Удивительные изобретения

– Дядя!

Уилберфорс застонал. Снова! Причина, по которой завтра старый хрыч Петерсен вызовет его на ковер и вручит ему все необходимые документы!

– Да, Херби?

– Я хочу в туалет!

– Ну же, – нетерпеливо ответил дядя Уилберфорс, - Херби, в этом нет необходимости. Ты...

Затем он замолчал, внезапно вспомнив, сколько раз Херби требовал воды и сказал:

– Очень хорошо. Но потом я хочу, чтобы ты сразу пошел спать, ты понял?

– Да, дядя. - Покорно ответил малыш.

Поход в ванную прошел благополучно. Херби уложили в постель в десятый или двенадцатый раз, Уилберфорс сбился со счету, и снова наступила тишина.

Он снова начал: «Хотя стоимость конфискованного имущества включена...»

– Дяденька!

Уилберфорс застонал. Его пальцы крепко сжали книгу в приступе отчаяния и он закричал:

– Да, да! Чего ты на этот раз хочешь?

– Ты забыл дать мне лекарство! - подсказал юный Херби.

Сломленный постоянной беготней человек, появился в дверях. Он свирепо посмотрел на племянника.

– Лекарство?Какое лекарство?

– Для моего желудка, - спросил Херби. - И для головы, и для ног, и для моего...

– О, хорошо! - выдавил Уилберфорс. - Я дам тебе его, успокойся!

Он прошел в ванную и открыл шкафчик. Перед ним предстал ряд блестящих флаконов. Некоторые из них были жидкими, другие - порошкообразными, третьи - порошкообразно-жидкими. Он уставился на эту плеяду пузырьков и ему даже в голову не пришло усомниться в том, что Херби нужны лекарства перед сном. Это был первый опыт Уилберфори в качестве детской медсестры, и он не знал всех тонкостей детской стратегии.

Он перебрал все лекарства и нашел одно с надписью «Головная боль» и отсыпал нужную дозу для ребенка. Затем он взял тот, на котором было написано «Боли в желудке», и налил необходимое количество в стакан. Там был один для ног, а другой...

– Ааа! - воскликнул Уилберфорс и налил в стакан щедрую дозу из бутылочки с надписью «Сироп для неспящих душ».

Уилберфорс не был врачом. Он был продавцом автомобилей, причем не очень хорошим, а его методы были, мягко говоря, неортодоксальными. Он наливал все жидкости в один и тот же стакан. Он растворял в них по две или три порции, которые казались ему необходимыми. Затем он добавил немного глицерина, чтобы микстура получилась однородной, и немного вишневого сиропа от кашля, чтобы придать ей аромат. И наконец протянул стакан Херби.

– Вот! - сказал он.

Херби с сомнением посмотрел на стакан и н произнес тихим голосом:

– Кажется... я чувствую себя хорошо, дядя. Я...

– Пей! - сказал Уилберфорс, теряя терпение. - Пей, или, ей-богу, я...

Херби отпил. Он делал два глотка и потом задохнулся. Его глаза выпучились, а его маленькое тельце задергалось.

– Как ты себя чувствуешь сейчас? – спросил Уилберфорс и поставил стакан с лекарством на ночной столик. Затем он взял свой учебник, и собрался вернуться в другую комнату.

– О-о-о! – простонал Херби, а его маленькие глазки остекленели. Уилберфорс забеспокоился. Херби поперхнулся и начал ярко-розоветь....

– Эй! - крикнул Уилберфорс. Он потянулся, чтобы дотронуться до ребенка, все еще держал книгу в руке и в спешке случайно ударил ею Херби по лбу. Не то чтобы сильно, но и не совсем легко. Херби подскочил на койке. Его дыхание стало прерывистым. Уилберфорс впал в панику и закричал:

– Херби, дядя не хотел этого! С тобой все в порядке? Ты...

Затем спазм прошел, и Херби резко сел в постели. Он сказал прямо и внятно:

– Дяденька!

– Да, Херби?

– Хотя стоимость изъятого имущества включена в общую сумму убытков Отдела подержанных автомобилей, она должна не учитывается при установлении причины общего убытка, непосредственно связанного с покупкой, ремонтом и продажей подержанных автомобилей. Доход от резервирования, Кредиты от...

Слово в слово малыш повторил текст, который его бестолковый дядя пытался запомнить весь вечер. Он сглотнул:

– Херби, где ты этому научился?

– ...если вы примете, - невозмутимо продолжал Херби, - стандартную оценку квот, равную рациональной стоимости оборота запасов за прошлый год...

Уилберфорс знал, что это за отрывок. Это был раздел о накладных расходах, который у него пока не было времени изучить! Он посмотрел на Херби, затем на книгу в руке и его осенила внезапная мысль

– Херби, погоди-ка!

Он бросился вниз по лестнице и принялся лихорадочно рыться в книжном шкафу в поисках чего-нибудь легкого, чего-нибудь такого, что стоило бы почитать ребенку. Он нашел «Алису в стране чудес» и помчался с книгой наверх. На этот раз он осторожно поднял книгу и постучал ею по лбу Херби. Затем он испуганно произнес:

— Херби, рассказывай про «Бармаглота»!

Ребенок послушно начал.

– Это были блестящие и скользкие голуби. Они вертелись и извивались в воздухе. Все мимси были богровыми, а ароматы...

– Хватит! - закричал Уилберфорс. – Остановись, Херби. О-о-о!

Он пошатнулся. Его дикая догадка оказалась верной. Каким-то образом, благодаря какой-то странной, неожиданной химии, его смесь лекарств привела к такому фантастическому результату. Знания, которые можно передать, просто приложив любую книгу ко лбу...

Внезапно Херби зевнул и сказал:

– Дядя, я думаю, что теперь я пойду спать... — и он быстро отошел ко сну.

Уилберфорс посмотрел на него, наклонился и пощупал пульс. Мальчик был в норме. На самом деле, все было в порядке с Херби, кроме...

Затем глаза Уилберфорса Уимса загорелись. Он принял твердое решение, взял стакан с ночного столика, запрокинул голову и сделал три больших глотка!

В дверь позвонили. Уилберфорс поспешно, с виноватым видом поставил стакан и побежал открывать. Он не ожидал, что Майра и Сэм вернутся домой так скоро. Но это были не Майра и Сэм! Это был никто иной как сам Джозайя Б. Петерсен! Босс Уилберфорса. И лицо его было мрачнее тучи. Казалось, он вот-вот взорвется от праведного гнева. Он потряс кулаком перед лицом Уилберфорса.

- Так вот ты где, негодяй! Мне сказали, что я найду тебя здесь!

Уилберфорс нервно сглотнул и сказал:

– Почему вам не зайти?”

Петерсен вошел, тяжело дыша и возобновил свою атаку, как только они вошли в

гостиную.

– Я полагаю, вы понимаете, Уимс, что это исключительное обстоятельство заставило меня покинуть свой дом в столь поздний час. Что ж, возможно, вам будет интересно узнать, что я только что разговаривал по телефону с мистером Таунсендом!

Он выпалил это имя Уилберфорсу и тот вздрогнул. Потом он слабым голосом произнес:

– С м..мистером Таунсендом?

– Вы меня слышали! Уилберфорс Уимс, знаете ли вы, что сегодня днем вы едва не лишили нашу компанию прибыли в четырнадцать тысяч долларов? Из-за вашего абсолютного невежества и неспособности продать лучший автомобиль на рынке. Мистер Таунсенд - покупатель компании «Зелено-золотое такси». Он был готов заказать нашу роскошную модель омнибуса, пока вы... вы... - Он поперхнулся.

Уилберфорс бледным голосом произнес:

– Я... я сожалею, мистер Петерсен. Я...

– Сожалеете, черт бы вас побрал! Вам следовало бы получше извиниться. Если бы я случайно не позвонил Таунсенду и не узнал, что произошло... - Босс, наконец, окончательно вышел из себя. Он схватил книгу со стола в гостиной. - Но я пришел сюда не за этим. Я пришел сказать тебе, чтобы ты не приходила завтра утром. С тобой покончено! Сделано! Ты уволен!

И на последнем слове, чтобы подчеркнуть сказанное, он запустил томом в Уилберфорса. Уилберфорс не успел вовремя увернулся и книга ударила его в висок, рассыпав перед его глазами россыпь звезд. Затем он пришел в себя. И когда он пришел в себя, он стал другим человеком. Чей-то голос, странно похожий на его собственный, но более глубокий, звучный и уверенный, выкрикнул:

– Минуточку, старый брюзга!

Петерсен, стоявший на полпути к двери, в шоке обернулся. Его лицо побагровело.

– Что?! Как ты меня назвал?

Что-то более сильное, чем он сам, подтолкнуло Уилберфорса вперед. Наконец он остановился, выставив челюсть всего в нескольких дюймах от испуганного лица Петерсена. Его голос был похож на рык разъяренного льва.

– Я назвал тебя «Брюзгой», потому что так оно и есть. Ты ничтожный проходимец, мне следовало бы перекинуть тебя через колено и отшлепать...

Уилберфорс сделал выпад в сторону Петерсена. Но босс взвизгнул и нырнул в безопасное место, за кресло. Уилберфорс остановился.

– Но если подумать, - задумчиво произнес он вслух, - я все-таки не стану вас беспокоить. Вы того не стоите. Любой, кто настолько глуп, чтобы не признать моего превосходного интеллекта, моего безупречного характера, моих глубоких способностей...

– Глуп! - взвизгнул Петерсен. - Что ты имеешь ввиду? Я глупец?

– Конечно, придурок! - взревел Уилберфорс. - Зачем еще я вам понадобился.. я... — громко повторил он, - работаю обычным продавцом. Хотя, по всем правилам, я должен быть как минимум менеджером по продажам, а может быть, даже вице-президентом компании!

Чувство юмора Петерсена взяло верх над его рассудительностью и он насмешливо фыркнул.

– Ты - вице-президент?! Менеджер по продажам?! Да ты даже не знаешь, как идут продажи и какова ожидаемая продолжительность жизни в нашем регионе. Как ты можешь быть...

Уилберфорс воскликнул:

– О, неужели?! Ну, подожди-ка!

Он нырнул в соседнюю комнату и принялся лихорадочно рыться в своем портфеле и наконец нашел то, что искал. Краткий обзор продаж автомобилей в Соединенных Штатах за период с 1920 по 1939 год. Он схватил книгу и легонько постучал ею по лбу. В тот же миг все закружилось у него перед глазами, но когда головокружение прошло, он закричал:

– Смотри сюда, Брюзга! – Он бросился обратно к Петерсену. - Ну и дурак же ты! Ты даже не сможешь воспользоваться цифрами, когда будешь их знать. В прошлом году наша компания продала в этом регионе 687 автомобилей. Годом ранее этот показатель составлял 713. Наши общие продажи составляют две десятых процента от общего объема продаж по всей стране. Но за тот год, когда мы увеличили объем рекламы в газетах на семь и четыре десятых процента, наши продажи выросли на девятнадцать и четыре десятых процента! Другими словами, только потому, что ты слишком скуп, чтобы затратить хоть немного денег на рекламу...

У Петерсена отвисла челюсть. Он сглотнул:

– У-Уимс, откуда ты все это знаешь?

– Это моя работа - знать. - Беззаботно сказал Уилберфорс. - Ты совершаешь ошибку, Брюзга. Я не просто продавец, у меня исключительный организаторский талант.

Петерсен покачал головой и сказал слабым голосом:

– Я... Я начинаю думать, что вы правы, Уилберфорс. Возможно, я недооценил вас...

В этот момент раздался стук в дверь, и вошли Сэм и Майра. Они уставились на Уилберфорса, затем на Петерсена. Шурин Уилберфорса воскликнул:

– Привет, ребята!

– Майра, — машинально повторил Уилберфорс, - Сэм... я хочу познакомить вас с моим работодателем, мистером Петерсеном.

– Рада познакомиться с вами, приятель, - сказал Сэм. Затем с любопытством спросил:

– В чем дело, Уилли? Ты что, привязался к банке?

– Сэмюэл! - перебила Майра. Она улыбнулась, тем временем поставив каблук на подъем ноги мужа. - Ну что ж, Уилберфорс, мы поднимемся наверх. Херби был хорошим мальчиком сегодня вечером?

Уилберфорс рассеянно ответил:

– О да, он вел себя хорошо.

Они подождали, пока их шаги не достигли лестницы на верхней лестничной площадке, и затем, обращаясь к Петерсену, Уилберфорс добавил:

– Значит, вы передумали, мистер Брюзга?

– Не называй меня брюзгой! - раздраженно огрызнулся Петерсен. — Я... я пока не уверен насчет тебя, Уилберфорс. В твоем поведении есть что-то подозрительное. Я не...

Уилберфорс самодовольно улыбнулся и сказал:

– Послушайте, Петерсен, я начинаю уставать от этих недомолвок и мне не нравится, когда люди недооценивают мои способности. Я хорошо образованный человек, и, возможно, у меня было не слишком хорошее школьное образование, в формальном смысле, но... - Он подошел к книжному шкафу. - Просто в качестве примера, выберите любой предмет, который придет вам на ум. Я покажу вам, почему я такой необычный.

Петерсен подозрительно сказал:

– Ну, хорошо. Но теперь никаких фокусов. Давайте посмотрим. Как насчет... Дрозофила?

– Дро... – начал было говорить Уилберфорс и замолчал. Он как раз собирался спросить, как это пишется по буквам, а Петерсен уже смотрел на него с сомнением, как вдруг он сказал, - О, да! Вам не следует так тихо бормотать, начальник. Дро, вот оно! Теперь вы посмотрите об этом в Энциклопедии пока я...

Он взял с книжного шкафа томик по ДЕН-ЭФИ. При этом он умудрился слегка споткнуться. Книга подпрыгнула и стукнула его по лбу. И снова на мгновение у него закружилась голова, на него нахлынул новый поток знаний...

– Ты не ушибся? - воскликнул Петерсен.

– Нет, ничего особенного, - улыбнулся Уилберфорс. - Так, вы спрашивали о дрозофиле? Что ж, дайте подумать. Дрозофила - это род, в который входит обыкновенная плодовая мушка. Drosophila melanogaster, широко используемая в селекционных экспериментах для изучения наследования признаков и механизма наследственности. Фитцлав О'Хара открыл ее в 1874 году.

– Удивительно! - воскликнул Петерсен. - Поразительно! Непостижимо! Мой дорогой мальчик, у тебя просто потрясающая память! Вы понимаете, что повторяли слово в слово из Энциклопедии? Ты, должно быть, буквально корпел над тем, чтобы...

Уилберфорс улыбнулся.

- На самом деле, ничего особенного, - застенчиво сказал он. — Я... ну, я просто впитал это, вот и все!

– Подумать только, - продолжил Петерсен, - я держал этого гениального человека в отделе продаж! Уилберфорс, я приношу извинения за все те гадости, которые когда-либо говорил вам. Утром, когда вы придете на работу, я постараюсь доказать, что не шучу, — он дружелюбно улыбнулся. — Вы найдете свое имя напечатанным на двери соседнего кабинета!

– Прекрасно, - сердечно сказал Уилберфорс. — Спокойной ночи, Со... то есть, я хотел сказать, мистер Петерсен!

Петерсен ушел. Уилберфорс взял книгу которую он швырнул в него и которая с тех пор так и осталась лежать на полу. При этом он с одобрением отметил название книги - «Очнись и прояви себя!»

Он был весьма доволен собой, когда поднялся наверх. Почему бы и нет? Но несколько минут спустя он почувствовал себя несколько менее довольным, когда к нему подошли Сэм и Майра. Сэм держал в руках уже пустой стакан, в котором Уилберфорс смешивал свое странное варево. Майра гневно смотрела на него.

- И что же, - требовательно спросила она, уперев руки в бока, - это могло быть?

Уилберфорс попытался улыбнуться. Улыбка вышла кислой. Он запнулся.

– Ч-что случилось с остальным?

– К сожалению, - бушевал Сэм, - мы оба попробовали это, чтобы убедиться, какую отвратительную смесь ты подсыпал нашему ребенку! Что ты за дядя такой, Уилберфорс, чтобы давать такое пойло маленькому карапузу?

Он сердито шагнул вперед. Уилберфорс отступил.

– Сэм, Майра, послушайте, все в порядке!

– В порядке?! - бушевала Майра. – Ты же мог его убить! Посмотрите, как крепко он спит. Я не знаю, что ты в это подмешал, - она с подозрением понюхала варево. — но пахнеттоно ужасно!

– Майра, ты знаешь, в чем проблема ты ведь всегда запоминала рецепты наизусть?

– Да, но какое это имеет отношение к...

– Минуточку! - Уилберфорс выскользнул из комнаты. Он вернулся с «Рецептом домашней хозяйки» в «Путеводителе домохозяек», подошел к сестре и осторожно коснулся книгой ее лба. Она вскрикнула от внезапного испуга и пошатнулась. Уилберфорс поддержал ее. Сэм завопил:

– Ах ты, скотина! Напал на Майру, мою жену! - и бросился на Уилберфорса. Майра вынырнула из тумана и внезапно спросила:

– Что за идея? Что ты имеешь в виду, когда бьешь меня этой кулинарной книгой?

– Майра, - пробормотал Уилберфорс, - как бы ты приготовила буйабес по-орлиански?

Майра тут же сказала:

– Ну, возьми чашку масла, 2 нарезанные луковицы, 134 фунта пикши, 1/4 фунта трески, 2 ломтика лимона, один вареный омар.

Сэм вытаращил глаза. Он ошеломленно произнес:

– Майра!

В глазах Майры появилось выражение изумленного восторга. Она взволнованно сказала:

– Сэм, я только что вспомнила рецепт пирога с вареным сидором! Берешь чашку крепкого вареного сидора, чайную ложку сливочного масла, чашку тертого кленового сахара, 2 яйца, 34 чашки изюма без косточек...

Сэм запнулся:

– Ч-что это значит?

– Ничего особенного, — самодовольно ответил Уилберфорс, - кроме того, что теперь у нас троих - и у маленького Херби есть такая способность. Наша сила теперь заключается в том, чтобы стать самыми умными людьми в мире. Сэм, ты всегда интересовался астрономией, не так ли?

– Д-да. Но я никогда не мог запомнить...

– Теперь ты можешь.

Уилберфорс достал из книжного шкафа второй том, «Звездных тайн» профессора Дж. Климптона Флубба, Р.Р.Г., постучал им по лбу Сэма. Сэм пошатнулся, а потом:

– Как называются, - спросил Уилберфорс, - спутники Сатурна?

Сэм машинально начал:

– Да кто ж его знает? Энцелад, Тетис, Диона, Рея, Титан...

– Ха! - воскликнул Уилберфорс.

Глаза его сестры и шурина стали огромными, как блюдца. Они молча уставились на него. Наконец Сэм отважился спросить

– Это... лекарство, Уилберфорс?

Тот кивнул.

– Мое собственное изобретение, - похвастался он. - Оно повышает восприимчивость мозга. Вы можете запомнить все, что захотите, просто приложив распечатанный материал ко лбу и тот немедленно передаст вам свое содержание.

Звук, доносящийся из детской кроватки, заставил их всех вздрогнуть. Маленький Херби проснулся и сонно протирал глаза:

– Доброе утро, мама и папа. Доброе утро, дядяю

– Еще не утро, милый, - сказала Майра. – Поспи еще.

– Я хочу воды, - запротестовал Херби.

Майра подняла его и вынесла из комнаты. Сэм повернулся к Уилберфорсу.

– Уилби, - сказал он торжественным тоном, - похоже, ты сорвал джекпот! Это на кого-нибудь подействует?

– Я думаю, что да. Это... - Но тут его остановил крик из соседней комнаты. Майра прибежала обратно, чтобы сердито возразить мужу. Ее голос дрожал от ярости.

– Сэмюэл, ты... ты отвратительный грубиян! Сколько раз я говорила тебе перестать покупать эти журналы с сексуальным юмором? Тебе должно быть стыдно за себя! Теперь посмотри, что ты наделал...

– Но я же ничего не сделал, милая? – удивленно возразил Сэм.

– Он споткнулся! - всхлипнула Майра. - И ударился головой об один из твоих мерзких старых журналов...

В дверях появился маленький Херби. Он ангельски улыбался, но при этом сказал:

– Папа, ты слышал историю о коммивояжере, которому пришлось остаться на ночь на ферме?

На следующее утро Уилберфорс проснулся с тупой головной болью. На мгновение безумные события прошлой ночи показались ему фантазией из ночного кошмара, но затем он вспомнил все, что произошло: гневные взаимные обвинения Сэма и Майры, то, как они наконец-то убаюкали маленького Херби, позволив ему рассказать три совершенно ужасных истории, и то, как Сэм повел себя после того, как стукнул себя по макушке томиком «Майн кампфе» и выразил решимость ворваться в дом их ближайшего соседа; вспомнил настойчивость Майры в том, что двое мужчин позволили ей приготовить им ужин из нескольких блюд в столь ранний утренний час. Только гениальное озарение со стороны Уилберфорса позволило ему хоть немного поспать.

Он тайком передал Майре, Сэму и себе копию популярной баллады «Не клонит ли тебя в сон, дорогая?», которая подействовала на них всех как снотворное. Он был просто не в состоянии провести еще одну встречу со своими родственниками, поэтому улизнул из дома, немного позавтракал в городе, а затем отправился в офис. Там он обнаружил фактические доказательства того, что прошлая ночь не была чистой фантазией. Он застал рабочих, занятых покраской, на стеклянной панели кабинета рядом со старым кабинетом мистера Петерсена, кабинет с его именем. На его непредвзятый взгляд, надпись «Уилберфорс Уимс, генеральный менеджер» выглядела уж очень и очень хорошо.

Джозайя Петерсен радостно потер руки, когда Уилберфорс вошел.

– Что ж, доброе утро, Уилберфорс, - приветливо поздоровался он. - Давайте сразу приступим к работе! Первым делом, я хочу, чтобы вы рассмотрели вопрос о наших новых рекламных ассигнованиях. Какие газеты и журналы вы рекомендуете?

– Зачем? – пробормотал Уилберфорс.

Петерсен нахмурился.

– Ну, говори же, парень! Вчера вечером у вас, похоже, были отличные идеи на этот счет!

– Э-э... дайте-ка я возьму свой блокнот, - сказал Уилберфорс. - Я никогда... э—э... не двигаюсь поспешно и всегда сверяясь со своими записями.

Он неуклюже вышел из комнаты и направился в офис. Там он торопливо порылся в столе в поисках номера «Стандард Рэйт энд Дейта». Это был объемистый том. Он поднял его и с силой ударил себя по лбу. В этот знакомый момент неустойчивого равновесия он услышал удивленный голос секретарши, воскликнувшей: