Дурные сказки Волшебной Страны

***

На следующий день ровно в полдень Алина стояла на пристани, одетая в тот же  костюм, при дневном свете казавшийся голубым. Шляпу приходилось придерживать, чтобы её не унесло ветром.

Корабль короля Велимудра был небольшим, но роскошным. Дерево, из которого он был сделан, отливало золотом, а на носу красовалась резная фигура дельфина в короне. Но самым удивительным оказалась не какая-то деталь корабля, а его капитан. За штурвалом – хотя штурвал крутился почти что сам по себе, легко поддаваясь движениям привязанных к нему канатиков – стоял невысокий жилистый человек. На одном глазу у него был закреплен большой монокль, похожий на половинку театрального бинокля. Обуви человек не носил. Его босые ноги с неестественно длинными и цепкими пальцами ловко перебирали десятки тонких верёвок, тянущихся по всему кораблю.

– Знакомься, – представил его Елисей.– Это капитан Нольног. Лучший мореход Рассветного королевства.

“Нольног – потому что вместо ног, можно сказать, ещё одна пара рук, – догадалась Алина. – Четыре руки, а ног – ноль”.

– Добро пожаловать на борт, юная госпожа! – прокаркал капитан, не оборачиваясь. Его пальцы сплели сложный узел на нескольких канатах, дёрнули – и паруса на всех мачтах расправились с громким хлопком. – Держитесь крепче, мы отчаливаем!

Корабль плавно отошел от пристани и заскользил по широкой реке, которая текла через весь город к морю. Алина нашла себе отличное место на носу корабля, куда перебрался и капитан, не заботясь о том, что штурвал остался без надзора. Он шевелил пальцами ног, натягивая то один, то другой канат, и судно держалось ровно так, как было нужно. С корабля город казался ещё более сказочным. Разноцветные домики отражались в воде, мосты, увитые цветами, проплывали над головой, и с них осыпались лепестки.

Елисей встал рядом, облокотившись на перила. Сегодня он был одет проще, зато навозом от него больше не пахло.

– Вон там, видишь? – он указал на башню с часами, где стрелки бежали в обратную сторону. – Это башня Время-Вспять. В ней сидят историки. А во-о-он те сады на крышах – оранжереи летучих цветов. Их привязывают, иначе улетят.

– Здорово… – протянула Алина.

Они проплыли под мостами, заросшими плющом, который цвёл крупными колокольчиками. Дальше река расширилась, и судно оказалось в квартале, где дома стояли прямо в воде на высоких сваях. Между ними сновали лодки-гондолы, а торговцы продавали товары прямо из окон.

– Так-так-так! – возбуждённо забормотал капитан. – Право-лево, никого не задеть… Лево-право… Снова право…

Он задёргал канатики, и корабль с идеальной точностью проскользнул между двумя небольшими домиками – булочной и прачечной. Из окошка первого высунулся поварёнок и с криком “Ловите!” бросил крендель. Королевич ловко поймал его и протянул Алине.

“А вдруг это покушение, и внутри яд? – подумала та. – Может, даже не на меня, а на Елисея? Он, конечно, умница, что дал булку мне, только я не эти… как их там… которые пробуют еду для царей”.

Она сделала вид, будто хочет откусить, и уронила крендель в реку. К нему тотчас же устремились неизвестно откуда взявшиеся рыбки и за пару секунд уничтожили целую половину. Похоже, яда в нём всё-таки не было.

– Не расстраивайся, – утешил её спутник. – Скоро пройдём мимо другой булочной.

– Спасибо… Елисей, скажите, а каково это – быть королевичем?

Елисей рассмеялся, откинув со лба прядь светлых волос.

– Скучно, Алина. Ужасно скучно. Приёмы, балы, послы, государственные советы, на которых обсуждают цену на репу… Я бы всё отдал, чтобы просто путешествовать и не быть никому обязанным. Открывать новые земли, изучать зверей. Знаешь, моя мечта – найти вид, который ещё никто не описал. Назвать его своим именем… «Жук Елисея» или «Елисейская жаба». Звучит?

Алина захихикала.

– Ну… Жаба – не очень. Лучше дракон.

– Драконы все описаны, – вздохнул королевич.

– А врагов у вас нет? – перешла к волнующему её вопросу Алина, желая составить представление о том, насколько опасно находиться рядом с королевичем. – Войны не ведёте?

– Войны?! Давно прошли те времена, когда королевства сражались друг с другом. Все жители Волшебной Страны знают, что любая война порождает энергию Экрю, а такого загрязнения не стоят никакие богатства.

– Значит, зло порождает Экрю, а Экрю порождает зло, правильно?

– Да, всё верно.

– Лазурь работает так же?

– Добро порождает Лазурь, а Лазурь порождает добро, – подтвердил королевич.

– И зла у вас совсем нет? – с подозрением сощурилась Алина, припомнив слова чудика о Ночном королевстве.

Елисей отвёл глаза. Ответил он не сразу, то ли долго обдумывал слова, то ли просто боролся с нежеланием говорить на эту тему.

– Зло везде найдёт лазейку, –  наконец сказал он. – Сколько бы Лазури ни было в мире, если чьему-то сердцу суждено почернеть, оно почернеет.

“У Варвары потом спрошу про Ночное”, – решила Алина.

Они плыли и плыли, корабль сворачивал в более узкие каналы, делал крюки и вновь выходил на главную реку. Солнце уже начинало клониться к закату, когда река стала шире, вода из пресной превратилась в солёную, и корабль вышел в открытое море. Алина смотрела на удаляющийся берег, пытаясь подавить тревогу. Люди тут, может, и хорошие, а вот что насчёт кораблей?

Вдруг капитан крякнул, ухнул и дёрнул ногой за канат. Что-то заскрипело, и из открывшегося в борту отверстия в воду с шумом упала огромная стеклянная сфера на цепи. Алина испугалась было, что сумела накаркать одними мыслями, и теперь они терпят крушение, но по лицам спутников поняла, что это не так.  Через минуту механизмы заработали в обратную сторону, и сфера поднялась, наполненная водой. Внутри плавали прозрачные рыбки, и в каждой светился маленький огонёк.

– Фонарная гупь! – восторженно объявил Елисей. – Редкий вид! Повезло наткнуться на стайку.

Алина завороженно смотрела, как рыбки тычутся мордами в стекло. Она никак не могла понять, что же это сияет в их маленьких тельцах – какой-то орган или что-то съеденное. Полюбовавшись, капитан дернул другой канат, дно сферы открылось, и рыбки-пленницы вместе с водой полетели обратно в море.

– Курс на Жемчужный Остров! – скомандовал сам себе Нольног и, подкрутив свой монокль, принялся всматриваться в горизонт.

– А что там, на Жемчужном Острове?

– Это большой остров с пещерными лабирантами и гротами, в которых живут русалки. Они очень милые. Если расскажешь им хороший анекдот, подарят жемчужину.

– Анекдот… –  Алина попыталась вспомнить шутки, которые поняли бы жители Волшебной Страны. – Так… “Колобок повесился” – слишком чёрный. “Шёл медведь по лесу” – не смешно. О! Знаю! Заходит скелет в бар и просит пиво и швабру.

– Почему швабру? – не понял Нольног.

– Ну, потому что он скелет. Всё прольётся.

Капитан задумался, а потом расхохотался.

– Тонко! Русалкам понравится!

Вдалеке уже показался остров. Разобрать что-то было ещё сложно, и предстал он пока только в виде небольшого белого пятна. Не привыкшая к морю Алина не могла оценить расстояние, поэтому не знала, насколько на самом деле он мал или велик, но уже представила себе островок размером с хрущёвку над поверхностью воды, зато под водой уходящий на неизмеримые километры вглубь. И, конечно же, русалок в коронах из жемчуга и перламутра.

Внезапно капитан Нольног напрягся. Его монокль выдвинулся вперёд, как объектив камеры, он вытянул шею и зажмурил глаз, не закрытый прибором.

– Полундра! – вдруг заорал он. – Пираты! К нам приближается пиратский корабль!

Алина и Елисей испуганно заозирались. Ничего, кроме острова, на горизонте не было видно. Королевич бросился на корму, хотя капитан смотрел вперёд, а не назад. Но ведь путь впереди был свободен!

– Где? – крикнула Алина. – Я никого не вижу!

– Вы смотрите не туда! – рявкнул капитан. – Вниз смотрите!

В ту же секунду вода по левому борту вспенилась, забурлила, и из глубины, поднимая фонтаны, вынырнуло нечто, похожее на корабль. С его единственной мачты стекали потоки, а совершенно сухой чёрный флаг с черепом, который до этого, видимо, торчал из воды, расправился на ветру. Вся палуба была закрыта, как шатром, конусообразным парусом, крепящимся к мачте. Что-то заскрежетало, и парус с шумом смотался.

– На абордаж! – раздался дружный вопль.

Алина, забыв о только что начавшейся карьере героини, спряталась за спину Елисея.

На палубу королевского корабля полетели крюки-кошки. Через борт, свистя и выкрикивая непонятные ругательства про Кошачьего Чёрта и Великую Камбалу, посыпались пираты. Это была пёстрая толпа: мужчины в камзолах, совершенно не подходящих по цвету к штанам, женщины в почти не затянутых корсетах и полосатых шароварах, все увешанные оружием, скалящие зубы, из которых как минимум один у каждого был золотым. Последним на палубу спрыгнул их предводитель – высокий темнокожий мужчина лет тридцати. Его длинные волосы были заплетены в сотни мелких косичек с бусинами, звякающими при каждом движении. На голове красовалась треуголка с пером. Он выхватил шпагу, сделал изящный выпад, свистнув ею в воздухе, потом вложил обратно в ножны, снял шляпу и галантно поклонился.

– Приветствую вас, дамы и господа! Прошу прощения за вторжение и мокрую палубу. Я – Олли Морской Лев, благородный пират.

С этими словами он широко улыбнулся и протянул обе руки к капитану Нольногу.

– Старина! Сколько лет, сколько зим!

– Олли! – прорычал Нольног, выпутываясь из канатов.  – Всё такой же позёр! Обязательно было кидать крюки? Мог бы просто помахать!

– И лишить себя удовольствия увидеть ваши испуганные лица? Никогда! – рассмеялся Олли. – Ну как оно, старина?

– Да всё так же, – неопределённо ответил Нольног на столь же неопределённый вопрос. – Там понемногу, сям по чуть-чуть.

– Эх, дружище-дружище… А вот раньше-то – ух!

– Да какое там “ух”! Так, “эх” да “ох”… А сейчас – да!

– Ну, если да, то почему бы и нет? Я бы, конечно, ни в жизни… Нет, не моё это, не моё. Но за тебя я рад.

Елисей, всё это время смотревший на них округлёнными от удивления глазами, потряс головой и наклонился к Алине.

– У тебя бывает такое, что все слова по отдельности ясны, а смысл никак не поймёшь?

– Кажется, капитан Нольног раньше был пиратом, – тихо отозвалась та. – Олли считает, что он зря бросил это дело, а Нольног доволен новой жизнью.

– Как ты это поняла? – прошептал королевич, глядя на неё с восхищением.

Алина приосанилась и выступила вперёд. Убивать их, судя по всему, не собирались, и даже на пленение это не было похоже. А значит, трусливо жаться за спиной сопровождающего ни к чему.

– Добрый вечер, Олли.

Пират снова отвесил ей поклон, потом взглянул на Елисея и улыбнулся.

– До чего же приятная компания: прекрасная юная дама, мой старый друг и молодой королевич. Что ж мы стоим, как неприкаянные? Не выпить ли нам чаю?

– Выпить, конечно! – смело решила за всех Алина.

Олли взмахнул руками, и члены его команды, до этого момента беззастенчиво изучавшие канаты, подбежали к нему. Если не считать главаря, их было одиннадцать  – могли бы стать футбольной командой, а не рассекать моря.

– На этой посудине есть стол? Прекрасно! Тащите сундук мертвеца! – приказал пират и, хитро усмехнувшись, повёл невероятно подвижными бровями. – И мою гитару.

Нольног ощупал пальцами правой ноги ближайшие канаты, выбрал парочку, перехватил рукой, сплёл в узел и вытянул петельку, а потом за неё дёрнул. Доски на палубе затрещали, поднялись и каким-то хитрым образом сложились в стол, к которому уже спешили двое пиратов, неся кружевную скатерть. Ещё четверо волокли по перекинутым с другого корабля мостикам огромный сундук.

Олли подали гитару. Он подмигнул Алине и Елисею, бряцнул по струнам и запел:

– Снова небо темнеет, и чувствуешь, друг? —

В лоб ударил солёный бриз.

Пятнадцать человек на бабулин сундук,

Йо-хо-хо! – доставай сервиз!

Мы накроем стол на пятнадцать персон;

Нож, точись, и гори, свеча!

Здесь есть оливье и наполеон,

Йо-хо-хо! – и горячий чай!

На белой скатерти появились салфетки и старинная фарфоровая посуда, похожая на ту, что стояла у Алины дома в серванте и доставалась только по особым случаям: на Новый год и когда приходили гости, причём не всякие, а важные. Друзья Алины, например, важными не считались. А вот мамины коллеги и папина троюродная сестра с семьёй заслуживали сервиза на столе.

– Наследство от моей покойной бабушки, – пояснил Олли, кивая на сундук, в котором копались пираты и выискивали столовые приборы среди ворохов парчи. – Всё самое ценное она припасла в этом сундуке и завещала мне.

Пиратский кок бегал туда-сюда, перенося горячее, салаты и закуски. В центр стола водрузили огромный самовар, что-то в нём подожгли, и он начал шипеть и булькать. Олли разлил всем чай, предложил каждому кусковой сахар, а потом, когда убедился, что все взяли сколько хотели, вытряс половину коробки в свою чашку. Алина при виде такого извращения чуть не подавилась. А пират тем временем пустился рассказывать о похождениях своего предка.

– Вот этот комплект, – он помахал серебряными ложкой и вилкой над головой, – бабуля заполучила в схватке с Зелёной Бородой. Они сражались за клад, зарытый самим Двуглазым Джо!

– Глупо как-то называться Двуглазым, – высказалась Алина. – С тем же успехом можно быть Двуруким, Двуногим или Головым.

– Так глаза-то изначально было три. Он был ясновидцем, пока не лишился третьего. Что за тип этот Джо!.. Порубил гигантского краба – во-о-о-от такого, – Олли обвёл рукой свой корабль, который был в два раза больше королевского, – на маленькие палочки – во-о-от такие, – он показал небольшое расстояние между пальцами, сантиметров пять. – Эх, рассказы о приключениях под чай не идут… Давайте-ка выпьем чего покрепче?

– Ром? – предположил Елисей.

– Кофе, – ухмыльнулся пират.

Не прошло и пары минут, как его команда уже катила бочонки, от которых исходил знакомый Алине аромат – она не раз заваривала кофе для отца, когда тот никак не мог вытащить себя из постели.

– Лучшие сорта, – хвастался Олли, откупоривая несколько бочонков один за другим. – Всё добыто честным и упорным грабежом.

– Куда путь держите, благородные разбойники? – спросил Елисей, которого, похоже, сильно покоробили слова о грабеже, однако ссориться он едва ли собирался и предпочёл перевести разговор.

– Куда – ещё не решили, а откуда – я вам сейчас расскажу.

Олли вытащил из-за пазухи свернутый в трубочку пергамент, не обращая внимания на страдальческое выражение лица Елисея.

– Дело такое вышло. Нашёл я карту сокровищ. В бутылке, всё, как полагается. Думал, золото. Приплыли мы на остров, тут недалеко совсем. Смотрим – башня стоит. Высо-о-окая. Поднялись мы туда, а там… красавица спит. И на дверях табличка: “Охраняется чудищем”.

– И что? – глаза Елисея тут же загорелись.

– Что-что! – фыркнул Олли. – Я ноги в руки и бежать! Мне жена без надобности. Я как представил – так у меня перо на шляпе поседело безо всякого чудища.

– Красавица в башне… – медленно повторил королевич, не сводя взгляда с бумаги, которую собеседник уже сворачивал. – Олли, дай нам карту!

– Забирай! – пират щедро швырнул пергамент на стол. – Даром не надо.

Елисей сразу же схватил подарок, развернул и принялся изучать. Алина приподнялась, чтобы рассмотреть карту получше, но мало что поняла: какие-то крестики, какие-то нолики, контуры и странная сетка со случайными цифрами в случайных местах.

Олли одним глотком допил свой кофе и поднялся из-за стола.

– Было приятно познакомиться, но уже совсем стемнело и нам пора нырнуть на дно. Позвольте обнять на удачу.

Он обнял сперва Алину и шутливо подёргал её за косички, потом похлопал по спине Елисея и напоследок стиснул Нольнога так, что тот захрипел. Поклонившись на прощание, Олли перемахнул на свой корабль. Его команда, быстро сложив скатерть и посуду, наспех протёртую мокрым полотенцем, обратно в сундук и забрав с собой абордажные крюки, последовала за ним. Парус с хлопком развернулся и снова превратился в непроницаемый шатёр. Корабль погрузился в воду и исчез из вида.

– Славные ребята, – сказал королевич, глядя на пенящуюся воду. – Цены бы им не было в нашем флоте. Такое затейливое судно…

– И думать забудьте. Олли никогда ни на кого не работает, – усмехнулся капитан Нольног.

Потом он вдруг нахмурился и похлопал себя по карманам.

– Вот же кошкин сын! Мой платок! Из шёлка бабочек-полуденниц! Исчез!

– Пряжка! – ахнул Елисей, хватаясь за пояс.

Алина потрогала уши. Золотых серёжек-гвоздиков не было.

– Всё-таки даже благородный пират – всё ещё пират, – вздохнул королевич. – Зато смотрите-ка: бочонок кофе оставили.

Бочонок, правда, оказался пустым больше, чем на три четверти, и совершенно не мог компенсировать потерю драгоценностей. Нольног вздыхал и ворчал, а Елисей не казался расстроенным потерей. Оно и понятно – у него таких пряжек, наверное, десятки, если не сотни. Алине было обидно за серёжки, но она решила не грустить. В Волшебной Стране легко найти украшения и покрасивее.

– На что курс? – уныло поинтересовался капитан, наматывая канатики на пальцы. – На Жемчужный Остров или на спящую красавицу?

Алина и Елисей переглянулись. По лицу королевича было видно, что ему не терпится попасть в башню, но без согласия спутницы он не прикажет направить туда корабль. Алина засомневалась. С одной стороны, никаких чудищ ей видеть не хотелось и уж тем более не хотелось с ними сражаться. Да и чем? У неё ни меча, ни лука. Она ведь даже латы у портного не заказала! С другой стороны, это было похоже на проверку. Может быть, её устроили люди, а может быть, божества этого мира. Король Велимудр говорил, что приключения приключатся сами, когда понадобится – и, похоже, момент настал.

– Плывём спасать красавицу! – бодро объявила она.

Глава 5. Спящая красавица

Путь к башне оказался неблизким. Корабль под управлением хмурого Нольнога, всё ещё переживающего пропажу платка, уходил всё дальше в открытое море, и вскоре берег Рассветного королевства превратился в тонкую золотистую ниточку на горизонте. Алина стояла у борта, вцепившись в перила, и с тревогой всматривалась в светящуюся изнутри воду. Ей казалось, что там, в глубине, кто-то движется – не то стая рыб, не то длинное гибкое тело.

– Не бойся, – к ней подошёл Елисей. – Это просто тени мелких рыбёшек. Здесь нет крупных хищников. Самое опасное в этих водах – медузы-пересмешницы, но они водятся ближе к Полуденному королевству.

– А что они делают?

– Щекочут. Если рискнёшь проплыть через их скопление, медузы набросятся и не отстанут. Несколько моряков так и утонули.

Алина представила, как тонет, задыхаясь от судорожного хохота, и поёжилась. Страх, который она испытала, когда упала в лужу, а провалилась сквозь миры и почти минуту пробыла под водой, помнился ещё слишком хорошо.

– Долго нам осталось плыть?

Нольног, не оборачиваясь, подкрутил свой монокль.

– По карте Олли – часа два. Если он, конечно, не наврал. А он наврёт – глазом не моргнёт.

– Но зачем ему лгать? – удивился Елисей. – Сам же отдал карту, не просил ничего взамен.

– Затем, что он пират, – буркнул капитан. – У них это в крови. Может, башни там вовсе нет, а есть рифы и подводное течение. Или башня есть, но утопленная наполовину, а вокруг неё – колония тех самых медуз.

Елисей поднёс свиток поближе к фонарю и покачал головой.

– Нет, карта хорошая. Пергамент старый, чернила выцвели. Твой друг, может, и пройдоха, но древние документы так просто не подделать. Да и какой в этом смысл?

Алина снова уставилась на бумагу. Крестики, нолики, непонятная сетка… Это совсем не походило на привычные ей карты, которые заставляла красить разноцветными карадашами учительница по географии. Никаких меридианов и параллелей, ничего знакомого. И хоть бы подсказку какую-то оставили! Как же она будет бороться с чудищем, если даже не знает, кто это? Дракона, может быть, получится отвлечь золотом. Елисей принарядится в своё королевское, раздразнит зверя, а она в это время проберётся в башню и выведет оттуда красавицу. А вдруг там лев? Или крокодил? Или кроколев? Алина раздражённо барабанила пальцами по перилам и строила планы, один дырявее другого.

Часа через полтора на горизонте действительно показался остров. Он был совсем небольшим – шагов двести в длину, примерно столько же в ширину, не больше, зато выскоим. Сплошные скалы, ни клочка зелени. И посреди этого унылого камня возвышалась башня. Довольно, по мнению Алины, необычная. Не готическая, не уродливо-средневековая – она напоминала скорее обсерваторию или, может быть, старый маяк. Камень, из которого её сложили, светился бледно-розовым и казался почти сплошным. Окон не было, только на самом верху – широкая арка, затянутая чем-то полупрозрачным.

– Как мы туда попадём? – спросила Алина.

– Там лестница, – Нольног указал пальцем ноги на едва заметную тропинку, петляющую между скал, по бокам которой кое-где чернели обрывающиеся то и дело железные перила. – М-да, узковата. Строители явно не рассчитывали на толпы посетителей.

Они причалили к крошечному, почти игрушечному пирсу, чудом державшемуся на ржавых цепях. Елисей спрыгнул первым и подал Алине руку.

– Капитан, вы с нами?

Нольног отрицательно помотал головой.

– Моё дело – корабль. Если вас сожрёт чудовище, я-то домой доплыву. А вот коль оно проглотит меня, вам самим обратно не добраться, – он постучал пальцем по виску. – Логика.

Елисей смело двинулся вперёд.

Тропинка, которая через несколько минут перешла в лестницу, вела вверх, и с каждым шагом Алина чувствовала, что кругом становится всё тише и тише, хотя высотой этот остров был хорошо если с пятиэтажку. Морской ветер стихал, крики чаек остались где-то далеко внизу. Здесь царила неестественная ватная тишина.

– Елисей, – она говорила шёпотом, хотя поблизости не было видно ни одного живого существа, кроме них, – вам не кажется это странным? Остров в нескольких часах от побережья, а о нём никто не знает, кроме какого-то древнего картографа и пирата, который случайно нашёл карту в бутылке.

– Это блуждающий остров, – так же негромко ответил королевич. – Таких в Волшебной Стране немало.

– Блуждающий? Он плавает по морю?

– Вроде как. Его можно найти только по специальной карте, которая отслеживает перемещение. Таких карт мало, обычно одна на остров. Поэтому о многих блуждающих островах никто и не знает – карты утеряны или спрятаны.

– А Жемчужный Остров?

– Неподвижный. Как и большинство крупных островов. Но этот, – Елисей оглядел суровые скалы, – этот, видимо, из тех, что любят одиночество.

Ступени лестницы были стёрты тысячами – или миллионами? – шагов, и Алине было страшно даже думать о том, сколько неудачных попыток потерпели те, кто пытался спасти красавицу до них. И где эти храбрецы сейчас? Сбежали, как Олли, или покоятся в брюхе монстра?

– Ты не обязана идти, – сказал Елисей. – Я могу сам.

– Нет уж. Я Странница или кто?

Она сказала это бодрым тоном, но внутри всё сжалось. Всё-таки хорошо, что рядом был другой человек, да ещё взрослый, ведь в одиночку она бы никогда не набралась смелости сюда идти.

Деревянная дверь отворилась с режущим слух и душу скрипом. За ней обнаружилась винтовая каменная лестница, подъём по которой был не из приятных – ближе к концу у Алины немного закружилась голова от бесконечных поворотов, и ей пришлось остановиться, чтобы передохнуть. А стоять здесь, ничего не делая и зная, что где-то рядом находится монстр – занятие не из мудрых.

Верхняя комната башни оказалась круглой, с высоким сводчатым потолком, расписанным звёздами. У открытого окна стояла огромная кровать под балдахином из тяжёлого белого шёлка и с высоким резным изголовьем. На кровати лежала девушка в синем платье.

Алина сделала шаг вперёд, стараясь ступать бесшумно. Красавица – а это была именно красавица, других слов и не подобрать – спала. Невозможно было не залюбоваться чёрными волнистыми волосами, а затем и задуматься: если она спит месяцами, годами, столетиями, кто же ей моет голову?

– Красивая, – шепнула она.

– Очень, – согласился Елисей, тоже глядящий на спящую девушку с восхищением. – Надо разбудить её.

Он шагнул к кровати и осторожно коснулся плеча девушки.

– Прекрасная госпожа, проснитесь…

Ничего не произошло. Елисей потряс красавицу.

– Проснитесь, пожалуйста…

Девушка даже не пошевелилась.

– Может, нужен поцелуй? – неохотно предположила Алина. Ей всегда казалось, что в сказках про зачарованных царевен есть что-то неправильное. Ну нельзя же целовать спящих людей без разрешения!