Измена. Замена на паркете

– Ещё как. Без провода ничего бы не вышло.

Он улыбнулся, и я опять засмотрелась на него. Сегодня он приехал с колонкой и всё занятие следил за звуком.

Мы ещё даже не попробовали танцевать вместе. Я отложила первую репетицию, он согласился перенести. Сейчас можно было назначить другой день, обсудить музыку, наконец добраться до зала.

Только я уже думала о городском фестивале.

До него оставалось меньше двух месяцев. Там будут Вадим с Алисой и знакомые преподаватели. Будут люди, которые видели, как я ушла с юбилейного бала.

Я представила их лица, когда объявят следующую пару, и ускорила шаг.

– Ром, постой.

Он остановился с колонкой в руке.

– Ты согласишься выступить со мной на городском фестивале? Вадим ведь выйдет с Алисой. Я хочу танцевать против них.

Роман перестал улыбаться.

Глава 4. Не его руки

– Согласен,– сказал Роман. – Только что именно мы будем танцевать, я пока не знаю.

– До июня успеем сделать номер.

– Успеем. Если будем его делать, а не обсуждать, как там Вадим отреагирует.

Я ждала хотя бы усмешки. Думала, Роман скажет что-нибудь про наш будущий выход, и мы вместе представим лицо моего мужа, когда он увидит нас на площадке.

А Роман уже заговорил о репетициях.

– Ты ведь понимаешь, почему мне это важно?

– Понимаю. Но обещать, что они нам проиграют, не буду. Мы с тобой ещё ни одной связки не прошли.

– Я и не прошу обещаний.

Последнее слово я произнесла громче, чем собиралась. Ну конечно, связки. Это же не его отодвинули в сторону при знакомых, даже не предупредив.

Роман остановился возле машины.

– Свет, я выйду с тобой. Уже сказал. В понедельник зал свободен днём, приезжай к трём.

– И тебе совсем не хочется посмотреть на лицо Вадима?

– Хочется сначала увидеть, как мы с тобой танцуем.

Он стоял с колонкой в руке, а я загораживала ему дорогу к машине. Согласие выступить получила, теперь требовала ещё и нужной реакции.

До этого дня у меня было четыре ученицы. Теперь записались ещё восемь, и после занятия я уже представляла большой зал, где нам хватит места. Заодно успела вообразить наш с Романом выход перед полными рядами зрителей.

До первой репетиции при этом оставалось два дня.

– Хорошо. В понедельник. Я заявлю наш дуэт.

– Подавай.

Я отошла, пропуская его к машине. Названия номера у нас пока не было. Даже музыку предстояло выбрать.

* * *

В понедельник я сама отправила имена в дирекцию фестиваля. Название клуба указывать не стала, привычное пояснение, что всё согласовано с Вадимом, тоже оказалось лишним.

Роман подтвердил участие, и вскоре нашу пару внесли в предварительный список. Над ним стояло предупреждение: состав программы определят после отбора.

Первой мне попалась строка:

«Вадим Баженов, Алиса Котова».

Я сидела на маленькой кухне съёмной квартиры. Рядом с ноутбуком помещалась одна тарелка; для второй пришлось бы убирать мои записи.

Значит, Вадим уже заявил их. После того вечера он готовил следующий номер с Алисой. Выбирал музыку, обсуждал выход, а я перечитывала одну строчку: её имя рядом с его фамилией.

Ниже стояло: «Светлана Баженова, Роман Северцев».

В старых программах нас с мужем часто сокращали до «Вадим и Светлана Баженовы». Я сама присылала организаторам такую запись, чтобы занимала меньше места. Теперь моя фамилия повторялась в списке дважды, рядом с разными именами.

Алиса умела красиво ждать начала музыки. Просто стояла, а на неё уже смотрели. Длинные ноги, тонкая талия, и никакой суеты перед первым движением.

Этому я её учила. Просила выдержать паузу, дать зрителям рассмотреть себя. Алиса послушалась.

Рядом с Вадимом я представила её сразу. Он наверняка будет доволен, когда на них повернутся посмотреть. И улыбку её примет на свой счёт, хотя эту улыбку я видела на каждом выступлении.

Я увеличила список, проверяя, нет ли названий номеров. В нём пока были только имена участников.

Сколько прошло после моей самостоятельной заявки? Минут десять? А я уже разглядывала чужую строку и гадала, что муж готовит с другой женщиной.

Закрыла список, выбрала музыку и несколько раз прошла концовку на свободной полосе пола перед диваном.

На повороте приходилось останавливаться возле стола. Именно там партнёр должен был подхватить движение. Дома, без Романа, я уже знала, как удачно это у нас получится.

В «Линию» я приехала к трём и начала показывать с конца.

Роман ещё спрашивал, удобно ли мне будет репетировать в эти часы, когда я вышла на середину зала. Сделала два быстрых поворота, раскрылась к нему и обозначила наклон, для которого нужна была поддержка.

– А здесь задержка на последнем звуке. Если точно попасть, получится хорошо.

– Попробуем. Только сначала обычный поворот.

– Я эту фигуру делала.

– Со мной пока нет.

Он стоял у короткой стены в простой футболке и свободных брюках. Пока я показывала концовку, внимательно следил за моими движениями.

– Ром, я же не предлагаю меня подбрасывать. Тут всё довольно понятно.

– Тебе понятно, чего ты ждёшь. А мне надо попробовать с тобой пройти хотя бы несколько шагов. Давай простую связку, потом доберёмся до конца.

– Если считаешь, что я не готова, так и скажи.

– Я считаю, что мы ещё не пробовали.

Так разговаривали с ученицей, которая посмотрела красивое выступление и решила повторить. Хотелось объяснить ему всё по счёту, чтобы он наконец услышал: я знаю, что предлагаю.

Я встала напротив него.

– Хорошо. Что берём?

Роман предложил короткий ход с поворотом и выходом в раскрытую позицию. Такое я разбирала с начинающими без музыки, под хлопки. Сейчас мне самой предстояло начать с этого.

Он подошёл, и я привычно заняла место в паре.

Близко.

Роман положил ладонь мне на спину, и я придвинулась к нему ещё немного.

– Отсюда шагнуть удобно?

Я проверила движение. Слишком близко встала: пришлось бы обходить его, чтобы пройти вперёд.

– Давай чуть дальше.

– Встань как тебе удобно. Я подстроюсь.

Он дал мне отойти. Я выбрала расстояние, изменила положение руки на его плече и снова проверила шаг.

Теперь места хватало. Роман спокойно ждал, а я почему-то продолжала объяснять:

– У нас и выход другой получится. Пространства больше.

– Посмотрим на движении.

Музыка началась с короткого вступления. Его можно было пропустить, но мы остались в позиции. Эти несколько секунд рядом с Романом мне хотелось постоять молча.

До поворота всё шло легко.

На втором шаге я немного отстала и приготовилась к рывку. Вадим в таких случаях притягивал меня к себе, а Роман просто сделал следующий шаг короче. Его пальцы легко держали мою руку, ладонь на спине оставалась на месте.

– Не спеши. Я успеваю,– сказал он негромко.

От его низкого спокойного голоса я перестала торопиться. Скользнула взглядом по нашим соединённым рукам и вдруг заметила, как мне приятно к нему прикасаться. Через тонкую футболку под ладонью чувствовалось тепло его плеча.

Мне было хорошо и страшно: мы едва начали репетировать, а я уже думала о том, как он меня держит. И злилась на себя за это. Даже простую связку ещё не прошла, зато успела представить, как мы танцуем просто так, без всякого фестиваля.

Потом я заранее повернула голову влево и потянула за ней корпус. Роман ещё вёл нас по прежнему направлению. Я оказалась сбоку, рука неудобно вытянулась между нами.

Он остановился.

– Здесь разошлись. Ты уже повернулась, а я ещё шаг не закончил.

– Мне кажется, мы слишком медленно идём.

– Ты начала раньше.

– В темпе я бы успела.

Сколько раз я слышала это от учеников. Музыку погромче, скорость побольше, и можно проскочить место, которое никак не получается.

Роман выключил звук и показал переход один, оставляя мне место рядом.

– Смотри. До этого момента идём вместе. Поворот после шага. Если уходишь раньше, мне приходится тебя догонять.

Я отвела взгляд от зеркала. Пришла с эффектной концовкой, уже представляла, как Роман её оценит, а застряла на простой связке. Хорошо хоть ученицы этого не видели.

В зеркале рядом со мной стоял другой мужчина. Выше Вадима, шире в плечах. Он двигался иначе: поворачивался плавно, оставляя мне время закончить шаг.

А я ждала привычного нажима. Заранее готовилась к нему и уходила туда, куда годами поворачивалась с мужем.

Даже после того вечера.

В первые годы мы репетировали в пустом зале после закрытия. Вадим отступал к стене, освобождая мне место. Я объявляла, что пора уже продавать билеты на наши репетиции, и он смеялся.

Тогда я охотно соглашалась повторить ещё раз. Особенно если уже начинало получаться и хотелось проверить: случайно вышло или мы всё-таки разобрались?

Теперь Вадим наверняка так же пробовал переходы с Алисой. Может, тоже смеялся, когда что-нибудь не складывалось. Я отвернулась к стене.

Вернувшись на середину зала, я поставила ладонь Романа чуть ниже.

– Здесь держи плотнее. Вторую руку пока не отпускай. Сначала закончим поворот.

Роман включил запись. Я стала считать поверх вступления, задавая более быстрый темп. На переходе резко повернула голову и замерла, ожидая привычной опоры.

Роман остался сбоку от меня. Я снова развернулась раньше, чем он успел закончить шаг.

– Нет. Дальше мне отсюда не пройти.

– Да мы годами так…

Я замолчала посреди фразы.

До следующего захода оставалось несколько тактов. Роман выключил музыку.

– Свет, со мной так не получается. Я двигаюсь по-другому.

В фойе кто-то прошёл мимо зала. Я посмотрела на закрытую дверь. Там могли разговаривать о занятиях, переобуваться, а здесь я только что вслух призналась, чего требовала от Романа.

– Я про технику говорю. При чём тут Вадим?

– Ты сама сказала: годами так делали. С ним. А сейчас пытаешься меня поставить точно так же.

– Предлагаю то, что работало.

– Для вашей пары. У нас можно изменить связку. Но я не буду повторять его движения.

Роман говорил спокойно, глядя прямо на меня. Я стояла перед ним и вспоминала, как уверенно объясняла, куда ему деть руку.

И ведь ещё у машины приставала к Роману с вопросами про Вадима. А сама за полчаса не смогла перестать танцевать с мужем.

– Тебе удобно это говорить,– сказала я. – Ты же сразу согласился, как только появилась возможность выйти против него.

Роман посмотрел на меня уже иначе.

– Ты предложила выступить. Я согласился.

– А на балу кто предложил? Очень вовремя, кстати. Жена твоего давнего соперника вдруг осталась без партнёра.

– Ты хочешь спросить, зачем я это сделал, или уже всё решила?

– Хочу понять. Тебе со мной танцевать интересно? Или показать Вадиму, что ты можешь забрать даже меня?

«Забрать». Сама же сказала. Как будто муж мог передать меня другому вместе с готовым номером.

Роман помолчал.

– Мы с Вадимом давно друг друга не любим. Ты знаешь. Но номер мне делать с тобой, и соглашаться на всё подряд я не стану.

– Я не об этом спросила.

– А я не понимаю, какого ответа ты ждёшь. Скажу, что мне приятно выйти против него, ты разозлишься. Скажу, что мне всё равно, ты не поверишь.

Вот сейчас он мог бы добавить что-нибудь про меня. Хотя бы то, что позвал бы танцевать и без всей этой истории. Я ждала, а Роман вернулся на середину зала.

– Давай сначала. Какой номер ты хочешь сделать, если Вадим с Алисой его вообще не увидят?

– Они увидят.

– Хорошо. Но покажи то, что тебе самой нравится.

Заготовки у меня были.

Выход с длинной паузой, которую Вадим всегда сокращал. Потом быстрый проход: пусть посмотрят, как я двигаюсь, раз привыкли видеть меня только рядом с новичками. В конце та самая фигура, на которой Алиса пока теряла уверенность.

Я перебирала это, стоя перед Романом. Пауза назло Вадиму. Концовка, чтобы обойти Алису. Так, а ещё что-нибудь я утром придумала?

– Можно выйти с другой стороны,– сказала я. – И сразу…

Дальше шло наше с мужем старое раскрытие. Я перенесла вес и сделала шаг в сторону Романа. Опять то же самое.

Роман ждал.

Сейчас я бы охотно села рядом с ученицами. Пусть кто-нибудь выйдет на середину зала и объяснит, с какой ноги начать. Выполнить готовое задание я ещё могла.

– У меня нет начала,– сказала я наконец.

– Значит, будем искать.

– А эта музыка?

– Тебе нравится?

Вступление я помнила наизусть. Утром оно подошло к знакомому выходу: можно было сделать его быстрее и закончить эффектнее. Так я и выбирала.

– Для того, что придумала, подходила.

– Попробуем другую?

– Пока не включай.

Я отошла с того места, где мы начинали. На полу не было никаких отметок, но возвращаться туда и снова просить привычную поддержку мне уже не хотелось.

– Эту связку убираем. Я не хочу её доделывать.

– Хорошо.

– Заявку оставляем.

Это прозвучало твёрже. Убрать нашу строчку из списка я сейчас могла бы за пару минут. А потом опять открыть его и увидеть там только мужа с Алисой.

Роман кивнул.

От его готовности всё начать сначала я даже растерялась. Мы потратили часть репетиции, у меня не осталось ничего, кроме музыки под ненужный выход, а он спокойно стоял и ждал следующего предложения.

– Тебе легко говорить «будем искать»,– сказала я. – У тебя студия, свои группы. Не получится, пойдёшь дальше работать. А про меня скажут: ну вот, без Вадима даже номер не собрала.

– Могут сказать.

– Спасибо, утешил.

– Я за чужие разговоры обещать не могу.

– Да мне не обещания нужны. Ты хоть понимаешь разницу? Выйдешь со мной, позлишь его. А если мы провалимся, ты почти ничем не рискуешь.

Роман ответил не сразу. Я уже ждала очередного предложения попробовать несколько шагов без музыки.

– Меня пригласили в экспертный совет этого фестиваля. Я дал предварительное согласие.

Про совет он до сих пор не говорил. Несколько секунд я смотрела на него, пытаясь связать это с нашей заявкой.

– Ты согласился быть экспертом?

– Да. До твоего предложения.

– И как тогда собираешься выступать?

– До отбора мне придётся выйти из совета.

Глава 5. Не за ваш счёт

– Подожди. Давай сначала проверим, получится ли у нас номер.

Роман остановился у скамьи с телефоном в руке. К субботней репетиции я принесла новый замысел, который мы даже под музыку не попробовали. А у него уже было готово письмо Ольге с отказом от места в экспертном совете.

– До вечернего просмотра успеем проверить,– добавила я. – Зачем отправлять прямо сейчас?

– Проверим. Письмо я всё равно отправлю.

– Тебя ведь не за красивые глаза пригласили. А я пока только спорю с тобой.

– Света, я не собираюсь придерживать место на случай, если нас не возьмут. Не пройдём отбор, значит, не пройдём.

Ему предлагали оценивать других преподавателей. Теперь он вставал рядом со мной перед теми же людьми и вполне мог услышать отказ. Из-за связки, которой ещё толком не было.

– Я не могу обещать, что мы хорошо выступим.

– Я тоже. Но участвовать и оценивать не буду.

Роман отправил письмо и убрал телефон.

А мне уже неловко было с ним спорить. Хотя возражения никуда не делись.

– Заявление о разводе я уже подала в суд,– сказала я.

Роман ответил после небольшой паузы:

– Ты хочешь об этом поговорить?

– Просто хочу, чтобы ты знал.

– Хорошо.

И всё. Роман кивнул, и я включила музыку.

– Давай попробуем со сменой ведущего. Первую музыкальную фразу начинаю я, следующую ты.

– Показывай.

Начало я объяснила быстро: прошла по диагонали и остановилась, затем сменила направление. Здесь всё складывалось. Свою часть я знала и тут же принялась показывать, что после меня должен сделать Роман.

– Здесь ты выводишь меня в сторону окна. Потом возвращаешь, и я прохожу перед тобой.

– А если я поведу к зеркалу?

– Тогда следующий поворот не получится.

– Получится другой.

– Я его пока не придумала.

– Так я могу предложить. Или мне только изображать, что я начал?

Знакомое раскрытие я убрала, начало переделала. И всё равно ему не так.

Роман ждал ответа. Я попробовала мысленно пройти его вариант и сбилась: после шага к зеркалу моя заготовка уже не подходила. Выделила человеку целую музыкальную фразу и расписала её за него до последнего движения.

– Боюсь, мы разойдёмся в разные стороны,– призналась я.

– На репетиции можно.

Он стоял близко. Говорил тихо, своим низким голосом, и мне хотелось ещё немного постоять так, прежде чем снова браться за связку.

– Хорошо. Каждый начинает свою часть. Второй подхватывает. Без заранее назначенного поворота.

– Давай. Посмотрим, куда придём.

Под музыку я провела свою фразу и приготовилась уступить. Роман вместо движения вперёд предложил короткий боковой шаг. Оставил мне место для разворота, потом пошёл следом в моём темпе.

Следующий кусок пришлось отбросить. Я задержалась на один счёт и вернулась к нему по другой линии.

Закончили мы почти у зеркала, куда я вообще не собиралась приходить.

– Вот это оставим,– сказала я.

– Что именно?

– Твой шаг в сторону. И мою паузу после него.

– Тогда ещё раз. Только паузу не сокращай ради меня.

Во втором проходе я знала, куда он предложит двигаться, но всё равно дождалась его начала. Получилось без спешки. К вечернему просмотру у нас появился фрагмент, который можно было повторить.

У культурного центра меня ждал Вадим с длинным чехлом сценической одежды.

– Света, забирай. Тут всё, что оставалось в шкафу.

– Я проверю дома.

– Проверь. Только возьми сейчас, у меня руки заняты.

К входу подходили ученицы. Вадим уже повернулся к ним, а я всё ещё стояла перед чехлом, который он протягивал мне.

Я приняла чехол. Внизу ткань была зашита неровными стежками: когда-то перед выездным выступлением мы зацепили чехол дверцей машины. Вадим тогда сам нёс моё платье, пока я проверяла, всё ли взяла для учеников, и смеялся, что чужие туфли у меня всегда важнее собственных.

Мне нравилось ездить с ним. Даже ранние сборы нравились: он торопил меня, а в машине включал нашу старую запись.

Теперь он привёз мои платья вместе с Алисой и хотел поскорее освободить руки. Я подхватила чехол снизу, чтобы не тащить его по ступенькам.

– Вы к показу с мужем готовитесь?– спросил Вадим у подошедшей женщины. – Мне важно понимать, кто выходит постоянной парой. Тогда и программу сможем заранее подобрать.

Она начала объяснять, что муж ещё не решил. Вадим слушал внимательно, чуть наклонившись к ней, и вместе с ней отошёл к крыльцу.

Алиса стояла на крыльце у двери в центр и раздавала приглашения. На согнутой руке у неё лежали две пачки карточек с номерами; сверху на обеих виднелись одинаковые цифры. Таких парных комплектов в клубе лежала целая пачка, я сама их выдавала перед показами.

Алиса была в тех же серьгах, что и на балу. Она улыбалась каждой подходившей женщине. Не ей сейчас проверять, нашёл ли Вадим музыку и кому опять нужно объяснить начало, у неё занятие поприятнее.

– Будет большой клубный показ, с гостями,– рассказывала она. – Не просто занятие для своих. Можно попробовать отдельный парный выход.

– А если мы давно не выступали?– спросила одна из новых учениц.

– Вадим посмотрит и подберёт подходящий вариант. Вообще-то такие возможности не каждую неделю бывают.

Я остановилась у двери.

– Проходите в зал. Скоро начинаем.

– Мы никого не задерживаем,– отозвалась Алиса. – Просто приглашаем.

Позвать женщин на большой клубный показ я не могла. У меня был сегодняшний урок в арендованном зале, и начинать прямо здесь объяснения, почему он тоже чего-то стоит, было бы унизительно. Особенно с возвращёнными платьями в руках.

Рядом остановились Ирина и Сергей.

– Серёж, давай сегодня наш вальс вспомним,– попросила Ирина. – Тот, первый, со свадьбы. Для вечера у Волги.

Вот с вальсом я могла помочь. Для начала хватило бы нескольких простых переходов, дальше они и сами вспомнили бы.

– Сегодня не выйдет,– сказал Сергей. – У нас дополнительная репетиция.

– Можно хотя бы начало. Светлана подскажет, а дальше дома.

– Я договорился. Переднюю линию разбираем.

– Вы же потом ещё будете её разбирать.

Сергей глянул в сторону Вадима и ответил уже суше:

– Ира, я три сезона туда просился. Мне наконец дали возможность, а я скажу, что у меня другие планы?

– У тебя есть другие планы. Мы хотели вместе станцевать.

– Не отменяется твой вальс. Отложим пока.

Твой вальс. Ещё минуту назад Ирина говорила «наш».

Вадим неподалёку расспрашивал женщин о партнёрах. Сергей отвечал жене, поглядывая на него, и мне казалось, что он только и ждёт, когда его позовут.

– Мы и так почти никуда вместе не ходим,– сказала Ирина. – Магазин да к твоей сестре по выходным. Танцы у нас одно общее и осталось.

– Это просто танцы. Сегодня позанимаемся отдельно. Что тут такого? Ты же сама к Светлане записалась.

Он говорил без злости, даже терпеливо. Ирина стояла перед ним в пальто, хотя остальные уже прошли раздеваться.

Да пять минут он мог ей дать. Доехать на репетицию они всё равно успевали: Вадим ещё разговаривал, Алиса раздавала приглашения. Я бы за эти пять минут показала им начало.

– Ладно, я поняла,– сказала Ирина. – Иди на свою репетицию.

– Вот и договорились.

– Нет, Серёж. Я просто больше не уговариваю.

Ирина направилась к двери, и я пошла рядом. Вадим всем разрешал посещать обе площадки. Сергей тоже мог остаться здесь с женой, только там ему наконец обещали переднюю линию, о которой он просил три сезона.

Чехол я поставила у стены в зале. Женщины переобувались, когда та ученица, с которой разговаривала Алиса, остановилась в дверях.

– Светлана, я сегодня всё-таки туда поеду. Посмотреть насчёт показа.

– Вы ведь только начали здесь заниматься.

– Я знаю. Мне понравилось. Но там можно с партнёром выйти.

– А ещё один урок вам помешает это попробовать?

Женщина перестала улыбаться. Услышав собственный вопрос, я сама бы на него отвечать не захотела.

– Алиса сейчас едет. Я не хочу упускать.

С крыльца донёсся голос Алисы:

– Мы подождём, не торопитесь.

Какая заботливая. Подождёт мою ученицу у дверей, а потом увезёт к моему мужу.

Я отступила, освобождая проход.

– Хорошо. До свидания.

– Я потом напишу.

Она ушла. На крыльце Алиса что-то весело объясняла ей, и каждое слово долетало до меня через открытые двери. Потом в зал вошла Наталья, последняя из учениц, и закрыла дверь.

Утром я решила начать с простого движения на выбор. Кому-то удобнее шагнуть в сторону, кому-то сделать небольшой поворот; можно было и просто пройти вперёд. Теперь я представила, как ушедшая женщина расскажет в клубе, что у нас каждая делает что попало.

Музыку я включила сразу.

– Встаньте в две линии. Начинаем вправо. Левую приставили без веса, потом шаг обратно. Все одинаково.

Наталья заняла место рядом с Ириной. Остальные выстроились за ними, ещё переговариваясь вполголоса.

– Пожалуйста, сейчас слушаем. Я объясняю один раз.

Голоса стихли. Вот и хорошо, хоть здесь меня услышали.

Первый проход вышел неровным. Одна из женщин сделала слишком широкий шаг, другая запоздала с возвращением. Ирина перенесла вес на приставленную ногу и остановилась.

– Ира, на какую ногу ты встала?