Разрешаю ненавидеть

Но нет.

Да, она смущается, стесняется, краснеет — особенно от букета, который я ей вручил только проснувшейся, — но наш статус остается неизменным.

Мы встречаемся. Напомню, официально..

— Знаешь, — подхожу к ней, когда она фоткает букет со всех ракурсов и обнимаю со спины, — я самый счастливый человек.

— Человек-паук? — бормочет она, но я чувствую только, как девушка сама льнет ко мне...

Тихо смеюсь в ответ, осторожно целую ее в щеку, спускаясь губами на шею, вдыхая сладкий запах еще после душа влажных волос и тела.

— Яра.

— М?

— Спасибо, что дала шанс.

Она ловит мою руку, удобно устроившуюся у нее на животе и легонько сжимает своей.

— Ты его заслужил, — говорит тихо.

Ощущаю себя королем мира. Позже на эйфории зову Яру позавтракать где-нибудь в центре и потом прогуляться.

— М-м, Саш, мы же договорились не афишировать. Компания большая, людей много, вдруг нас кто-то случайно увидит, слухи пойдут

Черт. Как-то я не сообразил, что вне работы это правило тоже будет существовать. По типу «ну мало ли».

Но это же всё незначительный сопутствующий ущерб, верно? Что мы условно прячемся.

Это мелочи. По сравнению с тем, что она у меня есть. По сравнению с тем, что она моя.

Наверное, мне не стоит об этом волноваться.

*Название главы — строчка из песни Басты «Благоразумный разбойник»

Глава 42. На летней резине по лютой зиме

POV Ярослава

Мы с Акимовым встречаемся почти две недели. И тут можно было бы добавить, что вот, у меня в голове до сих пор не укладывается, как так произошло. Но это болтология. Ещё как укладывается. Когда я в позапрошлую субботу призналась Саше, что он мне нравится, это было преуменьшением. Так как другое чувство, более масштабное, разливается в груди теплом и заставляет пребывать на каком-то подъеме даже с учетом непоняток с семьей.

Я, пожалуй, влюблена.

Саша же более, скажем так, раскрепощен. Не в плане физики, а просто в отношениях, признаниях, даже каком-то элементарном быте. Чувствует себя свободнее, легче, не боится сказать лишнее или где-то сделать первый шаг. А у меня опыта... ну... не прям нет, а откровенно мало. Если подумать, мы же почти живем вместе.

Разве что только не спим... Но об этом мне еще есть, что сказать.

За почти две недели немало успело произойти, на самом деле. Из самого очевидного: вопрос с поиском новой квартиры отложен. Да и с учетом переезда Миры и отца в Новосиб, мне не нужно больше отдавать приличную часть зарплаты на всё, что связано с фигурным катанием. Это фактически может пойти в будущем как плата за съем. Но я еще ни в чем не уверена и пока не отказываюсь от общаги в том числе.

С Мирой я болтала достаточно часто, ей нравится отдыхать с отцом, он явно ее балует, ни в чем не отказывает, плюс сестра на отдыхе даже успела с кем-то подружиться. Меня смущает, что ребенок пропускает школу, и я уже высказала свои опасения отцу снова, когда он мне позвонил ровно один раз за это время... И то по делу, а не просто так, с целью поинтересоваться, как поживает его ещё один ребенок. Но он лишь отмахивался на любое мое сомнение и недовольство, типа «не забывай, кто тут взрослый» или «сам реш-у-у», или «первый класс — ерунда, они там ничего не делают, не преувеличивай значимость».

А, нужно же еще добавить деталь, по какому такому «делу» звонил отец. Его ждут на новой должности пораньше, плюс надо успеть забрать какие-то документы с предыдущего места работы, поэтому отцу нужно будет уехать, а оставить Миру не с кем. Тамара, видите ли, обижена и занята. Мать — «огонь». Поэтому надо, чтобы я с сестрой посидела.

— Ты не против, что тут переночует Мира и в целом тебе так или иначе придется познакомиться с ней? — осторожно спрашиваю я у Саши, ощущая некую тревогу. Вдруг он не особо настроен? Вдруг ему вообще неудобно?

Он смотрит на меня как на дуру и с долей возмущения цокает. Прямо физически ощущаю, как его терпение начинает трещать по швам.

— Яра, я просто искренне не понимаю, почему должен быть против. Только за, тебе даже спрашивать моего, тьфу блин, разрешения не надо. И тем более, мы с твоей сестрой уже знакомы.

— Вряд ли она тебя помнит.

— Как это?! — деланно удивляется парень, даже брови взлетают вверх. — Меня невозможно забыть!

— Мне кажется, скорее, невозможно усмирить твое раздутое эго, — качаю головой, но со смехом.

В общем, есть такое, что немного всё же переживаю за встречу Саши и Миры, но не так, чтобы прям зацикливаться. Тем более это произойдет только в понедельник, а пока еще пятница. Успеем обо всем договориться.

Так, что еще случилось за последнее время? Мы очень так вскользь поговорили о Кире, и Саша чуть ли у виска не покрутил по поводу того, что я типа к ней его приревновала. Что большего бреда он не слышал. Я в ответ парировала тем, что его брат и я — точно такой же бред, который Акимов всё равно принял за чистую монету.

Мне, наверное, и правда по поводу Киры не о чем переживать. Саша так давно меня хотел, признался в любви, сомневаюсь, что ему и правда она интересна. Он ей — точно да. А вот в обратку не сработало.

При этом у нас с моим парнем (господи боже мой!) точно за этот коротенькой период отношений появились взаимные претензии. Невысказанные, правда. Повисшие в воздухе, как тяжелые тучи перед грозой.

Знаю прекрасно, что Сашу раздражает мое нежелание афишировать тот факт, что мы вместе. Хотя это я неправильное слово подобрала. Будет уместнее «скрывать». Акимову я, конечно, вслух в этом ни за что не признаюсь, но себе-то уж могу. У нас, по идее, конфетно-букетный период, а всё, что мы делаем — это торчим дома, смотрим сериалы, болтаем, заказываем доставку. Понимаю, что парню хочется больше открытости миру: он постоянно порывается меня подвозить везде и забирать с работы, где-то погулять (помимо успевшей ему опостылеть территории ЖК), сходить на каток (сейчас начало декабря, и открытые уже работают), прийти к нему на тренировку (этого я тоже избегаю, потому что опасаюсь встретить там Киру).

Короче... Я отчасти понимаю его раздражение, но пусть хотя бы с итальянцами дела закончатся, а там решим...

Саша просто не догоняет, чем всё это чревато. Это я его не воспринимаю, как акционера компании, ведь мы всё-таки, как ни крути, давно знакомы. Но моя связь с ним, само место моей работы (студентки второго курса, попрошу заметить), да и большие проекты в целом, даже с учетом моих собственных мозгов, пойдут по одному месту. Кому какая разница, что у меня в голове, когда я встречаюсь фактически с акционером компании и по совместительству братом владельца.

Кстати, вот взаимодействовать со вторым братом в семействе мне стало объективно страннее, конечно. С учетом того, кто мы с Сашей теперь друг другу. Два братца, вроде бы помирились, и буквально на днях Мирослав заглядывал в гости и играл с Сашей в плойку. Мне было более чем необычно видеть большого босса в таком ключе — с джойстиком в руках, матерящегося на экран. Но осознаю, что это тоже дело привычки.

В общем, мне кажется, Саша в какой-то момент взорвется. Он еще и попыток не оставляет меня хоть куда-то вытащить все эти две недели.

— Яра, ну вот кому мы нафиг сдались в термальном комплексе? — эту фразу он произнёс не далее как вчера вечером, пытаясь наметить совместные планы на выходные.

— Серьезно, Саш? Ты думаешь, половина Эвентума не захочет там провести прекрасные субботу или воскресенье?

— Во-первых, именно так, не думаю. А во-вторых, ты что, всех там знаешь? Шестьсот человек в Новосибирском офисе, м? Или моя девушка — такая популярная персона в компании? Я чего то не знаю?

— Причем здесь я? — возмущаюсь, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — Тебя знают.

— Это вообще не так. Но даже если допустить такую вероятность, то какая тогда разница, с кем я?

Понимаю, что он взывает меня к логике, всё осознаю. Но куда так гнаться в плане распространения информации? Даже месяца нет, как мы вместе. Разве еще не успеем нагуляться и исследовать весь Новосиб?!

Момент с «гнаться», кстати, подводит нас к претензиям с моей стороны.

Боже, даже думать об этом немного стыдно. По крайней мере, когда мой мозг не под влиянием собственного либидо, эндорфинов, гормонов и чего там, блин, еще?

Могу с некоторой долей уверенности утверждать, что я... нимфоманка.

Гнаться в плане распространения слухов о нашем с Акимовым статусе я не готова, ибо мы совсем мало вместе. Но в плане физики и химии... Блин. Это сложно.

Говорила же, что Саша раскрепощен во всех планах. Ха-ха! Только кроме физики/биологии между нами. В первую неделю мне это казалось безумно милым, имея в виду его осторожность и аккуратность, уважение моих границ. Парень не напирает, все наши контакты очень целомудренны (даже слишком): руки строго на моей талии или на лопатках, никак ниже. А еще интересный момент: он подключает к поцелуям язык, только если я сама подобное инициирую.

К концу второй недели у меня какое-то хроническое неудовлетворение уже. Я его точно хочу. Сильно. Потому что когда ты видишь парня без футболки и прям натурально лишаешься рассудка, чувствуя потребность провести своим языком по его прессу, как это еще назвать?! Это не просто «хочется» — это ноет внутри, не дает покоя, заставляет... ну все мы понимаем же, да?

Да-да, пребываю в курсе, что сама его застопорила, упомянув об отсутствии опыта. Но речь же не о сексе. Наверное... пока что... Просто... Мне кажется, или Саша мог просто перегореть? Или вдруг понял, что я его физически не привлекаю. Ну а что? Бывает же такое.

У меня в башке жесткий диссонанс: мы с такого начали, что если бы кто со стороны увидел, залился бы краской от стыда. А теперь... И я знаю, что тут легко подумать, мол, возьми и прояви инициативу сама, чё нагнетаешь и тупишь. Так я это делала! Пару раз на этой неделе сама перегибала, чтобы он хотя бы чуть-чуть распустил руки. Но парень как будто не понимает моих намеков. По стандарту возвращает всё на ступень целомудрия.

И мне просто дико стремно интересоваться у парня, хочет ли он меня вообще. Тем более вот Кира говорила, что у них было кое-что. А Саша в свою очередь мне рассказывал, что они познакомились вообще по пьяни в баре и дальше в общении у них ничего не пошло. Типа не его история оказалась. Но это пресловутое «кое-что» же было, значит, её он захотел.

Ох, еще Аня неосознанно подпитывает мои сомнения: начала встречаться с парнем и только и пересказывает мне, какой он горячий и не дает ей проходу в том самом плане. И вообще-то речь не только про секс.

Может быть, Акимов соврал, что его не смущает отсутствие опыта у меня.

А-а-а-а-а.

Мне срочно нужно с кем-то это обсудить. Иначе сойду с ума. С Дёмой — не вариант, я со стыда сгорю, да и что он мне скажет. Принимаю непростое для себя решение посвятить в наши отношения еще одного человека (итого третьего по счету) — Аню. На подкорке чувствую, что она меня не осудит, не будет смешивать работу и личное. Или распространять слухи.

Жаль, что не все такие, как она.

— Какие у вас планы на вечер? — интересуется Саша, когда я уже выхожу обуваться и выдвигаться к Ане с ночевкой. У нас девчачий вечер, у её парня свои дела, а отец, с которым подруга живет в квартире, отправился в командировку.

— По стандарту: есть, болтать, сплетничать и смотреть какую-нибудь фигню.

— Ну это почти то же самое, что делаем мы с тобой. Правда, еда у вас точно будет повкуснее морковных палочек. Завидую белой завистью.

Саша на прощание обнимает меня со спины, уже привычно кладет широкую ладонь на живот и легко чмокает в щеку. От его прикосновений по коже разливается тепло, но тут же сменяется просто долбаным предвкушением, желанием, чтобы его чертова рука спустилась ниже.

Говорю же, отбитая новоиспеченная нимфоманка.

Разворачиваюсь и целую его первая. Естественно, он подрывается. Всё сначала делает мягко, аккуратно, неспешно. Кончиками пальцев проводит по спине, останавливаясь в итоге строго на талии. Поцелуй становится глубже, я мелко дышу через нос, а сердце молотом бухает в груди, отдаваясь в висках. Саша чуть отстраняется, и я готова убить его за это, но потом снова обхватывает своими губами мою нижнюю, а мне остается только выдохнуть. Моя рука инстинктивно спускается парню на грудь, ощупывает твердые мышцы под тканью футболки. Потом двигается ниже — на его живот. И из его горла вырывается тихий звук, парень скользит длинными пальцами по моей шее, обхватывает ладонью затылок, притягивая ближе.

Эмоции внутри бушуют настоящим ураганом, и кажется, что я взорвусь или упаду в обморок. Вытягиваясь, прижимаюсь к Саше вплотную, чувствую его дыхание, его запах, жар его тела. Провожу кончиком языка по его, подаюсь навстречу, и моя рука ползет еще ниже, к резинке его спортивок.

В этот момент парень перехватывает мою конечность, а потом и вовсе всё прекращает, аккуратно целуя меня в уголок губ, будто ставя точку. Словно говорит тем самым «хватит».

Ну вот... вот... заявляю, я же не сумасшедшая. Мне это всё не кажется. Он просто не хочет...

Появляется желание либо расплакаться, либо ударить Акимова.

— Заберу тебя утром, это не запрещено? Аня же уже будет знать о нас, — спрашивает парень буднично, пока я наклоняюсь, чтобы обуться и скрыть разочарование на лице. Просто «угукаю» и с каким-то опустошением и апатией выхожу из квартиры.

У Ани меня прорывает практически моментально. Рассказываю ей всю нашу с Сашей историю от и до, как на духу. Она только восклицает, качает головой, открывает рот от шока даже иногда.

Ну и, естественно, делюсь настоящим и проблемами в нем.

— Охереть, Ярик. У тебя невероятно насыщенная жизнь, хочу тебе сказать.

Просто хмыкаю. Сижу, обхватив колени руками, и чувствую себя глупо.

— У тебя же есть мысли по тому, что я озвучила. Так поделись, пожалуйста. А то кажется, что я свихнусь

Аня немного угорает, но потом продолжает уже серьезнее.

— Это ценно, что ты со мной поделилась, правда. — Она сжимает мою руку. — Но Яра, может, не стоит так активно скрывать отношения? Мне кажется, ты немного м-м-м... помешалась на этом.

Просто отрицательно качаю головой, оценки ситуации не в этом ключе я жду.

Аня сразу догоняет и вздыхает.

— Ты хочешь услышать про его мнимое нежелание? Ладно... Судя по тому, что я услышала, он тебя просто бережет. Вот и всё. Ты надумываешь.

— А то, что я превратилась в одержимую в плане... ну... понимаешь... это же ненормально. Мы вместе всего ничего. Не уверена, что сама готова прямо ко всему, при этом мне так хочется.

Подруга снова качает головой и мягко улыбается.

— Ярик, это ж нормально. — Она пододвигается ближе. — Ну и я как бы видела фотку, где он голый по пояс, помнишь? Грех такое тело не хотеть.

Бросаю на неё убийственный взгляд.

— Не ревнуй, детка. — Она снова заливается и ей требуется немного времени, чтобы продолжить. — Ну а если серьезно, вот ты говоришь, что в прошлых, пусть даже коротких отношениях, такого не испытывала? Окей, это норма. С кем-то нам хочется сильнее, а с кем-то нет. На то мы и люди, чтобы выбирать. И поверь, ты не озабоченная. Твое тело просто хочет разрядки, но не получает ее.

Абсолютно точно краснею, и по моему лицу всё становится понятно. Ну как не получает разрядки тоже... Просто одно дело помогать себе самой, додумывать что-то, фантазировать, а другое...

— Я про физический контакт с другим человеком, а не про то, что ты там подумала, — читает мои мысли Аня. — Давай подрезюмируем: ты не сексуально озабоченная, а просто хочешь своего парня, что абсолютно нормально. Нет, это не слишком быстро, потому что кто вообще устанавливает понятие нормы? И мне уж точно не думается, что он тебя не хочет. Просто ты сама установила границы, тебе их и расширять.

Открываю рот, но подруга снова меня перебивает.

— Хочешь спросить, каким образом? Словами. Через рот, Ярик. Скажи ему, что ты хочешь. И жопу ставлю, что получишь это ровно в том объеме, на который готова. — Она делает паузу и смотрит мне прямо в глаза. — И еще момент: ты себя видела вообще? Ты знатная соска, тебя не захочет только, я не знаю, тот, кто не по девочкам или импотент. Так что самооценку себе тоже не занижай.

Боже, храни Аню.

В остальном мы классно проводим вечер — пьем просекко, едим роллы, смотрим какие-то шоу, смеемся. И я безумно счастлива, что у меня есть подруга. Настоящая, адекватная. Наверное, если бы она у меня появилась в школе, то моя жизнь была бы там гораздо проще. Не, если что, я благодарна Дёме, он мой лучший друг по-прежнему. Но иметь подругу — это не то же самое.

С утра Саша действительно приезжает за мной к дому Ани. Ждёт меня весь такой немного сонный и полурастрепанный в машине с круассанами и стаканчиком кофе. Предлагает, судя по его тону, особо ни на что не надеясь, вечерком сгонять в рестик, который буквально на днях открылся прямо в нашем ЖК. И утверждает, что типа встретить там кого-то из знакомых — история крайне нереалистичная.

Соглашаюсь. Наверное, где-то бездумно, просто отдаваясь моменту. Или мне просто важно хотя бы где-то пойти на компромисс. Саша явно не ожидал моего согласия, но вижу, что рад — глаза загораются, а губы расплываются в улыбке.

Наверное, я тоже рада. Буду. Только с условием, что мы никого там не встретим.

И еще если мне хватит сил открыто сказать парню о своих... желаниях.

*Название главы — строчка из песни Басты и Алёны Омаргалиевой «Я поднимаюсь над землей»

Глава 43. Мы наощупь ищем путь в тумане

POV Саша

Моей выдержке можно позавидовать, отвечаю. Не кривил душой, когда говорил Ярославе, что готов ее ждать сколько угодно. Это так и есть. Но сложно держать себя в руках — просто капец, особенно с учетом того, что мы живем через стенку.

Обещал же, слово дал, что не буду руки распускать. И Яру саму откровенно немного заносит, так что мне приходится иногда челюсть сводить, чтобы не наброситься. Блин, просто в ином случае, я уверен, она потом пожалеет и испугается, как в тот день, когда я ей предложил встречаться и когда мой диван видел такое, что там только маркировку восемнадцать плюс можно ставить. Да и в конце концов, мы вместе всего две недели. Странно было бы ждать, что Яра бросится в омут с головой. Она вообще не такая. Более осторожная.

И я это уважаю. Правда.

Да ну чё там говорить, всё у меня сейчас в жизни классно. Я рад просто адски. Любимая девушка — галочка в этом пункте поставлена (самая важная), хобби — тоже имеется, отношения с братом — налажены, титаническим трудом, правда, потому что мне до сих пор хочется периодически яйца ему оторвать за его тупые приколы, но мы хотя бы разговариваем. Любимая работа — ну ладно, тут просто работа, с любимой я погорячился — но всё равно есть. С учебой тоже всё в норме, заочка многого от меня не требует.

Пожалуй, впервые за всю свою жизнь я на таком эмоциональном подъеме. С которого безумно страшно упасть или скатиться, поэтому оберегаю ту, кто меня туда вознес, настолько, насколько это возможно. Яра — какое-то дико редкое сочетание. Она и красивая до безумия, и веселая, и где-то скромная, и мне с ней просто хочется проводить время двадцать четыре на семь. Наслаждаюсь каждым моментом.

Мы сдвинулись с Ярой с мертвой точки в вопросе под названием «наши отношения — большой секрет». Да, меня это душило, честно признаюсь. Но вот проходит две недели после тех самых договоренностей, и о нас, как о паре, знает её подруга. Плюс моя девушка согласилась выйти со мной хоть куда-то в более или менее людное место.

Аллилуйя! Поднимем, блин, бокалы по этому поводу!

Когда я сказал Мирычу, что меня это ее условие скрытности коробит (и да, каким бы он клоуном ни был, он всё равно мой почти единственный родной и близкий человек, я привык с ним многим делиться), тот лишь поугорал, что два интроверта нашли друг друга. И хер ли я возбухаю, когда мое любимое занятие, помимо хоккея в качестве хобби, — сидеть дома. Сравнил хрен с пальцем, блин. В общем, брат не увидел в этом проблемы.

Сегодня с утра я снова купил цветы, как последний чертов романтик. При том, что в обычных обстоятельствах я вообще не такой — более холодный, незаинтересованный и закрытый. Но Яра всегда была исключением из правил. Вопрос не в том, что с ней мне хочется меняться или подстраиваться, а в том, что с ней я просто другой. Вот и всё. Ну а про цветы — а что, мы идем на свидание, фактически сегодня ровно две недели отношений. Чем не повод?

Моя красивая Ярослава, которая облачилась в вязаный костюмчик коричневого цвета, состоящий из короткой юбки и кофты, забрала свои светлые волосы в красивый гладкий хвост и надела каблуки, теперь стоит у зеркала и фоткает себя с цветами. Настоящая девочка. Я, кстати, под стать ей нашёл джемпер тоже кофейного цвета. Семейный лук, бляха-муха. Кто бы мог подумать, что я такой? Уверен, что в зеркале отражается, как я стою и пялюсь на нее, не в силах отвести взгляд.

Разве что слюни не текут, как у бешеной собаки...

— Саш, можешь подойти? — вижу в отражении теплую улыбку Яры. И это адресовано мне.

Мне!

Подхожу ближе, возвышаясь над ней, вновь любуюсь её отражением. Она наводит на нас камеру телефона, я же автоматом кладу ладонь ей на живот — под тонкой тканью чувствую тепло, — и утыкаюсь губами в висок. Вдыхаю её запах, что-то цветочное, нежное.

— Мы по цвету сочетаемся, — выдает моя девушка очевидный факт.

— Мы вообще везде с тобой сочетаемся, — отвечаю я глухо прямо в ее макушку. И это правда. И в цвете, и в жизни, и в постели — хотя последнего мы еще не проверяли (надеюсь, сие случится в этой жизни), но я уверен.

Уже с привычным чувством, зарождающимся внизу живота, наблюдаю, как щёчки Яры слегка розовеют. Она точно уловила мой намек.

— Наша первая совместная фотокарточка, — чуть разворачиваясь в моих руках, показывает мне получившееся изображение.

— Ну вообще-то тут ты не совсем права, — усмехаюсь я, чуть позабыв об одном интересном факте.

— В смысле? — вижу замешательство на лице Ярославы.

С долей сожаления отрываюсь от своей девушки, достаю из кармана айфон и лезу в галерею.

— Только не говори, что фоткал меня исподтишка? — прищуривается она.

— Нет, ну что ты, — усмехаюсь, не поднимая головы. — Заняться мне больше нечем... Я человека специального для этого нанял.

Она не воспринимает всерьез мою шутку и больно тыкает меня ногтем в плечо. Вот ведь заноза.

— Ай, не абьюзь! — грожу ей пальцем. — И вообще, ты упустила маленькую деталь, балда. Мы же говорим о совместной фотке, значит, на ней должны быть ты и я. — Показываю пальцем сначала на нее, потом на себя. — Вместе.

— Что-то вы разумничались, Александр Акимов, — стреляет в меня голубыми глазками, но в уголках губ прячется хитрая улыбка.

— Гляди. — Показываю ей экран телефона и фотку трехлетней давности.

Она ахает и забирает у меня гаджет из рук. Рассматривает фото, увеличивает, приближает, будто не веря своим глазам.

— Это же... — начинает она изменившимся голосом — тише, мягче.

— Да, тогда в Маке после соревнований Миры.

Ага, ну грех было не запечатлеть момент, где Яра добровольно (хоть и будучи во сне) положила мне голову на плечо. Напротив её сестра ела картошку фри и играла в планшет, в кафе стоял гомон, а у меня, можно сказать, желание исполнялось. Где девушка, в которую я влюблен, положила мне голову на плечо и мерно сопела, а я рукой обвил ее талию. Ну я и запечатлел нас с фронталки. Кстати, именно эта фотка потом стала причиной нескольких крупных ссор с моей бывшей девушкой Машей, но это уже другая история. Вообще неинтересная.

Слежу за эмоциями на лице Яры, которая с легким шоком (надеюсь, приятным) рассматривает изображение.

— Даже не выскажешь мне, что я не имел никакого морального права? — со смешком уточняю я.

Яра отдает мне телефон и прижимается к моей груди сама, откладывая букет в сторону. Чувствую, как она вся льнёт ко мне.

— Нет, сейчас мне это кажется до ужаса милым. — Ее голос приглушается тканью моего джемпера. — Тебя в этом плане уже никто не переплюнет.

Поднимаю ее за подбородок, вынуждая смотреть мне прямо в глаза, и говорю с максимальной серьезностью:

— Надеюсь, ты имеешь в виду, что меня просто некому будет переплюнуть. Потому что останусь единственным.

А потом, чтобы немного разрядить обстановку, добавляю:

— Забыл важное уточнение: первым и единственным.

Девушка закатывает глаза, уже привычно высказывается о моем невероятно раздутом эго, а я чуть сжимаю ее щеки и легко целую в губы. Коротко, невесомо, но она тает — я чувствую это по тому, как ее пальцы впиваются в мою руку.

Идиллия — вот это слово подходит к тому, что между нами.