Миссия самозванки: месть и развод

– Как ваше имя, мистер? – обратился к нему лорд Кокстер.

– Эфил Гаунбер к вашим услугам, лорд.

– Лорд Дагел Кокстер, – представился мой защитник и приветственно кивнул. – Боюсь, мистер Гаунбер, вам придется извиниться перед леди Роерти за недостойное поведение. Я уверяю вас и готов поклясться своим именем, что перед вами леди Софи Роерти. Мы знакомы с раннего детства, наши семьи были дружны и, более того, леди Роерти едва не стала моей невестой. Я знаю ее как никто другой.

Эфил перевел протестующий взгляд на меня. Он не мог не поверить лорду, но в то же время не мог с ним согласиться. Потому что он знал, кто я.

– Должно быть, я действительно ошибся, – процедил Гриф сквозь сжатые зубы. – Примите мои извинения, леди. Больше подобного не повторится.

– Я рада, что мы все выяснили, – сдержанно ответила я. – Я прощаю вас, мистер Гаунбер. Надеюсь, это недоразумение не скажется на нашем дальнейшем общении в группе. А теперь извините, вынуждена вас покинуть. Благодарю вас, лорд Кокстер.

От вежливой улыбки и витиеватых фраз сводило скулы. Доиграв до конца, я скрылась за дверями столовой, но уйти так просто мне не позволили. Лорд Кокстер догнал меня у умывальника, где я мыла руки.

– Софи, мы так и не поговорили, – напомнил он, подстраиваясь под мои шаги. – Мы не виделись больше двух лет. Я слышал, вы теперь замужем...

– Я обязательно поведаю вам эту историю, но в следующий раз, – ответила я, оборачиваясь. – Простите, лорд Кокстер, мне правда пора. Меня ждет ужин и подруга, которая его охраняет. И еще раз спасибо вам, что вступились. Я правда вам благодарна.

Не дав ему сказать ни слова, я развернулась и просто ушла. Лекси ждала меня за столом уже в одиночестве.

– Прости, что так долго, – повинилась я, присаживаясь. – И спасибо за заботу.

– Да ничего, – она привычно смутилась и отмахнулась.

Но выглядела слишком расстроенной.

– Что-то случилось? – подвинув к себе тарелку, я так и замерла с ложкой в руках.

– Да так, не бери в голову, – ответила она. – А тебе идет быть блондинкой.

– Не идет, – я усмехнулась и зачерпнула рагу. – Но спасибо, что пыталась подбодрить. Как блондинка блондинке: дашь списать конспекты?

Лексия весело рассмеялась.

До самой ночи я переписывала конспекты по “Законам и праву”. За короткое время мне оставалось освоить еще четырнадцать предметов, но в своих силах я не сомневалась.

Нисколько не лгала Прайнеру, когда говорила, что справлюсь. Никто не мог находиться в банде Ястреба и при этом сидеть у него на шее. Когда я была ребенком, мне приходилось воровать на ярмарках и рынках, чтобы выжить, но, повзрослев, я стала выполнять заказы куда крупнее.

Это были тонкие аферы, после которых месяцами приходилось сидеть тихо. Однако и заказы такие поступали редко. Остальное время я зарабатывала игрой в тавернах. Сначала как активный участник, а потом как пассивный наблюдатель.

Я всегда запоминала все вышедшие карты и еще ни разу не ошиблась. Ястреб называл мою память феноменальной. На играх в тавернах с заезжими магами из столицы он заработал себе целое состояние.

– Доброй ночи, девочки, – пожелала Лекси и перевернулась на другой бок.

– Доброй ночи, – ответила я, укладываясь на подушку.

Жардина промолчала. За поведение Эфила ей было стыдно, они сильно поругались после моего ухода, а мне...

Мне перед ней было стыдно вдвойне, но свой выбор я уже сделала.

Глава 12

Глава 12

– Студентка Роерти, высший балл. Сразу видно, кто вчера меня слушал, – произнесла преподаватель по теории и магической практике.

Собственно, именно практикой мы и занимались всю пару, которая на этот раз проходила вне стен кабинета. Строго говоря, наш спуск в подземелье я встретила недоумением. Пыльные мрачные подвалы под академией походили на склеп, но ровно до тех пор, пока наш курс не взялся за уборку.

– Видимо, здесь убираются только раз в год, – пробурчала Жардина, уничтожая паутину.

Паутина была уничтожена, но не паук. Он упал с каменного потолка прямо на Лекси. В подземелье раздался крик такой силы, что огонь в факелах на стенах задрожал.

– Все в порядке, студентка Абсуа. Это всего лишь паук, даже не ядовитый, – попыталась успокоить ее мисс Зиперт.

– Снимите его с меня! – Лекси беспорядочно трясла всем телом, так что помочь ей не удавалось.

– Да постой же ты на месте! – приказал Эвентин и поймал ее за плечи.

Я быстро стряхнула паука, уцепившегося за ее волосы.

– Все, паук уже убежал, – произнесла, перекрикивая истерику.

– Куда он убежал?! – завопила Лекси еще сильнее и в мгновение ока забралась к Эвентину на руки.

– Ради Трехликого, прекрати вопить! – попросила Жардина.

И это сработало. Но дальше по подземелью Лексия все равно перемещалась исключительно на руках у Эвена. Разумеется, это сказалось на скорости уборки. Для очистки нам отдали правое крыло, но при равном объеме работы мы закончили позже остальных групп.

Когда мы поднялись в холл первого этажа, мисс Зиперт уже отпустила остальных переодеваться. Следующим в расписании стоял рукопашный бой. Вел его лорд Карилл собственной персоной.

– Скорее, скорее, студенты, – поторопила нас преподаватель. – Студентка Абсуа, рада видеть вас на ногах.

Лекси мгновенно покраснела. Выстроившись перед мисс Зиперт в ряд, мы ждали ее вопросов. Савен предупредил меня о них сразу. Так заканчивалась каждая практическая лекция. Сначала шла практика, а затем краткий пересказ самой лекции. Причем подобную методику обучения с разрешения ректора применяла лишь мисс Зиперт.

– Начнем с вас, студентка Абсуа. Какие условия должны быть соблюдены, чтобы можно было применить заклинания по очистке?

Мы отвечали друг за другом. Припоминая вчерашнее занятие, я поняла, что преподаватель идет строго по тексту самой лекции. К тому моменту, как очередь дошла до меня, я уже знала, какой вопрос она задаст. В последнем абзаце перед звонком мы расписывали исключения.

– Студентка Роерти, вопрос вам. Какие исключения существуют связанные именно с этим заклинанием?

– Первое – оно неприменимо, если предмет уже зачарован заклинанием длительного действия со схожей структурой, – с готовностью процитировала я. – Второе – если на маге лежат чары: иллюзии или невидимости. Вместе с грязью заклинание уничтожит чары. Третье – его нельзя применять в местах с нестабильными силовыми потоками. Если магический фон искажен, результат использования не предугадать. Четвертое – если вещь слишком старая. Есть шанс, что предмет, на который воздействуют, рассыплется. Для артефактов и вещей с историей существуют иные заклинания. И последнее – заклинание очистки нельзя применять дважды в сутки на одном и том же предмете или живом существе. При воздействии оно уничтожает вместе с грязью тонкий слой материи или кожи. Таким образом предмет можно испортить, а живому существу нанести ожог.

– Браво, студентка Роерти, – произнесла мисс с искренним восхищением и удостоила меня короткими аплодисментами. – Вы выучили мою лекцию слово в слово?

– Так получилось, – ответила я, ощущая себя неловко.

– Похвальное рвение к учебе. Берите пример с одногруппницы, студенты, – проговорила она, обращаясь к моей группе.

И вот это уже точно было лишним. Но высший балл заработал почти каждый из нас. Лишь Лекси и Эвену оценку незначительно занизили. Последний этим фактом был не слишком доволен и снова злился на свою невесту. Собственно, именно по этой причине леди Абсуа добиралась до раздевалок в нашей компании.

– И вот скажи мне, как ты так научилась? – допытывалась у меня Жардина, пока мы бежали.

Раздевалки находились в здании рядом с полем, на котором мы каждое утро занимались физподготовкой. Ее всегда вели дежурные преподаватели. Сегодня, например, эта повинность досталась мисс Зиперт и лорду Шекеллу – златовласому красавцу с голубыми глазами.

Последний был преподавателем по стихии воды и, кажется, имел виды на молоденькую преподавательницу. От его комплиментов краснела даже я, а мне подобное в принципе было не свойственно.

Между тем мисс Зиперт оказалась достойна моего восхищения. Преподавателя, по которому вздыхала практически вся женская часть академии, она стоически игнорировала.

А посмотреть было на что. Ростом и разворотом плеч он ничуть не уступал лорду Кариллу. А вот в скромности преподаватель не поднаторел. На поле в довольно прохладное утро он вышел даже без рубашки, позволяя всей женской части академии рассмотреть рисунок его литых мышц.

В общем, мы с мисс Зиперт были единственными, кто не впечатлился. Не знаю, почему не реагировала она, а я и не такое видела. Мне частенько приходилось зашивать Ястреба после вылазок. У него мышцы были ничуть не хуже.

– Что именно? – уточнила я, натягивая форму.

– Запоминать! – возмущенно ответила Жардина, не давая мне скрыться за шкафчиком. – Ты же слово в слово все пересказала!

– Просто у меня хорошая память. Наверное, это потому, что в детстве я много читала.

Закрыв глаза, Жар горестно выдохнула и прижалась затылком к соседнему шкафчику.

– Ненавижу читать! – призналась брюнетка.

И как же хорошо я ее понимала. Сестры настоятельницы в монастыре в свое время отбили у меня всю любовь к чтению. В наказание за непослушание они заставляли меня заучивать наизусть всю историю Трехликого бога.

А она, между прочим, была написана в трех томах.

Глава 12.2

Я знала ее наизусть. Знала, какой текст расположен на какой строчке и на какой странице. Знала, что Трехликий был рожден человеком, но, обнаружив на своем пути источник во время странствий, он развил в себе магический дар. Развил из крохотного семечка, которое проглотил вместе с водой, решив напиться.

На то, чтобы полностью овладеть своим даром, у него ушли десятилетия. Он собирал вокруг себя учеников по всему свету и обучал их подчинению и управлению стихиями. Все больше магов вставали с ним плечо к плечу в качестве соратников.

Но драконов не устраивало усиление человеческих племен. Люди не желали прислуживать им, теперь они хотели стать равными. Тогда-то и началась первая война за земли и власть. Люди несли страшные потери, потому что были беззащитны с воздуха. Трехликий понимал, что им не выстоять против крылатого народа, и тогда он обратился за помощью к черной ведьме.

Ведьма забрала его душу, пробудив в нем давно спящую каплю крови. Трехликий стал первой виверной. Они отличались от драконов количеством конечностей. У виверн было лишь две конечности и два крыла.

Получив новые знания, Трехликий обратил всех своих последователей, в ком, как и в нем, текла капля драконьей крови. Они снова встали крыло к крылу и отстояли у драконов свое право жить свободно.

В конце концов, драконам пришлось покинуть эти земли. Говорили, будто они ушли далеко за горизонт и создали для себя парящие острова высоко в небе. С тех пор люди и маги больше ни разу их не видели. По крайней мере, на моей памяти их никто не встречал.

Ну а Трехликий получил свое последнее имя. Первый лик олицетворял его человеческую часть, утопающую в гневе и надежде на справедливость. Второй демонстрировал мага как зерно любви, как того, с кого начинается рождение семени, рождение самой жизни. Третий по новым заветам изображал дракона как воплощение главных человеческих страхов и пороков, но в монастырских талмудах эта часть читалась иначе.

В них третий лик принадлежал виверне, которая стояла на страже равновесия. Не зря же на всех статуях ее ваяли в центре.

Звонок на занятие застал нас на выходе из раздевалок. На поле мы появились в числе последних, но, удостоив нас недовольным взглядом, лорд Карилл неожиданно промолчал. А я ждала. Ждала очередного унижения.

– Разбились по парам, – приказал Прайнер и вспомнил обо мне. – Студентка Роерти, вы сегодня в паре со мной. На следующих занятиях вашим напарником станет Савен. Савен, вам на сегодня достается мистер Гейли.

Вперед вышел темноволосый вихрастый парень из второй группы. Его напарница отчего-то сидела на скамейке. Она уже переоделась в форму, но в наши ряды не становилась.

Я лишь могла предположить, что ее посетили не самые лучшие дни.

Оценив расположение пар на поле, я встала напротив ректора. Понятия не имела, что делать дальше. Но едва он собрался отдать первый приказ, ему в руки приземлился фиолетовый магический вестник.

Цвет вестника указывал на срочность.

– Защита из первой позиции, нападение из третьей, – приказал он студентам и приложил к уху вестник.

Слушая сообщение, куратор Карилл пристально смотрел на меня. Под его взглядом я невольно поежилась.

Пока ждала хоть какого-то продолжения, отстраненно наблюдала за одногруппниками. Защита из первой позиции не впечатляла. Они выставляли самый простой магический щит снизу, а их оппоненты били сверху кто чем мог.

– Отправляйтесь к лорду-ректору, студентка Роерти, – отстраненно приказал куратор.

– Зачем? – спросила я, удивившись.

Мне ответили слегка приподнятой бровью и сложенными на груди руками.

– Так бы сразу и сказали, что не знаете, – пожала я плечами и отправилась в сторону главного учебного корпуса.

– Если не вернетесь через четверть часа, до конца занятия просидите на скамейке, – неожиданно прилетело мне в спину.

Моему возмущению не было предела. Обернувшись на миг, чтобы пронзить куратора уничтожающим взглядом, я перешла на бег. Оказаться в отстающих еще больше мне не хотелось.

Пробежав через всю аллею, я забралась на крыльцо, перепрыгивая ступени. Невольно вспомнилось мое первое появление здесь. Почему-то ощущала себя так, словно с тех пор прошла уже целая вечность.

В секретарскую я ворвалась настолько запыхавшаяся, что не смогла сказать ни одного связного слова.

– Поторопитесь, студентка. Вас ждут, – строго произнесла секретарь.

При моем появлении она поднялась. От девочек я знала, что эта дама была женой нашего ректора.

Взгляд ее мне не понравился. Острый, изучающий. Так смотрят на неведомую зверюшку, выступающую на ярмарке. Неужели мое первое появление здесь так сильно задело самолюбие леди?

Молча кивнув, я прошла через секретарскую, коротко постучала и толкнула дверь. Придерживая пенсне, ректор не отрывался от документа, который читал.

– Вы меня вызывали, господин ректор? – спросила я, не решаясь пройти к креслу.

Сердце стучало у самого горла, но страха не было. Я его уже не чувствовала, сроднилась с ним за эти дни и просто ждала, когда же из-за черных туч грянет первый весенний гром.

– Присядьте, леди Роерти, – произнес он, ладонью указывая на кресло для посетителей.

Глава 12.3

Каждый шаг я делала через силу, превозмогая желание остановиться. Чем дальше находилась от ректора, тем в большей безопасности себя чувствовала, но не выполнить прямой приказ не могла. Пришлось сесть.

Сняв пенсне, лорд Кахакус отложил его в сторону, как и документ, который читал. Мутный взгляд пожилого мужчины устремился ко мне.

– Итак, здесь снова был ваш супруг, студентка Роерти. Он приходил с адвокатом и пытался оспорить ваше зачисление, руководствуясь тем, что на момент зачисления вы уже являлись его супругой.

– И что вы ответили ему? – спросила я прямо.

– Я послал его к дьяволу и предложил отправиться на защиту границы вместо вас, – невозмутимо ответил ректор.

Довольная улыбка змеей наползла на мои губы, но лишь на миг. Я даже спрашивать не стала, как на это отреагировал муж Софи. Но его холеную рожу в этот момент увидеть хотела бы.

– Вы же не дадите ему меня забрать? – произнесла, скрывая надежду.

– Я ничего не могу обещать вам, Софи. До возвращения короля с границы вы находитесь в академии в подвешенном состоянии. Лорд Роерти принес с собой бумагу, отправленную секретарем короля в ответ на его запрос.

Мне продемонстрировали желтоватый лист с золотым тиснением и красной восковой печатью. Лорд-ректор поднял его двумя пальцами, а после вернул обратно на стол.

– Его Величество ясно дал понять, что решит ваш вопрос, когда вернется.

– Но при чем тут король? – недоумевала я.

– Полагаю, при том, что ваш муж высокопоставленный аристократ, заслуживший определенное расположение Его Величества, – ответил лорд Кахакус.

Я рассмеялась. Просто не сумела сдержаться.

– Он получил имя рода Роерти обманом!

– ...и потому, что вы один из сильнейших огненных магов в академии, о чем я сообщил Его Величеству в своем обращении, – невозмутимо продолжил лорд. – Молитесь Трехликому, чтобы ваш вес как боевого мага оказался для короля выше, чем выгода от вашего брака. На этом все, леди Роерти. Я вызову вас к себе, когда вопрос решится.

Я медленно поднялась, глядя на лорда-ректора. Мне не нравилось выражение его лица – слишком отстраненное. Казалось, он заранее знал, чем закончится мое противостояние с супругом. Мне шестое чувство тоже подсказывало, что король будет на стороне своего артефактора, потому что...

Кто я, а кто он? Лорд Роерти снабжал артефактами все королевство и в том числе отправлял их на границу. Его помощь государству наверняка высоко ценилась в высшем обществе, а значит, я не могла рассчитывать на справедливость со стороны короля.

Шансов выиграть в этом противостоянии у меня почти не было. Почти.

Мне следовало как можно скорее брать все в свои руки.

– Леди Роерти, у вас такое лицо, будто вы что-то задумали, – подметил лорд Кахакус, глядя на меня поверх возвращенного на нос пенсне.

Я позволила себе вежливую улыбку.

– Я не леди, господин ректор. Я боевой маг, – ответила тихо, но твердо. – Разрешите вернуться на занятие?

Меня отпустили коротким кивком, но я ощущала на себе задумчивый взгляд ректора до тех пор, пока не вышла из его кабинета. На его супругу даже не взглянула. Слишком сильно углубилась в собственные мысли, но и для них сейчас места не было.

Я не знала, когда король вернется с границы. Я не знала, сколько времени у меня было, но планировала тратить его с умом. Оставалось дождаться первых выходных.

Уже в коридоре главного здания я перешла на бег. Судя по часам, висящим в холле, я укладывалась в отведенные мне пятнадцать минут. Шумно дышала, когда снова явилась на поле. Сердце было готово выскочить из груди, но в присутствии преподавателя я тщательно скрывала, как сильно запыхалась по дороге.

Это не помогло.

– На скамью, студентка Роерти, – приказал он, едва взглянув на меня. – Ваша задача на сегодня – наблюдать и делать выводы.

– Но... – я попыталась возразить и тут же замолчала, сжав зубы.

Детектив-инспектор смотрел на меня с подчеркнутым вниманием, с плохо скрываемой насмешкой во взгляде. Но продолжения не дождался и тогда снова попытался спровоцировать:

– Кстати, цвет волос ужасный. Решили мимикрировать под стог сена?

Я молча села на скамью рядом с одногруппницей и переключила все свое внимание на тренирующиеся пары. Ощущала на себе взгляд куратора еще какое-то время, но вскоре просто перестала его замечать.

Дрались мои одногруппники отвратительно. Нет, среди них были те, кто сражался достойно. Были и те, чьими умениями я по-настоящему восхитилась. Например, Эвентин дрался выше всяких похвал. Он быстро уложил Лексию подножкой, выбил палку из ее руки и прижал к земле. Но остальные оставляли желать лучшего.

Я прекрасно видела их ошибки. В реальной жизни так не дрались. Они наносили удары и отбивались так, будто участвовали в театральной постановке. Никакой настоящей боли, никакого желания выжить, сделать все, чтобы вырвать победу у противника.

И это их через десять месяцев собирались отправить на границу? Куратор Карилл назвал пушечным мясом меня, но кем тогда были они? Материалом для тренировки некромантов?

Я заскучала слишком быстро. Казалось, пара тянулась бесконечно. Ничего нового мои одногруппники не делали. Лишь изредка по приказу куратора меняли изначальные стойки, и все повторялось.

Они не старались. И я была уверена: Прайнер это видел. К концу пары его раздражение тяжелой тучей ощущалось в воздухе.

Но разряды молний отчего-то достались мне.

Глава 13

– Да что вы ее гладите, мистер Гаунбер? – взорвался детектив-инспектор, заметив, как тренировка неожиданно преобразилась в нечто иное для пары Жардины и Эфила.

Эти двое явно флиртовали, глядя друг другу в глаза на расстоянии вдоха. Парень удерживал руки Жар у нее за спиной. Девушка фактически прижималась к нему всем телом.

Короткий смешок сорвался с моих губ. Тренировки по рукопашному бою точно нравились и парням, и девушкам с нашего факультета, но думали они в этот момент не о задании. Весна проникла и в их сердца. Не повезло только Савену, которому в напарники достался парень. Остальные были разделены на пары, и, что странно, я это отметила только сейчас.

Студенты и в аудитории сидели по парам: парень с девушкой.

– Что вас насмешило, студентка Роерти? – в голосе куратора слышалась сдерживаемая ярость. – Может, вы хотите устроить демонстрацию для своих одногруппников? Не стесняйтесь, выходите. Я даже составлю вам компанию.

Я трижды пожалела, что вообще открыла рот. Драться с куратором в мои планы не входило. На скамье было скучно, да, но открытое противостояние с лордом Кариллом ни во что хорошее вылиться точно не могло.

Мы друг друга едва выносили. Это было понятно еще вчера.

Но иного варианта мне не оставили. Проигнорировав протянутую ладонь, я поднялась и заняла место в двух шагах от детектив-инспектора. Замерев на площадке для тренировок, мои одногруппники внимательно наблюдали за нами, а я ждала. Ждала, когда Прайнер назовет комбинацию, которую мы будем использовать как изначальную.

Он не произнес ни слова. Я даже опомниться не успела, как была схвачена за руку. Дернув меня на себя, куратор развернул меня к себе спиной и обхватил мою шею рукой, прижимая, фактически лишая дыхания.

Инстинкты сработали слишком поздно. Подобной подлости от лорда я просто не ожидала. Вцепившись пальцами в его руку, я ударила пяткой по его ноге и получила короткое мгновение свободы. Мне удалось просунуть голову в образовавшийся проем. Я скользнула вниз по его телу, используя его как опору, но...

Шаг в сторону, разворот и удар ладонью прямо в сосредоточие магии в моей груди. Воздух вышибло из легких, а меня саму наверняка впечатало бы в тренировочное поле. Если бы подо мной не оказалось воздушной подушки.

При приземлении мое тело слегка спружинило.

Голова дернулась, в ушах зашумело. Пыталась перевести дыхание, но тщетно. Каждый новый вдох казался недостаточным.

– Вот так, студенты, должна выглядеть тренировочная схватка на занятиях по рукопашному бою, – услышала я голос куратора будто через толщу воды. – Вы должны научиться сражаться по-настоящему. Никто не пожалеет вас на поле боя, никто не станет ждать, когда вы подготовитесь. Вы должны уметь отстоять свою жизнь в любое мгновение, иначе этой жизни у вас просто не будет. Если на следующем занятии история повторится, вашим напарником стану я. Свободны.

Услышав разрешение покинуть поле, я с усилием села и только потом открыла глаза. В груди разрасталась тянущая боль, а дыхания по-прежнему не хватало, но я снова проигнорировала протянутую мне ладонь. Ненавидела куратора в этот момент. Просто ненавидела. Наверное, именно ярость придавала мне сил.

Рядом со мной остановились Жардина и Лекси. Последняя протянула мне руку, пытаясь помочь, но была остановлена резким Вон! от Прайнера. Уходя с полигона, мои соседки то и дело оборачивались. На поднимающуюся меня они смотрели с откровенной жалостью.

И все же я поднялась сама. Первый шаг, второй. Я покидала тренировочное поле последней. Лорд Карилл остался у меня за спиной, но его голос нагнал меня уже на третьем шаге.

– Если я отдал приказ, его нужно выполнить четко и без промедлений. Без возражений. Запомните это, студентка Роерти. Что бы я ни сказал, вы сначала делаете, а потом думаете.

Я остановилась мгновенно. Могла бы не оборачиваться, но хотела видеть лицо мерзавца. Взглянув на него, я тихо спросила:

– Даже если вы прикажете мне прийти к вам ночью и лечь в вашу постель? – я откровенно издевалась.

Из меня так и рвался яд. Собственное бессилие перед ним раздражало. Я могла его победить. Знала, что могла. Мне приходилось драться с куда более рослыми соперниками, но тогда я ждала нападения. Сейчас же я ждала сигнала к началу боя и именно на этом провалилась.

Заметив, как у Прайнера дернулся кадык, я едва сумела сдержать довольную улыбку. На миг прикрыв веки, он будто переводил дыхание, но когда распахнул их, я пожалела о своих словах.

Моя ярость не шла ни в какое сравнение с его злостью. В его глазах полыхал огонь.

– Даже если скажу, – произнес он хрипло, чеканя каждое слово, – придете и ляжете.