Измена. Тебе некуда уйти

Ольга Глинская

Измена. Тебе некуда уйти

Глава 1

– Мам, ты серьёзно собираешься надеть это для папы? – Алиса с откровенным любопытством разглядывала кружевной комплект, который я не успела убрать в пакет.

– А ты серьёзно собираешься обсуждать моё нижнее бельё?

– Ну, извини! Просто я думала, что после сорока такое уже не покупают.

– Спасибо, доченька. Очень обнадёживающее заявление.

Алиса рассмеялась, а я посмотрела на своё отражение в зеркале. Сорок один год. Двадцать из них я была замужем за Виктором Воронцовым, родила ему двоих детей и почему-то совершенно упустила момент, когда собственная дочь начала воспринимать меня как женщину, которой больше нечего ждать от мужчин.

Впрочем, иногда мне казалось, что и муж придерживался похожего мнения.

Я приложила к груди новое платье, тёмно-зелёное, с красивым вырезом и открытыми плечами. Обычно я выбирала вещи поскромнее. В школе, где работала бухгалтером, подобные наряды были неуместны, а дома мне гораздо удобнее было ходить в джинсах и футболке.

Но сегодня у нас с Виктором была годовщина свадьбы. Целых двадцать лет!

Мне хотелось устроить настоящий праздник. Без детей, разговоров о бизнесе и его бесконечных телефонных звонков.

– Красивое, – неожиданно одобрила Алиса. – Только волосы распусти. И губы накрась поярче. Папа хоть заметит, что у него жена красавица.

Я улыбнулась, хотя последнее замечание неприятно кольнуло.

– А он и так знает.

– Ну да, конечно.

Дочь выразительно закатила глаза и отправилась к себе. Я ещё немного покрутилась перед зеркалом, представляя, как Виктор вернётся вечером, увидит меня и хотя бы на несколько минут забудет о работе.

Когда-то он умел смотреть так, что у меня подкашивались ноги. Мог среди рабочего дня приехать с цветами, увезти меня обедать, поцеловать прямо на улице, не обращая внимания на прохожих.

Последние годы его нежность чаще выражалась банковскими переводами и дорогими подарками.

На прошлый день рождения он купил мне серьги с бриллиантами. Я поблагодарила, обняла его, а вечером попыталась привлечь внимание, когда он лежал в кровати с ноутбуком.

– Марин, давай завтра, а? Я сегодня вымотался.

Назавтра он вернулся после полуночи.

Я не обижалась. По крайней мере, старалась. Виктор руководил крупной мебельной компанией, которую создавал практически с нуля. Я прекрасно знала, сколько сил он вложил в своё дело.

В самом начале нашего брака мы вместе считали каждую копейку, ели макароны три дня подряд и радовались первому серьёзному заказу так, словно выиграли миллион.

Теперь у нас были загородный особняк, несколько автомобилей, хорошее образование для детей и возможность не задумываться о ценах в магазинах.

Только времени друг для друга почему-то не осталось.

Я убрала платье в шкаф и отправилась на кухню.

К семи вечера всё было готово. Я заказала любимые закуски Виктора, запекла мясо, поставила охлаждаться шампанское. Детей собиралась отправить к бабушке, которая давно приглашала внуков на ночёвку.

В половине седьмого позвонил муж.

– Марин, тут такое дело... – начал он, и я сразу поняла, что мои планы опять кому-то помешали.

– Что случилось?

– Срочно вылетаю в Питер. Поставщики подвели, нужно лично разбираться.

Я посмотрела на накрытый стол.

– Витя, у нас сегодня годовщина.

– Я помню, солнышко.

– Тогда почему ты ничего не сказал раньше?

– Потому что сам узнал двадцать минут назад. Думаешь, мне нравится мотаться по командировкам?

Я проглотила обиду.

– А когда вернёшься?

– К воскресенью постараюсь. Не обещаю. Ты только не начинай, ладно? Я и так на нервах.

За двадцать лет я научилась слышать, когда муж не расположен к разговорам. Если продолжить настаивать, он непременно скажет что-нибудь неприятное, потом извинится, а я буду чувствовать себя виноватой.

– Хорошо, Витя. Удачной поездки.

– Люблю тебя, Марин. Всё, мне пора.

Он отключился раньше, чем я успела ответить.

Я постояла возле стола, затем достала из ведёрка шампанское и убрала в холодильник. Мясо переложила в контейнеры.

Новое платье так и осталось висеть в шкафу.

К субботе я уже почти перестала обижаться.

За эти дни Миша успел простудиться, температурить, заставить меня трижды измерить ему температуру посреди ночи и окончательно испортить отношения с собственным носом.

– Мам, а сопли могут закончиться? – поинтересовался он, когда я протянула очередную салфетку.

– Надеюсь, дорогой. И желательно сегодня.

– А то я уже устал.

– Представляешь, я тоже.

Сын улыбнулся и прижался ко мне. В свои девять лет он ещё любил обниматься, не стеснялся целовать меня при одноклассниках и совершенно искренне считал, что я умею лечить любые болезни.

В пятницу температура окончательно нормализовалась. Врач разрешил возвращаться к обычному режиму, если самочувствие не ухудшится.

Тогда мне и пришла идея провести выходные в загородном доме.

Виктор всё равно отсутствовал, а детям полезно было сменить обстановку. В особняке имелась большая игровая комната, домашний кинотеатр и просторный участок, где Миша мог гулять часами.

Алиса встретила предложение без восторга.

– Мам, у меня вообще-то подготовка к экзаменам.

– Репетитор завтра вечером. Мы успеем вернуться.

– А интернет там нормально работает?

– Алиса, мы туда каждые выходные ездим!

– Вот именно. Я хотела остаться дома и встретиться с девочками.

Но после получасовых переговоров она всё-таки согласилась.

Глава 2

В субботу после обеда мы погрузили вещи в машину и отправились за город.

За рулём я чувствовала себя уверенно, хотя Виктор постоянно подтрунивал над моим стилем вождения. Говорил, что у меня талант находить пробки даже там, где их нет.

Я вспомнила его шутку и невольно улыбнулась.

Глупо, наверное, но я действительно скучала.

По его рукам, которыми он обнимал меня по утрам. По привычке целовать в макушку, проходя мимо. По нашим разговорам перед сном, когда дети уже спали и мы могли обсуждать всё на свете.

Последнее время Виктор почти не разговаривал со мной о себе.

Иногда я пыталась расспрашивать, но он отмахивался.

– Марин, ну что тебе рассказывать? Работа как работа.

Может быть, я действительно стала ему неинтересна?

От этой мысли сделалось неприятно. Я тут же одёрнула себя. Нельзя требовать от человека, чтобы спустя двадцать лет он ежедневно изображал страстно влюблённого юношу.

Но ведь можно хотя бы иногда интересоваться собственной женой?

– Мам, ты поворот пропустила! – возмутилась Алиса.

Я спохватилась, свернула к посёлку и вскоре остановилась возле наших ворот.

В этот момент заметила незнакомую чёрную машину.

Красивую, дорогую, с затемнёнными стёклами.

Я нахмурилась.

– У нас гости? – спросила дочь.

– Не знаю. Может, папа кого-нибудь из сотрудников прислал.

– Так он же в Питере.

– Ну мало ли...

Ворота открылись с брелока. Я въехала на территорию и припарковалась возле гаража.

Удивительно, но в доме горел свет.

Причём не только в прихожей, где его иногда оставляла домработница, а практически на всём первом этаже.

Я набрала номер Виктора.

Он не ответил.

– Сидите пока в машине, – попросила я детей. – Посмотрю, кто приехал.

– Мам, я вообще-то в туалет хочу! – возмутился Миша.

– Одну минутку, солнышко.

Я направилась к крыльцу, чувствуя нарастающее раздражение. Если Виктор отправил сюда своих деловых партнёров и забыл предупредить меня, разговор у нас будет серьёзный.

У входа стояли незнакомые женские туфли на высоком каблуке.

Я остановилась.

Виктор терпеть не мог, когда гости оставляли обувь прямо возле двери. Всегда просил убирать её в гардеробную.

Из гостиной доносилась музыка.

Я узнала мелодию. Старую французскую песню, которую мы с мужем слушали во время нашего первого совместного путешествия.

Откуда-то потянуло знакомым ароматом мужского парфюма.

Виктор?

У меня радостно забилось сердце.

Неужели вернулся раньше? Может, решил устроить сюрприз?

Я даже улыбнулась собственной подозрительности.

Затем услышала женский смех.

Не Алисы. Не домработницы.

Чужой.

Я прошла по коридору, стараясь понять, что происходит.

– Вить, ну перестань! – раздался звонкий голос. – Ты же обещал, что сегодня мы никуда не торопимся!

Я остановилась возле гостиной.

Женщина назвала моего мужа Витей.

Так его называла я. Иногда друзья детства. Но точно не деловые партнёры.

– Кристин, иди сюда, – ответил Виктор.

Я узнала его голос.

Только звучал он совершенно иначе, чем во время наших последних разговоров. Весело, расслабленно, с той самой ленивой нежностью, которую я так давно не слышала.

Я сделала ещё несколько шагов.

И увидела их.

Виктор сидел на нашем большом кожаном диване, расстегнув верхние пуговицы рубашки. Волосы были взъерошены, на лице играла улыбка.

Рядом с ним устроилась красивая темноволосая женщина.

Она положила голые ноги ему на колени, а он рассеянно поглаживал её бедро.

На журнальном столике стояли два бокала с шампанским. Рядом лежала открытая коробка конфет, которые я покупала к нашей годовщине.

Но самое страшное заключалось даже не в этом.

На незнакомке был мой шёлковый халат.

Тот самый, цвета слоновой кости, который Виктор подарил мне на прошлое Восьмое марта. Я надевала его редко, потому что боялась испортить дорогую ткань.

А эта женщина сидела в нём на моём диване, гладила моего мужа по волосам и совершенно спокойно смеялась.

Я смотрела на её пальцы, перебирающие пряди у него на затылке.

Когда-то я точно так же трогала его волосы.

Ещё утром я думала, что нам нужно обязательно куда-нибудь выбраться вдвоём. Может, взять небольшой отпуск. Поговорить наконец о том, почему мы стали такими чужими.

Теперь передо мной сидел мужчина, с которым я прожила двадцать лет, а я не могла заставить себя произнести ни слова.

– Витя? – наконец выдавила я.

Он поднял голову.

Улыбка исчезла.

Женщина обернулась следом. Её взгляд быстро скользнул по моему лицу, потом по обручальному кольцу на руке.

И знаете, что меня добило окончательно?

Она даже не попыталась прикрыться.

Спокойно поправила ворот моего халата и посмотрела на Виктора.

– Вот видишь, – произнесла она с раздражением. – Я же говорила, что надо было давно ей всё рассказать.

Виктор резко убрал её ноги со своих колен и поднялся.

Я ждала, что он бросится ко мне. Начнёт оправдываться. Скажет, что всё не так, как выглядит.

Господи, я была готова услышать любую глупость, лишь бы он сейчас попытался объяснить увиденное.

Но муж только нахмурился.

– Марина?

Я судорожно вдохнула.

– Витя... Что здесь происходит?

Он взглянул в сторону прихожей, словно проверяя, не появился ли кто-то ещё.

– Ты одна приехала?

– Что?

– Я спрашиваю, дети с тобой?

– Они в машине...

Виктор выругался, провёл ладонью по лицу, затем посмотрел на меня с таким раздражением, будто я сорвала ему важное совещание.

– Марина, какого чёрта ты приехала без предупреждения?!

Глава 3

– Я должна была предупредить? – переспросила я, не веря собственным ушам. – Витя, ты сейчас серьёзно?

Муж раздражённо поморщился и посмотрел в сторону прихожей. Его волновало, чтобы дети не увидели происходящего. А то, что я застала его с другой женщиной в нашем доме, похоже, доставляло ему исключительно неудобства.

– Марин, только давай без истерик. Я всё объясню, но сначала успокойся.

– Успокоиться?! – Я невольно повысила голос и тут же почувствовала, как к горлу подступили слёзы. – Ты сказал мне, что улетел в командировку! Я три дня думала, что ты работаешь, переживала, почему ты не звонишь, а ты...

Я перевела взгляд на брюнетку. Та уже поднялась с дивана и поправляла пояс моего халата. На вид ей было около сорока, но выглядела она так, словно ежедневно проводила по несколько часов в косметологических кабинетах. Идеальная кожа, густые тёмные волосы, ухоженные руки с длинными ногтями.

Я вдруг вспомнила свои сорок три тысячи рублей зарплаты, дешёвый крем для рук, который держала на рабочем столе, и то, как два месяца назад отказалась от похода к косметологу, потому что у Миши начались дополнительные занятия с репетитором.

Разумеется, деньги у нас были. Виктор никогда не ограничивал меня в необходимых расходах. Но мне всегда казалось неправильным тратить большие суммы исключительно на собственные удовольствия.

– Ты можешь хотя бы одеться? – спросила я у незнакомки.

Она удивлённо приподняла брови.

– Простите?

– Я попросила тебя снять мой халат и убраться из моего дома!

– Марина! – рявкнул Виктор. – Следи за выражениями!

Я повернулась к нему.

– Ты сейчас защищаешь её?!

– Я прошу тебя вести себя нормально. Кристина здесь ни при чём.

– Ни при чём? Она сидела у тебя на коленях!

– Вообще-то, ноги у меня лежали на его коленях, – неожиданно вмешалась брюнетка. – И давайте не будем делать вид, будто я сюда сама напросилась.

У меня даже дыхание перехватило от такой наглости.

– Кристин, помолчи, – бросил муж.

– Почему я должна молчать? Виктор, мы же всё обсуждали! Ты обещал, что поговоришь с Мариной.

Я смотрела то на неё, то на мужа, пытаясь понять, когда успела стать лишней в собственном браке. Они разговаривали так, словно я была неприятным обстоятельством, которое давно следовало устранить, но никак не находилось подходящего времени.

– Значит, вы обсуждали меня? – спросила я. – Как интересно. А давно?

Виктор провёл ладонью по затылку.

– Давайте не будем сейчас выяснять отношения. Кристина, собирайся. Я тебе потом позвоню.

– Вить...

– Я сказал, собирайся!

Женщина обиженно поджала губы, но спорить не стала. Проходя мимо, она бросила на меня взгляд, в котором не было ни капли стыда.

А я вдруг заметила на её шее тонкую золотую цепочку с маленьким бриллиантовым сердечком.

Очень похожую на ту, что Виктор подарил мне на пятнадцатую годовщину.

От этой мысли стало настолько противно, что я отвернулась.

– Халат оставь, – произнесла я ей вслед.

Кристина остановилась.

– Что?

– Сними его. Я не разрешала тебе пользоваться моими вещами.

Она коротко усмехнулась, но, встретившись глазами с Виктором, молча направилась наверх.

Я услышала, как открылась дверь нашей спальни.

Нашей!

Господи, неужели она ещё и спала в моей постели?

– Витя, скажи мне, что вы не...

Я не смогла закончить вопрос. Муж понял и без объяснений.

– Марина, давай без подробностей.

От его ответа меня затошнило.

Я вцепилась пальцами в спинку кресла, стараясь удержаться на ногах. Ещё утром я проснулась с мыслью, что люблю своего мужа. Что нам просто нужно больше времени проводить вместе. А теперь совершенно незнакомая женщина спокойно переодевалась в моей спальне, и Виктор даже не понимал, почему я так расстроена.

– Как давно? – спросила я.

– Что именно?

– Не издевайся надо мной! Сколько времени ты с ней спишь?

Он отвёл взгляд.

– Полтора года.

Мне показалось, что я ослышалась.

– Сколько?

– Марин, я не хочу повторять.

– Полтора года... – Я невольно рассмеялась, хотя смеяться совершенно не хотелось. – Ты полтора года водишь меня за нос?

Виктор устало опустился на диван.

– Я не собирался разрушать семью.

– Как благородно с твоей стороны!

– Послушай, пожалуйста. Это ничего не меняет между нами.

Я медленно повернулась к нему.

– Ничего?

– У нас дети, дом, двадцать лет брака. Неужели ты собираешься всё перечеркнуть из-за одной ошибки?

– Одной ошибки?! Витя, ты полтора года спишь с другой женщиной! Это сколько раз ты ошибся? Сто? Двести?

Он поморщился.

– Ты специально всё утрируешь.

Я смотрела на него и не узнавала. Передо мной сидел мужчина, которого я любила с двадцати одного года. Мужчина, которому доверяла больше, чем самой себе. Отец моих детей.

Я знала, как он любит кофе, когда нервничает, и что всегда мёрзнет после душа. Помнила, как он плакал, когда родилась Алиса, и как трое суток почти не отходил от Мишиной кровати после операции по удалению аппендикса.

Я знала о нём столько мелочей, что могла бы написать целую книгу.

Но оказалось, самого главного не знала.

Глава 4

– Почему? – спросила я, и голос предательски дрогнул. – Что я сделала не так?

Виктор вздохнул.

– Марин, дело не в тебе.

– Тогда в ком?

– Просто с годами отношения меняются. Ты же сама понимаешь, что у нас давно всё не так, как раньше.

Я почувствовала, как по щеке покатилась слеза.

– У нас была годовщина три дня назад. Я ждала тебя с ужином. Купила новое платье, бельё... Хотела сделать тебе сюрприз.

Муж поднял на меня глаза.

– Марина...

– А ты в это время был с ней?

Он не ответил.

И мне стало ещё больнее.

Я закрыла лицо руками, потому что не хотела, чтобы Виктор видел мои слёзы. Мне было ужасно стыдно за собственную глупость, за новое платье, за шампанское, которое до сих пор стояло в нашем холодильнике.

За то, что я продолжала любить человека, который уже полтора года делил свою жизнь с другой.

– Я ведь спрашивала тебя, всё ли у нас хорошо, – прошептала я. – Помнишь? После Нового года. Ты тогда сказал, что я придумываю проблемы.

– Потому что никаких проблем не было!

Я опустила руки.

– А Кристина?

– С Кристиной у нас другие отношения, Марина. Там страсть, эмоции. А здесь семья. Ты моя жена, мать моих детей, и я не собираюсь от вас уходить.

Он произнёс это таким тоном, словно сделал мне огромное одолжение.

– А я должна с этим смириться?

Виктор раздражённо посмотрел на часы.

– Я предлагаю тебе не разрушать то, что мы строили двадцать лет. У тебя есть всё, о чём другие женщины только мечтают. Дом, деньги, машина. Дети ни в чём не нуждаются. Я тебя когда-нибудь в чём-то ограничивал?

– Я тебе не про деньги говорю!

– А я про жизнь, Марина! Про настоящую жизнь, в которой не всё бывает идеально.

В этот момент наверху хлопнула дверь.

Кристина спустилась с небольшой дорожной сумкой. Теперь на ней было облегающее чёрное платье, которое подчёркивало роскошную фигуру. Волосы она распустила и успела накрасить губы.

Я смотрела на неё и думала, что ещё несколько минут назад эта женщина чувствовала себя здесь хозяйкой.

– Вить, я поехала, – сказала она.

Муж кивнул.

Кристина приблизилась и, совершенно не стесняясь моего присутствия, поцеловала его в щёку.

Меня будто ударили.

– Ты совсем совесть потеряла?! – вырвалось у меня.

Она отступила.

– Марина, я понимаю, что вам неприятно, но унижать меня не нужно. Я тоже не железная.

– Убирайся!

– Кристина, иди! – Виктор резко поднялся.

Наконец любовница направилась к выходу.

Я услышала, как захлопнулась входная дверь, затем заурчал двигатель автомобиля.

Только после этого смогла нормально вдохнуть.

Виктор подошёл ко мне.

– Ну вот. Теперь давай спокойно поговорим.

Я отшатнулась, когда он попытался взять меня за плечи.

– Не трогай меня.

– Марин...

– Ты хоть понимаешь, что сделал?

Муж устало выдохнул.

– Я понимаю, что тебе больно. Но не собираюсь всю оставшуюся жизнь вымаливать прощение. Всё произошло, ничего уже не изменить.

Я посмотрела на его руки.

Этими руками он только что обнимал другую женщину. Гладил её, прижимал к себе, касался так же, как когда-то касался меня.

И я вдруг поняла, что больше не смогу позволить ему даже случайно прикоснуться ко мне.

– Я подаю на развод, Витя.

Он замер.

А потом неожиданно усмехнулся.

– Не говори глупостей.

– Я серьёзно.

– Марина, тебе сорок один год. У нас двое детей. Ты вообще представляешь, что такое развод?

Я с трудом сглотнула.

– Представляю.

– Нет, не представляешь. Ты привыкла жить за моей спиной и даже не задумывалась, сколько всё стоит. Твоя зарплата не покроет половины наших ежемесячных расходов.

– Я работаю, если ты забыл!

– За сорок три тысячи! – Он повысил голос. – Марина, будь реалисткой!

Я смотрела на мужа и чувствовала, как любовь, которую я столько лет бережно хранила, превращается в нечто мучительное и унизительное.

Он действительно считал, что может делать со мной всё, что пожелает.

Потому что зарабатывал больше.

Потому что покупал мне платья, возил на море и оплачивал образование детей.

Потому что был уверен, что я никуда не денусь.

– Знаешь что, Витя? – Я вытерла мокрые щёки. – Засунь свои деньги куда подальше.

Он побагровел.

– Ты сейчас договоришься!

– Нет, это ты договорился! Полтора года ты врал мне в лицо, спал со мной, целовал наших детей, а потом ехал к своей любовнице! И теперь ещё смеешь рассказывать, какая я неблагодарная?!

– Прекрати орать!

– А то что?!

Виктор схватил меня за предплечье.

Я даже не успела подумать, что делаю.

Размахнулась и ударила его по лицу.

Звук получился неожиданно громким.

Муж медленно отпустил мою руку. На его щеке проступило красное пятно.

Я испугалась собственного поступка, но извиняться не собиралась.

– Ты совсем с ума сошла? – процедил он.

– Никогда больше ко мне не прикасайся.

Мы смотрели друг на друга, тяжело дыша.

И тут из коридора донёсся знакомый голос:

– Мам?

Я резко обернулась.

В дверях стояла Алиса. За её спиной выглядывал Миша с плюшевым динозавром, которого всегда брал с собой в поездки.

Господи, дети!

Я совершенно забыла, что оставила их в машине.

– Мам, мы ждали-ждали, а ты не выходила, – растерянно произнёс сын. – Я очень в туалет хочу.

– Конечно, солнышко, иди.

Миша послушно побежал в сторону гостевого санузла.

Алиса осталась стоять на пороге.

Она внимательно посмотрела на моё заплаканное лицо, затем на отца, который всё ещё потирал щёку.

– Что случилось?

Я открыла рот, но не смогла произнести ни слова.

Как объяснить семнадцатилетней дочери, что её отец, которого она обожала с детства, только что признался в полутора годах измены?

Как сказать, что наша семья, которой Алиса всегда так гордилась, оказалась совсем не такой, какой она её представляла?

– Алиса, иди к брату, – попросил Виктор. – Нам с мамой нужно поговорить.