Художник и Муза: картина на холсте души. Современная проза и поэзия

– Родная, попозируй мне немного… Приляг на диван, можешь даже уснуть… Мне в эту ночь точно не до сна – я буду творить. Наконец-то я поймал тебя наяву, а не в призрачном сне. Ты вольна делать всё, что пожелаешь… Импровизация, хаос… Всё приветствуется! Даже сон, даже тишина… Ты – режиссер этого действа, ты и только ты. А я… Я лишь попытаюсь войти в твою энергию и посмотреть, что из этого союза родится… Ну же, не томи, начни.

Она посмотрела ему в глаза, и в этом взгляде – целая вселенная невысказанных слов. Едва коснувшись его руки, Стеша подошла со спины и легонько подула на лицо, дразня, словно игривая вьюга, завлекая в свои объятия. Она начала двигаться по мастерской, не ходила, а словно танцевала, подчиняясь неведомой музыке, рождённой в её сердце. Она была естественна в этих движениях, словно в этот миг осталась наедине с собой, в своей стихии. Распустив длинные волосы, ещё влажные после бани, она позволила им свободно ниспадать по плечам, по спине, очерчивая плавные изгибы фигуры, окутанной лишь махровым халатом. Она слегка оголила плечи, словно не замечая его присутствия, просто проживая этот миг, вдыхая его каждой клеткой. Нет, она не обнажилась. Затем накинула капюшон халата, словно погружаясь в тень, и, грациозно приподнявшись на локте, прилегла на диван, стоящий посреди мастерской. Огромные панорамные окна, ночь, декабрьская вьюга за стеклом – всё, казалось, заворожённо подглядывали за ней, за этой игрой света и тени. Арсений сделал первые наброски на холсте, пытаясь уловить ускользающую красоту, запечатлеть момент. Как же она была прекрасна, словно явилась из другого мира! В этот миг он был один – один на один со своим творчеством, поглощённый неудержимым порывом вдохновения.

Её дыхание вскоре выровнялось, стало ровным и спокойным. Стеша уснула, подобно ребёнку, утомлённому играми, с лёгкой улыбкой на губах. В полумраке мастерской, освещённой лишь лунным светом и отблесками камина, она казалась хрупкой и беззащитной. Морок ушёл, оставив на лице печать истинной красоты и умиротворения.