Пропавшие

Прилагалось две фотографии. Одна — двадцатилетней давности. Позади стоящей Светы виднелся кусок школьной доски с надписью: «Гордость школы». Вторая — как Зинаида ведет Свету за руку к машине такси. Видимо, как раз тот момент, когда она забирала дочь из больницы.

«Что вы думаете по этому поводу? Делитесь своим мнением! И если кто-то знаком с этой семьей, будем рады сотрудничеству и новой информации».

И, конечно же, комментарии полились рекой. Кто-то радовался за семью, в которую вернулась дочь. Кто-то обрушивал гнев на редакцию газеты, обвиняя в публикации ложной информации и погоне за сенсациями. А кто-то доказывал, что девочка — это чья-нибудь очень похожая родственница, и в ситуации нет ничего волшебного или сверхъестественного.

Мила задумалась о двойнике. В этом есть смысл. Она где-то слышала, что у каждого живущего человека на планете существует минимум пять двойников. Может, и здесь то же самое? Но тогда как объяснить рассказ Светы? Ардо вспомнила лицо Зинаиды, когда та делилась с ней своей болью и переживаниями. Могла ли Зинаида лишь сыграть эти эмоции? Вдруг она — потрясающая актриса?

Мила отвернулась к окну, невидяще смотря в темноту за стеклом. В итоге, покрутив в голове мысль о двойнике, она прошептала:

— Нет, — и уверенно отбросила эту идею.

Другие статьи были очень похожи, как и комментарии к ним. В одной из них вскользь упоминалось о клинике, в которой лежала Света.

У Ардо еще днем, когда она услышала от Зинаиды, что больница частная, возникло множество вопросов. Почему там обратили внимание на эту девочку? И почему туда не пускают родителей? Почему врач лично не поговорил с Зинаидой? И к следователю, направившему эту семью в данную клинику, вопросов накопилось не меньше.

Мила открыла в мессенджере сообщение от Зинаиды, скопировала адрес клиники и вбила его в карту Яндекса. На указанном месте находился бизнес-центр. Возможно ли, что на картах лечебное учреждение просто не отмечено?

Ардо вспомнила прикрепленное к одной из статей фото, на котором Зинаида с дочерью подходят к такси. Там на заднем плане было какое-то здание. Нашла эту статью, переключила карту в спутниковый режим и сравнила панораму с видом за спинами Зины и ее дочери. Все сходилось: здание одно и то же. Что означало — адрес верный.

Кинула взгляд на часы в правом углу экрана ноутбука. Семь вечера. Звонить участковому и спрашивать у того про следователя уже поздно. Рабочий день закончен, а беспокоить мужчину в нерабочее время она не хотела. Позвонит завтра с утра.

Мила ладонями потерла лицо. В глаза словно песка насыпали. Длинная дорога за рулем, не слишком приятный разговор со Светой и Зинаидой и напряженный мыслительный процесс ее вымотали. Хотелось выпить бокальчик вина и съесть чего-нибудь сладкого. Этот гастрономический дуэт всегда помогал ей расслабиться после тяжелого дня.

Вспомнив о ресторане, расположенном на первом этаже, Ардо отложила ноутбук. Достала из сумки косметичку и прошла в ванную комнату. Расчесала растрепанные волосы, посмотрела на свое бледное отражение в зеркале. На миг задумалась, не замазать ли черные круги под глазами, прежде чем куда-то идти, но решила не тратить силы. Разгладила руками свитер, покрутилась перед зеркалом, убеждаясь, что выглядит сносно. Затем, выйдя из ванной, надела сапоги, взяла кожаный рюкзак, карту-ключ и покинула номер.

В ресторане посетителей находилось куда больше, чем днем. Практически все столики оказались заняты, но Мила к ним и не стремилась. Она окинула взглядом барную стойку, за которой сидело несколько мужчин. Выбрала свободное место у дальнего края столешницы, повесила на спинку барного стула рюкзак и забралась на сиденье.

И поняла, что забыла об осторожности: на ее руках не было перчаток. А еще — мобильный телефон тоже остался в номере. Возвращаться не хотелось, и Ардо понадеялась, что ей никто за полчаса-час не позвонит. Да и если позвонит — ничего страшного. Она не планировала задерживаться долго. Вот выпьет бокал вина, съест чего-нибудь сладкого и вернется.

— Что будете заказывать? — поинтересовался подошедший бармен.

— Можно мне меню?

— Конечно.

Молодой человек протянул ей меню в темно-бордовой кожаной обложке. Мила пролистала крепкие алкогольные напитки, коктейли, пиво и остановилась на винах. Выбрав, она перешла в раздел, где предлагались десерты.

— Бокал Канти Бароло и шоколадный фондан, — перечислила она и улыбнулась, предвкушая сладость десерта.

Бармен кивнул, забрал меню и отошел. Минут через пять он принес бокал с вином.

Сделав глоток терпкого напитка, Ардо вздохнула с облегчением, когда жидкость опустилась приятным комком в желудок и по телу прошлась волна тепла. Вечер начался прекрасно.

Так она думала, пока над ее ухом не раздался знакомый мужской голос:

— Не сомневался, что найду тебя здесь.

Давид сел рядом с Милой на свободный стул. Тут же подошел бармен принять новый заказ. Давид ограничился минералкой и двойным американо.

— Что ты здесь делаешь? — без удовольствия поинтересовалась Мила, сделав очередной глоток прекрасного вина. Жаль, ухудшившегося после появления Давида настроения оно не улучшило. Он все портил одним только своим недовольным видом.

— Сказал же: тебя искал.

Мужчина залпом выпил бокал минералки.

Миле подали десерт. Она отломила ложечкой кусочек и положила в рот. Настроение немного поднялось, присутствие Давида уже не казалось таким тягостным.

— Не хочешь рассказать, куда сегодня ушел, не предупредив?

— По делам, — сухо ответил мужчина.

— А подробнее? Я думала, у нас одна работа.

Мила еще отпила вина, положила в рот кусочек десерта и принялась медленно его пережевывать.

— Я заметил кое-что странное, — процедил Давид.

Не нужно быть гением, чтобы понять: он не особо-то горит желанием делиться информацией. Но Миле было все равно.

— Что именно?

— Магическое воздействие на эту семью.

Ардо закашлялась.

— Чего? — просипела она, радуясь, что успела проглотить кусок пирожного раньше.

— Точнее, на мать. Как там ее зовут?

— Зинаида, — подсказала Мила. — И что за магическое воздействие?

Перед Давидом поставили кофе. Мила сделала большой глоток вина.

— Ей подсадили сосальщика. — Давид отпил из кружки с американо и поморщился. — Горячий, — прошептал недовольно.

— Что это за зверь такой — сосальщик?

Ардо говорила спокойно, но с каждой секундой вопросов у нее становилось все больше и больше.

— Низший демон. Существо, питающееся чувствами человека, — пояснил Давид, а Мила задумалась. Вспомнила болезненное лицо Зинаиды, ее слезы и страх.

— Ты уверен?

Давид кивнул, сделал глоток кофе.

— Эти существа выбирают психически слабых людей или тех, кто пережил сильное эмоциональное потрясение. Больше всего они любят душевнобольных, но в нашем случае Зинаида прекрасный претендент. Представляешь, сколько она испытывает эмоций с возвращением дочери?

Мила раздумывала над услышанным с минуту.

— Давид, а ты не можешь ошибаться? Просто мне кажется… Подожди, а дочка?

— Что дочка? — не понял мужчина.

— Света. Может, это она как-то влияет на мать?

— Во-первых, она обычный ребенок. На ней нет никакого воздействия магии, — снисходительно ответил Давид. — Но давай предположим, что я его не заметил. Тогда на ней должен быть сильнейший маскирующий артефакт, и его не скроешь. А ты и сама видела: на ребенке ничего нет. Во-вторых — почему девочка?

— Потому что мать считает, что это не ее дочь.

Мила рассказала Давиду все, о чем узнала при разговоре: о страхе Зинаиды, о шепоте. Описала и то, как стеклянный взгляд Светы буквально загипнотизировал ее.

Давид молча пил кофе и внимательно слушал. А когда Мила закончила, категорично отрезал:

— Нет!

— Что нет?

Ардо махнула рукой, подзывая бармена, и попросила налить еще вина.

— Это не может быть ребенок. Я же говорил: на ней нет никакого воздействия, она обычный человек. А ощущения матери — это влияние сосальщика. Ей теперь постоянно будет мерещиться что-то подозрительное. К тому же она еще не смирилась с тем, что ее дочь вернулась. Столько лет прошло.

— А шепот? Она же слышала его.

— Вот именно — слышала она. Но был ли шепот на самом деле?

Ардо едва не застонала в голос. Она совсем забыла ему сообщить, что у нее, вообще-то, есть доказательства. Расслабилась, и самое важное вылетело из головы.

— Зинаида скинула мне аудиозапись.

Давид резко обернулся и строго посмотрел на Милу. Его темные глаза будто пронзили ее насквозь, Мила ощутила, как тело словно обволокло холодной пеленой. По коже пробежал табун мурашек. Но холод быстро отступил.

— Чего раньше не сказала?

— Забыла.

— Дай послушать.

— У меня телефона с собой нет.

Давид раздраженно закатил глаза и отвернулся.

— Разве это все не меняет? — многозначительно произнесла Ардо.

— Ничего это не меняет! Повторяю: ребенок это просто ребенок. Самый обыкновенный человек.

— А шепот?

— А ты не думала, что это сама мать его издает? Может, демон с ней так разговаривает?

От изумления у Милы приоткрылся рот. А ведь мысль-то рабочая! Если, как утверждает Давид, в этой женщине сидит магическая сущность, то она действительно может говорить.

— А откуда он взялся? — тихо спросила Мила.

— Кто?

— Ну, этот сосальщик.

— Кто-то подсадил.

— А кто?

Глаза Ардо загорелись любопытством. Вся эта магия и потусторонний мир ужасно ее интересовали. Иногда она завидовала брату, что он сидит и изучает книжки с магией. Ей же остается всех расспрашивать и узнавать все по крупицам.

— Какой-то сильный чернокнижник. Я пытался его отследить, но… — Давид поморщился. — Он хорошо маскируется.

— А ты не можешь убрать эту сущность из женщины? Ну, там, — Ардо неопределенно помахала рукой, — поколдовать.

Давид посмотрел на нее скептически.

— Сущность должен убрать тот, кто подсадил. Да и сделал это маг целенаправленно. Когда сосальщик наберется сил, чернокнижник обязательно его заберет, чтобы работать. Но для нас это плохой вариант.

— Почему?

Мила допила вино и заела то остатками пирожного.

— Да потому что от такой связи ничего хорошего не выходит. После того как демон покинет сосуд, человек в лучшем случае останется душевнобольным.

— А в худшем?

— Наложит на себя руки.

Услышав это, Мила сглотнула вязкий ком в горле. Ей совершенно не хотелось подобного расклада, а значит — медлить никак нельзя.

— Но, — продолжил Давид, — подсадил сосальщика Зинаиде кто-то из близких.

— В каком смысле? — удивилась Мила.

— В самом прямом. Это не может сделать тот, кто живет далеко: ему необходимо быть настороже и забрать демона в первые минуты, как тот закончит свое дело. Максимум — через полтора часа. И чернокнижником может быть кто угодно — родственник, друг, коллега, сосед, с кем Зинаида хоть иногда здоровается. — Давид устало выдохнул. — Я просидел возле дома несколько часов, но так никого и не засек.

Мила удивленно округлила глаза.

— То есть ты все это время был там?

Мужчина кивнул и допил кофе.

Несколько минут они сидели молча. Мила переваривала все услышанное, а Давид крутил в руках кружку, думая о чем-то своем.

— Я скинула аудиозапись Федору, чтобы он отдал ту спецам. Надеюсь, у них получится сделать слова более четкими. Потому что там какая-то быстрая невнятная скороговорка на неизвестном мне языке, — разбила тишину Ардо. — А завтра хочу съездить в ту странную клинику, где обследовали Свету, и поговорить с ее лечащим врачом. Но у меня ощущение, что и там будет тупик.

— С чего такие выводы?

— Не знаю. Предчувствие. Все это дело какое-то странное, — Мила усмехнулась. — У меня даже возникла мысль, что Света — это очень похожая родственница Зинаиды, с помощью которой та надеется стать популярной и заработать.

Давид посмотрел на Милу, выразительно выгнув бровь, и поднялся. Снял со спинки стула свою куртку.

— Встретимся в девять утра. Позавтракаем вместе и поедем в твою клинику, — сказал он, склонившись к Миле. А затем просто ушел, не попрощавшись.

— И тебе спокойной ночи, — прошептала одними губами Ардо.

Глава 6

Громов посмотрел на свое отражение в зеркале. Черный костюм-тройка сидел отлично. Евгений смахнул с плеча несуществующие пылинки и тронул приколотую на