Не обращая внимания ни на что из окружения, кроме сферы, Тирисфаль стоял, замерев на месте, силясь заставить себя поверить в увиденное.

Смириться с реальность не помогала и догадка, напополам с подспудным ожиданием увидеть именно такую картину.

– Как?.. – Прошелестел он. – Куда мог подеваться кусок человечности?! –Волна злости всколыхнула духовное тело, заставив его покрыться волнами, похожими на языки пламени.

Мигом проплыв по воздуху, забыв о необходимости ходить, маг застыл напротив отражения собственной души, бессильно ярясь.

Отсутствие части Искры, около десятой доли, уже убивало его, и совсем не медленно.

Проблема заключалась даже не в самом повреждении, из-за которого и были проблемы с использованием маны, как и с телом в целом, а в завязавшемся противоборстве, в ходе которого обе его сущности тянули энергию души на себя. Одна в попытке спастись, другая – сожрать соседа.

И победительница была очевидна.

Тьма одна из опаснейших Сил, среди сонма прочих. В аспекте манипуляции душами она уступает только Смерти, а на поприще вреда – Скверне. Она опасна. Впускать ее в себя – опасно вдвойне. Оставлять без контроля – гарантированное обращение в одно из ее порождений.

И тот тонкий баланс, тщательно выстроенный колдуном, что позволял ему оставаться собой, не рискуя обращением или потерей себя – рухнул в одночасье. Испарился, как и часть его естества. Вернее, вместе с ним.

«Понять бы, сколько осталось времени в запасе» – Подумал мужчина. Он наблюдал, но не замечал каких-либо резких или просто видимых изменений в противостоянии. Сущности будто замерли, как две шелудивые псины под строгим взглядом хозяина. – «Какое-то время я смогу “подкармливать” человечность, пока не кончатся осколки, но это так или иначе сведет меня в могилу. Нужно восстановить Искру… и как это сделать? Я не целитель душ»

Погрузившись в размышления, маг принялся прикидывать в уме имеющиеся у него варианты, в частности перебирать все известные ему ритуалы.

Сам того не заметив, слишком глубоко удя в себя, дух плавно скользя в пространстве отлетел от сферического воплощения Искры Творения и направился прямиком к разбросанным по полу книгам.

Куча из сотен фолиантов зашевелилась и исторгла из себя, на поверхность, шесть черных массивных трудов. Шелестя, с полок слетел ворох бумажных листов, незамедлительно вклинившись между товарищей, самостоятельно занимая положенные им места в надлежащих рукописях.

Встрепенувшись, озадаченный внезапной пустотой в голове и сильным чувством утраты чего-то важного, колдун вырвался из плена дум.

– Не понял, когда это я? – Демонолог оглянулся назад, через плечо, на зеркала и сферу. – Там же стоял. – Тяжелым голосом проговорил он в пустоту, прежде чем вернуть голову в исходное положение.

Взгляд духа тут же пал на гору знаний, на томительные секунды прикипев к шести абсолютно черным обложкам книг, без украшений, отчего белые листы слишком контрастировали и казались еще ярче.

«Это чувство, будто бы я что-то знаю или помню, за сегодня уже успело встать у меня комом в горле»

Подобрав первую из ряда, подталкиваемый чистым интересом и капелькой любопытства, мужчина подцепил разом несколько листов, намереваясь миновать вступления и прочую ненужную мишуру, открыл труд.

Разум чернокнижника заполнили ставшие знакомыми видения. Образы магических конструкций и просто прикладные, смешанные с теоретическими, знания.

Оправившись, он резко захлопнул гримуар, крепко сжав обеими руками.

– Вот оно что…

Совершенно по-новому взглянув на разбросанные книги, коих набегало на пару сотен по первой, поверхностной оценке, мужчина расправил плечи. Раньше он не обратил на них должного внимания, не придав значения. Однако теперь понял – перед ним величайшее сокровище. Ключ ко всем ответам.

Его собственная память.

Найдя глазами полностью чистую секцию, свободную от прочих осколков, Тирисфаль подлетел к ней и не дрогнувшей рукой положил книгу на полку.

В следующее мгновение его сознание помутилось под гнетом одномоментно обрушившейся информации. Голову пронзила резкая фантомная боль, передавшаяся через связь с физическим телом.

Мир дрогнул, скручиваясь спиралью в одну точку.

…

Демоница, как и полагается любой ее сестре, не повременила воспользоваться удачно подвернувшейся возможностью, во все глаза, с жадностью достойной голодающего, рассматривая ритуальный рисунок.