Мертвая зыбка

Отец прикусил губу. Он слышал, что говорит Злоб. Он видел, что Злоб не уступает, но и не уходит. Значит, берет. Но берет дорого. Отец считал про себя: пять гривен серебра - это больше, чем он ожидал. Три улья - это хороший торг. Но земля... земля у реки - она кормила их семью уже три поколения. Отдать ее - значит отрезать себе кусок поля. Но если он отдаст, то получит вено, которое перекроет потерю. А дочь уйдет - одним ртом меньше. Он переводил взгляд с Злоба на Ладану, с Ладаны на землю, которую он уже мысленно отдавал, и снова на Злоба.

- Три овцы, - сказал он медленно, будто пробовал слова на вкус. - Корова. Сундук. И земля - от межи до межи. А ты даешь мне пять гривен, муку, мед и кожух. Так?

- Так, - сказал Злоб. - Если земля вся. Не полоса.

Отец сглотнул, оглянулся на избу, на мать, которая стояла у двери, не дыша. Потом снова посмотрел на Злоба. И хлопнул ладонью по его ладони крепко, как бьют по дереву.