Перевал Коровиной

Тимур всё-таки достал фотоаппарат.

— Людмила Ивановна, один кадр можно? Пока обе группы ещё здесь.

Она посмотрела на сухое место под навесом.

— Один. Быстро и сразу убирай.

Никого не стали выстраивать. Денис продолжал жевать, Саша держал хлеб, Валя что-то говорила Вике, Наталья сидела возле своих, руководители стояли рядом с картами.

— Не смотрите на меня, — попросил Тимур. — Сидите как сидели.

— Очень удобно, — сказал Денис. — Я как раз жую.

— Вот и жуй.

Камера издала тихий щелчок.

— Всё. Нормальный кадр.

После еды Коровина дала десять минут на последние приготовления.

Дождевики уложили так, чтобы можно было достать без разбора рюкзака. Татьяна ещё раз завернула маршрутные документы и квитанции в полиэтилен. Тимур убрал камеру. Валя поправила пояс Вики.

— Так нормально?

Вика повела плечами.

— Вроде да.

— Через несколько минут станет понятно. Если станет неудобно — скажешь.

Рядом Денис никак не мог закрепить свёрнутый тент снаружи рюкзака. При затяжке верхнего ремня тот уходил набок.

Саша подошёл:

— Продень ремень ещё и через нижнюю стяжку. Иначе будет проворачиваться.

Он показал, как закрепить. Денис затянул ремни и дёрнул свёрток.

— Теперь держится.

— Ага, — подтвердил Саша. — И больше без необходимости не трогай.

Людмила Ивановна дождалась, пока все наденут рюкзаки.

— Первые полчаса идём спокойно. После двух суток в поезде лямки придётся ещё подправлять, ноги должны войти в темп. Если что-то давит, натирает или болтается — говорите сразу.

Она подошла к Наталье.

— Рюкзак нормально сидит?

— Сейчас нормально.

— Если изменится — говоришь своему руководителю.

Наталья улыбнулась:

— Хорошо, мама.

— Иди к своим.

Дорога от станции уходила между мокрыми домами и огородами. Сначала под ногами лежал гравий, в колеях стояла вода, за заборами лаяли собаки. Потом дома стали редеть, дорога потянулась вдоль зарослей и начала подниматься.

Некоторое время группы шли одной длинной цепочкой. Рюкзаки казались чужими: лямки давили в непривычных местах, коврики цепляли ветки, ноги только искали собственный шаг.

Дождь не прекращался.

Через полчаса Коровина притормозила всех на расширении дороги.

Саша помог Тимуру ослабить одну лямку. Пока Татьяна проверяла документы, Валя подошла к Вике.

— Как рюкзак?

— Справа начало давить.

Она нащупала через ткань твёрдый край.

— Снимаем.

— Можно до привала дойти. Пока терпимо.

Людмила Ивановна услышала:

— А зачем терпеть, если можно исправить за пять минут?

Рюкзак сняли. У самой спины оказался жёсткий край упаковки с общим снаряжением. Валя переложила её глубже и закрыла мягкими вещами.

Вика снова устроила рюкзак на плечах, прошла несколько шагов.

— Теперь нормально.

— Вот и всё, — распорядилась Коровина. — Пошли.

Когда станционные дома окончательно скрылись, дождь усилился. Капли забарабанили по капюшонам, колеи быстро наполнились водой, лес впереди становился плотнее.

До развилки дошли уже под настоящим дождём.

Четвёрка держалась немного впереди. Их темп был выше, поэтому руководитель время от времени замедлялся на поворотах.

На самой развилке остановились.

Одна дорога продолжала идти вдоль распадка, другая уходила в лес и почти сразу набирала высоту. Дальние склоны закрывал дождь.

Старший второй группы расправил карту перед собой.

— Мы вправо, вдоль распадка.

Людмила Ивановна сверилась со своей:

— Мы налево и сразу вверх. У Патового, если графики совпадут, увидимся.

— Хорошо. Счастливого маршрута.

— И вам.

На этом всё.

Коровина остановилась рядом с Натальей.

— Как рюкзак после дороги?

— Правая лямка сначала тянула, потом пояс подтянула — сейчас нормально.

— Ноги?

— Тоже нормально.

— Тогда слушаешь своего руководителя и не терпишь, если что-то начнёт натирать.

Наталья чуть улыбнулась:

— Я помню.

Людмила Ивановна поправила край её капюшона.

— Иди.

— Увидимся.

— Увидимся.

Четвёрка свернула вправо. Несколько минут между деревьями ещё мелькали куртки и большие рюкзаки, потом дорога повернула, и группа исчезла.

Людмила Ивановна убрала карту.

— Проверили крепления и пошли. Через час сделаем нормальный привал.

Саша встал первым, за ним Вика и Тимур, потом Денис и Валя. Татьяна замыкала, Коровина двигалась по цепочке, время от времени выходя вперёд.

На карте подъём выглядел легче.

Сначала дорога просто тянулась вверх, но вскоре превратилась в размытую колею. Вода текла навстречу мутными ручьями, под ногами попадались мокрые корни, глина липла к подошвам. Шаги стали короче.

Тимур несколько раз оглянулся.

— Тимур, смотри под ноги, — сказала Людмила Ивановна. — Если темп понадобится изменить, я скажу.

— Я могу быстрее.

— Сейчас в этом нет необходимости. Иди за Викой и держи ровный шаг.

Он хотел возразить, но промолчал.

Через несколько минут Вика поскользнулась на корне. Успела ухватиться за мокрый ствол и осталась на ногах.

Саша поспешил к ней:

— Ногу не подвернула?

Она осторожно перенесла вес.

— Нет. Ботинок просто поехал.

Валя посмотрела на подошву:

— Протектор глиной забит.

Нашла ветку и быстро вычистила канавки.

— Теперь осторожнее на корнях.

Дальше лес стал гуще. Дождь заглушал почти всё: слышались вода в листве, стук по капюшонам и дыхание людей.

Тимур несколько раз касался фотоаппарата под курткой, но не доставал.

Валя заметила:

— Хочется снять?

— Потом всё будет выглядеть по-другому. Дождь закончится, свет поменяется.

— Тогда запоминай. Плёнка тоже не бесконечная.

— Память всё равно меняет.

— Поэтому и выбирай, что действительно стоит оставить на плёнке.

Через час Коровина остановила группу возле нескольких крупных камней под елями.

— Десять минут. Проверяем обувь, лямки, потом едим.

Саша устроил рюкзак поудобнее на плечах Тимура. У Вики обнаружилось небольшое покраснение на пятке, и Татьяна достала пластырь.

Денис расшнуровал ботинок и поморщился:

— У меня носок подозрительно влажный.

Саша посмотрел:

— Язык завернулся. По складке вода внутрь шла.

— Вот ему я доверял.

— Теперь расправь и надень сухой носок.

Денис достал запасной.

— Хорошо. Один носок уже принёс себя в жертву первому дню.

Валя протянула руку:

— Мокрый сюда. Закрепим под клапаном, вечером досушишь.

На этом тему закрыли.

У Тимура всё было нормально, только лямка начала задевать шею. Саша поправил крепление. Вике заклеили пятку.

Пока разбирались, дождь немного ослаб.

Достали хлеб и сало, ели быстро, не снимая дождевиков.

Тимур посмотрел на лес:

— Сейчас один кадр можно?

Людмила Ивановна запрокинула голову, глядя на небо.

— Можно. Быстро.

Он вытер руки, достал аппарат и снял мокрую дорогу, рюкзаки у камней и людей на коротком привале.

Денис заметил объектив:

— Только опять не делай из меня человека, который весь поход что-то жуёт.

Тимур навёл камеру и сделал кадр.

— Поздно.

— Ты специально?

— Нет. Но теперь кадр получится естественный.

Саша рассмеялся.

— Всё, — произнесла Коровина. — Собираемся.

Дальше дорога сузилась и перешла в старую лесную тропу. Высокая трава обдавала ботинки водой. Рюкзаки постепенно перестали казаться чужими, дыхание выровнялось, разговоров стало меньше.

Ближе к вечеру лес потемнел раньше времени. Облака опустились ниже, ветер начал задувать дождь под капюшоны.

У неглубокого ручья Коровина остановилась и достала карту.

Саша подошёл:

— До плановой стоянки далеко?

— По сухому было бы около часа. Сейчас может получиться полтора.

Он осмотрел низину.

— Может, искать место здесь?

— Здесь вся вода со склона пойдёт прямо под палатки. Чуть дальше должен быть более ровный участок.

— Тогда идём туда.

— И без ускорений. На последних километрах падать обиднее всего.

Место нашли примерно через сорок минут.

Небольшая площадка лежала чуть выше тропы среди старых елей. Земля была влажной, но не заболоченной. Неподалёку шёл ручей, склон позволял отвести воду, деревья немного прикрывали от ветра.

Людмила Ивановна опустила рюкзак на землю.

— Ставимся здесь. Саша с Тимуром выбирают площадки под палатки. Татьяна и Вика за водой. Валя с Денисом ставят общий тент и готовят место для костра. С земли мокрый валежник не тащим, ищем ветки под елями.

Денис сбросил рюкзак с плеч и положил свёрток рядом.

— Ну вот. Тент всё-таки доехал до момента истины.

— Теперь разворачивай, — скомандовала Валя.

Палатки ставили под дождём.

Саша показал Тимуру, как выбрать уклон.

— Входом вниз не ставим. Если дождь усилится, вода пойдёт внутрь.

— Тогда боком. Эту растяжку за дерево?

— Можно. Только не веди через корень, ночью кто-нибудь обязательно зацепится.

Ветер подхватил край полотнища. Тимур поймал его, Саша закрепил первые углы.

Рядом Валя принесла суховатые ветки из-под елей. Денис уже раскладывал растопку.

— «Разжижка» есть?

Она протянула кусочки нарезанной автомобильной камеры.

— Есть.

Денис подложил один под тонкие ветки и чиркнул спичкой. Пламя вспыхнуло, но сразу задрожало.

— Не закрывай сверху, — предупредила Валя. — Воздух перекрываешь.

Он чуть отодвинулся. Огонь поднялся выше.

— Так лучше.

— Теперь постепенно добавляй.

Через несколько минут костёр уже держался самостоятельно.

Татьяна с Викой принесли воду. Людмила Ивановна обошла палатки и остановилась возле первой.

— Саша, середина провисает. Если дождь станет сильнее, там соберётся вода.

— До ближайшего дерева далеко.

— Тогда на камень через дополнительную петлю.

Саша переделал растяжку. Почти сразу по ткани прошла крупная волна воды и стекла в сторону.

Тимур проследил глазами:

— Теперь понятно.

— Вот и хорошо.

Когда палатки стояли, рюкзаки убрали внутрь. Снаружи оставили только вещи для ужина. Дождевики и мокрые мелочи развесили под общим тентом.

Котёл закипал медленно. Сырые дрова шипели, дым временами возвращался под крышу. Все собрались ближе к огню.

— Что на ужин? — спросил Денис.

Валя нашла подписанный пакет:

— Каша с тушёнкой.

— После такого дня вполне прекрасно.

На этот раз никто его не поддел.

Тимур сидел у края тента и что-то писал в маленькой тетради.

Денис заметил:

— Дневник?

Тимур прикрыл страницу ладонью.

— Нет. Просто записываю кое-что, чтобы не забыть.

Денис посмотрел на закрытую страницу и пожал плечами:

— Тогда не мешаю.

Валя бросила на него короткий одобрительный взгляд, но ничего не сказала.

Каша получилась густой и горячей. Ели из кружек. После дня под дождём она казалась вкуснее, чем была на самом деле.

Вика съела половину и остановилась.

Людмила Ивановна заметила:

— Аппетита нет?

— Есть. Просто устала.

— Посиди минуту и доешь. Сегодня сил ушло достаточно, завтра подъём продолжится.

Валя подвинула к ней горячую воду.

— Хочешь сначала пару глотков?

— Нет, лучше кашу закончу.

Денис уже открыл рот, посмотрел на её кружку и передумал комментировать. Просто продолжил есть свою порцию.

Когда закончили, Коровина развернула карту.

Саша посветил фонариком:

— От станции до развилки около четырёх километров. Потом до первого привала примерно три. Оттуда сюда чуть меньше пяти.

— Значит, около двенадцати, — сказала Людмила Ивановна. — Для позднего выхода и такой дороги нормально.

— По графику не просели? — спросил Саша.

— Нет. И сегодня не было задачи выжимать максимум. Первый день нужен, чтобы люди привыкли к полной загрузке и мы поймали проблемы с обувью и укладкой сейчас, а не через три дня.

Татьяна кивнула:

— Что и произошло. У Вики пятка, у Дениса мокрый носок, у Тимура лямка.

— Вот поэтому завтра начинаем спокойно, — объяснила Коровина. — Ничего специально навёрстывать не будем.

После ужина Татьяна ещё раз осмотрела ноги. Пластырь у Вики держался. У Дениса серьёзных проблем не было. Тимур сначала уверял, что у него всё нормально, но после осмотра на левой пятке кожа слегка покраснела.

Он удивился:

— Я вообще не чувствовал.

— Поэтому и смотрим вечером, — ответила Татьяна.

Пятку вытерли, заклеили, носок заменили на сухой.

Коровина снова посмотрела на карту.

— Завтра встаём раньше. Сначала смотрим погоду и состояние группы, потом идём по плану. Если дорога станет легче, сами пройдём быстрее. Специальной гонки не устраиваем.

Саша кивнул:

— Понятно.

Стемнело быстро.

Костёр оставили только до тех пор, пока можно было подсушить самые нужные вещи. Потом залили, разворошили угли и убедились, что жара не осталось.

Перед сном Коровина ещё раз обошла стоянку: проверила растяжки, убранную еду, отвод воды от палаток. У ручья задержалась на несколько секунд. Вода шла ровно.

Группа разошлась по двум палаткам.

В одной устроились Людмила Ивановна, Татьяна, Денис и Тимур. В другой — Саша, Валя и Вика.

Валя помогла Вике уложить мокрую куртку так, чтобы рукава не касались спальников.

Из соседней палатки через два слоя мокрой ткани донёсся голос Дениса:

— Саша, ты перед сном тент ещё раз проверял? Я понимаю, что его нормально закрепили, но дождь льёт уже несколько часов, а ветер временами дёргает край. Не хотелось бы проснуться оттого, что он решил продолжить маршрут без нас.

Саша, уже забравшийся в спальник, даже не повернулся к стенке.

— Тент стоит там же, где мы его поставили. Растяжки натянуты, узлы проверены. Теперь твоя обязанность перед групповым имуществом — не выходить ночью и не начать снова что-нибудь подтягивать.

— Я просто хотел убедиться, а вдруг ответственность заканчивается вместе с ужином.

— Не заканчивается. Имущество отвечает тебе взаимностью и тоже надеется, что ты оставишь его в покое хотя бы до утра.

Валя тихо рассмеялась.

Вика натянула спальник до подбородка и прислушалась к дождю.

— Хорошо всё-таки, что мы сегодня вышли, а не остались ещё на ночь возле станции.

Валя повернулась к ней.

— Ты всерьёз думала, что лучше было бы переждать в Мурино?

— Нет. Просто утром всё ещё казалось продолжением дороги к походу. Поезд, станция, рюкзаки под навесом, телеграммы, перекус, будто сам маршрут ещё не начался. А сейчас уже нет сомнений: мы пришли, поставили лагерь под дождём, развели костёр. Теперь точно началось.

Валя прислушалась к каплям, тяжело ударявшим по внешнему тенту.

— Да. Теперь всё, что было до этого, осталось с другой стороны развилки. Начался настоящий маршрут.

Снаружи Людмила Ивановна закончила последний обход, затянула вход своей палатки и легла на место. Дождь продолжал идти, но палатки стояли ровно, вещи были убраны, люди накормлены, ноги проверены.

За первый день они ушли от Мурино примерно на двенадцать километров. Позади остались железная дорога, станция и развилка. Впереди подъём продолжался.

Глава 7. Дорога наверх. День Второй

Утро пришло серым светом, который долго не мог пробиться сквозь мокрую ткань палатки.

Первой проснулась Людмила Ивановна. Несколько секунд лежала неподвижно, прислушиваясь к стоянке. Дождь больше не барабанил по тентам, только с веток время от времени срывались тяжёлые капли. Ручей шумел ровно, ветер почти стих.

Она осторожно выбралась из спальника, нащупала куртку и расстегнула вход.

Стоянка была мокрой, тёмной и почти бесцветной. Общий тент провис под собравшейся водой, у костровища лежали чёрные головешки, развешанные с вечера носки и перчатки не высохли, только перестали капать.

Людмила Ивановна обошла палатки, проверила растяжки и канавки для воды. Под тентами было сухо, ручей не поднялся. Одну ослабшую растяжку подтянула сама.

График дежурств распределили ещё в поезде. Вчера вечером после долгого подхода и установки лагеря под дождём работали все сразу. На это утро дежурили Татьяна и Тимур.

Коровина тихо постучала по стенке палатки.

— Таня, Тимур, поднимайтесь. Ваша очередь готовить завтрак. Остальных пока не будим.

Изнутри сначала донёсся шорох, потом сонный голос парня:

— Уже утро? Такое ощущение, будто ночь ещё не закончилась.

— По часам закончилась, а по цвету неба вопрос спорный.

Татьяна выбралась первой, натягивая куртку.

— Дождь прошёл или просто передумал на время?

— Пока не идёт. Ручей нормальный, ветер почти стих. Костёр придётся поднимать заново.

Следом появился Тимур. Волосы торчали во все стороны, но первым делом он привычно нащупал под курткой фотоаппарат.

Людмила Ивановна заметила.

— Аппарат за ночь никуда не ушёл. Сегодня ты сначала дежурный, потом фотограф.

— Я только проверил.

— Тогда проверь ещё ботинки и нормально зашнуруйся. Потом идите за водой.

Татьяна достала пакет с надписью: «Завтрак. День второй». Пшено, сухое молоко, сахар, чай. Сухари лежали отдельно, масло было завёрнуто и упаковано в пластиковую коробку.

Тимур поднял оба котла.

— Я один схожу. Если взять сразу два, второй раз не возвращаться.

— Пустыми донесёшь оба, — согласилась Татьяна, — а обратно по мокрым корням точно расплещешь половину, поэтому возьми большой, я понесу маленький.

Они ушли чуть выше по течению.

Людмила Ивановна тем временем подцепила край общего тента длинной палкой. Скопившаяся вода тяжёлым потоком ушла в сторону.

Из палатки сразу донёсся голос Дениса:

— Можно предупреждать о таких природных явлениях? Я уже решил, что ручей ночью пришёл к нам сам.

— У тебя ещё пять минут до подъёма, — ответила Коровина и шутя добавила, — можешь восстановиться после такого потрясения.

Когда Татьяна с Тимуром вернулись, подняли остальных.

— Сначала собираем сухие вещи и спальники, — сказала Людмила Ивановна. — Палатки пока не снимаем. После завтрака спокойно свернём мокрые тенты.

Саша осмотрел костровище:

— Сухого на растопку хватит?

— Немного осталось, — уточнила Татьяна. — Но на весь завтрак нужны ещё дрова.

Саша ушёл в одну сторону, Денис — в другую, Валя с Викой стали искать тонкие ветки под густыми елями.

Тимур разложил рядом с костровищем щепу, маленькие сучья и несколько веток потолще. В отдельном свёртке лежали нарезанные полоски старой автомобильной камеры — клубная «разжижка».

Он потянулся сразу за двумя.

— Одной хватит, — сказала Татьяна. — Только сначала приготовь всё остальное.

Тимур кивнул, ещё раз проверил ветки и чиркнул спичкой.

Резина занялась быстро, пламя перебралось на щепу и тонкие сучья.

— Не торопись подкладывать крупное, — напомнила Татьяна. — Пусть сначала это разгорится.

Денис вернулся с охапкой веток.

— Куда лесные ресурсы?

Тимур, не отрываясь от огня, показал:

— Тонкие сюда. Мокрые отдельно.

— Смотрю, дежурство быстро прибавляет человеку власти.

— Просто не клади всё сразу в костёр.

Денис послушно положил ветки рядом.

Пока огонь набирал силу, остальные собирали вещи. Спальники сворачивали внутри палаток, сухую одежду сразу убирали в полиэтилен. Влажные вещи оставляли снаружи, чтобы потом закрепить под клапанами рюкзаков.

Валя помогала Вике утянуть спальник.

— Придави здесь коленом и выпускай воздух постепенно. Вчера он был суше, поэтому легче входил в мешок.

— Так?

— Теперь нормально.

У костра Татьяна промыла пшено и поставила котёл.

Тимур взялся разводить сухое молоко, плеснул слишком много воды и получил комки.

— Ну, теперь растирай ложкой о стенку, — пояснила Татьяна. — В следующий раз сначала надо сначала сделать густую массу, потом разбавить.

Валя заглянула через плечо:

— Выглядит как молочный суп с клёцками.

— Это временно.

— Надеюсь. Я эту кашу тоже собираюсь есть.

Через несколько минут от комков почти ничего не осталось.

Когда вода закипела, Татьяна засыпала пшено, Тимур начал медленно мешать по дну.

Людмила Ивановна подошла:

— Как первое дежурство?

— Пока ничего не сгорело.

— Уже неплохо.

Крупа разварилась, добавили молоко и сахар. Во втором котле заварили чай.

Запах тёплой каши вытащил остальных из палаток окончательно.

Денис появился со свёрнутым спальником:

— Вот теперь утро стало похоже на настоящее.

Татьяна посмотрела на него:

— Значит, вовремя собрался.

Каша получилась густой, молочной и сладкой. Дежурные сели последними, когда всем уже разложили еду и налили чай.

Денис попробовал первую ложку:

— Хороша…

Тимур посмотрел на него с подозрением:

— Правда хорошая или морально поддерживаешь?

— Правда. Сегодня даже врать не приходится.

Татьяна покачала головой:

— Ешь, пока не остыло.

После завтрака Коровина достала из рюкзака плотный пакет.

Все сразу обратили внимание.

— Вчерашняя заначка, — сказала она. — Вечером было не до игры, поэтому перенесли на утро.

Она достала шоколадные батончики в ярких коричневых обёртках.

Денис повертел свой:

— «Сникерс». И это всё вчера спокойно лежало у вас в рюкзаке?

— Ага.

— Жестоко.

Татьяна напомнила:

— Вчера после каши ты через десять минут хотел только спать.

— Возможно, шоколад дал бы мне вторую молодость.

— Тебе и первая пока не мешает, — пошутила Валя.

На этом тему закрыли.

Батончики съели с чаем. Тимур удивился:

— Их же в раскладке не было.

— Заначка туда и не входит, — объяснила Валя. — Иначе никакой неожиданности.

После завтрака начали снимать лагерь.

Мокрые тенты складывали отдельно от сухих вещей. Татьяна с Тимуром вымыли котлы ниже по течению. Влажные носки и перчатки закрепили снаружи рюкзаков.

Пока остальные сворачивали палатки, дежурные набрали свежей воды и снова поставили большой котёл на огонь — готовить чай в дорогу.

Дневное питание было подготовлено заранее. Отдельно лежали сало, сухари, курага, изюм, конфеты, печенье с маслом и банка с орехами и мёдом. На привалах доставали только то, что требовалось в этот момент, поэтому нужные продукты перекладывали наверх рюкзаков.

Татьяна сверилась с раскладкой:

— До обеда две короткие остановки. На первой сухари с салом, на второй курага. Саша, первое у тебя?

— Уже под клапаном.

— Вика, курага?

— В верхнем кармане.

— Хорошо. Остальное пока не трогаем.

Денис застегнул свой рюкзак: