Читать книгу Родовые метки (Ольга Ефимова) онлайн бесплатно на Bookz (4-ая страница книги)
Родовые метки
Родовые метки
Оценить:

3

Полная версия:

Родовые метки

— Я думаю, что бумаги, которые нашёл Артём, — это ключ, — сказала Полина. — И я думаю, что он врёт, когда говорит, что не читал их. Он что-то знает. И он что-то скрывает.

— Согласен, — сказал Ковалёв. — Но пока у нас нет доказательств. Только слова.

— Значит, надо найти бумаги, — сказала Полина. — Они где-то есть. Может быть, в склепе. Может быть, у Артёма. Может быть, у Лёхи.

— А если их нет?

— Тогда мы ищем того, кто их забрал.

Ковалёв кивнул.

— Ладно. Завтра я пробью Сомова. А вы пока… — Он посмотрел на неё. — Вы пока отдохните. Вы сегодня много сделали.

Полина покачала головой.

— Я не могу отдыхать. Я должна найти ответы.

— Вы их найдёте, — сказал Ковалёв. — Но не за один день.

Полина посмотрела на него. В его глазах была усталость — и что-то ещё, похожее на участие. Она не привыкла к этому. В Москве никто не смотрел на неё так. Там все были заняты собой.

— Хорошо, — сказала она. — Завтра.

Она пошла к дому. Ковалёв предложил подвезти, но она отказалась — хотела пройтись. Улицы были пусты, и она шла одна, в темноте, и думала о том, что узнала сегодня.

Дима был на кладбище. Дима видел что-то, что напугало его. Дима написал в дневнике, что не знает, что делать. А потом исчез.

И теперь, двадцать лет спустя, кто-то убивает человека, который работал у отца Артёма Шульгина. И оставляет на месте убийства знаки — те же самые, что были на кладбище.

Полина остановилась у своего дома. Посмотрела на тёмные окна, на старую яблоню, на сломанные качели.

Она не знала, что её ждёт завтра. Но она знала, что не остановится.

Она открыла калитку, вошла во двор и поднялась на крыльцо. Достала ключ, отперла дверь.

И замерла.

На столе, в комнате, горела лампа. Полина точно помнила, что выключила свет, когда уходила. Она стояла на пороге и смотрела на лампу, на стол, на что-то, что лежало на столе.

Это был лист бумаги. Белый, сложенный вчетверо.

Полина подошла, развернула его.

На листе был нарисован знак. Круг с крестом внутри. Знак Димы.

А под ним — подпись, сделанная от руки: «Ты следующая».

Полина почувствовала, как холод сжимает горло. Она оглянулась — в комнате было пусто. Только тени, только тишина.

Она достала телефон, набрала номер Ковалёва.

— Ковалёв, — сказала она, когда он ответил. — Кто-то был в моём доме.

Глава 6. Ты следующая

Ковалёв приехал через десять минут.

Полина стояла на крыльце, не заходя в дом, и курила — хотя не курила уже пять лет. Сигарету она нашла в старой материной пачке, в ящике кухонного стола, и закурила, потому что руки тряслись. Дым горчил, царапал горло, но это было хоть какое-то действие.

Машина Ковалёва остановилась у калитки. Он вышел быстро, без пальто, в одной куртке, и Полина поняла, что он сорвался сразу, как только положил трубку.

— Вы целы? — спросил он, подходя.

— Цела.

— В доме кто-то есть?

— Я не проверяла. Стояла здесь.

Ковалёв кивнул, достал из-за пояса пистолет — Полина даже не сразу поняла, что это пистолет, настолько буднично он это сделал, — и вошёл в дом.

Полина осталась на крыльце. Она смотрела на двор, на старую яблоню, на сломанные качели, и слушала, как внутри ходят шаги: Ковалёв проверял комнаты одну за другой. Скрип половиц, стук дверец, тишина.

Потом он вышел.

— Пусто, — сказал он. — Никого. Но на кухне окно открыто. Судя по всему, через него и вошли.

Полина вошла в дом. На кухне действительно было открыто окно — старое, деревянное, с защёлкой, которую можно поддеть ножом. На подоконнике остались следы: грязные разводы, как будто кто-то опирался рукой.

— Обувь? — спросила она.

— Не разобрать, — сказал Ковалёв. — Смазано. Но, судя по размеру, мужчина. Или крупная женщина.

Полина прошла в комнату. Лист бумаги по-прежнему лежал на столе. Она не стала его трогать.

— Я его не касалась, — сказала она. — Только развернула. Он был сложен вчетверо.

Ковалёв подошёл, посмотрел на лист, на знак, на подпись. Потом достал из кармана телефон, сфотографировал.

— «Ты следующая», — прочитал он вслух. — Не очень оригинально.

— Зато понятно.

Ковалёв посмотрел на неё.

— Вы понимаете, что это значит? Кто-то знает, что вы здесь. Кто-то знает, что вы копаете. И этот кто-то не хочет, чтобы вы копали.

— Я понимаю.

— И вы всё равно не уедете?

Полина посмотрела на него.

— А вы бы уехали?

Ковалёв помолчал. Потом убрал телефон в карман.

— Ладно. Я вызову эксперта. Снимут отпечатки, посмотрят следы. Но вы должны понимать: это займёт время. А пока — вам нельзя оставаться здесь одной.

— Я не одна. У меня есть вы.

Ковалёв посмотрел на неё. В его глазах что-то мелькнуло — то ли удивление, то ли что-то другое.

— Я не могу сидеть с вами круглосуточно, — сказал он. — У меня работа.

— Я не прошу сидеть. Я прошу помочь найти того, кто это сделал.

Ковалёв вздохнул.

— Хорошо. Но сегодня вы ночуете не здесь. У меня есть знакомые — тётя Валя, соседка вашей матери. Она живёт одна, у неё есть свободная комната. Я договорюсь.

Полина хотела возразить, но поняла, что он прав. Оставаться в доме, где кто-то только что был, где кто-то оставил записку с угрозой, — глупо. И опасно.

— Хорошо, — сказала она. — Но завтра я вернусь.

— Завтра будет завтра.

Ковалёв вышел на крыльцо, достал телефон, начал кому-то звонить. Полина осталась в комнате. Она смотрела на лист бумаги, на знак Димы, на подпись — и думала о том, что этот знак был не просто угрозой. Это было послание. Кто-то знал, что она узнает этот знак. Кто-то знал, что она поймёт.

Выходит, тот, кто всё это затеял, был знаком с Димой. Знал не только его, но и всю их семью. И прекрасно понимал, что случилось двадцать лет назад — и как это можно использовать.

Полина достала из сумки тетрадь брата. Открыла на последней записи.

«12 мая. Сегодня мы снова были на кладбище. Артём сказал, что мы должны помочь ему перенести вещи. Я не хотел, но он сказал, что если я не пойду, он расскажет всем, что я трус. Я пошёл. И теперь я не знаю, что делать. Я видел то, что не должен был видеть».

Она перечитала эти строки. Потом закрыла тетрадь.

«Я видел то, что не должен был видеть».

Что он мог видеть? Что-то в склепе? Или что-то на кладбище? Или кого-то?

Полина вспомнила слова Тамары Семёновны: «Костя сказал: „Дима был прав. А мы не послушали“». Дима был прав в чём? В том, что нужно было рассказать взрослым? В том, что Артём что-то скрывал? В том, что в склепе было что-то опасное?

Она не знала. Но она знала, что нужно найти Костю Гринько. И Лёху Сомова. Они были там. Они знали.

Ковалёв вернулся.

— Договорился, — сказал он. — Тётя Валя ждёт. Поехали.

Полина взяла сумку, тетрадь, папку с документами. Вышла из дома, заперла дверь. Посмотрела на окно, которое осталось открытым. Ковалёв закрыл его изнутри и запер на защёлку.

— Завтра я пришлю кого-нибудь, — сказал он. — Поставят решётки. Или хотя бы замки получше.

— Спасибо.

Они сели в машину. Полина смотрела в окно, на тёмные улицы, на редкие фонари, на дома, которые проплывали мимо.

— Ковалёв, — сказала она. — Вы пробьёте Сомова?

— Пробью. Завтра с утра.

— А Костю Гринько?

— Тоже. Но с ним сложнее. Он давно уехал, следов нет. Может быть, Тамара Семёновна знает больше, чем говорит.

Полина кивнула.

— Она боится, — сказала она. — За сына. Она думает, что если он вернётся, с ним что-то случится.

— Может быть, она права.

Машина остановилась у дома тёти Вали. Это был небольшой домик на соседней улице, с палисадником и крыльцом, увитым диким виноградом. В окнах горел свет.

Тётя Валя вышла на крыльцо — полная, в халате, с тёплым платком на плечах.

— Поленька, — сказала она. — Господи, что случилось?

— Ничего, тётя Валя, — сказала Полина. — Просто переночую у вас. Если можно.

— Конечно, можно. Что за вопросы? Проходи.

Полина вошла в дом. Здесь пахло пирогами и старыми вещами, и было тепло — так тепло, как не было в её доме.

Ковалёв остался на крыльце.

— Я завтра заеду, — сказал он. — Часов в восемь. Будьте готовы.

— Буду.

Он ушёл. Полина стояла в прихожей, смотрела на тётю Валю, на её доброе лицо, на её руки, которые уже хлопотали — ставили чайник, доставали чашки.

— Тётя Валя, — сказала Полина. — Вы знали моего брата?

Тётя Валя замерла. Потом медленно повернулась.

— Знала, — сказала она. — Конечно, знала. Дима был хороший мальчик. Умный, весёлый и все его любили.

— А что случилось? Вы знаете?

Тётя Валя помолчала. Потом села за стол, сложила руки.

— Я не знаю, — сказала она. — Никто не знает. Он ушёл вечером и не вернулся. Искали его, искали… А потом решили, что он уехал. Молодой был, горячий. Может, в город подался.

— А вы верите в это?

Тётя Валя посмотрела на неё.

— Нет, — прошептала она едва слышно, качая головой. — Не могу в это поверить. Дима бы никуда не уехал. Он слишком любил маму — никогда бы её не оставил. Да и тебя он бы ни за что не бросил.

Полина почувствовала, как что-то сжалось в горле.

— Спасибо, — сказала она.

— За что?

— За то, что не врёте.

Тётя Валя вздохнула.

— Поленька, — сказала она. — Я знаю, что ты хочешь найти правду. Но будь осторожна. В этом городе не все любят, когда копаются в прошлом.

— Я знаю, — сказала Полина. — Мне уже угрожали.

Тётя Валя побледнела.

— Кто?

— Не знаю. Но я найду.

Она села за стол, взяла чашку с чаем, которую ей протянула тётя Валя. И вдруг почувствовала, как устала. Как будто всё, что было за эти два дня, — кладбище, склеп, дневник, Шульгин, записка, — навалилось на неё разом.

— Тётя Валя, — сказала она. — А вы знали Артёма Шульгина?

— Знала, — сказала тётя Валя. — Он и сейчас здесь. Приезжал, я видела,возле рынка стоял.

— А вы знали, что он был на кладбище в тот вечер?

Тётя Валя помолчала.

— Знала, — сказала она. — Он и Костя, и Лёха, и Дима. Они все там были. Я видела, как они шли туда — вечером, ещё до заката. Дима шёл впереди, а они за ним.

— А вы не сказали об этом полиции?

— Говорила, — сказала тётя Валя. — Когда искали Диму, я говорила. Но мне сказали, что это неважно. Что мальчишки часто ходят на кладбище. Что это не доказательство.

Полина закрыла глаза. Двадцать лет. Двадцать лет она думала, что брат просто ушёл. А оказывается, всё было известно. Тётя Валя говорила. Просто её не слушали.

— Спасибо, — сказала она. — За то, что сказали мне.

— Поленька, — сказала тётя Валя. — Ты только будь осторожна. Пожалуйста.

— Буду.

Полина допила чай, поднялась. Тётя Валя проводила её в комнату — маленькую, с диваном, с окном, выходящим в сад. Постелила свежее бельё, положила подушку.

— Спокойной ночи, — сказала она.

— Спокойной ночи, тётя Валя.

Полина осталась одна. Она села на диван, не раздеваясь, и посмотрела в окно. За окном была темнота, и в этой темноте где-то там, в городе, был человек, который знал, кто она, зачем она здесь, и что она ищет.

Она достала тетрадь брата. Открыла на первой странице. «Дима Крайнов. 9 „Б“». Посмотрела на эти буквы, на этот почерк, на эту жизнь, которая оборвалась двадцать лет назад.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Вы ознакомились с фрагментом книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста.

Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:


Полная версия книги

Всего 10 форматов

bannerbanner