Лабиринт

Поражённая философскими откровениями молодого парня, Марина чуть не выронила тряпку. Она посмотрела на него со смесью уважения и недоверия.

– Ты… правда так думаешь или это просто красивая цитата?

– Я мусульманин, – обезоруживающе улыбнулся Руин и развёл руками, словно одного этого слова было достаточно для исчерпывающего ответа.

– И всё же, ты – настоящий герой. Ты и остальные ваши ребята, – качнула головой Марина. – Сознательно идёте на такой риск. Если бы не вы, меня бы уже, наверное, и в живых не было… И ведь их возможности… они поражают. Вот для меня они создали иллюзию, и она была так реалистична… Я правда, поверила, что…

Марина запнулась, а Руин проницательно взглянул на неё, чуть прищурившись.

– Что муж тебе изменил с какой-то силиконовой дамой?

– Да…

– А это была не иллюзия, а внушение. Искусственные воспоминания. Тебе внушили, что ты видела это.

– Ну, да, это я поняла, – согласилась Марина. – А вот для чего они это сделали?

– По одной из версий – чтобы ты уехала к маме и не мешалась под ногами у твоего… благоверного…

– Так я и уехала. Но почему тогда они меня хотели убить после этого?

Руин сложил руки на груди и, запрокинув голову назад, качнулся, переводя вес на пятки, а затем снова возвращаясь на полную стопу, как часто делал в моменты размышлений.

– Не думаю, что убить, – выдал он наконец, – скорее, захватить. Наш шеф вот считает, ты им тоже зачем-то была нужна. А может, именно ты и была нужна, а не он.

Марина задумалась:

– Как-то всё запутанно и не понятно. Мне внушили, что муж изменил, чтобы я уехала. Потом, когда я увезла дочку к маме, одна из них подкараулила меня на улице и… Даже допустим, она хотела меня не убить, а забрать к себе… Но какой-то сложный путь, не находишь? Если им нужна была я, то зачем нужно было очернять моего мужа? Если хотели просто меня убрать с пути, то они и так добились этого… Не вижу логики и последовательности.

Выслушав рассуждения Марины, Руин развёл руками:

– Насколько я успел изучить Лорин, она действует… не всегда по самому прямому и логичному пути. Не знаю, то ли ей просто нравится играть с людьми, то ли действительно в этом есть какая-то высшая цель, которую мы просто не в силах осознать…

Марина замолчала и некоторое время так интенсивно продолжала орудовать тряпкой, словно хотела высечь огонь при помощи силы трения.

– Ладно, допустим, эта Лорин ведёт какую-то свою игру в отношении меня, но зачем ей Лёшка и что с ним сейчас? – подняла она голову, прерывая уборку. – Где он? Вы запретили мне выходить с ним на связь, но что если ему нужна моя помощь?

– Запретили для вашей же безопасности – твоей и дочери. Я же объяснял…

– Что. С моим. Мужем? – повторила Марина с расстановкой, подойдя к Руину вплотную и требовательно заглядывая в глаза.

Руин ждал этого вопроса. Ждал на протяжении всей дороги сюда, но, тем не менее, оказался к нему не готов. Он молча отвёл взгляд и торопливо засобирался.

В его взгляде она прочитала то, о чём не хотела даже думать – самое страшное.

– Он… Они что, убили его? – выдавила женщина бесцветным голосом.

– Нет, но… лучше бы убили.

*****

Колхозный панк-рок от «Сектора газа» долбил так, что барабанные перепонки едва не лопались.

«Сейчас меня тошнит немного, нужен мне гемоглобин», – вслед за солистом повторил Алекс, нервно пританцовывая под разудалые аккорды.

Он несколько раз измерил шагами расстояние комнаты и непроизвольно задержался около дверцы шкафа-купе.

«Ну, хоть в зеркале отражаюсь, и на том спасибо», – нервно хмыкнул он.

С покрытой стеклом амальгамы на него посмотрел мужчина в потёртых брендовых джинсах и свободной футболке с жёлтым смайлом. Уже не мальчик, но и до старости ещё далеко. Тёмно-русые волосы короткой чёлкой падают на правый бок. Зелёные глаза со светлыми густыми ресницами. Почти идеальный прямой нос. Тонкие губы. Алекс никогда не считал себя красавцем, но и от недостатка внимания со стороны женщин не страдал.

Он широко улыбнулся собственному отражению, обращая внимание на клыки, и с облегчением выдохнул: их размер не изменился. Тут же усмехнулся внутренне своим же мыслям. Подняв футболку и втянув живот, он критически осмотрел небольшие жировые отложения. Напряг бицепс на правой руке, левой проверил его твёрдость. С сожалением отметил, что уже пару месяцев как забросил тренировки.

После рождения дочери он вообще жил в каком-то бешеном круговороте: работа-дом-работа… Начальник всё больше зверствовал, а уволиться и искать другое место как-то было не с руки – ежемесячный платёж по ипотеке тому не сильно способствовал. Да и дома всё как-то шло по накатанной, не было времени даже остановиться и задуматься: «А туда ли иду? А нравится ли мне такая жизнь? А для чего, собственно, весь этот бег в колесе?».

«Зато сейчас появилось время. Только похоже, за меня уже всё решили», – невесело хмыкнул Алекс, направляясь к стоящей в углу штанге, которая в последние недели использовалась им исключительно как импровизированная вешалка для одежды.

Чтобы отвлечься от нехороших мыслей и заодно сделать что-то полезное для собственной физической формы, он решил провести домашнюю тренировку. Убрав вещи со спортивного снаряда, он добавил блинов, лёг под штангу и начал заниматься, привычно считая подъёмы. Опомнился только, когда дошёл до третьего десятка, хотя обычно с таким же весом не мог осилить больше десяти.

Композиция, зацикленная на повторе, наконец начала раздражать, и Алекс резким движением сдвинул на ноль колёсико громкости. Наступившая тишина показалась мёртвой.

В ушах внезапно зазвенело: высоко и пронзительно. Вибрирующий отзвук прокатился по телу. Алекс заткнул уши, но это не помогло – назойливый звон вгрызался прямо в мозг. А потом раздался хлопок – будто рядом прокололи большой воздушный шар.

Короткий миг абсолютного безмолвия сменился нарастающим гулом: журчание воды по трубам, звяканье посуды, шипение масла, собачье повизгивание, обрывки разговоров, чьи-то томные стоны, скрежет металла по стеклу, шорох бумаги, детский плач, ругательства, смех. Галдящий многоэтажный муравейник жил своей жизнью, издавая одномоментно сотни, тысячи, миллионы звуков различной тональности. И все они неслись на Алекса.

Стараясь не паниковать, он прислушался и понял, что может усилием воли вычленить отдельные составляющие этой гомонящей оргии. При этом одни звуки становились более громкими и отчётливыми, а другие словно отходили на задний план.

Алекс решил поэкспериментировать из выловить общего хаоса случайный разговор. Он сосредоточился на проскользнувшей в потоке фразе и потянулся за ней. К его удивлению, это удалось: он услышал отрывок беседы и даже узнал голоса соседей с девятого этажа. Сам Алекс жил на седьмом, но каждое слово было слышно так явно, будто беседовали в соседней комнате.

– Ну ничего себе, – ошарашенно произнёс он вслух и опустился на диван.

Звукоизоляция в новом доме была неплохой – строили по современным стандартам. А особой остроты слуха Алекс за собой никогда не замечал.

Галлюцинации? Или, может, я действительно… уже не совсем человек? Усмехнувшись таким крамольным мыслям, он потёр заслезившиеся вдруг глаза. Резь в них не проходила, и он раздражённо выругался – засорились контактные линзы.

Зрение у Алекса было проблемным с рождения, а по мере взросления падало с пугающей прогрессией и к тридцати двум годам подползло к отметке «минус пять». Но не сказать, что это как-то особо напрягало – очки он уже давно сменил на мягкие контактные линзы, уход за которыми вошёл в привычку и рассматривался как обычная гигиеническая процедура.

Алекс осторожно вытащил из глаз прозрачные выпуклые плёнки. И… понял, что сюрпризы ещё не закончены. Изображение медленно фокусировалось: линии, контуры предметов – всё приобретало удивительную чёткость. Лихорадочно схватив первую попавшуюся под руку книгу с полки, он распахнул её наугад и, не напрягаясь, прочитал пару строчек. И, ошарашенный, как был с раскрытой книгой, вновь опустился на диван.

Но как это возможно?! Здесь так просто уже не спишешь на галлюцинации. Явно в организме что-то происходит. Выросли сила и выносливость. Обострился слух. А теперь ещё и зрение…

Алекс нервно рассмеялся, сполз с дивана на пол и, привалившись к нему спиной, обхватил голову руками. Вот теперь ему стало по-настоящему тошно.

Он стиснул зубы, сжал кулак и с размаху ударил им в бетонную стену, выпуская пар и ненавидя себя за этот момент слабости. Руку обожгло болью, а на гладко-окрашенной поверхности стены образовалась вмятина, от центра которой тут же в стороны расползлась сеточка трещин.

Нет! Не может это всё быть правдой!

Если в организме действительно что-то меняется, то почему врач ничего не нашёл? Плохо искал? Недообследовал? С твёрдой уверенностью отправиться завтра в другую клинику, Алекс добрался до кровати и отключился, как только голова его коснулась подушки.

*****

Ночью приехал Егор. Уставший и настороженный. Охотник уселся на единственный стул, потирая замёрзшие руки. Крепкий чёрный чай, гостеприимно предложенный Мариной, он пил мелкими глотками, а чашка в его ладонях напоминала детскую игрушку в лапах добродушного плюшевого медведя.

– На улице холод зверский, – сообщил охотник, подставляя лицо навстречу белёсым кудряшкам пара, – а у тебя хорошо, тепло.

Выцветшие на солнце светлые волосы Егора хаотично рассыпались по голове и в свете измазанной краской лампочки приобрели неестественный зеленоватый оттенок.

– Да, – Марина скованно улыбнулась и поправила серёжку, прикидывая, с какой стороны лучше подступиться к главному. – Егор, мне нужно его увидеть, – наконец проговорила она, набрав в лёгкие воздуха, словно собиралась нырять на глубину.

– Тебе что, жить надоело? – добродушно отозвался мужчина, прихлёбывая сладкий чай. – Ему уже не поможешь, а у тебя дочь. Кто её будет воспитывать, если с тобой что случится, ты подумала?

– Считаешь, раз он… стал другим, теперь захочет меня убить?

Егор неопределённо качнул головой.

– Я не знаю, но вероятность такую нельзя исключать, а я не хочу рисковать жизнью тех, кого поклялся защищать. Физиология этих тварей отличается от нашей, а значит – психология тоже. Одно тянет за собой другое, понимаешь? Во многом их поведением руководят инстинкты, которые тяжело поддаются контролю. Так что забудь об этом! Отсидишься здесь пару месяцев, пока всё не уляжется, вернёшься домой, найдёшь себе нового мужа, начнёшь новую жизнь.

Марина молчала. «Радужные» перспективы, обрисованные собеседником, вызвали приступ тихой истерики.

– Мне не нужен другой муж, – наконец еле слышно пробормотала женщина. – Я готова попытаться принять его… в новом качестве.

– В качестве кого? – спросил охотник, отставив от себя кружку и подавшись всем телом вперёд. – Ты что, не понимаешь, что он уже не человек?! У вас не может быть больше никаких отношений кроме связи хищник-жертва! Вот что ты собираешься ему сказать?

– Что я знаю о его… проблеме и его не брошу! Что мы можем уехать куда-нибудь, если надо. Есть же места, где мы сможем спокойно жить? Где нас не достанут?

Егор нервно хохотнул.

– Теоретически-то есть, только это всё равно не даст гарантий. Гематоморфы в основном не сидят на месте. Сегодня здесь – завтра там. И даже не в этом дело! Ты уверена, что он захочет? Что он вообще станет с тобой разговаривать?

– Уверена, – ответила Марина, стараясь, чтобы голос её звучал твёрдо.

– Ну допустим, станет. Допустим… И как ты это себе представляешь? Ваш побег? Думаешь, вас так просто отпустят? Если его обратили, то значит, он им для чего-то нужен! Не просто так, поверь. И пока они не получат от него то, что им было нужно, не успокоятся. Так что вы и из города не выберетесь…

– Ты поможешь? – Марина с надеждой заглянула в глаза охотника.

– Кому? Одному из них? – В интонации Егора промелькнуло брезгливое отвращение. – Да пойми ты, он уже не человек!

– Мне всё равно.

– А мне – нет. Я должен знать, ради чего рискую. И ради кого.

– Хорошо, – Марина решительно поджала губы. – Тогда я сама. Просто пойду домой, в нашу квартиру. Попытаюсь с ним поговорить. И будь, что будет!

– Я понимаю твои чувства, но в тебе сейчас говорят эмоции. И я не могу тебе позволить совершить очевидную глупость. – Егор встал и, кивнув Марине, торопливо засобирался. – Спасибо за чай, но мне пора.

– Ты что, меня совсем не слышишь? – взвилась она. – Я больше здесь не останусь!

– Прости, но так будет лучше, – Егор достал из кармана связку ключей и быстрым шагом двинулся к выходу.

Марина отчаянно рванула наперерез, но сильные мужские руки сгребли её в охапку и осторожно опустили на кровать. Женщина тут же поднялась и вновь метнулась к двери, но Егор воспользовался преимуществом в несколько секунд и быстро выскользнул за дверь. Тут же раздался щелчок закрывающегося замка.

– Эй, я что теперь, ваша пленница?! – в сердцах выкрикнула Марина, пытаясь открыть дверь изнутри, но её ждала неудача.

Яростно подёргав ручку и убедившись в том, что уйти теперь не получится, Марина несколько раз измерила шагами комнату и в отчаянии опустилась на стул.

Глава 5. Первая кровь

Утро встретило Алекса пасмурным небом и мрачными мыслями. В клинику уже не хотелось, хотя вчерашние эффекты и не собирались пропадать – зрение сохраняло идеальную четкость без контактных линз, а попытка прислушаться привела к тому, что на него стремительно стал надвигаться многоголосый гул. Стало жутковато, и Алекс поспешно встряхнул головой, чтобы сбить настройку.

И ещё, его буквально распирало от накопившейся за ночь энергии, которая требовала выхода. Алекс выглянул в окно: серые облака заволокли небо густой пеленой, голые ветви деревьев клонились от порывов ветра, на уличном термометре – минус пять. «Для пробежки – в самый раз», – подумал Алекс, облачаясь в спортивный костюм.

Огибая покрытые хрусткой ледяной корочкой лужи, он преодолел с десяток километров, даже не сбив дыхания, хотя раньше после такой дистанции готов был в приступе кашля извергнуть наружу собственные лёгкие.

Сейчас же Алекс наслаждался движением и возросшими физическими возможностями – улыбался на бегу редким прохожим и ловил звуки медленно просыпающегося города.

Будучи уже у входа в парк, он понял, что не простая случайность привела его на место вчерашних событий. Он почувствовал, что ему нужно быть там. Именно сейчас.

Алекс побежал в сторону беседки с бетонными столбами-колоннами. Невысокого мужчину, прислонившегося спиной к одной из них, издалека можно было принять за мастерски вылепленную статую. Алекс приблизился, рассматривая Илека с новым интересом – отметил его старомодный короткий пиджак и слегка расширенные книзу брюки. Одет он был не по погоде легко.

Теперь Алекс вспомнил, что Илек и вчера предстал перед ним в этом же ретро-прикиде, который делал его похожим на участника какого-нибудь ВИА семидесятых. Больше сходства с образом добавляла причёска – жидкие волосы на этот раз были разделены на ровный пробор и свободно спадали к плечам.

– Я жду тебя уже полчаса, – не здороваясь, процедил сквозь зубы Илек, – неужели сложно прийти вовремя?!

– Извини, – не стал спорить и оправдываться Алекс, хотя внутренне возмутился.

Никто ведь не назначал конкретного времени встречи. Как можно опоздать, если не знаешь, когда нужно прийти? Илек пристально осмотрел Алекса.

– Вижу, ты уже меняешься, – проговорил он, смягчив тон и ловко собирая волосы в пучок. Перехватив их чёрной резинкой, он несколько раз сжал и разжал пальцы, потёр друг о друга ладони, будто собирался приступить к сложной хирургической операции. – Начнём?

Алекс кивнул, хотя совершенно не понимал, чего ему ждать.

– Сначала скажу пару слов, – с долей пафоса изрёк Илек. – Те изменения, которые ты заметил в себе вчера – только начало. Пока всё идет нормально, организм постепенно привыкает. Чувствуешь в себе энергию?

– Кажется, да.

– Так и должно быть. Значит, скоро должна проявиться клановая спецификация.

– Какая спецификация? – прищурился Алекс. – Клановая? Что за…

Илек на миг поднял глаза к небу, словно призывая высшие силы в свидетели глупости его ученика.

– Да, именно клановая, – отчеканил он, – но тебе пока об этом рано знать, а то всё в голове смешается. Сегодня пройдёмся по базовым вещам. Если повезёт, научишься правильно питаться, управлять термо-рецепторами и вводить в простейший транс.

– А у нас насыщенная программа, как я посмотрю, – зачем-то съязвил Алекс, до конца не веря в происходящее. – Не слишком ли много для первого раза?

– Вообще-то, слишком, – неожиданно согласился Илек, – но, как я уже говорил, тебе дали мало времени. Так что в твоих же интересах будет не тупить и постараться получить удовольствие от процесса.

– Вот этого обещать не могу, – ответил Алекс и криво усмехнулся.

– Ну, хватит болтать. Раздевайся, – резко скомандовал Илек изменившимся тоном.

– А это ещё зачем?

– Да не боись, мы не голубых кровей, – снисходительно бросил Илек. – Ну же, времени мало. Кстати, если отказываешься от обучения, я тебя не держу.

Алекс недоверчиво посмотрел по сторонам: вокруг ни души, только сосны тяжело покачивают заснеженными вечнозелёными лапами в такт ветру. Из глубины парковых аллей молчаливым зверем выглядывает темнота.

Алекс всерьёз прикинул, что будет, если сейчас уйти – взять и послать куда подальше странного Илека, сумасшедшую Лорин и весь этот бредовый иммерсивный театр.

«Да, так уж меня и отпустят», – тут же пронеслось в голове. В следующий миг Алекс понял, что на самом деле не хочет никуда уходить.

*****

Невысокого незнакомца в тонком неприметном плаще, появившегося на пороге её временного пристанища, Марина встретила во всеоружии, угрожающе подняв над головой массивную чугунную сковороду. Оценив безумную решимость в глазах женщины, гость вскинул руки, демонстрируя отсутствие намерения нападать.

– Тихо, глупышка… ну-ну… – заговорил он так, словно Марина была буйно-помешанной. – Свой я, свой…

Марина почувствовала, как на неё накатывает приступ нервной дрожи: из-за последних событий она была сама не своя, и вот сейчас заботливый тон затронул что-то в глубине души. Ей стало так жаль себя, Лёшку, дочь, которой придётся расти без отца. По щекам потекли слёзы.

– Ну что за мокрые войны, – укоризненно проворчал мужчина и подошёл ближе, осторожно вынимая сковороду из ладони. – Я к тебе с хорошими новостями, а ты…

Марина позволила забрать импровизированное оружие и начала поспешно стирать с щёк слёзы.

– Вы… тоже охотник? – неуверенно спросила она.

– А как же! Самый главный, – улыбнулся он. – Зовут меня Олегом. Ну, а вы – та самая Марина, значит, будем знакомы…

Она взглянула на мужчину с недоверием.

– Так уж и главный?

– Не похож? – ответил тот вопросом на вопрос и иронично усмехнулся.

– Не знаю, – смутилась Марина, наткнувшись на его пристальный взгляд.

– Олег Серов, руководитель Липецкого филиала «Всероссийского управления защиты человечества». Сокращённо – ВУЗЧ, – представился охотник официальным тоном.

Марина ещё раз оценивающе взглянула на Серова и как-то вся подобралась, вытерла тыльной стороной ладони остатки слёз.

– Вы простите, я… говорила Егору, что…

– Я знаю, – прервал Олег. – Он мне всё рассказал и, можно сказать, просил за тебя и… твоего супруга.

– Вот как?! – искренне удивилась Марина. – Он же ведь наоборот, пытался меня отговорить…

– И правильно делал, – охотник замолчал, разглядывая собеседницу. – Ты должна чётко осознавать, на что идёшь, и отвечать за последствия своих действий, поэтому я пришёл лично, так сказать, убедиться в твёрдости твоих намерений.

– И как, убедились? – вскинула глаза Марина, пока не понимая, как следует относиться к гостю.

Он хмыкнул:

– Вполне, – взгляд его упал на сковороду. – Женщина ты решительная, коня на скаку и в горящую избу, за милым готова хоть в ссылку, хоть на каторгу – в лучших, так сказать, традициях…

– Простите, что я вас так встретила, я просто испугалась, когда вы начали открывать, подумала, а вдруг это кто-то из них… ну, вы же понимаете?

– Всё хорошо, ты… можно сказать, прошла проверку. И… если готова отвечать за последствия, то я дам добро Егору, он постарается встретиться с твоим Алексеем на нейтральной территории.

– Я готова! – воскликнула Марина с искренней благодарностью. – Спасибо вам, Олег.

*****

– Последний урок, – произнёс Илек. – Тебе нужно научиться делать и это тоже.

– «Это?!» – Алекс тихо запаниковал, глядя, как подрагивает от холода лежащее на скамейке тело.

С виду – типичная девочка-тинейджер. Худенькая и трогательная, в заиндевелых джинсах и спортивной короткой куртке. Глаза закрыты, на щеках – отчётливо проступает румянец, голова откинута в сторону.

– Убери шарф, – приказал Илек, и Алекс нехотя освободил шею девушки.

– Чтобы попасть сюда, – он слегка надавил на пульсирующую вену, – нужно брать на два пальца выше, чуть ниже мочки уха.

– Я не хочу, – отрицательно мотнул головой Алекс, пытаясь убедить в этом не столько Илека, сколько самого себя.

Он поймал себя на том, что непроизвольно считает удары сердца предполагаемой жертвы. Алекс не просто слышал их – чувствовал, как кровь ритмично циркулирует по организму девушки, даже ощущал её запах. Притягательный. Манящий.

– Не волнуйся, она не умрёт после твоего укуса, – прокомментировал Илек. – Тебя же это беспокоит?

Алекс наклонился к шее девушки и представил, как вонзается в неё зубами, прокусывает пульсирующую венку, и его рот заполняется тёплой солоноватой жидкостью.

– Нет, не могу, – решительно проговорил он, выпрямляясь.

– Хм… ну смотри. Без этого долго не протянешь, – с деланным равнодушием пожал плечами Илек.

– Я… понимаю, но… Это обязательно – вот так?

– Конечно, нет. Существуют специальные банки, где кровь можно просто купить. Но, во-первых, это недёшево, да и не всегда будет возможность ими воспользоваться, а во-вторых, когда всё происходит естественно, к тебе переходит часть энергии. Это важно, если ты хочешь развивать способности. Так что, мой тебе совет: лучше попробуй это сделать сейчас. Пока я страхую.

Алекс был готов истерически рассмеяться.

– Как говорится, лучше выпить водки дома, с родителями, чем в подвале с друзьями-наркоманами? – неловко попытался пошутить он, но Илек шутки не оценил.

– Давай быстрей, стендапер, хоть она и в трансе, но холод чувствует, – Илек приподнял голову девушки, слегка повернув её на бок, чтобы Алексу было удобнее.

Преодолевая стыд и неловкость, он опустился на колени, провёл пальцами по покрывшейся мраморными прожилками коже. Стук сердца теперь стал ещё громче – он давил на виски, пульсировал, заполнял собой всё его сознание.

На какой-то момент Алекс потерял возможность управлять происходящим. Стыд и неловкость отступили, и он снова наклонился ближе, дотронулся губами до подбородка жертвы, следуя за манящим ароматом, сместился к шее и… окончательно утратил контроль над собой.

Кожа поддалась неожиданно легко, высвобождая вязкую жидкость. Возникшие ощущения напоминали момент перед оргазмом, когда всего несколько мгновений отделяет от эйфории. На периферии сознания Алекса мелькнуло понимание, что он не сможет оторваться. Страх девушки, испытанный ею за миг до потери сознания, вливался в него, наполняя будоражащей силой, смешивался с металлическим привкусом крови, которая казалась божественным нектаром.

– Эй! Может, хватит? – Голос Илека донёсся откуда-то издалека, будто из-под земли, и Алекс ощутил, как его грубо оттолкнули.

Он завалился на землю, тупо улыбаясь. Волна удовольствия трепещущей лавиной поднималась к голове. На несколько мгновений он замер, смакуя эйфорию, потом, покачиваясь, поднялся на ноги. Девушка всё также лежала на скамейке: бледная, с выбившимся из-под шапки золотистым локоном и откинутой набок головой. Румянец на её щеках сменился почти матовой, полупрозрачной белизной. Губы начали синеть.

– Я… – Алекс запнулся, – я её убил?

– Ты слишком увлёкся…

– Но почему ты не остановил?! – почти выкрикнул он. – Ты же сказал, что будешь страховать!

– Да расслабься, – усмехнулся Илек. – Жива она.

Алекс облегченно выдохнул.

– Так что ты мне тут…

– Можешь идти, – сухо прервал Илек, – обучение закончено.

– Но… – Алекс выразительно кивнул на неподвижное тело.

– Оставь это мне.

– Я не могу её бросить здесь, давай я отвезу её в больницу хотя бы, ей же плохо!

– Не стоит. Она сейчас очнётся, и лучше, если тебя в этот момент не будет, – ответил Илек и многозначительно посмотрел на ученика.

– Ладно, – Алекс вдруг понял, что так действительно будет лучше.