Красотки Нечаева

– Пиотровским.

– Да, Пиотровским. Нам номер пора подписывать.

– В течение часа сдам, Вячеслав Юрьевич.

– Хорошо. И у кого какие мысли на будущий номер? Мозговой штурм, коллеги. Накидываем идеи.

– Виш-лист, – подала голос Елена.

– Виш-что? – Рудик посмотрел на красотку поверх очков, которые нацеплял на нос перед каждым совещанием, придавая себе большей солидности.

– Виш-лист – это такой лист со списком дел, которые надо или хочется сделать, – оживилась Елена. – Я уже давно хотела предложить, это сейчас очень в тренде. Допустим, что обязательно нужно успеть сделать осенью.

– Что? – переспросил Рудик.

– Ну… – Прекрасная возвела глаза к потолку. – Например, посмотреть мелодраму, прочитать любовный роман, где события происходят осенью, сделать долгожданную покупку.

– Ясно, – оборвал перечисление главред. – Идея… кхм… Вы уверены, что она годится для городской газеты?

– Я веду светскую колонку, Вячеслав Юрьевич, и стараюсь, чтобы мы шли в ногу со временем и чтобы «Вести Нечаева» были не скучной провинциальной газетой, а очень даже современной.

Вот как! Даже Рудик не нашелся что ответить. А Елена обвела всех взглядом победительницы. Видали? Съели?

– Ладно, – главред откашлялся и продолжил: – Может, нам и правда нужен этот лист, надо только список подкорректировать. Убрать всякие глупости, типа любовного романа, добавить что-то посерьезнее. И у нас есть обратная связь по статье о прививках. Результаты опроса удручающие. Мне звонила Матунян, снова ругалась. У главврача план по прививкам, а люди не хотят их делать.

– Это их личное дело, – пожала плечами бухгалтер.

– Так-то оно так, только у нас с главврачом с недавних пор натянутые отношения, и пора их исправлять. Я пообещал Элле Георгиевне, что в ближайшее время наша газета выпустит статью о необходимости делать прививки от гриппа. Я думаю, Лада, раз ты начала вести эту тему, тебе ее и продолжать. Сдашь сегодня статью с Фролом и приступаешь к прививкам.

– Я не смогу.

– Это еще почему? – такого ответа Рудик не ожидал.

– Я сегодня не смогу, – уточнила Лада. – Если дня через два, то. Элла же Георгиевна может пару дней подождать?

– Я не понял, – лицо Рудика застыло, ничего хорошего это не предвещало. – Лада?

– Понимаете, Вячеслав Юрьевич, я не хотела говорить заранее, но… кажется, у меня заказ.

– Какой заказ? – от голоса главреда повеяло холодом, Северный Ледовитый позавидовал бы, а в глазах явно читалось предупреждение.

Лада поняла вдруг, что Рудик подумал о заказной статье на Орлова, и если она сейчас сболтнет лишнее…

– Вы помните, что недавно говорили про рекламу и про то, что мы должны искать заказы, за которые хорошо платят?

– Допустим…

– Так вот, я нашла заказ и должна его отработать. Магазин керамики «Фокус Феи» с авторскими работами. Статья на полосу, плюс серия рекламных модулей в газете и интернет-портале. Наши расценки человека устроили. Теперь я должна уложиться в заранее оговоренные даты. Я напишу про прививки, Вячеслав Юрьевич, но чуть позже. Нам сначала нужно выполнить свои обязательства и получить деньги, а их заплатят, только когда все материалы будут согласованы.

В кабинете воцарилось молчание. Небольшой магазинчик керамики знали. Город маленький, и такое авторское место не могло остаться незамеченным. А еще, конечно, слухи.

На Ладу уставились все. Она сейчас говорит серьезно? Она действительно получила этот заказ?

– Кхм… – Рудик теребил в руках снятые очки. – А почему ты мне раньше не сказала?

– Ну… я не знала, получится у меня договориться или нет. Все же… такие люди.

– Да… понимаю. Это будет обзорная статья?

– Нет. Это будет интервью. Мне удалось встретиться с мастером, мы хорошо побеседовали, потом я сделала фотографии в магазине. Теперь мне нужно писать и согласовывать материал с заказчиком. А еще нам необходимо сделать красивые рекламные модули. Ирин, сделаешь? – Лада повернулась к верстальщику и по совместительству мастеру фотошопа.

– Не вопрос, – ответила Ирина.

Они с Ладой всегда прекрасно работали в паре и были на одной волне.

– И как? – отмерла наконец бухгалтер. – Ты ее видела, да? Она действительно жена олигарха? Ты ее сфотографировала?

– Нет, сфотографировать себя она не разрешила, – ответила Лада. – Насчет олигарха не уверена, но человек очень обеспеченный, это правда.

– Как ты это сделала? Где ты с ней встретилась? – включился Рудик, который, кажется, только сейчас осознал, что они получили настоящий эксклюзив и бомбу. Наконец жители города удовлетворят свое любопытство насчет таинственного магазина.

А Лада подумала, что семья Сони так тщательно хранит свою личную жизнь от чужих глаз не без причины. Видимо, это и правда тяжело, когда вокруг слишком много любопытных, желающих подсмотреть за тобой в замочную скважину. И рассказывать сейчас присутствующим о том, что Соня здесь время от времени живет… это как предать доверие человека, который пошел тебе навстречу.

– Да просто случайно получилось, – пожала она плечами. – Я пришла в магазин, попросила продавца связаться с мастером, а мастер оказалась в городе. Вот такое совпадение. На разговор у нее было немного времени, она уезжала в Москву, но для интервью хватило.

Вот. И не наврала.

Все переваривали услышанное.

– Я надеюсь, ты догадалась чуть завысить наши стандартные расценки?

– Нет, Вячеслав Юрьевич, я этого не сделала. Знаете, там такой человек. Если бы я начала ей что-нибудь впаривать, она бы просто отказалась сотрудничать. Зато если мы дадим хороший материал и стильную рекламу, то сможем через некоторое время повторить размещение модулей. Например, в декабре, когда люди станут искать новогодние подарки, и я предложу мастеру статью про идеи подарков из «Фокуса Феи».

И снова в кабинете воцарилось молчание.

– Ну, хорошо… – произнес наконец Рудик. – Убедила. Тогда кто у нас будет писать статью о необходимости прививок? У Лады эксклюзив про «Фокус Феи», у Ирины верстка номера и рекламные модули для магазина керамики, а это дело творческое и небыстрое. Мы должны понравиться заказчику. Елена, – он поднял глаза на Прекрасную, – про прививки придется писать вам.

– Но у меня виш-лист! – в отчаянье воскликнула красавица.

– Виш-лист можно пустить и через номер, а с главврачом надо мириться сейчас.

Рудик стал убирать очки в очечник, показывая тем самым, что совещание закончено.

Лада поймала на себе ненавидящий и завистливый взгляд Елены.

2

Жанна возвращалась в студию с фотосессии. На этот раз она фотографировала… спаржу. Новый опыт в ее практике. Через день после того, как Жанна отправила файлы с кадрами базы отдыха, с ней связались из приемной Орлова и предложили новый заказ. К слову, хорошо оплачиваемый. В итоге Жанна провела полдня, фотографируя в разных ракурсах зеленые ростки спаржи, фирменные упаковки со спаржей и ресторанные блюда со спаржей. Для последнего пришлось поехать в ресторан на территории туристической базы. К счастью, Фрола там не было. Звезда укатила в столицу.

Спаржевый заказ оказался срочный, и Жанна обещала обработать его в течение суток, а это значит, что придется теперь сидеть полночи.

Она уже свернула с главной улицы на дорогу, ведущую к студии, как проезд перегородило такси, решившее развернуться в неположенном месте. Пользуется, гад, тем, что здесь нет видеонаблюдения.

Жанна притормозила, а когда машина развернулась и через лобовое стекло стало видно лицо, оказалось, что это ее бывший муж. А на переднем пассажирском – мать его ребенка, а на заднем сиденье в детском кресле виднелась светловолосая девчачья головка.

И как-то сразу стало понятно, что они вместе, что они – семья. И Олег все так же таксист, он, наверное, закончил смену, и они все вместе едут… куда? Куда-то. На самом деле это неважно.

Боль разлилась по телу мгновенно. Будто кто-то полоснул ножом по живому и потекло – горячее, красное, с привкусом железа.

У него есть дочь. Он легко решил их общую проблему. Хотя, получается, проблема была только у нее. Сколько Жанна ходила по врачам, сдавала анализы, а еще осмотры, УЗИ, гормональная терапия.

– У вас небольшая проблема, но мы ее устраним, и все будет в полном порядке.

– А если нет? Если устранить не получится?

– Думаю, что в вашем случае переживать не стоит. Поверьте моему врачебному опыту.

Жанна, вцепившись в руль, закрыла глаза. У нее будет ребенок. У нее обязательно будет ребенок.

Она здорова. Она молода. Она сможет.

Надо только решиться.

Она еще обязательно будет счастлива. Она и ее ребенок.

Сзади раздался звук клаксона.

Жанна открыла глаза и посмотрела в зеркало заднего вида. Кажется, она создала пробку.

Сейчас еще для полного комплекта осталось только услышать: «Ну понятно, баба за рулем» – и день удастся окончательно.

Горячее, красное и с привкусом железа все так же незримо омывало тело. Случайная встреча на дороге – и все вернулось: предательство, крах семьи, бездетность.

И снова все это надо запихать обратно, спрятать, зашить разрез нитками, безжалостно, быстро, чтобы можно было добраться до студии. Ведь у нее срочная работа. Авторские фото. И не чего-нибудь, а, представьте только, спаржи. Три ровных зеленых ростка на плоской белой тарелке с каплями соуса.

Твою мать.

Жанна медленно тронулась с места, заставляя себя думать о планах на день.

Конечно, ее обогнал грязный внедорожник с мужиком-водителем, и, конечно, этот мужик жестом показал, что он думает о такой дуре на дороге.

Жанна растянула ярко накрашенные губы в улыбке и показала ему средний палец.

Фитнес-зайчик позвонил через час, когда Жанна уже была в студии, заварила себе большую кружку растворимого кофе и села за обработку кадров для Орлова, прервавшись только на фото для очередного паспорта и для школьника. В школе готовили доску почета, а парень был отличником. Хотя на вид и не скажешь. Волосы крашеные, штаны спортивные, в ухе серьга. Креативные нынче пошли отличники. Мальчишка прямо на белую футболку натянул пиджак, пригладил волосы и сел. Получилось прилично. На доску почета вешать можно.

– Завтра придешь за готовыми фотографиями, – сказала Жанна, выписывая квитанцию.

– Ага, – ответил он, стягивая пиджак.

Только она вернулась к спарже, как зазвонил телефон.

– Малыш, – раздалось в трубке.

Жанна терпеть не могла этого «малыша».

– Ты что-то хотел? – спросила она, не отрываясь от экрана компьютера.

– Я соскучился. И я готов приехать сегодня.

Ах, он готов. Ну надо же, он готов.

Жанна смотрела на экран и щелкала мышкой, осветляя фото.

Он готов. Он приедет в семь, весь из себя банкир, и все будет как всегда. Секс, душ, сигарета и «тебе пора». Даже на ужин не останется. Не потому что не захочет, а потому что она не предложит. Стоять за плитой для чужого мужчины и потом есть приготовленное, слушая про новые тренажеры в фитнес-центре и очередной виток интриг в банке, – это слишком. А больше-то тем для разговоров и не наберется. Им вообще не о чем разговаривать. Потрахались и разбежались.

Для здоровья полезно.

А перед глазами снова такси, бывший муж, мать его ребенка и девочка.

К черту все!

Жанна свернула окно на экране.

– Ну ты как, малыш?

– Сегодня не могу, срочный заказ.

– Тогда завтра.

– Посмотрим.

Она отключила телефон, положила его на стол и закрыла лицо руками.

Как же противно. И хочется выть.

3

Лада сдала статью с Фролом Пиотровским, и Рудик подписал ее в печать.

Теперь настала пора приступать к «Фокусу Феи». И несмотря на то, что имелись хорошие фотографии, была классная запись разговора с Соней, очень хотелось рассказать на тему магазина и его ассортимента, страница ворда оставалась пустой. Так порой бывает, когда, кажется, текст в голове готов, ты, предвкушая, садишься за компьютер и не можешь выжать из себя ни строчки. Слова куда-то деваются.

А еще атмосфера в редакции. Елена продолжала злиться. Лада обскакала ее и с Фролом, и с «Фокусом Феи». Два интервью практически с элитой, в то время как у самой Елены – заведующая детсадом. Все невысказанное Прекрасной витало в воздухе и мешало настроиться. Не то чтобы Ладу это сильно напрягало – и не такое проходили, но писать статью все же лучше в других условиях. И, повинуясь спонтанному решению, она быстро встала, натянула куртку, взяла со стола сумку и ключи от машины и, оповестив всех: «Я на телефоне», направилась к выходу из редакции.

– Куда это ты? – требовательно спросила Елена.

– Мне необходимо сделать еще пару фотографий для «Фокуса Феи».

На самом деле фотографий было больше чем достаточно, просто хотелось проветриться, очистить голову, пройтись. Лада называла такой процесс «натоптать текст». И этот прием зачастую срабатывал. Не раз и не два после прогулок она возвращалась к компьютеру с четким планом будущей статьи и готовыми предложениями.

Оранжевый «жук» приветливо подмигнул фарами, когда Лада нажала на пульт. В маленьком салоне привычно пахло лимонным ароматизатором. «Пора сменить на коричный», – подумала Лада, вставляя ключ зажигания. Скоро похолодает. А в холод нет ничего лучше, чем согревающие уютные запахи.

Прогноз погоды грозил резким ухудшением климата и дождливыми выходными. Надо ловить последние теплые деньки. Осталось только решить, где именно.

И Лада решила. Включила в проигрывателе диск с французским ретро и направила свою малышку к городскому парку.

Парк открыли после реконструкции в первой половине лета, Лада с тех пор была там раза три и всегда по работе. А чтобы вот так – для собственного удовольствия – нет. Пора восполнять упущение.

Город за стеклом стоял солнечный, нарядный. Позолоченные главки старых церквей блестели, отражая лучи, небо было чистое, абсолютно безоблачное, и еще пышная крона деревьев не до конца сменила свой цвет. Зелени стало значительно меньше. Все больше желтого и оранжевого, местами багрового. А на городских клумбах доцветали поздние розы и астры. Хоть звони Жанне, срывай ее с места и проси отщелкать нечаевские пейзажи, чтобы потом сделать туристический буклет. Лучшей рекламы для города и придумать нельзя.

Лада остановила машину у входа в парк и отправилась на прогулку.

Сам парк, как и Нечаев, был маленький, но очень уютный. Вернее, еще совсем недавно парк стоял заброшенный и служил местом встречи местных алкашей, а не зоной отдыха для горожан, но сейчас он стал настоящим украшением Нечаева. И Лада знала, что теперь местные жители гордятся своим парком. Кажется, совсем небольшой участок земли, но как же на нем все устроено! Парк насквозь пересекала прогулочная аллея. Старые деревья заботливо сохранили. С одной стороны аллеи сделали спортивную площадку с коробкой, в которой летом можно играть в футбол и в баскетбол (кольца имелись в наличии), а зимой залить лед, чтобы получился каток. Чуть дальше, среди старых кленов установили столы для настольного тенниса, еще дальше – несколько уличных тренажеров. В самом дальнем углу парка находились большие деревянные лежаки. Приходи сюда с книгой и термосом и наслаждайся днем.

Даже удивительно, как при неискоренимой национальной любви к «освоению бюджета» удалось сделать такой потрясающий городской уголок, а не разворовать все, в последний момент посадив три дерева и поставив две новые скамейки, чтобы торжественно перерезать шелковую ленточку со словами: «Парк открыт!»

С другой стороны аллеи находилась зона отдыха: большие скамьи-качели, детский городок и небольшая летняя сцена с открытым амфитеатром. Амфитеатр покорил Ладу больше всего. Летом на сцене устанавливали экран и вечерами крутили фильмы, превращая эту часть парка в летний кинотеатр. Лада даже писала статью про кинопоказы на свежем воздухе. Репертуар чередовали, показывали и старую советскую классику, и новые молодежные экшен-картины. И еще неизвестно, что имело больший успех.

Под новые фильмы хорошо устраивать свидания, сидеть парочками, есть эскимо или обниматься, замечая, как постепенно темнеет город, на небе зажигаются звезды и уже можно целоваться, не привлекая внимания соседей.

А старое кино – это совсем другое. Лада помнила, как показывали «Любовь и голуби» и как перед экраном останавливались даже те, кто просто гулял и не собирался смотреть картину. Она помнила, как весело смеялись зрители, будто видели это кино в первый раз, как наперед цитировали всем давно известные фразы, и время от времени раздавалось:

– Вот сейчас будет… Эх, Вася, Вася…

– Инфаркт микарда, вот такой рубец!

– Девушки, уймите вашу мать!

Сегодня парк был пустой. Будний день, все на работе, только две мамы со своими малышами проводят время в детском городке, где лестницы, горки и маленькие качели.

Да, совершенно замечательное место есть теперь в Нечаеве, а Рудик все затягивает с большой статьей о парке. К открытию написали в виде новости с перечнем праздничных мероприятий, и на этом все.

А ведь с тех пор кое-что изменилось. При входе открыли ларьки с сахарной ватой, хот-догами, пирожками и чаем, появился информационный стенд с афишей. Лада остановилась перед стендом и прочитала, что по субботам в десять утра здесь проводится утренняя зарядка на свежем воздухе для всех желающих, пятнадцатого октября пройдет день яблочных пирогов с выступлением коллективов из местного дворца культуры, а в прошлые выходные, оказывается, было закрытие летнего кинотеатра показом фильма «В джазе только девушки». Лада это просто представила – осенний парк, старое черно-белое голливудское кино и стаканчик горячего кофе в руках.

И они ничего об этом не написали! А ведь это городское мероприятие, атмосферное и уютное. И Рудик ошибочно упускает подобные вещи.

Ладе очень захотелось вдруг чая или кофе в бумажном стаканчике, но ларек был закрыт, и она просто неспешно прошлась по аллее, наслаждаясь днем. День был такой золотисто-солнечный, что дарил спокойствие и умиротворение, оставляя тревожные мысли и заботы будущему. Завтра. Все завтра. С ветки дерева сорвалась легкая паутина и полетела. А за ней и резной желтый лист. И почему-то казалось, что время остановилось. Именно здесь, в парке, где тишину нарушали только голоса детей, где стояли пустыми столы для настольного тенниса, а на них лежали кленовые листья. И воздух, несмотря на абсолютную прозрачность, словно подернут едва заметной дымкой. Такое бывает лишь раз в году. Осенью.

Лада прогулялась по аллее до конца и свернула на покрытую специальными опилками дорожку, эта дорожка шла по периметру всего парка, специально для любителей ходьбы и легкого бега.

В углу, чуть дальше детского городка, находилась огороженная площадка с надписью «Проводятся работы». Интересно, какие?

Лада думала о парке, об осени, о загадочных ремонтных работах и почему-то об отварной кукурузе с солью и сливочным маслом. Она думала о чем угодно, но только не о предстоящей статье.

Текст не натаптывался. Хотя нельзя было сказать, что мысли не возвращались к «Фокусу Феи». Еще как возвращались! Только вспоминался почему-то исключительно дом за высоким забором, Соня, готовящая кофе, приехавший к ней муж и случайно подсмотренная сцена. Его щека на ее макушке, ее руки у него под джемпером. То, что было явно не для чужих глаз. Эти воспоминания посещали Ладу снова и снова. Вместо керамических изделий она думала о том, как они сейчас там, в Москве? Отвез ли он ее к врачу и что сказал врач? Какие-то совершенно ненужные, но не отпускающие мысли. И не было смысла отрицать, что недавнее знакомство сильно ее зацепило. А чем, Лада и сама не понимала.

На покрытой опилками дорожке лежал каштан. Лада подняла голову и увидела рядом высокое раскидистое дерево с крупными веерообразными листьями. Все правильно. Лада улыбнулась, коснулась крепкого ствола, подумала о том, что весной каштан зацветет красивыми свечками, а потом наклонилась и подняла плод. Вспомнила, как в детстве они с папой каждый год делали для школы поделки из природных материалов. Подручными средствами часто служили шишки, желуди и каштаны. Она повертела в руках каштан и положила его в карман куртки.

Пора возвращаться обратно. В большой мир.

И словно подтверждая эти мысли, ожил телефон – обрадовал звуком сообщения.

Аля написала в чат.

Аля цветочек: Девчонки, срочно нужен сбор в зефирной в пятницу или субботу. Вы как?

4

Орлов перенес встречу с Ладой на более поздний срок, потому что Журанков договорился с региональным телевидением о съемке сюжета про выращивание спаржи под Нечаевом. Делегация приехала на целый день, им надо было все показать, рассказать, накормить. Плюс съемка дублей. После пятого Орлов готов был послать всё и всех далеким пешим путешествием. Короче, целый день потратил на эту ерунду. Вернее, на важный пиар-момент.

Пришел ответ из пищевого журнала, там попросили выслать им все материалы и фотографии. Мол, статью напишут на расстоянии и вышлют на утверждение. Ждали готовность фотографий со спаржей. Дождались и отправили файлы в Москву.

А ведь еще есть текущие дела, подготовка к зимнему сезону, к региональной выставке «Сельское хозяйство края», на которой планировалось провести презентацию сыров с сыроварни агрокомплекса. Дел невпроворот.

Орлов разрывался, а тут еще случайно встретил в городе Олесю. Роман ездил в парикмахерскую, чтобы не доводить свои волосы до состояния «еж распушил иголки», и на выходе из салона столкнулся с бывшей любовницей. Она шла прихорашиваться. Выглядела свежо, глаза блестели. Такой блеск бывает у женщин, которые устроили свою личную жизнь.

Орлов сразу же вспомнил, как Олеся выходила из машины Виталика.

– Здравствуй, Рома, – проворковала она.

– Привет, – ответил Орлов, рассматривая бывшую свою женщину.

Прислушивался к себе. Жаль, что расстались? Не жаль?

Так-то, конечно, возвращаться вечерами в пустой дом не слишком радостно. С другой стороны, никто не раздражает, не упрекает, не треплет нервы и не пытается продемонстрировать свою идеальность. Это, знаете ли, тоже порой тяжко выдерживать.

– Ты не меняешься, – проговорила она.

– Ты тоже.

Он смотрел, ждал, может, что-нибудь екнет?

– Как дела? – Олеся не удержалась и на правах бывшей провела по его плечу в темной куртке.

– Нормально. У тебя, кажется, тоже неплохо.

– У меня все хорошо, – она даже изобразила кокетливую улыбку.

– Я рад.

Ее рука на плече задержалась. Это что такое?

– Мне пора, – сказал Орлов и слегка повел плечом.

– Конечно, – она убрала ладонь и поправила прическу. – Рада была тебя увидеть.

– Пока.

Орлов вышел на улицу и, нащупав в кармане пульт от машины, вынул его и нажал на кнопку.

Нет, ничего нигде не екнуло.

Расстались – и к лучшему.

Да и некогда ему сейчас возиться с женщинами. У него спаржа, выставка, сыры, подготовка к зиме. Дел невпроворот.

5

Прогноз синоптиков не соврал. В выходные погода резко ухудшилась. Суббота началась с дождя, который не закончился и к полудню.

Экстренное совещание в зефирной решено было провести в обед. На дверях всех посетителей встречала красивая мысль: «Осень – последняя улыбка года». И с этим нельзя было не согласиться, если вспомнить недавнюю прогулку по городскому парку. Однако сегодня осень улыбаться не хотела.

Зато зефирная встретила теплом, уютом и осенней атмосферой. На широких, низких подоконниках красовались тыквы разных размеров, между ними расположились фонарики и декоративные ажурные клетки с прикрепленными внутри открытками. В большой глиняной вазе стоял букет из бордовых и желтых хризантем, а окна кафе были украшены светодиодными гирляндами.

Сегодня никто не спорил по поводу зефиров, потому что в меню появились тыквенные оладьи и все, не сговариваясь, захотели их.

Лада повесила свой мокрый клетчатый зонт на спинку стула и поинтересовалась:

– По какому поводу у нас внеплановый слет?

– По поводу Колюни, – вздохнув, ответила Аля.

– Что? Опять?

– Опять.

Колюня был тридцатилетним сыном маминой подруги. Классический случай. Домашний мальчик, хорошо воспитан, ищет жену, чего еще надо? А у Али годы, перспектив никаких. Куда ходят библиотекари, кроме библиотеки? Если уж не хватило ума в двадцать вылететь замуж, то чем ближе к тридцати, тем шансов меньше. Мама неустанно пилила Алю и рисовала унылые картины беспросветной одинокой жизни, доказывая, что лучше Колюни сейчас и найти-то никого нельзя. А Аля мучилась. Если бы у нее были деньги, она разъехалась бы с мамой, но зарплаты библиотекаря не хватало на аренду однушки, приходилось выслушивать советы «пожившего поколения». Мама давила, требовала внуков, Аля страдала.

Ей не нравился домашний Колюня. Нет, к своим двадцати восьми Аля, естественно, понимала, что принца дождется едва ли, и была не против встречаться с просто хорошим человеком. Только при этом хотелось чувствовать себя рядом с ним женщиной. Желанной и интересной.