
Полная версия:
Чародейка 2
Указанные книги лежали на соседних кафедрах и выглядели… нормальными? Совершенно обычные, хоть и немного вычурные из-за древности книги, в обычных переплетах, без цепей и оберегов.
– Как-то подозрительно это, – предупредил Саймон чародейку, которая протянула было руку к обложке книги. – Очень миролюбиво они выглядят, эти книги. Остальные гримуары хоть честно предупреждают своим видом, что опасны. А эти? Такие обыденные и безвредные. Что они тогда делают в этом средоточии ужасов, а?
– Меня не спрашивай, – откликнулась Джулия. – Я не куратор фонда, я не знаю.
– Я знаю, – ответила чародейка, которая с интересом листала страницы. – И ты бы сам понял, если подумал немного. Мы ведь пользовались этой геометрической магией, помнишь? Несколько штрихов кистью – и готов портал. Ничего абсолютно не требуется. Ни способности усваивать ману, ни редких амулетов, ни дорогих компонентов, ни многолетнего обучения. Возьми эту книгу, да еще палку, чтобы ею рисовать в пыли, и в твоих руках вся мощь великой магии. Самый обычный человек с улицы с такой книгой становится так же силен, как магистр Конкордата. И так же опасен. Представляешь каких дел можно наворотить? Даже не по злому умыслу, а просто от незнания.
Лайза пролистала одну книгу, аккуратно закрыла ее и перешла ко второй.
– Ничего удивительного, что эти книги под замком. Скорее наоборот – удивительно, что к ним так легко попасть!
– Ну я бы не сказала, что прям легко, – заметила Джулия. – Это я вас провела.
– В данном случае "легко" означает "в принципе возможно", – объяснила чародейка. – Такие книги же сделают любого магом невиданной мощи. Вот только обученный маг умеет владеть своей магией, умеет не применять ее, сдерживаясь как раз обучением, воспитанием, знанием последствий. А новичок рискует потерять голову от всемогущества. Поэтому рациональным выходом является как раз полностью запретить доступ к этим книгам. Абсолютно исключить. Сделать невозможным.
– Что, уничтожить? – не понял бард.
– Но эти книги используются Всевидящим Советом, – возразила Джулия. – Или, по крайней мере, они могут использоваться. Мы не можем просто уничтожить знания, потому что они слишком опасны. Ведь ими может владеть кто-то, не столь щепетильный. И тогда мы окажемся беззащитны.
– Так я и не говорю, что вам делать, – заметила чародейка, закрывая вторую книгу. – Вам же виднее. Я не знаю ваших соображений и реалий. Я просто высказала свое мнение, не больше.
– Однако сама ты все же посмотрела эти книги, – указала баронесса на противоречие.
– Конечно. Удовлетворяю свое любопытство, нагло пользуясь статусом гостя, – улыбнулась чародейка. – Буду потом везде хвастаться, что держала в руках аж три книги по геометрической магии! А на самом деле я себя чувствую жутко неудобно, честно.
– Почему? – удивилась Скорпи.
– Потому что и правда нагло пользуюсь своим положением. В спецхранилище вот попала, в обход всех нормативов и правил ведь наверняка. Книги-то я, конечно, посмотрела, ну чтобы не даром хоть это все было. Потому что если бы ты меня сюда привела, а я такая – ой, все, извините, пойдем отсюда, не хочу больше, это же вообще кошмар.
– Да ладно тебе! – рассмеялась Джулия. – Не переживай так.
– Но все же и правда, давайте уже пойдем отсюда, – предложил бард. – Посмотрели, и хватит.
Покинув библиотеку, спутники вновь оказались на залитых светом улицах Камалона. День уже перевалил за середину, но до темноты было еще далеко.
Лайза и Саймон неторопливо брели по мосту через водное кольцо, глазея по сторонам, когда их внимание привлек корабль, проходящий вдалеке по акватории внешнего кольца. Ничего более необычного, чем этот корабль, не приходилось видеть ни чародейке, ни барду! Лишь то, что перемещался он по воде, позволяло считать его судном, ибо диковенен, странен и незнаком был его облик. Ничего общего не имел он ни с галеонами, ни с фрегатами, ни с линкорами, ни с драккарами, ни с каравеллами, во множестве бороздящими воды лирских океанов и морей. Странный корабль не имел ни мачт, ни парусов, ни открытых палуб, ни плавных изгибов. Его гладкие прямые борта смыкались между собой, образуя высокую граненую надстройку в середине корпуса. Тусклый серый цвет напоминал скорее не о дереве, а о металле. Так что необычное судно походило более всего на плавающий утюг.
– Что это за диво такое плывет средь волн того понта? – спросил бард, которого от удивления потянуло на высокопарный язык эпоса.
– Корабль, – достаточно равнодушно ответила Джулия. – Из береговой охраны, если не ошибаюсь. Что вас так поразило? Вы же уже видели наши корабли, хотя бы с борта геликоптера.
– Ну мы значит как-то не обратили внимания, – призналась чародейка. – Удивительный корабль! Он из металла?
– Да.
– А куда он идет?
– В той стороне города порт и верфи. Может быть, он заходил на ремонт или обслуживание, не знаю.
– Нам обязательно надо побывать в порту! – воскликнул Саймон убежденно. – Там ведь есть и другие такие корабли, не так ли?
– Есть, – согласилась Джулия. – Насчет вот прямо таких я не уверена, наверное все же увидим парочку военных. А грузовые точно есть. Хотите, можем отправиться в порт на лодке?
– Да нет, мы же все же гуляем, знакомимся с городом. Так что пойдем своим ходом, просто в ту сторону.
Порт Камалона был очень большим. Рядом с причалами стояли десятки или даже сотни кораблей самых разных форм и размеров. Как и в любом порту мира, в этом кипела бурная непрекращающаяся деятельность. Высокие краны, похожие на журавлей, разгружали с многочисленных кораблей сотни тысяч мин самых разных грузов для жизни столицы. Тысячи контейнеров с грузами штабелями складировались на берегу, выгруженные с больших плоских контейнеровозов и ждущие дальнейшего распределения. Под разгрузкой стояли и огромные пузатые левиафаны – наливные танкеры, заполненные жидкими продуктами, которые откачивались в береговые хранилища через множество толстых шлангов.
Столица тоже отправляла в дальние точки страны множество товаров собственного производства, так что поток грузов шел в обе стороны. И многие корабли покидали Камалон столь же нагруженные, как и приходили в него.
Комфортабельные пассажирские корабли готовы были доставить в дальние города людей, выбравших такой способ путешествия. Или на их борту можно было просто отправиться в длительную увеселительную прогулку вдоль побережья. Белоснежные нарядные лайнеры соперничали размерами с величайшими лирскими галеонами, но все это пространство было отдано пассажирам, которым предоставлялись на борту неслыханные удобства и комфорт.
– Ну прям, дворцы, – слегка усмехнулась Джулия, когда спутники выразили свой восторг этими кораблями. – Это вы преувеличиваете. Хотя конечно, персональные каюты площадью в десяток скрупулов, рестораны с отличной кухней, бассейн и спортзал на борту – это все делает путешествие на таком корабле похожим на пребывание в неплохом отеле. Разумеется, я сейчас говорю о круизных лайнерах, на рейсовых кораблях попроще. Но круизы в основном люди совершают для отдыха и восстановления сил. Естественно же при этом желать максимального комфорта.
В порту у отдельных причалов стояли и военные корабли. Их рубленые корпуса, напоминающие своим цветом пасмурное море, скрывали под собой вооружение и рабочие места экипажа, и надежно защищали военные тайны хильдар. На это же прозрачно намекали и стоящие на причалах у трапов кораблей вооруженные охранники.
– Ваши корабли приводятся в движение той же силой, что и лодки? – спросила Лайза.
– Да. Вся наша техника приводится в действие принципиально одним способом. Как я уже говорила, вскоре я отведу вас на экскурсию в центр управления полетами. Там вы сможете увидеть своими глазами эту силу. Точнее, часть той силы, которая питает именно геликоптеры. Но корабли работают по тому же принципу.
– Не могу дождаться, – предвкушающе облизнулся Саймон, жадно разглядывавший корабли хильдар.
Спутники вместе с Джулией заходили все дальше в деловитую суету портового муравейника. Они проходили мимо кораблей у причалов, чьи борта вздымались стенами домов, спешили убраться с дороги от несущих контейнеры погрузчиков, заходили в заполненные людьми залы ожидания и пробирались сквозь толпы прибывающих и уезжающих.
В какой-то момент Лайза заметила в отдалении характерные скошенные мачты с черными парусами.
– Смотрите-ка, это же "Селин"! – радостно воскликнул Саймон, тоже увидевший корабль джентльменов удачи. – Ребята оказывается уже тоже здесь! Пойдем скорее, надо с ними встретиться!
– Ээ!.. – Джулия преградила дорогу рванувшемуся было вперед барду. – Это нежелательно сейчас.
– Что? Почему это?!
– Карантинный протокол. Ничего особенного, это стандартная процедура для любого корабля, заходящего в гавань Камалона. Особенно для корабля дальнего плавания, каковым без сомнения является "Селин".
– Карантин, значит, – повторила Лайза.
– Да, – согласно кивнула Джулия. – И сам корабль, и его экипаж проходят санитарный контроль и находятся под наблюдением медицинской службы. Мы должны убедиться, что вместе с кораблем в страну холмов не попадут зловредные организмы. Наши специалисты проверят состояние здоровья каждого члена экипажа, корабельный груз, присутствие на борту вредителей, состояние днища, на котором также могут быть нежелательные пассажиры из океана. При необходимости будет проведена дезинфекция, равно как и дератизация и дезинсекция. Сами понимаете – это большая работа, которая займет несколько дней. С учетом того, что "Селин" прибыла в Камалон только сегодня, ни сейчас, ни в ближайшие дни встретиться с вашими друзьями не получится…
Саймон повернулся спиной к баронессе и взглянул на чародейку, губы его беззвучно прошептали: "Седж". Лайза согласно моргнула.
– …собственно, поэтому я и не говорила вам о прибытии корабля, – закончила Джулия.
– Ну да, против санитарного контроля возразить нечего, – согласилась Лайза. – И долго он еще продлится?
– Дней пять или шесть.
– Такое дело, сестра, мне очень хотелось бы немного пообщаться с капитаном судна. Ты понимаешь, узнать состояние там, дать пару мелких распоряжений… Без контакта, даже не поднимаясь на борт, просто с берега покричать. Можно хотя бы это?
Джулия задумалась на мгновение.
– Ну… в принципе, не вижу препятствий для этого.
Вслед за Джулией спутники прошли через весь порт к самому дальнему причалу. Длинный и тонкий мостик уходил от берега далеко в море, оканчиваясь небольшой площадкой, рядом с которой покачивалась на волнах "Селин". В начале мостика и на площадке у корабля дежурили пары охранников, вооруженных огненными пушками.
Охранники без вопросов пропустили Скорпи, обменявшись с нею приветствиями.
– Интересно у вас тут устроено, – заметил Саймон, когда спутники гуськом шли по узкому мостику из металлической сетки. Мостик был длиной около сотни шагов и проходил над самой водой, отчего его периодически захлестывало волнами.
– Это сделано по соображениям безопасности, – откликнулась идущая первой Джулия. – Контакт с кораблем ограничен, судно находится в отдалении, под круглосуточным наблюдением. Путь на берег узкий и трудный, ночью ярко освещен. Площадка, рядом с которой пришвартован корабль, оснащена противокрысиными щитами. Все эти меры исключают проникновение носителя с борта на сушу.
– Носителя чего?
– Да чего угодно. Инфекции, контрабанды. На самом деле, опасность куда более сложна и комплексна, чем кажется на первый взгляд. Прибывшие вместе с грузом из другой страны личинки какого-нибудь жука могут найти для себя благоприятные условия и размножиться необычайно, став проблемой.
– Это как это? – удивился Саймон.
– Предположим, что приходит корабль с грузом издалека, – начала объяснять Скорпи. – Например, с кофе. И вместе с зернами в мешках приезжают несколько личинок. Какого-нибудь самого обычного насекомого, может даже и не вредителя. Что-то такое обыденное и привычное, на что никто и внимания не обращает. Эти личинки попадают в природу нашей страны. Из личинок вырастают насекомые. И внезапно находят страну холмов приемлемой для обитания. И не только приемлемой, а даже шикарной – их же здесь раньше не было, а значит, у них здесь нет естественных врагов. Этих насекомых здесь никто в пищу не употребляет, ни птицы, ни другие насекомые, они начинают массово плодиться, и через некоторое время просто заполоняют все.
– Жуть какая, – буркнул Саймон.
– Да. И с ними приходится бороться. Либо с помощью отравы, либо завозить из дальних краев других насекомых – которые бы истребляли первых. Каких-нибудь естественных врагов с родины.
– Которые, в свою очередь, тоже могут стать проблемой, – вставила Лайза. – Повлияв еще на что-нибудь или кого-нибудь. Например, эти насекомые окажутся ядовитыми, а их начнут клевать местные птицы и массово травиться.
– Именно. Так можно попасть в ужасную спираль, которая с каждым витком будет затрагивать все больше и больше участников.
– Брр, вы прямо тут какой-то экологический триллер описали
– А однажды проблемой стали кролики. Ага, вот эти милые ушастые пушистики. Ведь кролики – это не только ценный мех, но и шесть-восемь мин вкусного, легкоусвояемого мяса. И еще они плодятся как сумасшедшие. Замечательно для животноводства. Кроликов завезли на остров, где не было хищников. Кролики размножились и съели всю траву на острове, а потом умерли от голода. Такая вот трагикомедия. Можно бы посмеяться, если бы не было так грустно. Потому что вместе с кроликами умерли и местные животные того острова, и растительность. Осталась пустыня, малопригодная для жизни и деятельности.
Спутники вышли с мостика на площадку. Джулия обменялась несколькими фразами с одним из охранников. Тот согласно кивнул и приложил руку к боку шлема. Лайза и Саймон уже достаточно познакомились с оборудованием хильдар, чтобы догадаться, что охранник разговаривает с кем-то. Вскоре хильдар опустил руку и сказал что-то Скорпи. Баронесса кивнула ему в ответ и повернулась к спутникам:
– Капитан этого корабля сейчас поднимется на палубу. Вы сможете поговорить с ним.
– Хорошо.
Лайза осматривала "Селин". Палубы корабля были пусты, если не считать трех хильдар в шлемах и с оружием, дежуривших на корме и носу. Повреждений не было видно, по крайней мере, с точки зрения чародейки. На борту все было чисто. Паруса аккуратно собраны на реях. Экипаж, судя по всему, находился в каютах.
Саймон тем временем озирался по сторонам, глядя на порт с необычной позиции. Отсюда ему открывался шикарный вид на всю акваторию гавани. Заметив кое-что необычное, бард поднял руку, указывая туда:
– А это что такое?
Джулия проследила за его рукой.
– А, это субмарина. Подводный корабль.
– Подводный корабль?!
– Ну да. Он может нырять и какое-то время двигаться под водой.
Саймон перевел взгляд на чародейку, потом на субмарину, потом на Джулию, снова на субмарину. А потом развернулся и бросился прочь со швартовочной площадки. Вскоре под его ногами загрохотала решетка мостика.
– Стой! – Джулия метнулась было следом, но тут же остановилась и оглянулась на Лайзу.
– Беги уж, сестра, – усмехнулась чародейка. – Он ведь неугомонный, пока не посмотрит – не успокоится.
– А ты? – Скорпи явственно разрывалась между двумя подопечными.
– Я дождусь капитана, поговорю с ним, а затем присоединюсь к вам. Не волнуйся, я постараюсь не утонуть без тебя.
– На субмарину ему нельзя, это же секретная разработка, – бросила Джулия, устремляясь бегом за бардом.
– Забавные ребята, – ухмыльнулась Лайза охраннику. – С такими вот непоседами приходится работать. А вы, ребята, молодцы, выдержанные такие. Не хотите на меня поработать?
Охранник либо не понял ни слова, либо ему было запрещено разговаривать с посторонними.
– О, госпожа чародейка!
Джан Ли перевесился через борт "Селин". Предводитель джентльменов удачи выглядел бледным и осунувшимся.
– Джан Ли, как вы там? Нам сказали, что вы только сегодня прибыли в порт и находитесь под санитарным контролем.
– Похоже на то, – кивнул флибустьер. – Эти ребята нас держат на борту, не выпускают на палубы, берут образцы крови. Они прошерстили весь груз, что был в трюмах и личных сундуках. А еще они заставили нас отойти далеко в море и там выкинуть еду и осушить запасы питьевой воды. Они сказали, чтобы мы не занесли через это заразу в их воды. С тех пор они привозят нам еду и воду, но почему-то очень мало.
– Почему вы опять на корабле?
– После того, как вас увезли на той летающей штуке, прилетело еще несколько таких же, полных бойцов. Один из них, командир, говорил по-нашему, он нас и допрашивал. Когда узнал, что у нас есть корабль, ждущий у побережья, то достал карту и приказал указать место. Затем нас всех погрузили на эти летающие повозки, и мы вернулись на борт "Селин". Вскоре прилетело еще несколько ребят, эти уже были моряками. Они указывали нам путь сюда. Мы пришвартовались буквально несколько часов назад и сидим. Эти ребята начали проверять нас еще в море, и говорят, что будут это делать еще неделю. Так что мы вне игры, госпожа чародейка.
Раздался чей-то голос и Джан Ли обернулся через плечо, на что-то невидимое Лайзе.
– Мне пора, госпожа чародейка.
– Еще вопрос, – остановила его девушка. – Как там Седж? Вы сказали о нем и его… состоянии?
Джан Ли странно поглядел на Лайзу.
– Седж мертв, госпожа чародейка. Умер в море, пока мы спали.
– Подождите… вы уверены, что он именно мертв? Он все-таки… ну, особенный.
– Уверены, – капитан отпрянул назад от борта.
– Минутку! Что значит "спали"? А вахтенные? Никто даже не слышал ничего? Как это случилось?
– Вам лучше спросить об этом ваших друзей из холмов, – донесся голос капитана. – Они хозяйничают теперь на борту.
На пути обратно к берегу чародейка думала о случившемся. Под ногами девушки легко поскрипывала металлическая сетка. Волны ласкали босые ступни. Лайза остановилась на половине дороги, облокотившись на поручень и глядя в море. Джан Ли явно чего-то не договаривал. Не доверяет? Или за ним следят? Хм, интересно. А как вообще можно быть уверенным, что вампир мертв, к слову? Не, понятно, если у него голова отрублена и кол в сердце торчит… Стоп. Это и хотел сказать Джан Ли? Выстрел из хильдарской огненной пушки в голову упокоит вампира с гарантией и уверенностью. Хильдар узнали от джентльменов удачи, что есть корабль в нескольких днях пути. Естественно, они не могли просто бросить его. Вот и решили вернуть корсаров на борт и доставить в Камалон своим ходом. Чтобы никого за спиной не оставлять. А на борту обнаружили аж цельного вампира. Да уж, тот еще сюрприз, не поспоришь. Вот они его и пристрелили. А всех остальных – в карантин, проверять на укушенность. Тогда вообще повезло, что корабль в гавань привели, а не потопили где подальше. Но все равно скверно получилось.
Чародейка пошла дальше по мостику, решив пока не говорить барду о случившемся. Незачем его расстраивать судьбой бедняги Седжа.
Барда и Джулию Лайза нашла у крытого причала, отчаянно спорящими.
– Но я же только взглянуть! Какие секреты я там узнаю? Я такого дивного корабля не то что не видел, даже не слышал о таком!
– Да я понимаю, что ты хочешь на субмарину посмотреть, и никаких секретов не украдешь! Но пойми и ты меня – это корабль военного флота. Шишки из адмиралтейства весьма ревностно к нему относятся. Будь это в моей вотчине, я бы тебя пустила без проблем, еще и экскурсию провела, так как ты секреты постройки никому все равно не расскажешь…
– Ну а я о чем?!
– Но здесь не я командую! Для адмиралов это не просто забавный корабль, а стратегическое преимущество в морской войне. Если хочешь, я попытаюсь договориться о посещении, но только без гарантий.
– Саймон, друг мой, – подошла чародейка. – Ну что вы себя ведете аки капризный ребенок, которому игрушку не дают. Наша любезная гид и так потакает нам безмерно, столь многое позволяя. Имейте же совесть, друг мой, и будьте вежливым гостем, позвольте хозяевам сохранить хоть какие-то секреты.
– Ну, это не то чтобы секрет, – пробормотала Джулия. – Скорее, ограниченный доступ… Если попросить…
– Извините, – одновременно произнес Саймон. Бард густо покраснел от слов чародейки и смотрел в настил пирса. – Я и правда что-то увлекся. Простите.
– Ничего страшного, – успокоила его Скорпи.
– Ну что, вопрос решен, идем дальше? – весело спросила чародейка, взяв спутников за руки и увлекая их прочь от причала. – Я хочу ужинать. Желаю морепродуктов! Кто со мной искать ресторанчик с рыбной кухней, а? Рядом с портом такой обязательно должен быть!
– Уф! Я наелась, – объявила чародейка, откидываясь на спинку кресла и бросая ножку краба на тарелку. Длинная лапка звякнула хитином о фарфор.
– Не знаю ничего, – покачала головой Джулия, пододвигая к чародейке прямоугольную тарелочку суши. – Хотела морепродуктов – изволь. Уж не думала ли ты, что зайдешь покушать в ресторанчик у порта, и ограничишься лишь одним жалким крабиком?
– Жалким крабиком?! Вот это чудовище – жалкий крабик? Да если бы мы были в море, еще неизвестно, кто бы кем покушал!
– Ты преувеличиваешь, – отмахнулась клешней Джулия. – Обычный морской краб. Вот, попробуй суши. Рис и рыба, завернутые в лист водоросли. Ничего лишнего.
– Что – всю дюжину?
– Конечно. Они же маленькие. И вообще – бери пример с твоего друга. Он вон сидит и кушает молча, не отвлекаясь на пустые разговоры.
– Мм, эта штука костлявая очень, – признался упомянутый друг. – Вот я и сосредоточен, поскольку выбираю. Но вкусная, пальчики оближешь!
– Свежайшая, – подтвердила Джулия, как раз облизывая пальцы. – В этом и прелесть ресторана у порта – свежайшие продукты. Они только из моря, их много, они дешевы. Поэтому еда здесь вкусная, а порции большие. А куда девать, зачем хранить? Назавтра все равно испортится. Да завтра и снова привезут! Корабли выходят каждый день в море. Отсюда морепродукты доставляются по всей стране, а уж в самом Камалоне с рыбой и морскими гадами проблем нет.
– Каждый день? – повторила Лайза. – Передай мне, пожалуйста, вон ту глазастую кракозябру.
– Держи. Каждый день свежая рыба. Есть и крупные рыболовецкие суда. Они уходят в море на целые недели и месяцы, особенно в сезон, когда идет миграция рыбы. И круглыми сутками ловят ее просто в нереальных количествах. Черпают сетями. У них в трюмах поддерживается низкая температура, и рыба лежит во льду и не портится. А некоторые суда имеют на борту соответствующее оборудование и сразу перерабатывают улов. В консервы, паштеты. Но каждое утро целые флотилии мелких суденышек выходят из порта Камалона. Они привозят свежий улов рыбы, крабов, устриц, а спрос в столице всегда есть.
– Устриц? Вы здесь и жемчуг собираете? – поинтересовался Саймон.
– Неа, здесь нет. В других районах выращивают. Там, в теплых водах, раскинулись целые устричные фермы. Там устриц выращивают и ради мяса, и ради жемчуга. А здесь просто на еду. Ну, попадается иногда, но это так, баловство.
– Погоди-ка, – бард отодвинул свою опустевшую тарелку и приложился к стакану белого вина. – Что значит – выращивают? За жемчугом ныряют, собирают раковины, находят жемчужины в некоторых…
– Ты представляешь, сколько так можно собрать? – вопросом ответила Джулия. – Есть хороший спрос на жемчуг, он красивый и ценится модницами и ювелирами. Нужно много жемчуга. Поэтому мы его выращиваем. Ну, то есть, выращиваем устриц. На специальных фермах. Очень удобно, в одном месте делаем и устриц к столу, как деликатес, и жемчуг ювелирам, как украшения.
– То есть, вы просто в одном месте собираете кучу устриц? Там, где нырять удобней?
– Мы выращиваем их, – повторила Скорпи. – Как свиней или там коров на ферме. Нырять совсем не обязательно, можно разместить маленькие раковины на решетке, и когда они созреют – поднять решетку на поверхность. Мы подбираем хорошие места – с водой нужной температуры, в тихих бухтах, где устрицы могут спокойно расти. И десятки тысяч их растут под надзором "пастухов". Регулярные урожаи, специально выведенные сорта, отличающиеся сочным нежным мясом. И жемчуг. В каждой раковине.
– В каждой раковине?! Как вам это удается?
– А ты знаешь, как образуется жемчуг? Вот открываешь ты раковину, а там – переливается жемчужина. Как она там оказалась?
– Ну, есть легенда, что это застывшие слезы. Девушки ждут на берегу возвращения своих любимых из странствий, плачут, их слезы падают в морскую воду и застывают капельками мерцающего перламутра. А устрицы ловят эти капельки и хранят в себе. Поэтому на Лире есть традиция – моряк, вернувшийся из дальних плаваний, дарит жемчужные бусы дождавшейся его невесте.
– Красивая традиция, – признала Джулия. – Все таки море настраивает людей на романтичный лад.
– Море делает людей романтиками или романтики идут в море? – философски спросила Лайза.