Мой клыкастый лорд

– Уверен, – сдержанно улыбнулся родственник Лорда, – с моим подарком решиться на это будет проще.

С этими словами он обернулся к двери, крикнул:

– Заносите!

Слуги втащили в комнату укрытый тканью прямоугольник почти с человеческий рост.

– Трофей, – прокомментировал Элеф. – Его захватили во время стычки с людьми Унгерского еще в прошлом месяце. Сегодня утром я вдруг вспомнил о нем, решил преподнести вам.

По щечку пальцев с прямоугольника сдернули ткань. Под ней оказался мужской портрет в позолоченной раме.

– Везли в замок из мастерской живописца. Это ваш кузен и будущий супруг, герцог Руперт Унгерский. Уверен, в силу родства, вы заочно знакомы с ним с детства. Если проявите благоразумие, сумеете осязать вживую в самое ближайшее время.

Нахмурившись, вглядывалась в черты того, с кем меня обручили. Точнее, Абигаль. Ладно, меня, потому как мы отныне одно и то же. Нет, я, конечно, знала, что это брак по расчету, но не настолько же! Руперт даже отдаленно не походил на прекрасного принца. Ни юности, ни красоты. А у Олеси опять все по-другому! В эпизоде книги, которую жадно листала меньше получаса назад, он представал перед читателем импозантным мужчиной лет тридцати. Тут из импозантного только наряд, дорогой, не спорю. Остальное… Кривые ноги в белоснежных чулках, двойной подбородок, оттопыренная мясистая нижняя губа, надменные глаза, большой острый нос. И это художник еще польстил своей модели. Живописцы всегда льстили, чтобы им заплатили. Про возраст вообще молчу. Несмотря на то, что мы двоюродные брат и сестра, жених годился мне в отцы, если вообще не в деды.

На портрете герцог не первой свежести стоял возле письменного стояла и указывал на разложенную на нем карту. За его спиной висели какие-то знамена и герб в виде пронзающего щит единорога. Написано все без блеска, без огонька, не шедевр мировой живописи.

– Что, не нравится? – ядовито прокомментировал наблюдавший за тем, как я изучаю портрет, Элеф.

– Нет.

Абигаль тоже бы врать не стала. Кому он может понравиться, покойной баронессе?

– Зато он богат и знатен. Люди ценят в мужьях и женах именно это.

– А у вас будто не так? – раздраженно отреагировала на «шпильку».

– По-разному, – уклончиво ответил Элеф, – но жених и невеста по крайней мере смотрятся гармонично. В силу особенностей старения, даже большая разница в возрасте почти незаметна.

– Сколько ему? – пренебрежительно указала плечом на портрет и, предупредив напрашивающийся вопрос, пояснила: – Прежде я мало интересовалась родственниками матушки, редко видела их. Знала только, что кузен Руперт значительно старше меня.

– Пусть останется сюрпризом. Скажу лишь, что это вторая попытка герцога устроить судьбу своего королевства. В Унгрии вас поджидает падчерица, примерно ваша ровесница. Единственный наследник герцога скончался несколькими годами ранее, и он надеется, что вы с лихвой восполните эту потерю.

Прекрасно, просто прекрасно! Мешок с песком вместо жениха, взрослая падчерица и обязанности племенной кобылы! Прежнюю укатали – Элеф не упоминал, но герцогиня наверняка скончалась.

– И сколько же у него еще было… потерь?

С каждой минутой мое настроение портилось все больше. Не хочу в Унгрию, лучше остаться здесь, чем к герцогу-кривоножке! Даже в виде Лены Потаповой я бы на него не польстилась. Сразу видно, упрямый, надменный, злой и глупый. И это в дополнение к внешности!

– Пять: две девочки и три мальчика. Последний забрал к Создателю вашу предшественницу. На редкость несчастливая судьба!

Не поспоришь, я на ее фоне – жалующая на мелкий жемчуг особа.

– Сделайте милость, велите унести его, милорд, – указала на портрет суженного. – Он вряд ли может кого-то на что-то вдохновить.

– Тогда придется сжечь: ни мне, ни Лорду картина тоже не нужна.

На здоровье, мировое искусство не обеднеет.

– А теперь, с вашего позволения, – изобразила нечто вроде реверанса, – позвольте мне переодеться. Как раз доставили купленные для меня вещи…

– Всенепременно, как только объясните, что это такое и как оно к вам попало.

Проследила взглядом за указующим перстом Элефа – его заинтересовала книга. Книга из нашего мира.

– Достала из сундука среди прочих вещей. Разве не ваши люди, точнее, нелюди, ее туда положили?

– Я склонен полагать, что люди как раз были ваши, – мрачно усмехнулся Элеф.

Поднявшись с дивана, он обогнул меня, брезгливо поднял и пролистнул томик.

– Непонятный язык… Шифровка?

Элеф обернулся ко мне. Пальцы с силой сжимали обложку, еще немного, и треснет, порвется.

– Вы крайне подозрительны, миледи. – Не мигая, он смотрел мне прямо в глаза. – Может статься, я проявил излишнюю беспечность, не поверив провидице. Решил проверить, велел доставить портрет… Вы выдали себя, настоящая Абигаль Тешинская не говорит, не ведет себя так, как вы. И уж точно не расспрашивала бы меня о принцессах крови, собственной родне и детях жениха. Так кто же вы на самом деле и как попали в тело Абигаль?

Глава 8

Меня не покидало чувство дежавю. Только вчера Лорд допрашивал на ту же тему, и вот опять!

В горле резко пересохло, в животе заурчало. Не от голода – от страха. Съежившись, прикинула, успею ли увернуться, если Элеф бросится на меня. Вряд ли. И кочерга далеко… Оставалась слабая надежда на Присси, но той самой требовалась помощь. После нападения Камиллы она пребывала в полуобморочном состоянии, то тряслась, то молилась. Хотя бы в вампира не превратилась. Впрочем, я понятия не имею, как именно в них превращаются, каковы симптомы.

Требовалось собраться с мыслями, продумать более правдоподобное (не для меня, для вампиров) объяснение, и я проблеяла:

– Можно мне воды?

Пить, конечно, хотелось, но в большей степени это тест: подаст или сразу начнет душить? Подал. Отдал нарочито медленно, не делая резких движений. Но это ничего не значит, хищник перед нападением усыпляет бдительность жертвы.

Сделала глоток и едва не поперхнулась. Элеф заботливо похлопал по спине и предупредительно заверил:

– По характеру я несколько отличаюсь от Лорда, предпочитаю другие методы.

– Это радует, – пробормотала я и кое-как допила воду.

Жаль, Элеф не потрудился разъяснить свое «несколько», вдруг я рано выдохнула?

Взгляд колючий, чувствуешь себя обнаженной. Вернее, освежеванной, потому как интерес Элефа ничего общего с вожделением не имел.

Если сейчас скрипнет пол, закричу – настолько взвинчены нервы.

Лена, успокойся, паническая атака тебе не подружка! Таблеток нет, воду ты уже выпила, испробуй другой проверенный способ. Сцепила пальцы в замок. Увы, дрожь в мышцах никуда не делась. Может, попросить еще воды? Опасно, я и так слишком долго медлю с ответом. Судя по обрывкам разговоров, обстановка в княжестве нервная, лучше не провоцировать. Придется повторно озвучить правду и понадеяться на то, что пророчество Камиллы не сбудется. На месте Лорда я пришла бы в неописуемое бешенство. Еще бы, вместо принцессы крови подсунули неведому зверушку, не представляющую ни политической, ни брачной ценности. Такую не то что на корм, на бескозырки порвешь: чудесный план сорвала.

– А вы мне поверите? – спросила, заранее уверенная в отрицательном ответе.

Элеф ответил честно:

– Попытаюсь.

И предложил сесть:

– Разговор явно предстоит долгий.

Разговор – это хорошо, потому как предполагает совместное общение, а не монолог прокурора.

– Ох, госпожа, – пискнула из своего угла Присси, – молитесь, только Создатель нам поможет!

– Это вряд ли! – криво усмехнулся Элеф. – Я вспомнил, что забыл обыскать тебя – досадная ошибка. Книгу пронесла ты?

– Как… какую книгу?

Глаза Присси сделались круглыми от ужаса. Кажется, кто-то сейчас упадет в обморок. И это не я. Стойкие мы, земные барышни! Хотелось бы потерять сознание, чтобы избежать ответов на неприятные вопросы, но не получалось.

– Вот эту.

Элеф помахал в воздухе томиком Олеси.

– Предупреждаю, – он двинулся к ней, мрачный, как грозовая туча, – если надумаешь лгать…

– Создателем клянусь, сегодня впервые увидела! – Присси несколько раз повторила ритуальный знак; на лице – ни кровинки. – Не было такого в вещах госпожи. Да и откуда, милорд, госпожа – знатная дама, если бы и везла с собой книги, но приличествующие статусу.

То есть кожаные, с каменьями.

Впервые задумалась: а любила ли Абигаль чтение? Она явно грамотная, иначе бы вампиры не требовали от нее писем, но вполне могла оказаться прелестной дурочкой, преуспевшей лишь в вышивании и молитвах.

– И все-таки она здесь. Вы пронесли ее с собой?

Крутнувшись на пятках, Элеф очутился лицом к лицу со мной. Ойкнув от неожиданности, пошатнулась, уцепившись за крышку сундука.

Книгу я брала, но другую. Она сгинула вместе с остальными вещами. Не удивлюсь, если потом всплывет на «Авито».

– Ясно, не вы.

Пусть я ничего не ответила, Элеф прочитал все, что нужно, по глазам.

– Накиньте!

Он потянулся к шали, кокетливо свешивавшейся из сундука. Рука едва не задела меня, когда Элеф выпрямился, плечо оказалось в опасной близости от лица, в каком-то сантиметре.

В нос ударил уже знакомый запах лимонника, смешанный с чуть сладковатым сандалом. Последний контрастировал с холодной кожей вампира, раскрывался особенно ярко. А от меня наверняка разит потом…

– Тут прохладно, не желаю пустых обвинений.

На мгновение перестала дышать, когда Элеф закутал меня в шаль. Скользнувшие по шее пальцы породили волну паники.

Злилась на себя. По почему «замри», почему не «беги»? Однако я отреагировала на стресс, как отреагировала. К счастью, Элеф не собирался кусать или душить.

– Сп-п-пасибо! – закашлявшись, поблагодарила я.

Нежданная забота дарила хрупкую надежду на благоприятный исход. Тот же Лорд сразу ударил.

– Пошла прочь!

Обернувшись к Присси, Элеф указал на дверь.

– Мужайтесь, госпожа, Создатель с вами!

Служанка покорно попятилась к двери. Наверняка радовалась, что выбралась из клетки. Хотя по ту сторону двери тоже вампиры – хрен редьки не слаще.

– Эй, – обращаясь к часовым, крикнул Элеф, – выпустите ее! Обыщите, а после отведите к лекарю.

Дверь отворилась, и один из вампиров в кожаном нагруднике поверх черной формы ловко ухватил Присси за предплечье и уволок в неизвестность.

Вот я и осталась одна. От Присси, конечно, толку никакого, но без нее совсем жутко.

Ладно, Элеф не маньяк, попробуем провести переговоры.

– Присядем?

Элеф первым сел на диван. Книгу Олеси он забрал с собой, придавил ладонью к обивке, словно опасался, что я попытаюсь отнять.

– Сюда, ко мне, – легкая саркастическая улыбка тронула его губы, когда я попыталась устроиться в кресле. – Я хочу видеть и слышать ваше дыхание.

– И держать под контролем?

– Не без этого, – кивнул Элеф. – Вы полностью в моей власти.

Он откинулся на спинку дивана, устроился полубоком, опершись одной рукой о подлокотник. Мне досталось место в ногах – символично.

– Итак? – Взгляд предельно серьезных серых глаз обратился на меня. – Начнем с книги. Она тревожит меня больше всего.

– Напрасно, вдруг я шпионка?

Ощущая крайнюю скованность, заерзала на обивке, попытавшись максимально увеличить разделявшее меня с вампиром расстояние.

– Вряд ли. Для шпионки вы слишком глупы.

– А вдруг? – из ослиного упрямства настаивала я. – Я девица образованная.

– Тут требуется образование иного рода, хитрость, изворотливость. Вы же мечетесь как крыса на тонущем корабле. До Гертруды вам далеко.

И слава богу!

– Но раз уж вы сами затронули эту тему, какого рода образование вы получили?

Принялась загибать пальцы:

– Десять лет в школе, потом пять в университете. По-вашему, я счетовод, только еще в законах разбираюсь.

– Вас учили не дома? – Мне удалось удивить Элефа, он аж приподнялся. – Еще и серьезным наукам? Определенно, вы не Абигаль Тешинская. И не аристократка.

Передернула плечами от холода:

– Я и не претендую. Отец – врач, мама – учительница.

– А муж?

Поморщилась: волей-неволей Элеф наступил на больную мозоль.

– Я не замужем. Сама зарабатываю на жизнь, если вас это интересует.

– Почему?

– Уродина, потому что, – ответила резче, чем следовало. – Жирная корова. Еще и старая.

– Боюсь, я гораздо старше, – неожиданно ободряюще улыбнулся Элеф. – Дело не в возрасте или красоте, дело в приданом. Как ваше настоящее имя?

– Елена. Можно просто Лена. Елена Потапова.

– Елена… – Элеф пару раз повторил мое имя, словно пробовал на вкус. – Вас специально назвали как служанку? Нет, мне не нравится, Абигаль гораздо лучше. Так как вы, толстушка, дочь врача тридцати двух человеческих лет, очутились в чужом теле? В ходе ритуала? Полагаю, мечтали помолодеть, чтобы при отсутствии приданного попытаться выйти замуж.

Он снисходительно посматривал на меня, сверху вниз. Я словно перенеслась в прошлое, очутилась на свидании с другом очередного кавалера Олечки. Они реагировали на меня точно так же, с презрением и жалостью. Мол, на что ты еще надеешься, уползай в свою бухгалтерию, к своим книжкам, заколотись в гробу и не мешай людям жить.

– Вовсе нет! – Щеки пылали от стыда и возмущения. – Я совсем не хочу замуж!

– Все хотят, – безапелляционно заявил Элеф. – Такова уж женская природа.

– Считайте, как хотите, но омолаживающий ритуал я не проводила. Я хотела… путешествовать. В нашем мире каждый человек имеет право на двадцать восемь дней оплаченного отдыха. Я увидела объявление, что можно попасть в книгу, в ту самую которую вы держите в руках, – в очередной раз чуточку приврала, но общей картины это не меняло. – Ее написала женщина из моего мира. В книге описан ваш мир, есть герцог Руперт, вампиры…

– Выходит, это гримуар, – сдвинул брови Элеф и опасливо убрал руку с обложки. – Нужно показать придворному чародею.

– Никому ничего показывать не нужно, это просто любовный роман.

– И каким же образом в этом «просто романе» оказалось столько сведений о другом мире? Знать такое обычному человеку не под силу, только колдунье. Она же перенесла вас сюда с некой целью, верно?

Застонала. Все не так!

Ладно, попробуем еще раз.

– Никакой цели у меня нет, я просто дурочка, фантазерка, мечтаю о красивом муже – да, вы правы, радуйтесь, мечтаю. – На какие только признания не пойдешь, чтобы спасти себя! – Увидела объявления в… ладно, газете, на столбе – неважно. Словом, там предлагали за деньги на день попасть в книгу. Я и попала. Только совсем не туда, почему-то в тело Абигаль. И мир тоже отличается. Если бы автор книги была колдуньей, она бы точно его описала, я бы не путалась. А я ничего не понимаю, ничего ни о ком не знаю, меня только все убить хотят.

Не заметила, как от переизбытка чувств перешла на крик.

На глаза навернулись слезы. Элефу-то что, его ничего не разжалобит, а я слабая женщина, не железная.

– И все же мне придется проверить вас на наличие магии. На всякий случай. Хотя, судя по вашим путанным объяснениям, вы сами стали жертвой некого мага, играющего на стороне советника Генриха Бездетного.

Элеф на некоторое время замолчал, задумчиво почесал подбородок.

– Вот что, дам вам ценный совет – если хотите выжить, молчите. Присвоение чужого имени, а вы волей-неволей это сделали, карается смертью во всех подлунных королевствах. Вы принцесса Абигаль Лорейн Тешинская, графиня Орби, никакая не Елена. Поняли?

Быстро кивнула. Умирать мне точно не хотелось.

– Лорду тоже лучше не знать, кто вы на самом деле. – Элеф поднялся с дивана и, заложив руки за спину, принялся расхаживать по комнате. Книга осталась сиротливо лежать на диване. Брать ее боялась, потом, если вампир позволит. – Вы сыграете роль, напишете письма, которые от вас требуют. С родными вы вряд ли встретитесь в ближайшее время, Гертруда мертва, а больше подлог распознать некому. Если кто-нибудь из льесов на службе герцога Альбрехта Тешинского, вашего отца, пожелает удостовериться, что Абигаль жива, мы предъявим вас. Внешность та же, голос, полагаю, тоже, иначе служанка давно заподозрила неладное, вопросов не возникнет. Насколько мне известно, ваш жених никогда с вами не встречался, не заметит подмены.

– А как же почерк? – нашла брешь в его стройной теории.

Элеф хмыкнул:

– Вряд ли принцесса писала кузену любовный письма. Странности в поведении же можно списать на пережитые волнения. Нет, – мотнул головой он и задержал на мне взгляд, – я намерен разыграть карту Абигаль Тешинской, как планировал, не мешайте мне!

Серые глаза гипнотизировали, хотела и не могла отвернуться. Отчего хищники так красивы, отчего я такая дура, что пялюсь на него? Во второй раз!

– Как ваше плечо? – спросила невпопад, чтобы сгладить неловкую ситуацию.

Элеф и так вообразил меня недалекой дурочкой, которой принцев подавай, еще решит, что я в него влюбилась!

– Благодарю, заражения удалось избежать.

Чуть помедлив, Элеф мягко добавил:

– У вас тоже красивые глаза, Елена. И не беспокойтесь, ваша тайна умрет со мной.

Ощущала себя воздушным шариком, из которого выпустили воздух. Вроде, как испытала облегчение, а внутри пустота. Вдобавок после неожиданного комплимента пылали щеки. Как пятиклассница, Лена, право слово!

– Однако что-то вашей служанки долго нет. Неужели повреждения, нанесенные Камиллой, серьезнее, чем я думал? Но раз уж она задерживается, вызовем чародея. Я обязан удостовериться, что вы не искусная лгунья. После я займусь книгой. Кто-то да ее вам подбросил, уже здесь, в Сумеречном княжестве. То ли хотел помочь, то ли, наоборот, навредить.

* * *

Придворный чародей оказался убеленным сединами вампиром с зелеными глазами. Мы якобы случайно встретились в зимнем саду, куда меня отвели по приказу Элефа. Все для того, чтобы царственный племянник не заподозрил неладное. А так юная леди гуляет, должна же она где-то гулять?

Я как раз изучала одну из поделок Лорда, когда чародей неслышно подошел со спины. Когда он заговорил, невольно подпрыгнула на месте.

Попеняла:

– Так недолго и заикой стать!

Чародей слегка поклонился и заверил:

– Не беспокойтесь, я бы вас вылечил.

Некоторое время он пристально изучал меня, как неведому зверушку, изредка бормотал: «Хм, занятно!» Потом предложил встать ближе к окну и закрыть глаза. Подчинилась. Глупо бояться, что он причинит мне вред, если бы хотели, меня давно бы удавили.

– Мне придется взять вас за руку.

Пожала плечами:

– Берите!

– За обнаженную до локтя руку, – пояснил чародей.

Все лучше, чем принудительное обнажение и обнюхивание со стороны Элафа.

От чародея пахло миррой и гвоздикой. А еще – чесноком. Последнее казалось в высшей степени странно: вампиры же не переносят чеснок.

– Я трижды вымыл руки в розовой воде, увы, не помогло, – повинился чародей при виде моей гримасы. – Готовил противоядие. Чем только люди не смазывают серебряные наконечники, пытаясь нас убить!

Он сокрушенно вздохнул и аккуратно закатал рукав моего платья, благо крой позволял.

– Теперь мне потребуется капелька крови.

– Нет!

Вырвав руку, распахнула глаза и в ужасе попятилась.

– Не укусить – сделать прокол золотой булавкой.

Чародей продемонстрировал орудие пыток. Выглядело оно относительно мирно, но при желании можно убить и скрепкой.

– Я… Я боюсь. Запах крови провоцирует вампиров.

– Только диких и голодных. Мы же с вами в цивилизованном княжестве.

Ну да, баронессу тоже убили «цивилизованно».

– Это приказ милорда Элефа, – привел решающий аргумент чародей.

И я подчинилась, подставила руку.

Процедура напомнила забор крови на анализ. С собой у чародея тоже были какие-то пробирки, стеклышки, реагенты. Крови он забрал немного и тут же, позабыв обо мне, принялся за исследование. Перевязав вену носовым платком, терпеливо ждала. В голову лезли разные нехорошие мысли. Вдруг во мне зародилась магия? Тогда крышка тебе, Потапова! Но магии не оказалось, что безумно разочаровало чародея. Видимо, он рассчитывал получить кролика для опытов.

Чародей откланялся, пожелав доброго дня. На смену ему пришел Элеф. Полагала, чтобы сопроводить меня обратно в камеру, даже хотела немного поерничать по поводу его подозрений на мой счет, но, увидев его лицо, не стала. Лучше молчать, а то и слиться с пейзажем, притворившись листиком.

– Я выяснил, кто принес книгу, – без всяких предисловий сообщил Элеф. – Одна из служанок. Но гораздо интереснее, по чьему приказу она это сделала. Полагаю, вы имеете право тоже послушать.

Он шумно вздохнул и потер виски. Подумал и неожиданно спросил:

– Не были ли вы прежде знакомы с моим братом, Азнеем Тимерусом?

– Нет. Мы впервые встретились здесь, во дворе дворца.

– Странно, потому что именно он настоятельно просил принести вам книгу.

Глава 9

Большой отделанный мрамором камин разожгли специально для меня: вампиры не чувствовали холода. Мы оказались как бы по разные стороны барьера – я у огня, они расположились вокруг большого овального стола. Из пятерых знала только Азнея и Элефа. Последний негласно председательствовал, а первый очутился в роли обвиняемого. Однако смотрели не на него – на меня. В неприязненных взглядах читалось: «Что здесь делает человечка?»

Обстановка комнаты не добавляла уверенности в себе: темная, тяжеловесная. Вдобавок окна зашторены, а дверь заперта на ключ. За ней стража, слышала, как Элеф отдал приказ никого не впускать и не выпускать.

Стараясь не думать о вампирах за столом, грела руки над пламенем. Несмотря на то, что на мне было платье, а поверх него жилетка с меховой оторочкой, казалось, будто я стою на ледяном ветру в одной ночной рубашке.

Каждый взгляд как нож. Никто не рад видеть Абигаль Тешинскую.

Поймала себя на том, что жмусь к камину. Так нельзя, могу сгореть. Но куда мне деваться? Тоже сесть за стол? Или продолжить стоять где стою? Элеф ничего не сказал, только безапелляционно настоял на моем присутствии.

– Что она здесь делает? – нарушил тишину один из вампиров.

Телосложением и внешностью он напоминал Генриха Восьмого, да и одевался приблизительно так же. Но я не питала иллюзий, если пожелает, грузный вампир доберется до моего горла в два прыжка.

– Вам следует проявить капельку уважения к принцессе крови, – осадил его Элеф.

Он тоже принарядился, обзавелся золотой цепью с черепом. Убеждала себя, что это всего лишь поделка из кости, но слишком уж походило на настоящий! Не человеческий – какого-то мелкого животного.

Тяжелый темно-синий бархат контрастировал с бледной кожей. Белки глаз на его фоне казались фарфоровыми.

– Королевская кровь не отличается по вкусу от прочей, – парировал «Генрих». – На вкус и вязкость влияет питание жертвы, ее здоровье, но не происхождение.

Значит, права, этот мечтал мной пообедать. Стой-ка ты, Лена, и дальше у камина, в случае чего, тыкнешь в лицо горящей головней.

– Меня мало интересуют ваши гастрономические предпочтения, Шейлок. – Элеф приподнял верхнюю губу, обнажив клыки. – Я жду от вас почтения и подчинения.

– Да, милорд.

Шейлок крайне неохотно отвесил ему поклон. Однако впредь молчать он не собирался:

– При всем почтении к вам, милорд, подобные дела в компетенции Лорда. Вдобавок вы пристрастны: как-никак, речь о вашем брате.

– То есть, – Элеф усмехнулся, продемонстрировав и нижние клыки, – вы сомневаетесь и в правосудии Лорда. Мы происходим из одной семьи, связаны тесными узами.

– Ни в коей мере! – почувствовав, что запахло жареным, Шейлок поспешил взять свои слова обратно. – Просто мне казалось, Лорду надлежит знать…

– Если это стоит его высочайшего внимания, Лорд узнает. Наша задача сейчас – разобраться во всем, определить степень вины. В том числе и вашей. Или мне напомнить, кто дворецкий Лорда?

Так вот на каких харчах он так отъелся!

– Причем здесь я? – ощерился Шейлок и тут же подобострастно втянул голову в плечи. – Простите, милорд, но я никоим образом… Если речь о нерадивой служанке, то она поступила правильно, выполнив приказ высокородного лорда.

– Однако наняли ее вы. Каких-то две недели назад. Без рекомендательных писем.

– Предполагалось, что привезут женщину, ее, – Шейлок указал на меня. – Срочно требовалась прислуга слабого пола.

– Послушай, брат, – вмешался в разговор Азней, – судят меня, зачем ты прицепился к старине Шейлоку? Всем известно, что он продает должности за деньги. Вот и та блондиночка наверняка заплатила за честь оказался в замке.

Младший Тимерус не выглядел подавленным, напротив, бодр и весел. Развалился в кресле и отпускал шуточки – уверен, что ему все сойдет с рук.

– Как вы смеете!

Под бледной кожей Шейлока проступили фиолетовые жилы. Оправдывая мои опасения на свой счет, он молниеносно поднялся, навис над Азнеем в угрожающей позе. Тот и бровью не повел, будто острые клыки не метили ему в горло.