Иффри. Книга 1. Крылья за Еву. История падшего Ангела

Как волшебная птичка-невеличка. Большааая…

Глава 4

«С последней ложью начинается Правда Судьбы...» — Из хроник МежМирья

В тот момент, когда такси, взвизгнув тормозами, умчалось прочь, увозя маму, папу и мою маленькую сестрёнку Таю, всё внутри меня обратилось в лёд. Я буквально превратилась в холодную, дрожащую сосульку.

— Обманули... Обманули! Уехали... — онемевшими губами, сухими и, кажется, растрескавшимися, прошептала я. — Но, может быть, успею? Может...

Волна ледяных мурашек пробежала по телу.

В каком-то нереальном порыве я метнулась, переоделась в джинсы и рубашку, вызвала такси. Через пятнадцать минут мы уже неслись по трассе в аэропорт. Я обещала водителю любые деньги за скорость и мысленно кляла себя за то, что ушла переодеваться, не дождавшись у калитки, не убедившись, что они точно отменят эту жуткую поездку.

— Телефон-то! На столе остался! — осознала я с ужасом. — Не дозвониться теперь!

Ещё одна волна мерзких мурашек прокатилась по спине, горло перехватило от страха. Я, внутри себя, была путником, который погибал от жгучей жажды непонимания посреди ледяных глыб настоящего. Того, что есть! Нет, ещё не поздно, не поздно, уговаривала я сама себя…

Выскочив из машины, бросилась в зал ожидания, отчаянно надеясь увидеть их — моих любимых, моих родных, моих...

Но их не было. Нигде.

Я еле выдавила номер рейса, который кровавыми знаками отпечатался в памяти.

— Только что вылетел, — с привычной вежливостью улыбнулась мне девушка за стойкой.

Я понеслась на улицу, просто чтобы взглянуть на этот дьявольский самолёт! Вот он, поднимается в небо... Я смотрела ему вслед до тех пор, пока он окончательно не исчез в облаках.

— Думай о хорошем, Ева. Это просто никчёмный сон, всё хорошо, всё хорошо... — повторяла я как мантру всю обратную дорогу, пока такси, дождавшееся меня, везло домой.

— Ничего, дочка, — вдруг жалостливо сказал глянувший на меня таксист, — всё хорошо будет, не горюй так...

Но его слова едва доходили до меня сквозь пелену жути, которая вольготно разгуливала внутри моего сознания.

На столе лежал забытый телефон. Я жадно схватила его.

— Всё будет хорошо!

— Прости нас, дочка!

— Нам очень важна эта поездка!

— Всё хорошо будет, вот увидишь!

— Мы любим тебя!!!

— Я люблю тебя!

— Я тебя очень-очень люблю!

Двадцать восемь сообщений от папы и мамы. И я не сдержалась. Прижав телефон к губам, целовала его, смешивая поцелуи со слезами. Перечитывала снова и снова, целовала ещё, а потом бережно положила на полку, как самую драгоценную реликвию.

После этого я рухнула на колени и долго молилась всем богам, на ходу придумывая слова, молитвы, просьбы... Я предлагала всё, что могла бы отдать и чего не могла, даже свою жизнь, лишь бы мои родные остались живыми. И никак не могла избавиться от того страшного предчувствия, что приснилось под утро. А потом я просто ждала, сама не зная чего.

Взяла другой телефон, что маячил на полочке, чтобы выйти в инет. А тот, с их весточками, пусть лежит... Пускай будет моим оберегом. Драгоценностью!

Последняя весточка... Я мотнула головой — нет, нет, не последняя... И слёзы хлынули, наконец — словно рыдало само моё измученное сердце.

Через три часа самолёт благополучно приземлился там, где нужно. И я счастливо выдохнула… Но террор моей души непонятными силами продолжился. И я снова скисла. Мне снова стало страшно! Так страшно…

Вдруг тренькнул мой «драгоценный» телефон.

— Мы прилетели, всё хорошо, не переживай, я же говорил тебе! И Эваны нас встретили, отец с сыном! На тёмно-синем джипе! А места-то тут какие красивые — горы, а внизу голубая речка вьётся, сверкает посреди зелени! А нам сверху всё-всё видно, мы через горы едем, в усадьбу. А мама сейчас кормит Таечку. Мы тебя очень лю...

И всё.

Дальше в телефоне был какой-то жуткий жестяной скрежет. Вот вскрикнул кто-то! Мужской голос? Послышался писк. Тая? О Боже! И мне показалось, что это, там, в телефоне, кричу я! А потом телефон крякнул, почти как человек — и внутри телефона, наступила тишина. Безмолвие. И внутри меня тоже разлилась тишина… Холодная и равнодушная.

Я уже знала. Всем своим нутром, внутренним чутьём, я просто знала.

Встряхнувшись, стала звонить на все номера. Всего – три номера. Один — мамин и два — папины. Но ответа не было. В мучительном, адском оцепенении читала и читала объявление за объявлением в интернете, в новостных сводках...

За окном наступила ночь. Потом ещё один день.

Я смотрела, искала чего-то — мягкими, непослушными пальцами набирая и набирая какие-то слова, номера телефонов…

Почти ничего не ела, спала урывками. Телефоны на зарядку — и снова в интернет.

На третий день я нашла. Объявление об аварии. Женщина на повороте не справилась с управлением, и две машины сорвались вниз — красная тойота и тёмно-синий джип. Все погибли. В джипе было трое мужчин, женщина и маленький ребёнок, девочка.

В тот самый миг, когда я дочитала ЭТО, мой телефон-драгоценность зазвонил.

Звонила Мила Эван.

— Они все погибли! Они разбились!!! — рыдала она навзрыд. — Они — погибли! Перед глазами моими заплясали мушки, замутило. Реальность пошатнулась... А потом исчезла. Совсем...

Глава 5

«Если к тебе явилось чудо — не спрашивай, с чего вдруг, — просто впусти его.» — Из заметок падшего Ангела

Прихожу как-то домой, а на пороге сидит лисёнок, подросток по виду. Да нет, кот это! Просто очень похожий на лисичку — с острой лисьей мордочкой и длинными ушками, да ещё и с мохнатыми кисточками на них. И рыжий-рыжий! А глаза — такие яркие, словно это два солнышка светятся…

— Чудо-то какое! — подумалось мне, неистовой кошачьей поклоннице, или кошатнице по-простому. У которой так давно не было пушистого друга!

Смесь-помесь лисички с рысёнком

Измерено в нём очень тонко

Всё лучшее — в этом зверёнке…

И вышел такой вот — котёнок.

— Если это котёнок, то я — точно — министр кислых щей, — тут же ответила я сама себе на вдруг явившиеся рифмы. Кот это, и вполне взрослый. Да ещё и большущий такой!

— И кто же ты — кот или кошечка? — спросила я его.

Кот, недовольно мякнув басом, отвернулся.

— Нет, явно кот-котище, совсем не по-девичьи грубоватый, — мелькнула мысль.

— Мявр? — насмешливо фыркнул котяра. И мне почему-то показалось, что он подмигнул… Причём одним глазом! Левым!

Я мотнула головой, развеивая невозможное…

— Если в твой дом вдруг заявился странный кот — это не случайность. Ни в коем случае… и даже не совпадение…

— Да что за мысли бродят в моей башке? Какое ещё «не совпадение»? —отмахнулась я.

И продолжила беседу с котом.

— Ты пришёл ко мне жить?

— Мяврмяк! — утверждающе взвыл кот, снова басом.

— Так тебя и назовём, — улыбнулась я, но котик забавно сморщил свою мордень и чихнул.

— Нет-нет, Лис, — подумалось вдруг. Ну точно — Лис!

Осторожно погладила его, а он тут же замурчал. И тогда я с наслаждением занялась тисканьем кота, который, по всему, был совсем и не против. Боже ж ты мой, каким он был мягким и приятным! Ну словно живой плед, набитый облаками… А попозже и с чистотой всё прошло на ура. Он сидел в ванной и с явным блаженством подставлял мне для намыливания — то лапку, то хвостище…

Так мы и стали жить втроём.

Лис, в отличие от Иффа, с удовольствием ел.

И я с неменьшим удовольствием накупила ему всяко-разной кошачьей еды — от паштетов до хрустящих подушечек. Но Лис, как настоящий гурман, лишь сморщил нос — это выглядело забавно и как бы с лёгкой иронией, будто он хотел сказать: «Ты серьёзно?» Так что питались мы с ним вкуснятинкой с моего стола. Ещё он и яблоками иногда похрустывал, и от помидорок не отказывался, даже маринованных. К моему изумлению… А однажды просто запрыгнул на соседнее сиденье — да так нагло, будто был здесь всегда. Я сначала слегка обалдела, но быстро справилась с собой. И поставила перед ним блюдо с вкусняшками — всё, что оказалось под рукой: сыр, курочка, немного рыбы.

Но он даже не взглянул на них.

Вместо этого потянулся к чаше с гранатами.

Гранаты. Только вчера их купила, не успела ещё отведать. Растерянно взглянула на кота. А он — на меня.

И я сдалась.

Ну кто же устоит перед взглядом, где половина вселенной хулигански подмигивает, переливаясь золотом? Шрэк из мультика просто отдыхает…

И вот взяла я самый большой гранат, разрезала его и положила перед Лисом на свободную белую тарелочку. И рыжий кот жадно, с хрустом, поддерживая лапами, тут же вгрызся в красный гранат! Аж сок брызнул во все стороны. Когда гранат был съеден, вместе с кожицей, кот посмотрел на меня — невинно, ласково… сидя на стуле почти как человечек, сложив лапки на столе… И мурлыкнул, облизывая рыже-малиновую рожицу малиновым язычком.

А потом с азартом вылизал до блеска белую тарелку.

И я от души расхохоталась! Смеялась и смеялась, не в силах остановиться. И только когда ощутила лапки, нежно массирующие затылок, враз замолкла — будто кто звук выключил…

— Тот, кто однажды впустил чудо, уже не вернётся к серым будням. Никогда! — снова зашептали в голове эти дерзкие мыслишки.

Ох, опять вы, философы-провокаторы. Откуда вы только берётесь, а? Но если этих чудес станет слишком много, не привыкну ли я к ним, как к утренней овсянке? — хмыкнула сама себе. — Вот так и начнёшь воспринимать летающих единорогов как обычных птичек… Но всё же, пусть лучше побольше будет чудес! Даже если однажды придётся зевать от очередной радуги за окном — я готова рискнуть!

И тут мне почему-то стало совершенно ясно: а ведь я с ним… нет, с ними — навсегда! С этим невозможным, нереальным, почти волшебным рыжиком по имени Лис. И с мужчиной, что живёт в моём доме.

А ключик-то от моей души — у кого-то из них в кармане, — снова мимолётно подмигнула мыслишка.

— Мяяурк, — подтвердил котяра.

Но спал кот. Всегда. Рядом с дверью Иффа.

Ко мне в комнату — так — только поиграть, да помурчать немного. И — обратно. К двери Иффри. Который, кажется, и не обращал на него особого внимания.

— Надо же — будто бы страж из сказки, — улыбнулась как-то моя очередная мыслишка. Промелькнула — да и растворилась в утреннем лучике света.

Несколько раз, правда, мерещилось мне, будто они, Лис с Иффри, переглядываются. Вроде как понимают друг друга даже не с полувзгляда — с полумысли!

Но я тогда просто помотала головой, чтобы избавиться от наваждения… И положила для котика мягкий матрасик у двери Иффа.

— Мрраур, — тут же благодарно муркнул кот.

— Лис, завтракать! — крикнула как-то я. — Блинчики со сметанкой!

И Лис скаковым коньком помчался на кухню.

— Может, и Иффа позвать? — несмело подумалось мне. В который уже раз!

— Спасибо, но я уже, — пронеслось в голове. Как и всегда.

«Ну… нет, так и нет», — грустно думалось мне, пока шагала следом за Лисом. Но грусть эта была с долей юмора. Ну никак не удавалось смириться с тем, что мой сосед ничего не ел. Вообще никогда! Меня это изумляло, конечно, но и смешило. Иффри отнюдь не выглядел голодным и измождённым, несмотря на всю его прозрачность. И не сказать, чтобы он кушал где-то ещё — ведь из дома-то почти не выходил… И даже гадать было бесполезно, где и чем он мог питаться. Не придумывалось — ничего!

Вот загадка-то… И не только эта… Ещё и другие непонятки. Но я, со своей тактичностью, не задавала вопросов, считая, что он сам мне расскажет, если захочет. Наверное...

И всё же иногда Иффри исчезал из дома.

В такие редкие минутки я просто чуяла внутренним чутьём, что его нет рядом. Хотя входная дверь вроде бы не открывалась, и мимо меня он тоже не проходил. Просто — рраз! — и я уже знала: он исчез. И постоянно пыталась не очень удивляться, изображая из себя философа… Вот откуда я знала — дома он или нет? Ведь двери в его комнату всегда были прикрыты… Не на замок, но…

— Если от всего, что творится со мной в последнее время, обалдевать постоянно, то… так и с катушек слететь можно, — хмыкала я.

Так вот, пока он бродил где-то, я пробиралась в его комнату. И долго стояла там, затаив дыхание, чувствуя, как душу мою охватывает трепетное блаженство.

— Что же это там, в комнате, такое — ирреальность… запредельное? — мелькали мысли после сеанса моей нирваны. — А может, просто прикосновение к тому, что понять невозможно… Неведомое… Но дух захватывало — аж дышать было трудно.

— Иллюзии это всё, просто иллюзии, — со слезами на глазах шептала я, вылетая из комнаты. Потому что нутром чуяла: вот прямо сейчас заявится сюда сам хозяин. А мне совсем не хотелось, чтобы Иффри застал меня здесь, в своей комнате…

— И ведь не обязательно через дверь нагрянет, — безумствовали ещё более абсурдные и нелепые мысли. И пусть я не понимала, как можно попасть в дом помимо двери, но мысли такие нет-нет витали надо мной… Так мы и жили.

Непонятно, непостижимо…

Но как же интересно! Просто до безумия.

Глава 6

«Заголовок 2