Операция "Академик"

- В науке неудачный опыт – это, как вдох или выдох, - Горский, потрясая пальцем, – нельзя ведь только вдыхать или выдыхать?! Даже у самых великих людей обязательно было свое хобби! Кстати – Леонардо да Винчи был превосходным кулинаром. Вот!

Алька, иронично.

- Папа – кулинар…! да, папа вообще – готов не выходить из своего института, просто, дома, без своей работы он как рыба на берегу – вот и нашел себе занятие.

- Как сказал Гете (Горский говорит по-немецки: «Geben Sie dem Menschen das Ziel, für das man zu leben braucht,( «Дайте человеку цель, ради которой стоит жить…»

Но, не успевает закончить цитату – неожиданно, Кряжев, на немецком ее, заканчивает.

- und er kann in einer beliebigen Situation überleben.» «…и он сможет выжить в любой ситуации!»

Горский удивленно.

- Вы, владеете немецким?

- Не совсем, просто немецкий язык – это моя специализация.

Неожиданно, Горский резко меняет тему разговора, и смотрит: то на Кряжева, то на Альку.

- Вот, так оказия – Алька, ты ведь нас так и не познакомила.

Этот вопрос застает Альку врасплох.

- А... мы…

Повисает не ловкая ситуация. Неожиданно, Кряжев встает и протягивает руку Горскому.

- Андрей.

Горский встает и неловко протягивает Кряжеву руку.

- Горский... Дмитрий Сергеевич… - смотрит на Альку и растерянно разводит руками, на Альку, - моя дочь, Алька…

Алька встает, едва сдерживая улыбку, протягивает Кряжеву, через стол руку.

- Алька.

Кряжев протягивает ей свою руку.

- Кряжев. Андрей.

Кряжев и Алька, пожимая руки, глядя друг на друга, застывают дольше, чем нужно.

Горский, глядя на Альку и Кряжева, медленно опускается на свой стул.

Через полчаса, Кряжев, в рубашке и брюках, заложив одну руку под голову, уже лежал с открытыми глазами на диване, в темной гостиной Горских, с трудом "переваривая" события прошедшего дня, но особенно вечера, который еще не закончился...

Появляется не яркая полоска света, и следом легкие шаги – это Алька в сорочке. Она, бесшумно, как кошка, присаживается на диван рядом с Кряжевым и склонив голову смотрит ему в глаза. Потом она обеими руками берет его ладонь, прижимает к своему лицу, закрыв глаза, улыбаясь, несколько раз ее целует. Затем встает, и повернув лицо к нему, мягко, за руку, улыбаясь, ведет за собой в свою спальню.

В спальне у окна, рядом со своей кроватью она целует Кряжева долгим поцелуем в губы, прижимается к его груди, и почти шепотом.

- Я так долго тебя ждала… А ты знаешь, почему я согласилась идти в ресторан?

- Не знаю.

Алька отрывается от груди Кряжева и заглядывает ему в лицо, и вновь, прижимается к его груди.

- Просто захотелось быть… рядом с тобой. И пела я… для тебя... - Алька освобождает свои плечи от лямок, и сорочка, мягко струясь, стекает с ее тела.

Она берет Кряжева за руки, садится на кровать, и тянет его на себя.

Глава четвертая. Суровая необходимость

Утром, Кряжев закручивает кран с водой в санузле Горских, вытирает полотенцем лицо и руки, выходит из ванной, и осторожно направляется к прихожей, но из приоткрытой двери кухни, его негромко, окликает профессор Горский.

- Уже спешите на работу?

Кряжев, так же негромко.

- В общем-то… у меня сегодня отгул.

- Тогда вас ждет не только волшебная овсянка, но и красавица глазунья со шкварками! - обезоруживающе, - прошу!

Кряжеву, в этих стенах, все было так ново и так потрясающе интересно, что он даже и подумать не мог отказать в просьбе такому необычному, обволакивающему радушием, ученому человеку.

Кряжев проходит в просторную кухню, залитую, из высокого окна, чистым и бодрым утренним светом.

Горский, в кухонном фартуке, усаживает Кряжева застол. Аккуратно, бережно и расчетливо, как во время химических опытов, оннарезает хлеб, засыпает в кастрюлю и помешивает время от времени овсянку, сосредоточенно,режет ломтиками сало, лук и затем в шипящие золотистые шкварки, разбивает яйца.

Кряжев обращает внимание на фотографии, что висят над столом, в большой рамке, за стеклом, и на небольшую иконку, Георгия Победоносца, что стоит на полочке в углу, у окна.

Горский, показывая на фотографии.

- Это мы в лаборатории Курчатова, в Ленинграде, проводили опыты на первом в Европе циклотроне. А это у нас, в «физическом» – здесь мы изучаем данные, полученные из радиевого института. Это я, а рядом – Аркаша Митрохин, наш молодой сотрудник, он дольше всех ухаживал за моей Алькой. А это, - Горский показывает на дореволюционную фотографию, во время прогулки в парке, - я со своей покойной женой, Наташей.

Да, Андрей был потрясен и очарован отцом Альки, но... как показывает опыт - личную симпатию к делу не пришьешь. Профессор,понятно - на стороне науки, но ведь и наука, тоже, на чьей-то стороне...