Агентство «Нехорошая квартира»

Супруги нездорово нервничали, обсуждая условия сделки, но Артур не обращал на это внимания. Он был слегка пьян от ощущения исполнившейся мечты. Рядом стояла девушка, которая вдохновляла на подвиги. День был просто феерически удачным, и думать о плохом не хотелось.

Когда просмотр закончился, Артур вызвался проводить Аллу до дома. Всю дорогу они просто болтали, явно получая удовольствие от общения друг с другом. И только остановившись у своего подъезда Алла спросила:

– А ты не боишься? Ты точно согласен купить эту квартиру?

– Конечно, а что тебя смущает?

– Но они-то там жить не смогли.

– Так ты же только что сама там была. Все в порядке. Никаких утюгов и привидений, даже фикус на месте. Они, кстати, его нам оставляют?

– Нам? – Алла даже вздрогнула.

– Да, нам, – уверенно сказал Артур, глядя Алле в глаза, и улыбнулся.

Алла смутилась и слегка отвернулась, чтобы скрыть проступившую на ее порозовевшем лице улыбку, но ничего не возразила против этого смелого заявления.

На сделку вышли быстро. Если бы Артур не знал всей этой истории с привидениями, он подумал бы, что все проходит незаконно или с документами что-то не в порядке. Уж очень нервничали продавцы. Движения их были суетливы, и руки у них подрагивали, подписывая бумаги. Пожилые люди облегченно вздохнули, когда все успешно закончилось.

Но документы были тщательно проверены, деньги заложены в банковскую ячейку, и теперь уже Артур мог считать себя владельцем этой квартиры. Скоро договор вступит в силу, и можно будет перевозить вещи. Эти приятные мечты заставили и вовсе забыть о разлитом жидком мыле, перегораживающих дорогу швабрах и выпрыгивающем из окна фикусе.

Глава 5

Новая квартира Артура

Какое же это счастье, иметь свой собственный дом! То место, где тебе хорошо, где тебя обнимают теплом и уютом. Где поддерживают и помогают даже бетонные, а лучше кирпичные, стены.

Через месяц после подписания договор вступил в силу, и квартира перешла в полную собственность Артура. За этот месяц они с Аллой настолько сблизились, что даже вопросов не возникло, что в новую квартиру они переезжают вместе. Им обоим казалось, что они знали друг друга всегда. Совместная жизнь сразу начиналась со сказки.

Оказалось, что Алла была точно такой же коренной москвичкой без собственного жилья. Чтобы не делить одну комнату с младшей сестрой, она снимала маленькую квартирку в хрущевке, которая была для нее не только жильем, но и офисом. Алла сразу же объявила арендодателям, что съезжает.

С самого первого момента, как Артур и Алла зашли внутрь, они почувствовали себя дома. Молодые люди увлеченно перевозили вещи, расставляли кое-какую, добытую у родственников, мебель. Ремонт делать пока было не на что – все деньги ушли на покупку. Да и квартира была в приличном состоянии – бывшие хозяева были людьми аккуратными, и ремонт сделали всего год назад. Конечно, у профессионального дизайнера Аллы все эти цветочки-розочки вызывали сильное желание отодрать обои аж до бетона, но пока решили потерпеть до лучших времен.

Никаких странностей в квартире замечено не было, и вся эта история казалась им курьезным совпадением. Вот просто судьба так удачно повернулась и все. Повезло!

На новом месте спалось на удивление хорошо. Старый матрас, брошенный в углу комнаты, казался царским ложем. Переезд отнимал все силы, поэтому Артур и Алла немедленно засыпали, едва приняв горизонтальное положение. Утром оба вскакивали и, быстро одевшись и наспех позавтракав, бежали на работу. А вечером, едва закончив дела, опять принимались обустраивать новую квартиру, расставлять мебель и раскладывать вещи.

Артур уже подумывал о том, как сделать Алле официальное предложение. Ему хотелось, чтобы это было красиво и запомнилось навсегда. Ведь теперь они могут начать полноценную семейную жизнь, а новая квартира – это подарок к свадьбе от судьбы.

В эту пятницу друзья не стали собираться в кафе, как обычно, а организованной толпой ввалились в новую квартиру Артура, чтобы отпраздновать новоселье. Поскольку в новом доме роль стульев играли две старые табуретки, решили постелить на пол циновку, бросить подушки и сесть по-турецки.

Готовить было не на чем – кухонной мебели пока не было, поэтому Алла просто сделала бутерброды из деликатесных колбас и сыров, а на две единственные большие тарелки положила фрукты и виноград. Все горизонтальные поверхности – пол, подоконник, единственный комод – были уставлены горящими свечами. Шампанское наливали в только что подаренные Виктором по случаю новоселья фужеры.

Где-то мурлыкал невидимый динамик, музыка из него смешивалась с ароматами гвоздики и кардамона, а по стенам расползались теплые блики от пламени свечей и пронзительно голубые тени. Пахло счастьем и беспечностью. Страхи и сомнения, сложности переезда, усталость, нервное напряжение – все это куда-то ушло, а через пузырчатую линзу шампанского квартира с ее цветастыми стенами казалась волшебной шкатулкой, жизнь внутри которой обещала быть драгоценной.

Ребята увлеченно болтали о всякой ерунде, подруги Аллы кокетничали с Виктором, а сама Алла рассказывала Артуру и его друзьям, каким она видит будущий интерьер этой квартиры. Домой никто не торопился, всем было хорошо.

Вдруг Виктор резко повернулся в сторону входной двери и напряженно замер.

– Ребята! Слышите? – прошептал он громко. – Шорох! Там, в прихожей!

– Где? – все сразу замолкли и прислушались.

– А!!! Это шутка! А вы поверили?! – рассмеялся Виктор своей выходке.

– Иногда юмор бывает настолько тонким, что его даже в профиль не видно, – недовольно буркнул Степан, который работал в редакции главного юмористического канала страны и в шутках считался профессионалом.

– Ну… не такая уж это и шутка, – обиделся Виктор, но тут же оживился и принялся энергично сплетничать. – Так! Для тех, кто не в курсе! В этой квартире водятся привидения! Да! Самые настоящие! А вы думаете, почему Артур ее так дешево купил? Прежние жильцы отсюда сбежали. Алл, скажи?

– Ну, в общем, да. Но мы в это не очень верим, – потупив глаза, с улыбкой Джоконды ответила Алла. – Живем тут уже неделю и пока никаких странностей не заметили.

– Нормально тут все! – подхватил Артур. – Отличная квартира. Хотите привидений, поезжайте в Шотландию. Виктор там целую неделю с ними в замке общался.

– Увы, – ответил Виктор. – Вынужден констатировать, что никаких привидений там нет. Да и вообще нет. Нигде. Не существует! И точка!

В этот момент по комнате пронесся легкий ветерок, пламя свечей заколыхалось, а некоторые даже потухли. Повисла зловещая тишина.

– Ну, кто тут еще шутит? – прервал молчание Артур. – Опять ты, Вить?

– Нннет… – запинаясь, отозвался Виктор. – На это раз не я. Но шутка была удачной. Даже меня пробрало. Признавайтесь, кто это сделал?

Все молчали. Повисла неловкая пауза.

– Да ладно. Чего не признается никто? Здорово же получилось. Эффектно.

– А может, это оно и было? Ну… привидение? – робко поинтересовалась Соня, лучшая подруга Аллы.

– Начинается! Сейчас фикусы прыгать начнут! Кстати, вон тот фикус и есть тот самый, который из окна выпрыгнул. Как, вам не рассказывали? О!!! Это такая история! Вот, скажите мне, глядя на это растение, можно поверить, что оно с третьего этажа упало? – Виктор аж раскраснелся.

– Как упало? – Робко спросила Соня.

– Так, выпрыгнуло из горшка вместе с корнями и упало на газон под окнами. Это нам прежние жильцы рассказали, – пояснил Артур.

– Трудно в это поверить. Нормальное растение.

– Во-во! Нормальное. Если бы упало с третьего этажа, то от него бы одни ошметки остались. А оно, смотри, как разрослось!

Глядя на крупные и блестящие, как лакированные ботинки, мясистые листья фикуса было сложно поверить в его трагическое прошлое.

– Алл, – все так же робко спросила Соня. – Это правда? Про привидение?

– Ну… отчасти да. Артур, действительно, купил эту квартиру очень дешево благодаря истории про якобы живущие здесь привидения. Но их нет. По крайней мере, ничего такого здесь мы пока не видели.

– И не увидим! Алл, я купил эту квартиру дешево благодаря тебе! Привидения – это просто глупая фантазия твоих заказчиков, из-за которой все сложилось так, что мы познакомились! Счастливая случайность!

– Предлагаю за это выпить, – Виктор открыл новую бутылку шампанского. – Кому полусладкого?

Ребята опять расслабились, новая порция шампанского ударила в голову, и все опять стали веселыми и беспечными. Больше никаких странностей в этот вечер не происходило. Расходиться начали далеко за полночь.

Глава 6

Первая встреча с неизвестностью

Только законченные педанты бросятся наводить порядок в доме после визита гостей. Остальные махнут рукой и оставят все на завтра. Артур и Алла педантами тоже не были. Проводив друзей, они заснули, едва коснувшись матраса, и проспали до полудня. Только в субботу к вечеру они разгребли завалы после вечеринки, а потом тщетно пытались расслабиться за просмотром какого-то дурацкого фильма. Выяснилось, что отдыхать они оба не умеют. Постоянное чувство вины от того, что они ничего не делают, говорило о склонности к трудоголизму. Но к ночи накопившаяся усталость вновь свалила их на матрас до утра.

В воскресенье они опять проснулись поздно. И уже на правах полноценной пары пообедали у одних родителей, поужинали у других, и, зайдя вечером в супермаркет и накупив кое-каких продуктов на всю неделю, вернулись в свой новый дом.

Алла заснула быстро. У нее вообще не было проблем со сном. А Артур долго не мог сомкнуть глаз. То ему было жарко, то холодно, то что-то чесалось, то мысли в голову лезли странные. Он даже подумывал, а не пойти ли на кухню попить чайку, как вдруг почувствовал, что в прихожей кто-то есть. Это не было шорохом или другим звуком. Это было ощущение. Необъяснимое, но отчетливое.

Артур насторожился. Ощущение чьего-то присутствия только усилилось. Там не могло никого быть, потому что входная дверь была заперта. Точно заперта. Он хорошо помнил, что долго поворачивал задвижки и нажимал на ручку, прежде чем разобрался с замком, и ушел в кухню только после того, как все надежно запер. Каждый раз Артур возился с этими замками и даже подумал, что, когда появятся деньги, первым делом поменяет входную дверь.

Артур вспомнил о купленных в магазине продуктах. Надо же! Забыл положить их в холодильник. Придется вставать и идти в прихожую, чтобы забрать пакет и заодно убедиться, что там никого нет.

Пакет спокойно стоял там, где оставил его Артур. Но почему-то по спине пробежал колючий холодок. Конечно, внутри Артура сразу же встрепенулся убежденный материалист и начал успокаивать сам себя, что быть такого не может. Однако успокаивать было уже поздно. В углу едва читался полупрозрачный человеческий силуэт, но не на полу, а почти под самым потолком. Сразу стало понятно, что ЭТО и было то самое, что не давало спокойно жить предыдущим хозяевам квартиры, а теперь, похоже, и им тоже не даст.

На мгновенье Артур превратился в каменного истукана с острова Пасхи. Сердце тихонько икнуло и рухнуло куда-то вниз, в район пяток. Внезапно стало жарко, в голову хлынула кровь, и перед глазами запрыгали красные зайчики. Рукой он ухватился за стену и с трудом удержался на ногах. Стена обожгла горячую руку неожиданным холодом, и кровь в панике забилась в противоположную часть организма. Артур перевел дух, немного поморгал, чтобы прогнать зайчиков, и опять посмотрел в угол. Силуэт медленно переместился вниз и встал с ним в один уровень.

Теперь уже было видно, что призрачная фигура имеет вдовий горбик и маленькую усохшую головку на тонкой шее. Костлявые руки были сложены на груди крест накрест. Теперь и столетние морщины можно было хорошо разглядеть, и недовольно поджатые губки, и пронзающий насквозь едкий взгляд. То, что призрак – это дух столетней старухи, больше не оставляло сомнений. А мысль о том, что эта древняя полупрозрачная Мегера умерла уже больше года назад, просто подкашивала коленки.

Артур всегда считал себя атеистом. Или материалистом. Или неверующим. Как это теперь называется? Он пока не определился с формулировкой, но в данный момент это не имело никакого значения, потому что перед ним стоял призрак. Привидение. То самое, которых не существует.

Старушка слегка покачивалась под дуновениями неуловимого ветра и пристально смотрела сквозь Артура. Она была хорошо различимая, но какая-то нематериальная.

– Здрасьте, – это было единственное, что смог пролепетать Артур. Даже слегка кивнул при этом головой. Вернее, голова сама качнулась вниз на обмякшей в момент шее, а коленки ослабли так, что он едва не упал. По всему телу пробежала волна ледяного ужаса. Кровь в панике заметалась по организму, сердце напомнило о себе из левой пятки.

Однако призрак отреагировал на это неожиданным образом.

– Ты… поздоровался? Со мной? Мне обычно «Изыди!» говорят. Надо же! Вежливый…

Артуру показалось, что старушка улыбнулась.

– А вы, что… жили здесь раньше? – с трудом промямлил он и почувствовал, что во рту мгновенно пересохло, а язык перестал нормально функционировать.

– Да. И сейчас живу. Хотя… даже не знаю, можно ли теперь это так назвать. Скорее, существую. Что, напугала? – старушка расхохоталась гулким загробным смехом.

У Артура подкашивались коленки, и больше всего на свете он хотел сесть, но две единственные в этом доме табуретки стояли на кухне.

– Да, немного, – из последних сил выдавил из себя Артур. – Может, лучше пройдем…?

Язык окончательно прилип к нёбу, и направление в сторону кухни пришлось показывать кивком головы. Главное, уйти подальше от комнаты, чтобы не разбудить Аллу.

– Пройдем, пройдем, – улыбнулась старушка.

Теперь она уже не казалась такой зловещей. Даже что-то доброе и человечное послышалось в ее голосе, если этот странный звук можно было так назвать. То, как она говорила, было похоже не на человеческий голос, а на вой и присвистывание ветра в печной трубе в непогоду. Артур с ужасом заметил, что старушка не делала пауз для вдоха, когда говорила.

Ноги не слушались. Держась трясущимися руками за стену, Артур переместил свое онемевшее тело на несколько метров по коридору и оказался на пороге кухни. Старушка же легко пролетела над его головой и остановилась возле окна. Видимо, оттуда порядочно дуло, потому что здесь ее фантом покачивался сильнее и при ярком свете лампы казался еще прозрачнее.

– А ты смелый парень, – продолжала бабуля уже на кухне. – Не стой в дверях, проходи, садись.

Артуру удалось передвинуть свое непослушное тело еще на пару метров и опустить его на кухонную табуретку.

– А прежних хозяев это вы так напугали? – сухой язык не позволил произнести эту короткую фразу без колючей боли во рту.

В один миг все представления об этом мире в голове Артура превратились в месиво из обрывков слов, фраз и образов, которые в общую картину никак не складывались. Где-то на задворках сознания промелькнула мысль, что отныне ему придется принять то, что еще совсем недавно казалось шуткой или плодом нездоровой фантазии. И теперь ему надо будет научиться как-то с этим жить.

Артур обреченно посмотрел на полупрозрачную сгорбленную фигурку. Обрадованная тем, что ее кто-то слушает, призрачная бабуля принялась объяснять.

– Напугала? Я? Ну, как тебе сказать, отчасти… – старушка расплылась в загадочной ядовитой улыбочке, отчего стала похожа на Шапокляк, если бы ее портрет писал Леонардо да Винчи. – Сначала хотела обратить на себя внимание, заставить их в церковь сходить, отпевание заказать. А когда поняла, что до них не достучишься, я уже начала развлекаться. Скучновато, знаешь ли, существовать в бестелесном образе. И потом, тогда я только что преставилась, не знала, что да как. Общаться было не с кем. Тяжело, одиноко…

– А я… а со мной, вы считаете, можно общаться? – из последних сил выдавил из себя Артур.

– Ты мне просто понравился. Поздороваться с призраком, это, знаешь ли, дорогого стоит. В наши дни вежливые и воспитанные молодые люди – это большая редкость. Но просто общаться мне и без тебя есть, с кем.

– И… с кем же, например? – Артуру стало интересно. Этот интерес даже немного притупил тот животный страх, которым было пронизано его тело. Разговаривать с призраком! Вот так, запросто! Всего пять минут назад такое казалось невозможным.

– Ты думаешь, я тут одна такая? – старушка снова метнула на него колкий взгляд, от которого мурашки расползлись по телу, как круги по воде.

Артур беспокойно оглянулся вокруг и поежился. Повсюду мерещились призраки.

Старушка заметила его реакцию и тихо хихикнула.

– Нет, тут я одна. Но в городе полно всяких сущностей обитает. В каждом доме, в больницах, в метро. С некоторыми я уже подружилась.

– А разве все души остаются там, где умерли? Мне казалось, что они должны уходить «в мир иной»?

– Должны. Но если в церкви не отпели, девять и сорок дней не справили – такие, как правило, остаются. А сейчас еще атеистов полно. Эти, если в детстве их не крестили и нет набожных родственников, все в полном составе здесь застревают. Не сахар это, я тебе скажу. Тяжело. Поэтому я тебя попрошу: сходи, милок, в церковь, закажи мне молебен за упокой, свечку поставь. Ты-то, хоть, крещеный?

– Крещеный! – выпалил Артур, мысленно благодаря свою бабушку, которая когда-то настояла на крещении, несмотря на протесты образованных и воспитанных на материалистических идеях родителей.

– Ну и хорошо. Пусть отпоют меня, как положено. Тогда я уйду, куда следует. Я тебе все объясню, что нужно сделать. А то эти бывшие хозяева, хоть и пенсионеры, но совершенно ничего в церковных обрядах не понимали. В церкви всего пару раз были, да и то – куличи святили. А какой в этом прок, если они креститься толком не умеют, и родственницу отпеть не удосужились?

– Может, они просто не знали?

– Не знали? А спросить у батюшки, что, сложно? Я ж им всеми доступными способами намекала. А они только пугались и все.

– Так они боялись, что их за ненормальных примут. Никому не рассказывали, что вы тут вытворяли.

– Ну, не всегда я, – старушкины губы недовольно изогнулись. – Я цветы люблю. Фикус из окна не выкидывала. Это Генка – висельник из соседнего дома. Он самоубийца неупокоенный. Это он такие шалости любит. Да у меня и сил не хватит такой цветок из горшка вытащить. Я же теперь нематериальная. У меня и рук нет. Только видимость одна, да и то плохая. И утюг не я с потолка роняла. Этот Генка – очень агрессивный товарищ. Он еще и не такое может. Раньше он был на жизнь обижен, а теперь и на смерть тоже. Ни там, ни тут покоя не нашел. Таких, как он, полтергейстами называют. Я, еще при жизни, про них по телевизору передачу видела.

– Ничего себе, – Артур бы в этом месте присвистнул, если бы губы его слушались. – Хорошие друзья у вас там, в потустороннем мире.

– Да какой он мне друг? Я его сама боюсь, – старушка даже обиделась.

– А почему этот Генка сюда пришел? Он же в другом доме должен находиться, в квартире, где оборвалась его жизнь. Во всяком случае, так в фильмах про привидения обычно бывает.

– Нет, мы вполне можем перемещаться. Это раньше у меня спина болела, и ноги не слушались. А теперь ничего этого нету – такая легкость! Только грустно от всего этого становится так, что и передать не могу. Прямо тоска душу гложет, нестерпимо гложет. Вроде, все видишь, все понимаешь, но сделать ничего не можешь. Тела-то нету! А без тела в этом материальном мире делать нечего. Поэтому после смерти душам нужно уходить. «Туда». Обязательно. Ты же мне поможешь?

– Конечно, помогу. Сделаю все, как скажете. – Артур, это правда, в тот момент был готов на все.

– Вот и хорошо. Я же говорю – воспитанный молодой человек. Как мне повезло! А то эти бывшие военные… вроде, неплохие люди, но в церковь не ходят. Атеисты они, понимаешь! А я от этого страдать должна! – старушка фонтанировала эмоциями, ее фантом задергался, напряжение в электрической сети от этого начало скакать. Свет заморгал, раздался характерный треск в контактах. Артур испугался, но в этот момент видение старушки стало медленно бледнеть и вскоре пропало.

Перед тем, как совсем исчезнуть, она еще провыла что-то вроде: «завтра опять приду!»

Сразу же заметно потеплело, и Артур перестал ежиться. Но в голове тут же возникло сомнение: а было ли все это на самом деле?

Глава 7

Не отвертеться

Защитное торможение включилось в его мозгу еще до того, как Артур проснулся. В каком-то полузабытьи сам собой проглотился бутерброд, кофе самостоятельно потек по пищеводу. Незаметно оказались надетыми пальто и ботинки. Только Аллу он поцеловал вполне искренне, но тут же снова впал в забытье и не заметил, что девушка смотрела на него с недоумением. И вот Артур уже бежал в метро. Вернее, ноги сами его туда несли.

Он не помнил, как ночью добрался до кровати, как заснул, да и вспоминать вчерашнее происшествие его мозг отказывался. Артур боялся думать. Инстинктивно он понимал, что если включить голову, то мысли неизбежно приведут его к воспоминаниям вчерашней ночи. А этого нельзя было допустить.

На работе все странно косились на него и спрашивали о самочувствии. Артур что-то нечленораздельно бубнил, пожимал плечами, но чем сильнее он пытался скрыть свое состояние, тем становилось заметнее, что с ним что-то не так.

Ближе ко второй половине дня в голове потихоньку начали шевелиться мысли, но он старательно выбирал из них самые нейтральные. У него даже почти получилось убедить себя, что все вчерашнее было просто сном и вообще ничего не было. Успокоив себя таким образом, Артур смог более-менее спокойно дожить до конца рабочего дня, добраться домой и засунуть ноги в мягкие теплые домашние тапочки.

Они с Аллой попили чайку, Артур сослался на то, что плохо спал этой ночью, и молодая пара быстро уснула, нежно обнимая друг друга.

Артур проснулся чуть за полночь от страшного холода. Его знобило, хотя рядом лежала теплая Алла, одеяло было толстое, зимнее, а сверху их накрывал еще и старый клетчатый плед. Холод был просто невыносимый, поэтому Артур решил согреться чаем и встал, чтобы пойти на кухню.

Мысли сразу же примчались к тому пункту, к которому Артур не подпускал их целый день, и просигналили об опасности. С другой стороны, в голове уже успели завестись и другие мысли, нежно ворковавшие, что все вчерашнее было невинным сновидением, игрой уставшего подсознания. Артур решил поверить именно им, ведь никаких привидений, а конкретно, умерших год назад старушек быть в принципе не могло. Зная это наверняка, он смело отправился на кухню.

Полупрозрачная бабуля уже ждала его там.

Ужас взорвался в груди, пронесся по спине вибрирующим холодком, спустился к коленям, отчего они ослабли и подогнулись. В животе, «под ложечкой», появилось ноющее чувство, руки вдруг странно обмякли и лишились сил, а пальцы скрючились и застыли. Стало еще страшнее от пронзившего мозг понимания, что все вчерашнее происходило наяву и может повториться снова и снова. Что призрак в квартире – это жестокая реальность, а не сон и не глупая шутка.

Однако на этот раз волна ужаса пробежала по организму быстрее, и Артур смог взять себя в руки всего через пару минут. Он снова вежливо поздоровался, и они продолжили вчерашний разговор.

Старушка хорошо помнила обещания Артура и явилась, чтобы просветить его относительно дальнейших действий. В этот раз бабуля вела себя иначе. Она уже не сверлила его ядовитым пронзительным взглядом, а смотрела с какой-то неожиданной добротой и нежностью. И от этого казалась еще страшнее.

– Ну, что? С чего начнем? – проскрипела она почти ласково.

Артур тяжело вздохнул и понял, что ему не отвертеться – придется выполнять все данные вчера обещания.

– Давайте с самого начала и начнем, – сказал Артур, еще не очень понимая, что именно он сказал.

– Понятно, – стараясь быть ласковой, провыла старушка. – Значит, начнем с конца.

Артур вопросительно посмотрел на покачивающийся от неощущаемого ветра фантом.

– С моего конца, – пояснило привидение. – Про то, когда я была живой, рассказывать особенно нечего. Жила себе и жила, как все одинокие старушки. Ничего интересного. Социальные работники, которые меня навещали, поняли, что я уже очень плоха и отправили в больницу. Из родственников никого не было. Но я на них зла не держу. Сама виновата. Надо было о себе напомнить. А то мой внучатый племянник меня с самого детства не видел. Уже и забыл давно о моем существовании. Так вот. Была я уже в таком возрасте, когда врачам и без анализов было все понятно. Хотя для отчета они меня даже чем-то полечили. Но жизнь должна когда-то закончиться. Это естественный процесс. В общем, я очень удивилась, когда увидела себя со стороны и поняла, что я – больше не я. Тело лежало на больничной койке, а я воспарила к потолку. И тут поняла, что дальше мне лететь некуда. Что-то мешает. Огляделась по сторонам и увидела, что нас таких там полным-полно. Новички – такие же, как я, испуганные и неуверенные – это те, кто только что преставился. Но были и другие. Оказалось, что некоторые застревают там надолго. Так и живут в больнице, перелетая из палаты в палату и пытаясь пугать обитателей. Но была там одна добрая душа, спасибо ей огромное, которая взяла себе за правило нам, новичкам, помогать. Она нас и просветила, что с нами произошло и что нам теперь делать. Вскоре те, кого в церкви отпели, за кого родственники попросили и свечек понаставили, отправились куда следует без всяких проблем. Но многие остались. И я в том числе. По мне плакать некому было. Тогда мне эта добрая душа и посоветовала, чтобы я домой отправлялась. Там, в больнице, нас и так много, не протолкнуться, а дома я хотя бы одна буду, в привычной обстановке. Это она меня научила, чтобы я постаралась на контакт с живыми людьми войти и попросить, чтобы меня в церкви отпели. Но родственнички мои были непробиваемыми. Я уж и так, и эдак пыталась, а они только пугались и никак не могли поверить, что я все еще тут. В этот момент вмешался Генка. «Что ты с ними церемонишься? – набросился он на меня. – Мелочь всякую с места на место перекладываешь. Думаешь, они от этого исправятся? С ними жестко надо! Чтобы у них всякие сомнения отпали!». И принялся он фикусы из окна выкидывать да пол мылом поливать. У него сил много. Неупокоенный он. Душа шибко обиженная. Мучается он мукой душевной. Великой мукой. А эта мука дает ему силы огромные, вот он предметы и двигает. Полтергейст, одним словом.