Гладиаторы

Передохнув от этого происшествия минут пять Кристофер привычно включил телевизор и отошел от дивана, чтобы закончить завтрак. Том было пошел за ним, но у него зазвонил телефон. Звонили из ветконтроля. Том ответил на вызов и услышал знакомый голос ветеринара, которы приезжал на вызов. Он сообщил ему, что павшая козочка была абсолютно здорова, и что она погибла от удара молнии.

Том поблагодарил его многозначительно произнося слова. Потом он попрощался с ним и рассказал всем присутствующим радостную новость. Теперь они могли вернуться к своим собственным делам. Услышав это Кристофер тут же оставил кофе и бутерброд и направился в спальню собираться в дорогу, чтобы немедленно оставить домик Тома.

Перепуганный Том прошмыгнул за ним и закрыл дверь в спальню. Там он начал тихим и ласковым голосом просить у Кристофера прощения и убеждать его остаться погостить у него, пока не заживет разбитое лицо.

Кристофер молча смотрел на него как на докучливого человека. Когда Том остановился в своих убеждениях Кристофер принялся собираться в дорогу, а Том бросился к нему, обнял и стал шептать ему, что он никуда его не отпустит.

В этот момент в спальню вошли Стилус и Катрина. Они тоже хотели начать собираться и уехать.

Они быстро оделись, собрались и с улыбкой начали прощаться.

Том и Кристофер стояли будто бы во сне.

– Ты едешь? – Обратилась к Кристоферу Катрина.

– Поеду когда лицо заживет. – Высоким и раздраженным голосом сказал Кристофер, демонстрируя Тому свои иссиня-черные длинные волосы.

Том стоял раскрасневшийся, ошеломленный и чуть не плакал.

Катрина одарила их многозначительным взглядом и сказала:

– Хорошо. Я тогда поехала.

Они поцеловались и обнялись напрощание, и Стилус и Катрина уехали. Кристофер и Том остались наедине. Между ними повисла неловкая пауза, во время которой Том лихорадочно пытался найти место куда бы направить виноватый взгляд, а Кристофер скрестив руки на груди укоризненно и удивленно смотрел на него, словно рассерженная жена, которая решила приготовить на обед очень пересоленный суп в отместку за неприемлемое поведение мужа. Затем, словно устав от этого спектакля, Кристофер уселся на диван перед телевизором и стал переключать каналы. Его лицо стало отекать, а синяк стал темно-синим. Посмотрев, как Том краснеет и чуть не плачет, Кристофер удовлетворенно ухмыльнулся и произнес очень недовольным голосом:

– А-га, а-га.

Том еще с минуту постоял с виноватым видом, а потом забрался на диван, положил голову Кристоферу на колени и стал смотреть телевизор вместе в Кристофером, поглаживая ему ноги, а тот, словно жалея его, стал гладить его по голове.

А тем временем немного повыше, в небе, падший ангел подкрепив свой дух костным мозгом козочек шпионил за Макком. Словно маленькое красноватое облачко он притаился в темном углу и наблюдал.

Вскоре должен был состояться поединок и на арене было упорядоченно оживленно. Скоро должен был состояться поединок тени по прозвищу "Лихо" и рукокрылого по имени Сивелл. Лихо на самом деле звали Рау, но все, когда говорили о нем, называли не иначе, чем "Лихо", но при общении с ним аккуратно называли по имени. Это прозвище закрепилось за Рау из-за странного свойства приносить какие-то непостижимым образом возникающие неурядицы и неприятности, невезение. Надо отметить, что невезение Лихо приносил не по своей воле, это было просто странное свойство его натуры, которое всех удивляло и даже раздражало, но это никому не мешало дружить с ним, ведь с друзьми не происходило ничего фатального – так, мелочи, например, стакан разобьется, или пятно на одежде от чего-то пролитого возникнет. Но с противниками происходили более масштабные неурядицы.

Он родился позже, чем Люцифер почил, и падшему ангелу было интересно познакомиться с этим персонажеь. Он был удивлен необычным свойством Рау, и оно показалось ему забавным. Еще он узнал, что Ет совсем обезумел и преследует "несчастное дитя", то есть Ольгу, не давая ни минуты отдыха от своего присутствия. Люцифер на своем опыте знал о докучливости своих собратьев и искренне сочувствовал этой женщине. Еще он узнал, что Макк, Ко-Йе и Мелл решили немного помочь Ольге и спрятать ее на арене, пока она не окрепнет, и это меропрятие планировалось как раз на день, когда Лихо сойдется на арене с Сивеллом, ведь в день поединка на арене будет много посетителей, и прибытие одной маленькой женщины никто не заметит. Никого бы не удивило и отсутствие Мелл и Ко-Йе на этом поединке, ведь в прошлом у Мелл был не очень приятный инцидент с Лихо, и с тех пор она старалась избегать встреч с ним.

Не так давно, лет 150 назад, не больше, Лихо влюбился в Мелл и хотел чаще бывать в ее обществе, любоваться ее прекрасным лицом, сблизиться с ней и завоевать ее любовь. Навсегда.

Он решил, как бы нечаянно, неожиданно встретиться ней, когда она будет делать пробежку, предложить ей тренировочный поединок и очаровать ее своим мастерством, остроумием и утонченным вкусом.

Лихо был влюблен как мальчик, ничего практически не замечал, забывал все на свете и все время лелеял мечту, как Мелл проникнется теми же чувствами к нему и будет широко и искренне улыбаться ему.

Справедливости ради надо отметить, что Мелл считала Рау очень симпатичным и талантливым, а необычное свойство приносить неприятности она прагматично оценивала как весьма полезное, учитывая род их деятельности.

И вот однажды, когда Мелл была на пробежке в лесу, она встретилась с Лихо, который очень хорошо выглядел. Очень элегантно одетый в тренировочный костюм, его вьющиеся длиной до подбородка волосы очень аккуратно лежали, будто бы он только что вышел из парикмахерского салона, а тренировочный меч за спиной был будто бы отполирован.

Лихо был красив. Высокий, стройный, кожа как и у всех теней белая, красивая, резко очерченный квадратный подбородок, умные карие глаза и прямой небольшой нос.

Мелл чувствовала, что нравится ему и ей польстило, что он скорее всего не случайно встретился ей, но она не подала вида, что подозревает его в том, что он шпионил за ней.

Они поздоровались, радушно, затем, как Лихо и планировал, решили поупражняться в фехтовании, и все было замечательно, как во сне. Светило солнышко, дул приятный ветерок, спортивный азарт приятно щекотал нервы, и вдруг после очередного выпада Мелл Лихо сделал два стремительных шага назад и нечаянно врезался в дерево. Казалось, ничего особенного и страшного, но он как-то неудачно в него врезался, и волокна надломились каким-то таким образом, что дерево стояло с полминуты, пока Лихо удивленно и с юмором пожимал плечами, словно посмеиваясь над своей неуклюжестью, а через полминуты дерево стало как будто на пружине падать на Мелл, которая увернулась бы от него, если бы Лихо не поспешил к ней на помощь, а она бы не сделала полшага не в ту сторону. Вообщем, дерево упало прямо ей не голову, Мелл закричала, и в этом крике было и негодование, и протест, и досада. Дерево сломало ей шею так, что затылок касался спины.

Лихо был вне себя от этого происшествия и чуть не плакал. Он понимал, что Мелл поправится, но он так же понимал, что ей больно. Он подошел к ней, увидел, что с ней, и его сердце сжалось. Он опустился на колени и тихонько позвал ее:

– Мелл, – прошептал он.

Она не ответила. Потом он отнес ее к доктору Чимп-Ко и тот довольно быстро вылечил ее, но после этого инцидента Мелл побаивалась встречаться с Лихо и очень расстраивалась, когда вспоминала об этом случае.

Конечно же, коллеги и публика узнали об этом и долго обсуждали этот случай, причины, мотивы, последствия и чувства, которые испытывали Мелл и Рау.

Люцифер с восторгом слушал все эти драматичные истории, наблюдал за участниками, и ему хотелось поскорее увидеть что же будет дальше. Ему захотелось помочь теням, ведь он находил своих сородичей ангелов докучливыми. Так что он продолжил подкреплять свой дух из стада от своей плоти, что и вызвало падеж коз, который так переполошил людей.

Его действия не остались незамеченными его собратьями и родителями. Они все огорчались, что его нет с ними и как бы то ни было хотели, чтобы он вернулся к ним.

И вот случилось так, что когда Люцифер нашел подходящего очень хорошенького беленького козлика и собрался уже подкрепиться им, как около козлика появился его отец, который хотел убедить его вернуться. Он появился и стоял некоторое время спокойный и грустно смотрел на козлика и едва заметное розоватое облачко, которым был его сын.

Он был высокий, стройный, волосы иссиня-черные, прямые, до середины спины. На вид ему было лет 20, не больше. Его глаза сияли белым светом, а лоб и глаза были сплошь покрыты голубой помадой. Такой же помадой были нарисованы браслеты на плечах.

– Здравствуй, сынок, – после недолгой паузы деликатно сказал Отец.

– Здравствуй, отец, – несколько испуганно поздоровался Люцифер.

– Сынок, я просто хотел сказать, что мы все ждем твоего возвращения, и ты можешь в любой момент вернуться. – Он старался говорить так, как говорят современные люди, – мы никому не отдали твою комнату и все твои вещи там, как ты их оставил.

– Спасибо, отец, я подумаю. До свидания, отец. – Вежливо сказал Люцифер.

Отец слегка склонил голову от огорчения и нежно сказал:

– До свидания, сынок.

После этого Люцифер умчался куда глаза глядят, а Отец, проводив его вглядом будто бы растаял в воздухе. Козлик побрел дальше.