Любовь и Месть Дианы де Монсоро

– Есть путь через горы, – ответил граф. – Он опасен, ведёт через заброшенные тропы и ущелья, где даже волки не ходят. Но это наш единственный шанс. Если мы проберёмся через перевал, то сможем выйти к старой дороге, ведущей в Бургундию. Там у меня есть друзья.

Теперь у них не было выбора. Диана и граф должны были действовать немедленно. Их путь лежал через горы и леса, а за спиной уже слышался топот королевских всадников – герцог послал погоню.

Пока они пробирались через тёмный лес, Диана думала о том, как быстро изменилась её жизнь. Ещё недавно она считала себя жертвой обстоятельств, а теперь должна была стать воином, борющимся за свою свободу. В ушах эхом звучали слова герцога, сказанные ей при последней встрече: «Вы принадлежите мне, Диана. Куда бы вы ни бежали, я вас найду».

– Мы справимся, – прошептал дю Бушаж, словно читая её мысли. Он шёл впереди, освещая дорогу фонарём. – Мы сильнее, чем кажется. И пока мы вместе, у нас есть шанс.

Диана кивнула, сжимая рукоять кинжала. Она знала: впереди их ждут новые испытания. Но теперь она была готова к ним. Готова бороться не только за свою свободу, но и за тех, кто доверился ей.

Париж снова звал их, но теперь это был зов опасности. И каждый из них понимал – их судьба зависит от того, смогут ли они перехитрить своих врагов в этой последней игре. Игра, начатая герцогом Анжуйским, только начиналась, и ставки в ней были выше, чем когда‑либо.

Глава 9. Погоня

Диана и граф дю Бушаж мчались сквозь ночной лес. Их лошади были измотаны, но останавливаться означало верную гибель. За спиной слышался топот преследователей – он становился всё ближе, будто сама тьма гнала врагов вперёд.

– Держитесь крепче, мадемуазель! – крикнул граф, не оборачиваясь. Его голос, хоть и приглушённый ветром, звучал твёрдо. – Впереди река!

Диана кивнула, хотя граф не мог этого видеть. Она вцепилась в поводья так, что побелели костяшки пальцев. Сердце билось в груди, словно пойманная птица.

Впереди показалась река. Граф знал это место – здесь был старый брод, известный лишь местным жителям. Рискнув, он направил коня в воду, увлекая за собой Диану.

Лошади ступили в реку, и ледяная вода плеснула Диане в лицо. Она вздрогнула, но не ослабила хватку. Вода доходила до брюха лошадей, течение пыталось сбить их с ног, но животные, повинуясь воле всадников, упорно продвигались вперёд.

Преследователи не решились последовать за ними. Королевский отряд остановился на берегу, не зная, куда делись беглецы. Но их командир был опытным охотником – он отправил разведчиков искать обходные пути.

– Они не отстанут, – пробормотал граф, когда они выбрались на другой берег. – Нужно найти укрытие и передохнуть хотя бы на час.

– А если они найдут нас? – голос Дианы дрожал, но она старалась говорить спокойно.

– Тогда будем сражаться, – коротко ответил граф. – Но сначала – укрытие.

Они двинулись вглубь леса. Через полчаса граф остановился возле полуразрушенной мельницы. Крыша местами обвалилась, стены покрылись плющом, но внутри ещё сохранялась какая‑то мрачная крепость.

– Здесь мы сможем перевести дух, – сказал граф, помогая Диане спешиться. – И обдумать дальнейшие действия.

Внутри мельницы пахло сыростью и старым деревом. Граф разжёг небольшой костёр в углу, отгородившись от окна обломком доски. Диана села на кучу соломы, пытаясь унять дрожь.

– Спасибо, – тихо сказала она. – Вы рискуете жизнью ради меня.

Граф пожал плечами:

– Я дал слово вашему отцу защищать вас. И я сдержу его, чего бы это ни стоило.

Он достал флягу и протянул ей:

– Пейте. Вам нужно восстановить силы.

Диана сделала глоток и почувствовала, как тепло разливается по телу.

– Что теперь? – спросила она. – Куда нам идти?

– К границе, – ответил граф. – У меня есть тайные тропы, о которых не знают даже люди герцога. Но путь будет трудным.

В это время в Париже Реми, друг Дианы и графа, пытался помочь своим друзьям. Он метался по своей небольшой комнате, сжимая в руках последнее письмо от графа.

– Они в опасности, – бормотал он. – Нужно что‑то предпринять…

Реми подошёл к столу, зажёг свечу и быстро набросал послание. В нём он указал новый маршрут и место встречи – старую часовню у дороги на Орлеан. Затем он вызвал своего слугу, Жана.

– Жан, – сказал он, вручая ему запечатанный конверт. – Это нужно доставить как можно скорее. Путь опасен, но я знаю, что могу на тебя положиться.

Жан кивнул, пряча письмо во внутренний карман:

– Не беспокойтесь, мсье. Я доставлю его в целости.

Когда Жан ушёл, Реми подошёл к окну и посмотрел на огни Парижа.

– Будьте осторожны, друзья мои, – прошептал он.

Но судьба готовила беглецам новое испытание. Следователь, получивший анонимную наводку, выслал дополнительный отряд. Теперь за Дианой охотились не только люди герцога Анжуйского, но и королевская стража.

На рассвете граф разбудил Диану:

– Пора идти, – сказал он. – Разведчики уже близко. Я слышал их голоса у реки.

Диана вскочила на ноги, мгновенно стряхнув остатки сна:

– Что будем делать?

– Пойдём через Чёрную топь, – ответил граф. – Это опасно, но там их лошади не пройдут.

– Чёрная топь? – Диана побледнела. – Говорят, что оттуда не возвращаются…

– У нас нет выбора, – твёрдо сказал граф. – Либо рискнём там, либо попадём в руки герцога. А вы знаете, что он с вами сделает.

Диана сглотнула, но кивнула:

– Хорошо. Ведите.

В это время герцог Анжуйский, оправившись от болезни, стал ещё более опасным противником. Он сидел в своём кабинете, барабаня пальцами по столу. Перед ним лежал донос о том, что беглецы виделись у реки.

– Найдите их, – прошипел он своему помощнику. – Живыми или мёртвыми. И пусть Реми в Париже не думает, что я забыл о его участии.

Помощник поклонился:

– Будет сделано, ваша светлость.

Герцог откинулся в кресле, его глаза сверкнули:

– Диана должна заплатить за своё неповиновение. И граф тоже. Никто не смеет бросать мне вызов и оставаться безнаказанным.

Граф дю Бушаж, понимая, что оставаться на месте опасно, принял решение двигаться к границе. Он знал тайные тропы, которые могли привести их к свободе. Но каждый шаг теперь был наполнен опасностью.

Они шли через лес, стараясь не оставлять следов. Граф шёл впереди, внимательно изучая землю. Диана следовала за ним, стараясь ступать точно в его следы.

– Смотрите, – граф указал на едва заметную тропинку, скрытую под слоем опавших листьев. – Это наш путь.

– Вы уверены? – с сомнением спросила Диана.

– Нет, – честно ответил граф. – Но это единственный шанс.

Париж казался недостижимой мечтой. Диана понимала – их борьба только начинается. Но рядом с ней были верные друзья, готовые пожертвовать всем ради её спасения. И это давало ей силы продолжать борьбу.

– Мы доберёмся, – сказала она вслух, больше для себя, чем для графа. – Мы обязательно доберёмся.

Граф улыбнулся краешком рта:

– Конечно, доберёмся. А потом мы вернёмся и покажем герцогу, что значит связываться с нами.

Впереди их ждали новые испытания, но они были готовы встретить их лицом к лицу. Ведь на кону стояла не просто свобода – на кону была их жизнь и честь. И они были готовы заплатить любую цену за право быть свободными.

– Идём, – сказал граф, протягивая Диане руку. – Нас ждёт дорога.

Она вложила свою ладонь в его, и они двинулись вперёд, в глубь леса, навстречу неизвестности.

Глава 10. На краю империи

Граф дю Бушаж вёл их через горные тропы, известные лишь немногим. Луна, словно холодный фонарь, освещала извилистую дорогу, а ветер шептал древние тайны, которые веками хранила эта земля. Они двигались ночами, прячась днём в пещерах и заброшенных хижинах. Диана научилась читать следы и ориентироваться по звёздам – навыки, о которых она раньше могла только мечтать.

Однажды, когда они укрылись в небольшой пещере, Диана села у входа и посмотрела на небо.

– Как ты думаешь, граф, – тихо спросила она, – эти звёзды видят всё, что происходит с нами? Или они просто светят, не обращая внимания на наши беды?

Дю Бушаж, сидевший рядом и чистивший клинок, поднял глаза к небу.

– Звёзды, мадемуазель, – ответил он, – видели столько войн, предательств и любви, что наши проблемы для них – лишь миг. Но в этом есть и утешение: ничто не вечно, даже самые тёмные времена пройдут.

Диана задумчиво кивнула, продолжая разглядывать созвездия.

В одном из горных селений они встретили старого контрабандиста по имени Гийом. Он сидел у трактира, курил трубку и наблюдал за путниками с нескрываемым любопытством. Когда граф подошёл к нему, Гийом усмехнулся:

– Вижу, вы не местные. И явно не туристы, любующиеся видами. Что вам нужно?

– Нам нужен проводник через перевал, – прямо сказал дю Бушаж. – Мы заплатим щедро.

Гийом затянулся, выпустил дым и прищурился.

– Перевал – это не прогулка по саду. Там тропы, которые не каждый найдёт, и ловушки, которые не каждый заметит. Вы уверены, что готовы рискнуть?

– У нас нет выбора, – вмешалась Диана. – Мы должны перейти границу.

Контрабандист посмотрел на девушку, потом на графа и медленно кивнул.

– Хорошо. Но запомните: я веду вас, а не спасаю. Если кто-то отстанет – я не вернусь.

Реми, оставаясь в Париже, продолжал свою игру. Он лечил придворных, собирал информацию и отправлял тайные послания своим друзьям. Его лаборатория снова работала, но теперь он создавал не яды, а лекарства для тех, кто в них нуждался.

Однажды вечером, смешивая ингредиенты для нового снадобья, Реми задумался о Диане. Он поставил колбу на стол и прошептал:

– Где ты сейчас, Диана? Надеюсь, ты в безопасности…

Его размышления прервал стук в дверь. Реми быстро спрятал записи и открыл дверь. На пороге стоял слуга герцога Анжуйского.

– Господин Реми, – поклонился слуга, – его светлость просит вас посетить его завтра утром. Дело срочное.

Реми почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Передайте герцогу, что я буду вовремя, – спокойно ответил он.

Когда слуга ушёл, Реми вернулся к столу и сжал кулаки.

– Они что-то подозревают, – пробормотал он. – Нужно быть осторожнее.

Тем временем королевский следователь не сдавался. Он установил связь между исчезновением Дианы и деятельностью Реми, но доказать ничего не мог. Сидя в своём кабинете, он смотрел на разложенные бумаги и злился.

– Почему всё так сложно? – проворчал он. – Почему нельзя просто взять и арестовать их?

Его помощник, молодой и амбициозный офицер, осторожно заметил:

– Месье, возможно, нам стоит подождать. Если они совершат ошибку, мы сможем поймать их с поличным.

Следователь резко повернулся к нему.

– Ждать? Я уже потратил на это дело слишком много времени! Герцог требует результатов, а вы предлагаете ждать?

Офицер побледнел и опустил глаза.

– Простите, месье. Я лишь хотел помочь.

Следователь вздохнул и провёл рукой по лицу.

– Извини, я не должен был срываться на тебе. Просто это дело… оно стало для меня чем-то личным.

Герцог Анжуйский не прекращал поиски. Он нанял лучших охотников за головами, обещая огромное вознаграждение за поимку беглецов. В своём кабинете он стоял у окна и смотрел на город, погружённый в сумерки.

– Они не могут скрыться навсегда, – тихо произнёс он. – Рано или поздно я их найду. И тогда…

Он сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели. Месть стала навязчивой идеей, затмевая разум. Герцог понимал это, но ничего не мог с собой поделать.

На границе их ждал неприятный сюрприз. Контрабандист оказался предателем. Он продал их местоположение преследователям за более крупное вознаграждение. Когда беглецы вышли из ущелья, они увидели отряд королевских солдат, перекрывший дорогу.

– Предатель! – прошипел дю Бушаж, хватая Гийома за воротник. – Ты продал нас!

Гийом отвёл глаза.

– Деньги решают всё, – пробормотал он. – Извини, граф. Ничего личного.

Диана почувствовала, как сердце сжалось от страха. Они оказались в ловушке между горами и королевскими войсками.

Но судьба иногда бывает благосклонна. Местный пастух, увидев несправедливость, подошёл к ним.

– Я знаю другой путь, – тихо сказал он. – Он опасен, но это ваш единственный шанс.

– Почему ты помогаешь нам? – спросила Диана, глядя в его добрые глаза.

Пастух улыбнулся.

– Потому что никто не заслуживает того, чтобы его продавали, как скот. И потому что я помню, каково это – бежать, спасая свою жизнь.

К рассвету они достигли границы. Солнце поднималось над горизонтом, окрашивая небо в розовые и золотые тона. Впереди лежала новая жизнь, полная неизвестности. Диана остановилась и посмотрела назад, на горы, которые стали для них и тюрьмой, и убежищем.