Читать книгу АПЕЛЬСИН | Психологический триллер (Натали Натали) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
bannerbanner
АПЕЛЬСИН | Психологический триллер
АПЕЛЬСИН | Психологический триллер
Оценить:
АПЕЛЬСИН | Психологический триллер

5

Полная версия:

АПЕЛЬСИН | Психологический триллер

Идею выступления они придумывали вместе, подбирали музыку и костюмы, а с хореографией им помогала преподаватель. Рисунок танца мадам Пейро выстраивала так, чтобы по ходу действа подруги менялись ролями – каждая на время становилась то «партнёром», то «партнёршей». И научить танго Карину, которая занималась фигурным катанием и умела работать в паре, оказалось гораздо проще, чем переучить Алису.

А ещё это был не только танец – это был эпатаж, провокация. Со стороны казалось, что девушки не просто танцуют, а любят друг друга и не скрывают этого. Объятия, которые в танго имеют особый смысл, выражают сострадание и заботу, мужскую надёжность и женское доверие, в их исполнении были то чувственно-пылкими, то деликатными, почти робкими. Взгляды, поддержки, касания источали нежность, истому, тягучее желание. Однако если Карина относилась к этому как к забавной игре, развлечению «по приколу», то для Алисы танго было открытой раной: она не танцевала – она им болела. Мадам Пейро говорила, что именно эта её отрешённость, граничащая с экзальтацией, и сделала выступление таким чувственным.

Танго тогда вызвало овации, подруг требовали на бис, а их мамы в зале растроганно утирали глаза. Но исполнять его сейчас, на площади перед собором, Алисе казалось неудачной затеей – то, что в толерантной Европе восприняли как демонстрацию взглядов истинно свободных людей, в центре культурной столицы России могли не одобрить, а возмутителей спокойствия забросать камнями. Охранник же у них был всего один.

– Чего ты боишься? – уговаривала её Карина. – Посмотри, народу немного. Мы по-быстренькому сбацаем, Стас впечатлится, и дело в шляпе. Сходите потом куда-нибудь вместе. Если с первого раза не выйдет, придём сюда ещё раз… Ну или придумай что-нибудь сама. Соблазняй своего потного юриста!

Алисе стало стыдно. Она загрузила подругу проблемами и лишь ныла, сама не предлагая никаких вариантов решения да ещё и отвергая её советы. Поэтому нехотя согласилась:

– Ладно.

Карина сделала знак Стасу. Он включил проигрыватель и взял в руки скрипку.

Танцевать Алиса любила и после долгих лет упорных тренировок умела делать это красиво. За техническую сторону она не переживала – мадам Пейро говорила, что у них с Кариной идеальный баланс, они чувствуют друг друга, безупречно держат равновесие и в покое, и в движении. Но её всё ещё тревожило, что подумают окружающие и чем это может кончиться.

На сегодняшнюю прогулку подруги, не сговариваясь, надели юбки: Карина – юбку-колокол чуть выше колен, Алиса – клёш почти до пят, что усиливало своеобразие их танца, усугубляло эпатаж. И когда при заключительных аккордах Алиса закинула ногу на талию Карины, а та нежно взяла её за подбородок и они обе замерли, глядя друг другу в глаза, зеваки, собравшиеся вокруг них за эти несколько минут, заулюлюкали.

Танцовщицы кланялись и приседали в реверансе, толпа аплодировала, кто-то выкрикивал: «Браво!», «Молодцы, девчонки! Дали жару!», «Ещё!» Стас удивлённо качал головой, а Карина, схватив его бейсболку, стала обходить зрителей, приговаривая: «Подайте бедным артистам на пропитание». Люди смеялись и охотно протягивали ей разноцветные купюры. Карина посылала воздушные поцелуи и ослепительно улыбалась в ответ. Когда она вернулась с полной кепкой денег, Стас присвистнул:

– Вот это да! Круто! Тут в два раза больше, чем я обычно срубаю за весь вечер.

К ним подошли трое парней, по виду ровесники Стаса, – они тоже хлопали в ладоши.

– Ну вы даёте! Здорово зажигаете, – восхищённо сказал один, самый высокий и привлекательный. После чего оценивающе оглядел девушек и хмыкнул: – Девчонки, вы сестрёнки?

Его друзья гоготнули, нехорошо ухмыляясь, и Алиса тоже машинально улыбнулась – и правда, смешно было предполагать, что черноглазая и черноволосая Карина хоть каким-то боком родственница ей, сероглазой и светлокожей блондинке.

– Да! – кокетливо приняла игру Карина. – А что?

– А я мастёр ебать сестёр, – сказал высокий, и его друзья заржали уже в голос. – Особенно если это сестрёнки-лесбиянки.

Это было настолько неожиданно, что даже обычно бойкая Карина не нашлась с ответом, а Алиса застыла на месте в предчувствии беды. Именно так ей и представлялся финал выступления, именно этого она и боялась, когда отказывалась танцевать. А беда, как известно, не приходит одна: от памятника Барклаю де Толли в их сторону деловито направлялись двое полицейских; Сергей Николаевич поднялся со скамейки и тоже шагал к ним – и выражение его лица не предвещало ничего хорошего; народ всё подходил в надежде на продолжение шоу. А хулиганы не унимались.

– Ты их сутенёр, что ли? – обратился главарь к ошарашенному Стасу. – Может, запихать твою пиликалку тебе в дупло? – Стас прижал скрипку к груди, защищая её, а заводила ощерился, распалившись уже всерьёз: – Извращуги недобитые…

– Попридержи-ка язык, поганец мелкий, – раздалось за спиной напуганных девушек, и сердце Алисы снова сжалось. Перед глазами замелькали заголовки новостной ленты: «В центре Санкт-Петербурга „золотая молодёжь“ стала причиной массовой драки!», «Около Казанского собора дочь стального короля России совершила каминг-аут!» На фоне этого глупое пари с Юрой показалось ей детской шалостью. Она обернулась.

Сзади стояли двое мужчин: лет под сорок, может, чуть моложе. Один, огромный, похожий на медведя, с длинными тёмными волосами и крупным носом – сердито сжал кулаки. Другой, пониже, но тоже широкоплечий, с короткой стрижкой и неестественно синими глазами, дёргал уголком губ. Сегодня в фитнес-клубе, когда он флиртовал с одной из спортсменок, нагло сканируя её грудь, его глаза лучились восхищением, сейчас же они угрожающе сузились и смотрели зло, исподлобья.

– А то что будет? – не особо впечатлился главарь хулиганов.

– Глаз на жопу натяну и моргать заставлю, – пообещал «медведь». – Единственное, в чём ты «мастёр», ушлёпок, – это затвор свой передёргивать. Так что топай, занимайся любимым делом.

– Ты тоже из толерастов, что ли, дядя? У вас тут сходка старых педрил?

– Можем устроить вам посвящение. – Синеглазый хрустнул костяшками пальцев.

Двое других парней потянули товарища за рукав, указывая на приближающихся полицейских.

– Настоятельно рекомендую вам, молодые люди, последовать совету этого гражданина. – Сергей Николаевич, встав впереди девушек, кивнул на «медведя».

– Шустрее, недоношенные, – поторопил тот.

Оценив ситуацию, парни попятились, а потом побежали по дорожке к проспекту. Сергей Николаевич потёр мочку уха, давая Алисе знать, что нужно уходить, развернулся и направился к полицейским. Он показал им своё удостоверение, что-то сказал, и стражи порядка неторопливо пошли в обратную сторону.

– Всё окей?

Оглянувшись на голос, Алиса увидела искреннее участие в синих глазах.

– Теперь да. Спасибо вам… – Её ещё трясло, голос дрожал. Она повернулась к подруге: – Нам пора идти!

– Нет, девчонки, погодите. Давайте разделим выручку! – Стас, заботливо уложив скрипку в футляр, теперь в возбуждении тряс бейсболкой с деньгами. – Вы просто улётные! Я никогда не видел такое крутое танго.

– Понравилось? – Карина уже пришла в себя от потрясения. Стас в ответ энергично закивал, и она предложила: – Если хочешь, мы можем прийти завтра. Алиса ещё станцует для тебя…

– Конечно хочу! Карина, вы не обращайте внимания, таких придурков я впервые вижу, обычно зрители очень доброжелательные. Приходите завтра. И вот ваша доля, Алиса. – Он протянул ей скрученные купюры.

– Вас зовут Алиса? – Тот синеглазый мужчина всё не отходил. Она кивнула. – Меня – Александр, это мой друг Дмитрий. Не желаете с Кариной чего-нибудь выпить с нами? – Он показал через дорогу на кафе «ЗингерЪ». – Горячий шоколад с перцем чили? Или, может быть, чего-нибудь холодного?

– Мы… – Алиса крутила головой, не зная, кому первому ответить и на кого смотреть. – Нет, – сказала Стасу, – денег мы не возьмём, мы же предложили помочь. А завтра… я не знаю… Если получится, мы постараемся прийти. Но не обещаем. Во сколько ты здесь будешь?

– Давайте часиков в семь, когда духота немного спадёт. Я подберу специально для тебя что-нибудь зажигательное. И забудьте про сегодняшнее недоразумение, это какие-то гопники залётные…

– Хорошо… – Алиса неуверенно кивнула и перевела взгляд на своих заступников: – Спасибо вам огромное ещё раз. И за приглашение спасибо… правда! Но нам нужно идти. Извините, пожалуйста.

– Может быть, в другой раз? – спросил Александр.

– Может быть. – Напряжение и испуг потихоньку отпускали и Алису.

– Я могу вам позвонить? – Заметив её замешательство, Александр тут же предложил: – Если я дам вам свой номер, вы мне позвоните?

Алиса снова нерешительно кивнула, затем достала из рюкзака телефон и под диктовку записала номер. Звонить она не собиралась – ей не нравились ни варварские бицепсы Александра, ни его плотоядный взгляд, которым он оглаживал её грудь.

ГЛАВА 1.3. НАСТУПАТЕЛЬНАЯ КАМПАНИЯ

В воскресенье подруги начали полномасштабную подготовку к военной кампании по охмурению возрастных мужчин. В ход пошли все ударные силы. Карина полночи консультировалась с Кириллом, который улетел по делам в Америку, рассказала ему и о беде лучшей подруги, и о её вынужденном споре. Утром Алиса позвонила бабушке.

Мария Фёдоровна Голденберг разительно отличалась от большинства бабушек в привычном их понимании. Она не вязала носки, не пекла пироги и не читала внучке сказки. Зато много курила, предпочитая исключительно французские Gauloises, и виртуозно материла производителей, которые в угоду европейским стандартам качества в последние два десятилетия значительно снизили крепость её любимых сигарет. Ей нравились песни Rammstein, и она не пропускала ни одного концерта, когда группа приезжала с гастролями в Россию. Любила коньяк и не видела ничего плохого в том, чтобы предложить и внучке глоток-другой. Любила скорость, гоняя на своей тюнингованной «Волге-21» и вводя в ступор заносчивых молодых мажоров на каких-нибудь шикарных бугатти, на светофорах поглядывающих свысока на древнюю бабулю за рулём такого же древнего авто с оленем на капоте. Пару раз Сергею Николаевичу даже приходилось использовать свои связи, чтобы вернуть неугомонной старушке отобранные права.

Единственное «занятие для бабушек», которое было в её арсенале, – она очень вкусно солила огурцы. Много лет назад, когда Юрий Александрович только встал во главе «Русской Стали» и поехал на важную конференцию в Нью-Йорк, Мария Фёдоровна позвонила ему и сказала: «Верни банки из-под огурцов!», на что он ответил: «Мам, я в Америке на важном мероприятии, это на другом краю света». Но та была непреклонна: «Меня не волнует. Огурцы брал? Чтобы банки сегодня же вернул!» На следующий день Сергей Николаевич повёз банки в деревню. Этот случай мама Алисы рассказала своим подругам, те – своим, кто-то запостил смешную историю у себя на страничке, она получила всеобщую известность и со временем превратилась в бородатый анекдот. Но мало кто знал его предысторию.

Алису разделяло с бабушкой более полувека разницы в возрасте, но не было у неё друга надёжнее. Именно бабушка Маша стала поверенной её первых детских тайн, рассказала о маленьких женских неприятностях в особые дни, выслушивала обиды на одноклассников, увлекла старыми советскими фильмами. А год назад помогла завоевать сердце несравненного Юрки Сечина, по которому Алиса вздыхала уже несколько месяцев. «Я всё сделала, как ты советовала, ба», – сказала ей тогда Алиса. Юра увлекался боксом, и она просмотрела записи с участием всех лучших бойцов, начиная с Мухаммеда Али и заканчивая Тайсоном, Ленноксом Льюисом и обоими Кличко, и теперь знала, в чём разница между нокаутом и нокдауном, что такое клинч, могла отличить апперкот от свинга. На дне рождения Марины – младшей сестры Юры – Алиса выбрала время и влезла в его разговор о боксе с одним из гостей. Марина передала ей потом, что брат очень удивлялся, почему не обращал на Алису внимания раньше. Мария Фёдоровна осталась довольна результатом.

Сегодня, узнав, что Юра бросил Алису, она хмыкнула: «Вот же козёл!», а когда внучка назвала причину, не стала выбирать выражения и воскликнула уже разгневанно: «Да он просто мудак!» и посоветовала срочно завести себе нового парня, подкрепив совет знаменитой фразой своей любимой актрисы Фаины Раневской: «Если у женщины есть голова на плечах, то у неё обязательно есть любовник!» Идеей Алисы на спор влюбить в себя взрослого мужчину Мария Фёдоровна не восхитилась, но и не осудила. И, как всегда, обещала помочь.


После завтрака Алиса засела за ноутбук, зарегистрировалась на «Одноклассниках» и начала штудировать мужские группы. Когда бабушка предложила ей это, Алиса недовольно поморщилась:

– Но там же одни старики…

– Вот именно! – сказала бабушка, ничуть не обидевшись. – Если ты хочешь закадрить любителя джаза, ты же не идёшь на концерт фолк-метала! Сейчас ты хочешь зрелого мужика, так куда тебе идти? Они все в «Одноклашках» сидят! Почитай, что эти старики пишут о женщинах… чего ждут от них, что их отталкивает. Конечно, я могу поделиться с тобой своими соображениями, но, боюсь, они слегка неактуальны.

Через час Алиса была готова отказаться от своей сомнительной затеи – её голова гудела словно улей. В комнату заглянула Карина, и подруги начали придумывать план.

– Кирилл сказал, одного месяца реально маловато. Хотя если видеться каждый день, куда-то всё время вместе ходить, то должно хватить, – стала делиться Карина ценными советами своего умудрённого жизненным опытом друга. – Поэтому давай пока не вычёркивать из списка рыжего айтишника…

– Хорошо, – послушно кивнула Алиса.

– Более быстрый способ – через постель, – сказала Карина. – Взрослые мужики на прогулки под луной не очень ведутся, они от этого грустнеют и хотят сбежать. А внимание молодых девушек им льстит, и они реально могут втрескаться. «Седина в бороду – бес в ребро» – так про них говорят. Ты к такому готова?

– Сейчас я такая злая, что даже к каннибализму готова.

– Так, дальше Кирилл ещё сказал, что болтливость и правда может отпугнуть, особенно в начале отношений, поэтому помалкивай. И не вздумай шутить про каннибализм… Что баба Маша говорит?

– Бабуля советует восхищённо смотреть и внимательно слушать. А если захочется открыть рот, то задавать вопросы о нём, о его успехах, увлечениях… и снова восхищаться, хвалить, подбадривать. И не умничать.

– Дейл Карнеги нервно курит в сторонке. Вот бы мне такую продвинутую бабулю… Чего там стариканы в «Одноклашках» советуют?

– Ужас, я не верю, что это пишут адекватные люди. По их мнению, женщина должна молчать, хорошо делать минет и по первому требованию правой брови раздвигать ноги.

– Дураки какие-то озабоченные, – фыркнула Карина.

– Ах да… ещё она должна варить борщ. А у меня с борщом и минетом огромные проблемы… даже не знаю, с чем больше. Потом, ещё никто не любит истерики и всякие обидки, когда дуют губы по надуманным поводам. А для них, как я поняла, все поводы надуманные…

– Это всё?..

– О нет! Почти все мужчины плюются от искусственной груди и накачанных губ, их раздражает, когда девушки клянчат подарки и деньги на маникюры-педикюры, – продолжала делиться своими открытиями Алиса, – и при этом они хотят, чтобы их девушки хорошо выглядели, чтобы у них были ухоженные руки и ноги, красивые волосы и подкачанная попа. А где им на всё это взять денег, не говорят… Как-то так.

– Старые, жадные, озабоченные маразматики! – вновь возмутилась Карина. – Ладно, подводим итоги. Завтра начинаешь наступление на айтишника. Действуешь по плану А, так как с ним вы можете видеться каждый день. Сегодня вечером идём на Невский, там добиваешь Стаса. С ним, похоже, придётся по плану Б… Мы же не можем в будни туда мотаться, с понедельника начнётся работа. Ты ещё и занятий себе всяких набрала по вечерам.

– Это чтобы отвлечься и не думать о Юре.

– Вот и отвлекайся – присматривай себе в тренажёрке не особо надутого качка! Вдруг попадётся кто-нибудь поинтереснее Стаса и вашего айтишника.

– Хорошо, я буду присматриваться. А по поводу Стаса… Знаешь, может, я не права, но мне не понравилось, что он ни слова не сказал тем хамам в нашу защиту. Умом понимаю, что лучше было промолчать, ведь их было трое, но всё равно осадочек остался…

– Но деньги он не зажал, – возразила Карина. – То есть совесть не совсем потерял. А что касается осадочка… так это же хорошо! Ты чего хотела? Влюбить и бросить с разбитым сердцем. Поэтому если тебе вдруг станет его жалко, вспомни, как он струсил. И жалость пройдёт. – Карина смотрела вопросительно и ждала ответа. Возражений Алиса придумать не смогла и просто кивнула, соглашаясь. – Ладно, пошли обедать, а то я уже проголодалась.

Когда вечером в назначенное время подруги подошли к скверу, Стаса там не оказалось. Карина предложила посидеть на скамейке, чтобы решить, что делать дальше, ведь такой подставы они не ожидали. Хотя Алиса вздохнула с облегчением – воспоминания о неприятной стычке всё ещё вызывали в ней дрожь, и танцевать совсем не хотелось.

– Добрый вечер. Позволите? – Александр, один из их вчерашних защитников, остановился рядом. Его лёгкая джинсовая рубашка навыпуск была расстёгнута, и Алиса с удивлением уставилась на череп из разноцветных стразов на футболке – ей казалось, что взрослые мужчины такого носить не должны.

– О, привет. Конечно, – сказала Карина и подвинулась.

– Смотрю, скрипача, которого вы взяли под свою опеку, сегодня нет? – спросил он, усаживаясь между ними.

– Может быть, его что-то задержало, и он будет позже? – предположила Алиса. – А вы что здесь делаете?

– Встречался с друзьями. Выходные же. – Александр улыбнулся. – Моё вчерашнее приглашение в силе. Вы можете подождать своего протеже за чашкой чего-нибудь вкусного. Или за бокалом…

Подруги переглянулись.

– Я не против, – сказала Карина.

– Хорошо, – согласилась тогда и Алиса.

Сегодня было пасмурно и совсем не душно, но девушки всё равно предпочли холодные напитки. Алиса взяла ягодный чай с лаймом и мятой, а Карина – ореховый кофе с шоколадом и молоком. Александр пил минеральную воду Perrier.

– Вы, наверное, профессионально занимаетесь танцами? – спросил он.

– Только Алиса, – ответила Карина. – Бальные танцы – её страсть. Вам понравилось наше выступление? Это она придумала тот танец.

Алиса смутилась и наступила подруге на ногу, чтобы та не сильно хвасталась. И увидела, как за спиной Александра за столик почти у самого выхода уселся Сергей Николаевич.

– Да, мне понравилось, – сказал Александр. – Идея танца необычная и… смелая. Было видно, что вы увлечены тем, что делаете, и что хорошо умеете это делать. В вашем танце была душа. А тот камень, что вы бросили в болото благопристойности петербуржцев, только добавил ему очарования.

Алиса смотрела с благодарностью, внимая каждому слову, – её всегда радовало, когда кому-то нравилось то, что она искренне любила. Глаза Александра, обрамлённые пушистыми, какими-то почти девичьими ресницами, при искусственном освещении кафе казались ещё более синими. Засмотревшись, Алиса поймала себя на мысли, что хотела бы узнать, насколько колючая его щетина, и провести ладонью по щеке. Очнулась от того, что теперь уже ей кто-то наступал на ногу.

– Спасибо, – сказала она поспешно.

– Схожу-ка гляну, не пришёл ли Стас. – Карина встала и взяла сумочку. – Если через пять минут не вернусь, значит, он пришёл, так что встретимся там. Спасибо за кофе! – и она направилась к выходу. Но у самой двери повернулась и, показав Алисе глазами на Александра, подняла вверх большой палец.

Карина не вернулась ни через пять, ни через десять минут, поэтому, покончив с напитками, Алиса и Александр направились в сквер. Там веселье шло полным ходом – проигрыватель надрывался, Стас вёл партию на скрипке, а Карина обучала желающих хип-хопу. К ней уже присоединились девушка и двое парней; они встали парами друг напротив друга и устроили шуточные состязания. Толпа ликовала.

Алиса остановилась справа от Стаса, Александр – у неё за спиной, чтобы не загораживать обзор. Они тоже начали подбадривать танцоров криками и хлопками. Зрители иногда подходили и бросали деньги в открытый футляр от скрипки, Стас в ответ благодарно кланялся.

– Тебе не холодно? – Александр снял рубашку и, накинув Алисе на плечи, не убрал ладони. Хоть она и не замёрзла в своей тонкой хлопковой блузке с короткими рукавами, говорить этого не стала, просто неопределённо пожала плечами, лихорадочно припоминая, когда они успели перейти на «ты». – Мы можем увидеться завтра? – спросил он, снова щекоча ей дыханием ухо.

– У меня работа…

– У всех работа, и у меня тоже. Но есть ещё вечер. – Ей всё же удалось узнать, колючая ли у него щетина, когда он будто бы случайно коснулся щекой её шеи. Щетина была мягкой и совсем не царапучей. Но Алиса всё равно отстранилась, увидев, как пристально Сергей Николаевич смотрит на её спутника, повела плечами, сбрасывая руки, а потом сняла рубашку.

– По вечерам у меня занятия, – сказала она. – Свободны только выходные.

– Хорошо, давай в субботу сходим куда-нибудь поужинать?

– Ладно, мы придём с Кариной сюда в субботу в шесть.

– И зачем нам кузнец?..

Поймав насмешливый взгляд Александра, Алиса и сама рассмеялась, вспомнив сцену из бабушкиного любимого фильма.

– Кузнец нам не нужен? – смущённо спросила она.

– Абсолютно!

Запыхавшаяся Карина подбежала к ней, когда Александр отошёл покурить.

– Давай, твоя очередь. Стас обещал для тебя что-то особенное.

– Мне не хочется сегодня танцевать, – сказала Алиса, утянув подругу подальше в сторону, – настроения вообще нет. Почему Стас опоздал?

– У них малыш заболел. Ага, я тоже удивилась! И пока его жена бегала в аптеку, он с ним сидел. А теперь вот деньги вышел зарабатывать. Они оба студенты.

– Тогда тем более не хочу, Кара. У него жена и маленький ребёнок. Мне это не нравится… Это подло.

– Но у нас ещё есть синеглазый старикан! – хитро подмигнула Карина. – Ты можешь станцевать для него. Он ничего так, бодрячком. Вы до чего с ним в кафе договорились?

– Он рассказывал анекдоты, приглашал в ресторан, на мотогонки за город… А вдруг он тоже женат?

– А чего он тогда пристаёт к тебе? В ресторан он приглашал… ля, пижон какой! Значит, так ему и надо будет, если ты разобьёшь ему сердце.

– Я как-то побаиваюсь его. Ты видела, как он смотрит? Я чувствую себя голой. – И ещё Александр так странно кривил рот в ухмылке, что ей хотелось укусить его за нижнюю губу; но об этом Алиса Карине не сказала. – Как ты думаешь, сколько ему?

– Не меньше тридцатника, – авторитетно заявила подруга. – Хотя, может, и больше… Ты же вроде старикана и хотела? А Стасу двадцать три, я спрашивала. То есть он как твой Сечин. Шило на мыло… Не дрейфь, мужики в возрасте обычно лысые и с пузом, а этот смотри какой – грудь как наковальня, глаза как васильки и взгляд ехидный. Мечта, а не старпёр!

– Но ты же сама говорила, что он похож на презерватив, набитый орехами. А сейчас «грудь как наковальня»! Это же он… тот, с Plastilin’а.

Карина вытаращилась.

– Точно! А я-то всё думаю, почему мне его лицо кажется знакомым… И что? Какие проблемы? Так даже лучше – будешь продолжать его окучивать в зале.

– Но я не люблю качков…

– А тебе и не надо. Главное, чтобы он любил таких, как ты. А он любит! Ты же видела, как он слюни пускал на ту деваху? Но ты-то получше будешь… К чёрту итальянский, ходи туда каждый вечер! Может, тогда даже спать с ним не придётся.

Алиса хотела ответить, но Стас не дал подругам договорить – он звал их, нетерпеливо размахивая руками, а когда они наконец обратили на него внимание, взял скрипку и сыграл несколько пассажей. Алиса улыбнулась, узнав любимую мелодию детства – Symphony 2011 Криса Паркера, одного из самых загадочных диджеев и музыкантов, в своё время стала суперхитом. Да, ей хотелось бы станцевать под неё.

– Пошли вместе, – потянула она Карину. Подруга не особо разбиралась в бальных танцах, но в современных ей не было равных.

Зрители уже немного разошлись, пока скрипач отдыхал, но девушек это не беспокоило – главный зритель находился здесь. Они встали напротив друг друга, и Стас включил проигрыватель.

Эта композиция в стиле электрохаус с элементами классики позволяла танцорам показать все свои умения – от балетных па до африканских трясок – и подруги постарались выложиться по полной. Скрипка Стаса чередовалась с высокотональными партиями синтезаторов из проигрывателя, а с этим менялся и рисунок их танца: от сексуальных покачиваний бёдрами к порывистым, почти агрессивным взмахам рук, от манерного выгибания спины к отточенным шагам. На иллюзию непрерывности танца, который, словно лоскутное одеяло, состоял из разных стилей, работало абсолютно всё – корпус, руки и ноги, шея, голова и даже глаза и губы.

Когда музыка смолкла, зрители снова начали аплодировать и выкрикивать: «Браво!» Карина опять собрала полную кепку денег, Стас счастливо улыбался.

bannerbanner