скачать книгу бесплатно
Он открывает дверь ближайшего класса и заталкивает меня внутрь, выпустив руку. Я растираю место, где он сжимал свои пальцы – мне больно. Скорее всего, синяки останутся.
Шейн запирает дверь на защелку и затем оборачивается ко мне. Сверлит меня тяжелым взглядом в течение долгих секунд.
Я очень сильно разозлила его. Но мне нельзя показывать, что боюсь его, иначе весь эффект от моей тирады в бассейне лопнет, как мыльный пузырь.
Я скрещиваю руки на груди и высоко задираю голову – это нужно не так для бравады, как для того, чтобы смотреть ему в глаза – он выше меня сантиметров на двадцать, не меньше.
– Ты, кажется, говорить собирался. Давай! Потому что я мысли читать не умею.
Шейн не отвечает. Вместо этого делает шаг вперед, и не останавливаясь, идет ко мне, пока мы не оказываемся нос к носу. Он даже наклонился для этого. Мои ноги трясутся, но каким-то чудом мне удается не отступить.
«Он тебя просто запугивает. Просто запугивает».
Что ж, ему это удается.
– Ты боишься меня. ? Он кривится, а в глазах загорается самодовольство. ? Ты так сильно напугана, что я могу вдохнуть твой страх. ? Он тянет носом, усмехаясь.
Я сглатываю, а мои ладони отчаянно потеют.
– Так и знал, что твоя пламенная речь была не больше, чем пустышка. Правильно, Уоллес – бойся. ? Он наклоняется еще ниже и шепчет мне на ухо: ? Бойся, маленькая ванильная сучка. Потому что я могу усмирить тебя. Могу превратить твой выпускной год в одну большую проблему. Спорим, что могу, Уоллес? ? Он забавляется, видя неподдельный страх в моих глазах. ? Нет, ты не хочешь, верно? Будь умницей, Уоллес. ? Шейн отступает, не спуская с меня зеленых, безжалостных глаз. ? Просто будь умницей.
ШЕЙН (2009)
Я так торопился догнать Уоллес и наказать ее за проклятый язык, что не успел принять душ после бассейна.
Матери с братом нет, когда я возвращаюсь домой. В своей комнате я тут же стягиваю с себя одежду и иду в душ, врубая похолоднее.
Меня все еще распирает от страшного прилива энергии после конфронтации с Уоллес. Кровь кипит, мышцы вибрируют. Кажется, что могу с легкостью взбежать на огромную гору до самой верхушки, еще и на спуск сил хватит.
И это после двухчасовой тренировки и заплыва в бассейне!
Я наношу щедрую пригоршню шампуня на волосы, вспениваю и распределяю по всему телу.
Из головы никак не выходит Уоллес.
Господи, как же сильно эта девчонка меня раздражает!
Что Рай нашел в ней?
Ну да, она красивая – но красоток вокруг него всегда хватало. Как можно зацикливаться на одной?
Мне кажется, что с тех пор, как он двинулся на ней, я теряю своего лучшего друга.
Мои челюсти сжимаются, когда вспоминаю, как она кричала на меня в бассейне. Я никому не позволяю говорить со мной подобным образом. И она не исключение. Малышка слишком высокого мнения о себе, но я ей не по зубам.
Намыливаю член, и он дергается в моей руке, становясь твердым. Непроизвольно ладонь начинает двигаться по всей длине, доставляя приятные ощущения. У меня хватает девушек и секса, но когда по утрам просыпаюсь со стояком, не вижу проблемы передёрнуть в душе.
Черт, почему нет?
Ускоряю движения, опустив веки, и вдруг вижу огромные, испуганные глаза Уоллес, приоткрытые губы и румянец на щеках, когда она никуда не могла деться от меня, потому что я запер нас в классе.
Моя грудная клетка взволнованно вздымается от ускоренного, шумного дыхания и я на грани того, чтобы спустить струю, но образ чертовой Уоллес приводит меня в бешенство, что не ослабевает возбуждение.
Я не хочу, чтобы это была ее заслуга, но именно мысли о ней заставляют меня кончить.
Пока последние капли исчезают в сливе, я опираюсь ладонью на кафель, все еще жмурясь.
Внезапно наваливается усталость и опустошение.
Сейчас я не знаю, кого ненавижу сильней: себя или ее.
МЕЛ (2017)
До меня только сейчас доходит, что это тот самый класс.
Я кладу локти на стол и приподняв голову, осматриваюсь. Прошло восемь лет, а здесь мало что изменилось. Не знаю, хорошо это или плохо.
Я вспоминаю тот день, когда Шейн приволок меня в этот класс и стал запугивать.
Ну и в ярости же он был!
Интересно, был ли тот день именно тем, когда я признала, что меня влечет к Келлеру?
Или это случилось позже? Почему-то после всех этих лет мне кажется, что так было всегда.
Нет, я любила Райана. Искренне. Когда мы только начали встречаться, я была настолько им поглощена – никого другого не замечала. Он стал моим первым мужчиной и я никогда не жалела из-за своего выбора.
Что же было у нас с Шейном?
Думаю, я никогда точно не могла ответить на этот вопрос. Скорее всего, он тоже. Возможно, если бы мы встретились при других обстоятельствах, все сложилось бы иначе. Может быть, у нас был бы шанс.
Но мы неправильно начали, и дальше становилось только хуже, что и привело к катастрофе.
Знаю, мы оба были ответственны за то, что делали, но ведь я могла положить всему конец! Просто тогда он… ослепил меня, и я ринулась в пропасть, наплевав на все.
Я глубоко вздыхаю и распрямляю плечи: так, я здесь не для того, чтобы ударяться в сентиментальные воспоминания. Мне и настоящих проблем хватает.
От всего этого у меня голова разболелась. Прикрыв глаза, я массирую виски. Хочу, чтобы все поскорее закончилось. Только тогда смогу вздохнуть спокойно.
В дверь класса стучат. Распахиваю глаза и вижу, что это Шейн.
Сердце пропускает удар: ему обязательно выглядеть так хорошо?
– Можно?
Он немного неловко улыбается – что совершенно не свойственно Шейну, которого я знаю, и не двигается с места без моего разрешения войти.
Я киваю.
– Конечно. Садись, ? указываю я на стул для посетителей.
Каким-то образом мне удается сохранять внешнее спокойствие, но вот внутри – легкая паника. Что он здесь делает? Зачем пришел? И как мне вести себя с ним?
Шейн опускается на стул и несколько мгновений смотрит на меня, ничего не говоря.
Я тоже молчу.
– Давно не виделись, ? наконец начинает он. Не похоже, чтобы он нервничал. Он кажется… расслабленным.
Будто мы не расставались со слезами на глазах, причинив друг другу душевную боль.
Ну, или же больно было только мне.
– Да, давно, ? я киваю, но больше ничего не добавляю, давая ему возможность объяснить, для чего он тут.
– Я хотел извиниться.
Мои брови в удивлении взлетают вверх: за что он может извиняться?
– Вчера, в кофейне – я просто не ожидал, что увижу тебя, ? правильно расценив растерянность на моем лице, поясняет Шейн. ? Мне не нужно было…
– Ты сказал «Уоллес». Первое твое слово ко мне за последние семь лет.
Он кивает.
– Именно.
– Но это моя фамилия – все нормально.
– Дело не в этом, Мел.
Я слабо улыбаюсь.
– Да, знаю. Ты всегда делал это по-особенному.
Он проводит ладонью по волосам.
– Черт!
Я смеюсь, и это немного снимает напряжение.
– Я знаю, что ты не хотел обидеть меня.
– Я и правда не хотел, Мел, ? заверяет он.
Я опускаю глаза и смотрю на ручку, которую верчу в руках.
Когда-то его презрительное, будто выплюнутое «Уоллес» ранило больше, чем любые оскорбления. Но были моменты, когда он смотрел на меня сверху-вниз, нашептывая «Уоллес» с благоговением, от которого мое сердце всегда с трепетом сжималось.
– Не волнуйся из-за этого, ? беря себя в руки, успокаиваю я.
Мы смотрим друг на друга и молчим. Может быть, ищем сходство с теми, кем мы были семь лет назад?
Семь лет – это много. Мы больше не восемнадцатилетние выпускники, запутавшиеся и растерянные в попытке отыскать свое место в этом мире.
Все изменилось. Я изменилась. Шейн тоже стал другим. Прежних нас больше нет.
От этого мне немного грустно.
– Уоллес, значит? ? Он вопросительно выгибает брови.
Я пожимаю плечами:
– Вернула девичью фамилию.
– Так это правда, что пишут? ? осторожно спрашивает он.
Я вздыхаю: эта тема для меня неприятна, но думаю, кое-что он имеет право знать.
– Не все – газеты многое привирают. Но да, правда там тоже есть.
Он качает головой.
– Мне жаль.
Это звучит довольно искренне, но я все равно недоверчиво смотрю на него.
– Серьезно?
– Я никогда не желал тебе зла, ? негромко, но без колебания произносит он.
– Прости. Я знаю это. Просто… все это, ? я машу руками, описывая хаос, который сейчас происходит в моей жизни, ? слишком. У меня голова иногда лопается. И прости, что рассказываю это тебе – не знаю, зачем это делаю, ? смущенно улыбаюсь я.
– Я не против, знаешь, ? успокаивает он.
– Разве это не странно?
– То, что мы говорим о твоем разводе?
Я морщусь.
– Ага.
Шейн в раздумье трет бровь.
– Нет, мне так не кажется.
Я отвожу взгляд в сторону и смотрю в окно: вдалеке виднеется футбольное поле и уже началась тренировка.