Книжный тур

— Но кроме нас, его, кажется, никто даже не заметил, — возразила Майя. — Ему логичнее было бы стоять с другой стороны дороги, где больше потенциальных наблюдателей.

— Не думаю, — после небольшой паузы не согласился Потапов. — С той стороны сидят по двое, конечно, но в основном болтают между собой. А мы здесь сидим по одному и смотрим в окно. По крайней мере, мы с вами, — добавил он, когда понял, что Санек все это время болтал с сидящими через проход от него девушками, а Галина оказалась полностью поглощена собственным смартфоном. Возможно, просматривала только что сделанные фотографии. — Давайте не будем подыгрывать организаторам и сделаем вид, что ничего не заметили.

Майя только кивнула и откинулась на спинку своего кресла, как ему показалось, ничуть не успокоенная его объяснениями.

Сам же Потапов укрепился в собственной версии, когда повернулся в другую сторону, к ряду двойных сидений, и заметил, что гид Оксана сверлит его взглядом. Она тут же улыбнулась и скользнула им дальше, сделав вид, что рассматривает всех подопечных, но Потапов не сомневался: ей было интересно, заметил ли он еще одну пугающую заготовку.

Автобус привез их на Ленинградский вокзал, откуда вскоре должен был отойти скоростной поезд до Санкт-Петербурга. Как Потапов понял из объяснений Оксаны, этот город можно было считать знаковым для поклонников серии, поскольку в нем и его окрестностях происходили события сразу нескольких книг, да и часть главных героев жила именно там.

Потапов был рад обнаружить, что поездка предполагалась в вагоне бизнес-класса. Это позволяло ожидать, что хотя бы один нормальный прием пищи у них сегодня будет. В северную столицу он время от времени мотался по делам и обычно ездил как раз на таком поезде, поэтому знал, как тут кормят.

Милана после событий в деревне странным образом притихла. То ли возымели действие его угрозы, то ли она и сама обратила внимание на то, что, почувствовав угрозу, инстинктивно искала защиты у него и он эту защиту готов был дать. Это вполне могло подтопить лед между ними.

Как бы там ни было, а она спокойно заняла место через проход от него, в соответствии с билетом, и не попыталась поменяться с Аделиной, которой на этот раз все же досталось место у окна. Милана даже не стала возражать против того, чтобы Потапов сфотографировал их с подругой, когда у них не получилось сделать нормальное селфи.

Особого общения, конечно, все равно не получалось, но Милана хотя бы больше не фыркала и не пыталась хамить в ответ на какие-то его вопросы или замечания. И все же немного поговорить Потапову удалось только с Аделиной, когда Милана ушла в туалет.

— Когда вы успели так сдружиться? — поинтересовался он, наклонившись через проход. — Милана ведь только-только поступила на первый курс, а ты вообще учишься на третьем.

— О, да мы подружились еще до ее поступления, — улыбнулась Аделина. — Общались в группе, посвященной книгам, несколько раз встречались на мероприятиях вроде презентаций новых романов. Много переписывались. Собственно, она из-за меня и пошла в наш институт, чтобы мы смогли чаще встречаться в реале.

Потапов кивнул, принимая этот ответ и стараясь никак его не прокомментировать. Для него это прозвучало дико: выбрать институт не по каким-то объективным критериям вроде качества образования и значимости диплома, а только потому, что там учится девушка, которой нравятся те же книги. О чем вообще думает современная молодежь? Куда смотрела Катя?

Необъявленное перемирие длилось недолго. Стоило им добраться до гостиницы, Милана снова взбеленилась. Проблема оказалась в номерах. Практически для всей группы были забронированы двухместные комнаты. Исключение составляли Майя, которая изначально целенаправленно выбрала одноместное размещение в комнате повышенной категории, и Санек, у которого просто не было пары. В одиночку собиралась проживать и гид Оксана. Катя должна была ночевать с Галиной, а Милана — с Аделиной. Однако теперь, когда вместо Кати поехал Потапов, возникла проблема, поскольку по понятным причинам Галину нельзя было разместить с ним. Он предложил разумную, на его взгляд, замену:

— Милана может жить со мной, а Аделина — с Галиной.

— Нет! — возмущенно заявила Милана, глядя на него широко раскрытыми глазами, в которых плескалось столько разных, но преимущественно негативных эмоций, что в них даже разбираться не хотелось.

— Почему нет? — нахмурился Потапов.

— Да потому что это полный кринж!

— Что, прости? Говори, пожалуйста, по-русски.

— Я не могу жить с тобой в одном номере!

— Почему не можешь? Я твой отец вообще-то…

— А мне уже не семь лет! — Милана скрестила руки на груди, прожигая его взглядом. — Мы видимся только по праздникам, ты мне практически чужой! Мне будет неловко все время. Я хочу иметь возможность ходить по номеру в нижнем белье, если потребуется, а как прикажешь это делать при тебе, если оно почти прозрачное?

Брови Потапова сами собой взметнулись вверх, внутри дернулось что-то темное и злобное.

— На кой черт тебе в твоем возрасте прозрачное нижнее белье? — тихо и угрожающе поинтересовался он. — Мать вообще знает об этом?

— Конечно, знает, — язвительно отозвалась Милана. — Она мне его и купила.

Потапов многое мог на это сказать, но все предложения содержали непечатные слова, а рядом находилось слишком много дам, которые уже и так видели и слышали достаточно. Поэтому он только потер лоб рукой и тихо пробормотал:

— Господи, чему я, собственно, удивляюсь?

— Может, мы найдем другой вариант? — вклинилась Оксана и вопросительно посмотрела на Майю. — У вас ведь все равно двухместный номер? Одноместные в этом отеле просто не бывают повышенной категории. Может, вы возьмете Галину к себе? И тогда Николаю достанется отдельный.

— Извините, но я платила за повышенную категорию не для того, чтобы ко мне кого-то подселяли, — ледяным тоном процедила Майя. Однако через секунду смягчилась, посмотрела на Потапова и игриво заметила: — Но готова рассмотреть возможность приютить у себя Николая.

Рядом громко хмыкнул кто-то из девушек. Потапову почему-то показалось, что это сделала Стася. Продолжать этот цирк не хотелось. Он ужасно устал сегодня, морально и физически, а потому не хотел ни новых разборок, ни романтических заигрываний.

— Давайте я просто сниму себе еще один номер, — объявил он и посмотрел на администратора. — У вас ведь наверняка есть свободные?

— Остались только люксы… — виновато заметил молодой парень, сверившись с системой.

— Прекрасно! Я обожаю люксы, — заверил Потапов. — Дайте мне лучший.

Учитывая, что гостиница имела всего три звезды, это все равно будет гораздо меньше, чем он привык получать.

Администратор сразу оживился, Оксана расслабилась, Милана успокоилась, а остальные, осознав, что концерт окончен, торопливо забрали свои ключ-карты у второго администратора и направились к лифтам.

— А зря, — весело шепнула Майя ему на ухо, проходя мимо.

Потапов нашел в себе силы улыбнуться ей и даже подмигнуть, как бы говоря: «Куда нам торопиться?»

Глава 6

— А папашка у тебя клевый, — заметила Ада, падая поперек кровати, на которую Милана аккуратно выкладывала вещи, необходимые этим вечером. Полностью разбирать чемодан ей не хотелось, поскольку скоро его придется собирать снова. — И весь такой секси, откровенно говоря. Для своего возраста, конечно. Кажется, все тетки в группе по нему слюни пускают. Заметила?

— Мне это вообще не интересно, — фыркнула Милана, не глядя на подругу, чтобы та не заметила, как ее на самом деле злит этот факт. — И он тоже не интересен. Надо только пережить эту поездку… И полгода до совершеннолетия. Потом он уже не сможет мне указывать.

— По правде говоря, он не так уж много тебе указывает. — Ада перевернулась на бок, подперла голову рукой и пытливо посмотрела на нее. — А ты зря на него все время наезжаешь. Он тебе ни в чем не отказывает, как я погляжу. Это ведь он оплатил этот тур? И твое обучение в институте тоже он оплачивает…

— Он мой отец, он обязан меня содержать, — буркнула Милана. — Это не подвиг. К тому же денег у него до задницы, а он не слишком-то на нас с мамой раскошеливается. Знаешь, какая у него квартира? Четыре комнаты, не считая кухни-столовой, два санузла и две гардеробные. И все это в жилом комплексе бизнес-класса в центральном районе. И это при том, что он живет один! А мы с мамой ютимся в двушке в старом фонде у черта на рогах!

— Я бы не назвала «Ботанический сад» рогами черта, — возразила Ада. — Отличный район. И насчет обязанности содержать… Для сравнения, мне пришлось идти на подработку, чтобы в этот тур поехать, хотя мой отец живет с нами. Просто жилье, еда и одежда — это все, что родители мне должны. А всякие развлечения и прочие хотелки — уже моя ответственность. Тебе папаша тоже мог бы так заявить. А он просто все оплатил. Ты ему хоть спасибо за это сказала?

— Нет, он не просто все оплатил, — возразила Милана, садясь на кровать рядом с Адой и намеренно игнорируя ее последний вопрос. — Я вообще-то в майский тур поехать хотела. Ты же знаешь, он интереснее! И погода лучше, и по книгам все начинается в мае!

— Да, а еще он в полтора раза дороже, потому что на майские все дороже.

— Да для него это вообще копейки! Ты его слышала? Дайте мне лучший люкс! И даже не спросил, сколько это стоит. На себя ему денег не жалко. А тут уперся рогом: нет, нечего перед экзаменами по дурацким турам разъезжать, сначала сдай все, потом поговорим. Бесит!

— Вообще-то я имела в виду, что в майский с тобой не смогла бы поехать я, — заметила Ада немного недовольно. И тут же хитро прищурилась. — Слушай, а твоему папке новая жена не нужна случайно? Молодая, красивая…

Она демонстративно провела рукой сначала по светло-русым волосам, а потом вдоль тела.

— Ты это серьезно? — Милана в ужасе округлила глаза. — Да он вдвое тебя старше! Годится тебе в отцы ничуть не меньше, чем мне.

— Ой, а кто-то, мне кажется, не так давно рассуждал о том, какая в книгах нежная и трогательная любовная линия у немолодого мага с главной красоткой, — поддела Ада. — А ведь у них разница в возрасте даже больше!

— Но то книга, а это жизнь…

— Что поделать? — Ада притворно вздохнула. — Кому не досталось богатого папы, остается только искать богатого папика.

Ада еще пару секунд смотрела на округлившиеся в возмущении глаза Миланы, а потом громко расхохоталась и толкнула ее в плечо.

— Да успокойся ты! Шучу я…

Милана облегченно выдохнула и осуждающе покачала головой.

— Уж лучше тебе шутить, — буркнула она. — А то мы с тобой поссоримся навсегда!

— А что так? — нарочито обиженно поинтересовалась Ада. — Не хочешь, чтобы я стала твоей мачехой?

— Не хочу, чтобы ты потом плакала и винила меня в том, что я тебя не остановила, — пояснила Милана недовольно. — Это он со стороны весь такой… клевый. Красивый, холеный, уверенный в себе, обходительный. А на деле… предатель и бабник!

— Что, мамке твоей изменял? — осторожно поинтересовалась Ада, наконец отказавшись от насмешливого тона.

Милана угрюмо кивнула, нервно ковыряя пальцами покрывало.

— Мама за него вышла, когда он был еще никем. Они оба были молодыми совсем. Ради семьи она отказалась от карьеры актрисы. Я ведь довольно быстро родилась, да и отец не хотел, чтобы она этим занималась. Тогда он был далеко не таким уверенным в себе, поэтому жутко ее ревновал. Я помню из детства, как у них были скандалы на эту тему. А потом у отца дела пошли в гору, и он, думаю, начал сам налево гулять…

— Думаешь? То есть ты точно не знаешь?

— Ну как я могу знать? Я же мелкая совсем была, еще не понимала ничего. Даже если что-то видела или слышала такое, не запомнила бы, потому что не поняла бы. А мама со мной эту тему не обсуждала. Но когда я подросла, я достаточно насмотрелась на его отношения с женщинами. Они для него… как расходный материал. Верность — это явно не про него. И как ты сама заметила, он многим нравится, так что ему есть из кого выбрать. Думаю, он ушел от нас, потому что мама не захотела это терпеть. Он тогда предложил ей подписать алиментное соглашение, которое на тот момент показалось ей даже щедрым. А у него потом доходы в десятки раз выросли. Но все, уже никакого пересмотра, уговор есть уговор. Мама хотела подать в суд на пересмотр, а он ей сказал, что вообще без копейки оставит. И ведь оставит, он же адвокат! Еще и специализируется как раз на таких вещах. Сама слышала. Кто мне первый позвонит, тому и достанется большая часть совместно нажитого, — кривляясь, процитировала Милана.

— Слушай, но твоя мама ведь не работает, да? — осторожно уточнила Ада. — А вы так-то копейки не считаете. Вон, ты вся в брендовых шмотках с ног до головы. Значит, он платит, и довольно щедро.

— Только каждую мелочь приходится выпрашивать, — буркнула Милана. — Ему нравится контролировать каждый мамин шаг, каждый потраченный ею рубль.

— Она могла бы найти работу и не зависеть от него полностью.

— Ну какая уже теперь работа? Ей ведь тоже сорок, а стажа рабочего — ноль. Когда они поженились, отец не хотел, чтобы она работала…

— Ты же говорила, они развелись, когда ты во второй класс пошла? Многие даже домашние мамы идут работать как раз в это время. Хотя моя, например, всегда работала, даже когда в декрете со мной сидела. И с братом моим тоже. Максимум год совсем без работы оба раза была.

— Ну и что здесь хорошего? — Милана еще больше насупилась. — Но когда нет другого выбора, это понятно. А у моего отца…

— Да-да, я помню: денег до задницы, — хмыкнула Ада. — И знаешь, это уже повод не особо на него наезжать.

— Не нужны мне его деньги, — процедила Милана. — Пусть подавится ими.

— Слушай, я понимаю, тебе обидно за маму…

— Да не в этом дело! Года два назад… чуть больше уже. Мне тогда как раз пятнадцать исполнялось, но за несколько дней до этого я в больницу угодила. И знаешь что? Я чуть не померла тогда, а он неделю и не думал меня навещать. На день рождения даже не пришел. И не поздравил. Наверное, с очередной бабой на каком-нибудь курорте кувыркался… Потом, очевидно, вернулся, явился с подарками, только я его уже видеть не хотела.

— М-да, это погано, — признала Ада.

— Вот именно. — Милана вскочила с кровати, схватила пижаму и несессер. — Чур, я первая в ванную!

Заявив это, она торопливо скрылась за дверью санузла, захлопнула ее и сразу включила воду, чтобы подруга не услышала, как она всхлипывает. Болезненные воспоминания о том дне рождения снова разбередили душу.

Глава 7

10 октября 2026 года

г. Санкт-Петербург

За первый день поездки Стася устала больше, чем ожидала. Много новых знакомых, три больших переезда, столько эмоций на первом объекте и большие ожидания от планов следующего дня — все это так взволновало ее, что она боялась не уснуть полночи. Однако же на деле отключилась, едва голова коснулась подушки. Лера, кажется, что-то говорила в тот момент, но Стася так и не смогла уцепиться за нить ее размышлений и провалилась в темную бездну без сновидений.

Удивительно, но утром она проснулась так же легко. Как будто кто-то нажал кнопку, и Стася вдруг включилась. Дотянулась до смартфона, лежащего на прикроватной тумбочке, и увидела, что до звонка будильника осталось буквально три минуты.

Стася торопливо отключила будильник и скинула с себя одеяло, чтобы точно не уснуть снова. Однако никакой сонливости и не было. Предвкушение нового дня уже будоражило мозг, поэтому она легко встала и отправилась в ванную.

До первой экскурсии было не так уж много времени, поэтому собиралась Стася быстро, чтобы успеть как следует позавтракать. А вот Леру на завтрак добудиться так и не удалось. Та заявила, что лучше поспит еще полчаса. Сколько Стася ни пыталась ей объяснить, что с медицинской точки зрения пропуск завтрака — это плохая идея, все всегда заканчивалось одними и теми же аргументами, почерпнутыми из сомнительных статей в интернете: а вот итальянцы завтракают чашкой эспрессо, а французы съедают круассан с кофе и тому подобное. В итоге подруга действительно начинала точить на ходу булки и сладкий кофе, чтобы приглушить голод, отчего стабильно набирала вес и расстраивалась, но менять что-либо в своем режиме категорически отказывалась.

То, что на завтрак пришлось идти одной, не испортило Стасе настроения. В небольшом зале ресторана были щедро накрыты столы раздачи, в воздухе витали ароматы кофе и чуть подгоревшего в тостере хлеба, а за немногочисленными столиками в основном сидели члены их туристической группы. Не было только Леры и Майи. Санек, как и накануне, присоединился к Алене и Юле, по всей видимости, им было вполне комфортно вместе. Оксана делила стол с Галиной, Кристина и Владимир сидели в самом дальнем углу, где никто не мешал им обниматься и целоваться. Милана, конечно, завтракала с подругой, а вот ее отец скучал в гордом одиночестве и с весьма недовольным выражением лица. Его недовольство, вероятно, вызвал только что сделанный глоток кофе, но Стася не поручилась бы за это. Возможно, он был недоволен ситуацией в целом. Еще три столика занимали другие постояльцы отеля, и всего парочка оставались свободными.

Стася в первую очередь отправилась к столам с едой. У того, кто привык каждое утро есть на завтрак одно и то же — из-за отсутствия времени и желания по утрам как-то разнообразить свою жизнь, — здесь глаза разбегались. Многое из того, что предлагалось, Стася вовсе никогда не ела, но в честь отпуска взяла себе и фруктовый йогурт, и какие-то хлопья, и крошечный круассан, а также по паре видов сыров и колбас, ломтик тостового хлеба и маленькую слойку с корицей. На блюдах осталось еще много вкусного, но Стася понимала, что даже то, что у нее уже есть, будет нелегко осилить.

Повернувшись к столикам, она скользнула взглядом по свободным местам и почему-то снова задержала его на Николае Потапове. Ей вдруг стало его почти жалко: наверное, грустно завтракать в одиночестве, когда через стол от тебя сидит родная дочь и о чем-то весело хихикает с подругой.

— Вы не против, если я к вам присоединюсь?

Потапов отвлекся от экрана смартфона и удивленно посмотрел на нее, как будто не узнал. Или просто слишком глубоко задумался о чем-то. Потом он моргнул, в его растерянном взгляде появилась некоторая осмысленность, и он кивнул, одновременно делая приглашающий жест рукой. Тот получился у него довольно изящным.

Стася поставила на стол свои тарелки и сходила за напитками. Обычно она не пила соки, считая их бессмысленными источниками лишнего сахара, но сегодня к чашке капучино взяла еще и стакан апельсинового сока.

— Вы уже поели или просто не голодны по утрам? — поинтересовалась она, садясь напротив Потапова и кивая на его почти пустую тарелку.

Там лежали только бутерброд с сыром и пока нетронутый банан. Пустое место рядом намекало, что там лежал еще один бутерброд, но Стасе все равно казалось, что для мужчины его комплекции это маловато. Разочаровавший Потапова кофе стоял в сторонке, а его место рядом с ним заняла чашка черного чая.

— Да здесь есть-то особо нечего, — пожал плечами Потапов, на этот раз не отрываясь от экрана смартфона. — Колбасы — один сплошной жир, зато сыр пластмассовый. От хлеба и выпечки за километр несет консервантами. И кофе отвратительный. Надеюсь, со следующим отелем повезет больше.

Он все-таки бросил на нее быстрый взгляд и зацепился им за ее полную тарелку, рядом с которой стояла еще и мисочка хлопьев, залитых йогуртом. Сама Стася как раз сделала большой глоток капучино, и тот показался ей вполне приемлемым.

— Впрочем, — добавил Потапов, едва заметно поморщившись, — кто к чему привык.

— Ну конечно, — хмыкнула Стася, уже жалея, что присоединилась к нему и заговорила, — вы же у нас пример успешного успеха. Привыкли к более шикарным отелям и ресторанам, да?

Он кивнул и потянулся к чашке.

— И не собираюсь извиняться за это. Я свои деньги заработал, а не украл.

— Из уст адвоката по разводам это звучит особенно забавно. А я, представьте себе, тоже работаю, но вот как-то на отель в пять звезд так и не заработала. Увы, в нашем обществе те, кто просто умеют вертеть законами, ценятся куда выше, чем те, кто спасает жизни.

— Спасает жизни? — насмешливо переспросил Потапов, наконец откладывая в сторону смартфон и полностью переключая свое внимание на нее. — Сбавьте градус пафоса, Стася, вы терапевт в районной поликлинике. Вы выписываете больничные и направления к настоящим специалистам, а не спасаете людей от смерти.

— А я и не говорила только о себе, — насупилась она. — Я о системе в целом. Юристу гораздо проще разбогатеть, чем медику.

— Я бы так не сказал. Я знаю много состоятельных медиков, недавно как раз помогал одному из таких развестись без серьезных потерь. И поверьте, нищих юристов ничуть не меньше. Сам был когда-то таким.

— Неужели?

— Представьте себе.

— Получается с трудом.

— А вы напрягитесь.

Стася поставила чашку на стол. Получилось чуть резче, чем она хотела, но этот невозможный человек умудрился вывести ее из себя в поразительно короткие сроки. И что Лера в нем нашла? Отвратительный же мужик. Его надменный взгляд сводит на нет все впечатление от в целом приятных черт лица. Неужели подруга этого не видит?

— Да уж… Хотела спросить, почему вы не завтракаете с дочерью, но ответа уже не требуется. Теперь понятно, почему она вас на дух не переносит.

В его глазах промелькнуло что-то такое, из-за чего Стася сразу пожалела о сказанном, но слово, как говорится, не воробей. Потапов снова схватился за смартфон, делая вид, что ему нужно срочно что-то в нем посмотреть, но было понятно: на самом деле он просто искал повод отвести взгляд.

— Простите, — тихо добавила Стася. — Это была лишняя грубость с моей стороны.

— Отчего же? Вы всего лишь честно констатировали факт.

Он сделал еще один большой глоток чая, коротко пожелал Стасе приятного аппетита и встал из-за стола, так и оставив нетронутой еду на тарелке.

Она досадливо вздохнула. Очень уж неловко получилось.

К моменту ее возвращения в номер Лера все-таки проснулась и даже частично привела себя в порядок. Это позволяло надеяться, что на общий сбор в фойе они не опоздают. Стася не любила заставлять людей себя ждать и уже тем более не хотела пропустить сегодняшние экскурсии. День обещал быть насыщенным и еще более интересным, чем предыдущий.

Первым объектом посещения в программе значилось старое лютеранское кладбище, которое Стасе давно хотелось увидеть воочию. Когда она читала роман, центральным местом действия которого оно стало, нашла множество фотографий, но они только раздразнили ее любопытство.

Когда их группа вышла из гостиницы, автобус уже ждал у входа, моргая аварийкой. Он был почти таким же, как тот, на котором они ездили в Москве, но все-таки немного отличался. А вот водитель, к ее удивлению, оказался тем же.

— Анатолий? — Лера тоже удивилась. — Вот уж не ожидали вас тут увидеть. Вы же вроде не поехали с нами.

— Я приехал на следующем поезде, — улыбнулся тот. — Не бросать же вас.

Стася приветливо кивнула ему, но все же не могла отделаться от ощущения, что это очень странно. Неужели не проще найти в Питере другого водителя? Анатолий, конечно, хорош: под пятьдесят, подтянутый, вежливый, одет так, словно ведет лимузин, а не автобус — белая рубашка, черные брюки и жилетка. Пиджак в основном висел на спинке его кресла. Однако, если задуматься, в нем не было ничего особенного. Уж в культурной-то столице наверняка есть водители не хуже.

Впрочем, это было дело организаторов. Возможно, они считали, что надежнее оплатить проверенному водителю проезд и проживание, чем доверяться местным.

Октябрь в Питере радовал погодой еще меньше, чем в Москве. Там хотя бы с утра накануне светило солнце, пусть оно и привело с собой некоторое похолодание. Здесь же было и холодно, и пасмурно. Радовало только то, что не шел дождь. И то, что такая погода идеально подходила для посещения старого кладбища, делала его еще более атмосферным.

— Смоленское лютеранское кладбище было основано в 1747 году, — вещала Оксана, ведя их по устланной булыжником дорожке между надгробий и склепов.