В плену сводного

Я, наконец, очухиваюсь и ставлю с грохотом чашку на стол. Выскакиваю из-за стола и быстрым шагом иду к двери.

Когда прохожу мимо парня, он вдруг чуть ступает в сторону и плечом касается меня. он ведь специально!

Я отшатываюсь и хмурюсь.

— Аккуратнее! — вырывается у меня как защита от такой наглости.

Но вместо извинений Артур вдруг резко разворачивается ко мне и наступает. Нависает как глыба.

Мне кажется, я даже в размерах уменьшаюсь от этого натиска и его взгляда.

Опасный блеск в ледяных глазах.

Невозможно прочитать ни одной эмоции на его лице. Он хорошо прячет их.

Лишь уголок его губ едва дёргается или мне уже кажется?

Он продолжает двигаться ко мне, сокращая между нами расстояние.

А я даже моргнуть боюсь. Так страшно. Хотя чего я пугаюсь? Это же сын Руслана. Ну, перепутал меня в первую встречу. Что он мне сделает?

— Продолжим знакомство? — звучит хриплый мужской бас.

И я чуть ли не подпрыгиваю, когда этот мудак кладёт свою лапищу мне на попу. С силой сжимает её и дёргает на себя.

Задерживаю дыхание, когда чувствую, как в живот мне упирается нечто твёрдое и очень большое.

Опускаю на автомате взгляд и вижу его ширинку, прижимающуюся ко мне.

— Придурок! — нахожу в себе силы и ударяю его сумкой в грудь.

Толкаю от себя и часто дышу, таращась испуганно на заметно выпирающий бугор под полотенцем.

Парень, ничуть не стесняясь, кладёт на бугор руку и сжимает его. И смотрит на меня. сужает глаза и больше не ухмыляется.

Делает шаг в мою сторону и я срываюсь с места.

Бегу прочь, не оборачиваясь. И выдыхаю более-менее свободно лишь тогда, когда оказываюсь за воротами этого нового моего дома, при виде которого я теперь испытываю лишь страх.

Надо всё рассказать маме. Сегодня. Вечером.

Глава 8. Он странный

В университет прибегаю, немного опаздывая. Тут же забегаю в аудиторию и сажусь рядом с Мариной.

Это, пожалуй, моя единственная подруга.

— Ты чего такая? — она чуть толкает меня в плечо и шепчет, косясь на преподавателя у доски.

— Какая? — хмурюсь я, доставая тетрадь из рюкзака.

— Как будто убегала от кого-то, — улыбается Марина.

— Да я… ну, бежала просто, да. Боялась опоздать.

— Милые барышни! Да-да вы!

К нам обращается преподаватель и мы с Мариной послушно смотрим на него.

— Обсуждения мальчиков и всего прочего, что не касается учебного процесса, прошу вас продолжить за дверью этой аудитории! — строго произносит мужчина, глядя на нас из-под очков.

— Извините, пожалуйста, — говорит Марина. — Мы больше не будем.

Он ещё несколько секунд смотрит на нас, а потом возвращается к тому, что написал на доске.

Мы погружаемся в лекцию, но я всё ещё чувствую, как учащённо бьётся сердце. То ли от бега, то ли от чего-то другого… от страха?

Преподаватель тем временем переходит к примерам на доске, и я заставляю себя сосредоточиться на материале. Но краем глаза замечаю, как Марина время от времени бросает на меня любопытные взгляды. Она точно не оставит эту тему, и после занятий мне придётся рассказать, почему я так спешила сегодня утром.

Но что мне рассказать ей? Я даже не знаю, как это правильно преподнести. Что произошло?

Да и готова ли я поделиться с кем-то этим? Я даже не знаю пока, как маме рассказать.

Поэтому делаю вид, что полностью поглощена лекцией, хотя мысли то и дело возвращаются к утренним событиям. И, каждый раз, когда я вспоминаю, меня как будто потряхивает.

Со мной раньше никто так себя не вёл.

На паузе после лекции мы выходим с Мариной в коридор и встаём у окна.

— Ну что, теперь-то ты расскажешь, что случилось? — настаивает Марина, прислоняясь к подоконнику и складывая руки на груди.

Я медлю, нервно теребя ремешок рюкзака. Она ведь моя подруга. Да и мне хочется хоть с кем-то поделиться, обсудить. Может, я что-то не так поняла?

— Да ничего особенного, — начинаю я, но голос предательски дрожит.

Марина прищуривается:

— «Ничего особенного»? Ты примчалась в университет так, как будто за тобой гналась толпа. И выглядишь так, будто увидела призрака.

Она делает паузу, давая мне возможность собраться с мыслями.

— Просто… — я запинаюсь, не зная, с чего начать. — У меня теперь есть сводный брат, — выдыхаю.

— Ого! А ты не рассказывала! — с любопытством восклицает Марина.

— Да я сама не знала! Вчера познакомили…

— Ничего себе! Это сын нового мужа твоей мамы, да? И как он? Слушай, а сколько ему? Он твой ровесник? — Марина тут же осыпает меня вопросами.

— Да он придурок! — выпаливаю я на эмоциях.

Марина ошалело смотрит на меня. Выгибает бровь.

— В смысле? Вы что, с ним уже сцепились?

Отворачиваюсь и смотрю в окно. Прикусываю губу.

— Ник, — Марина берёт меня за локоть. — Расскажи. Мы же подруги!

— Понимаешь… он странно ведёт себя… — ищу подходящие слова.

— Странно? Это как?

Я нервно озираюсь по сторонам, хотя в коридоре почти никого нет:

— Ну… вот, например, сегодня с утра он вышел в одном полотенце на бёдрах, — я так и не решаюсь рассказать ей всё.

Стыдно!

— Так, — кивает она. — И чего? А сколько ему лет?

— Да не знаю я! Ну, наверное, как мы… может, на пару лет постарше. Я его боюсь, Марин, — выдыхаю.

— Симпатичный? — улыбается она и я вообще не понимаю её реакции.

— Марин, ты меня слышишь? Он ходит почти голым по дому и мнёт… ну, там… у себя… — опять отворачиваюсь, смущаясь.

— Где? Что мнёт?

Блин, она издевается?

— О, девчонки! Чего скучаем?

Наш диалог прерывает Тускаев, наш одногруппник. Рустэм, как говорит Марина, клеится ко мне. Но мне он не нравится.

Вот и сейчас вмешивается так не вовремя!

— Привет, Рустэм, — отвечает ему Марина.

Я лишь киваю.

— Чего грустные такие? — он подходит ближе и пытается положить мне на плечо руку.

Стряхиваю.

Он хмыкает.

— Пойдёте после лекций в кафе? Я угощаю! — приглашает он и смотрит при этом на меня.

— Нет, спасибо, Рустэм, но нет. Нам готовиться надо к зачёту, — отвечаю я, обнимая себя руками.

Мне некомфортно почему-то.

Но это не из-за Рустэма. К нему я уже привыкла. Что-то другое. Но что?

Не пойму.

Меня как будто огнём обжигает. Внутри непонятный жар.

— Да нафиг вам этот зачёт? — усмехается Рустэм. — Молодость так и пройдёт! Пойдём, посидим! — опять кладёт руку мне на плечо. — Потом можно по Москве покататься, — и он достаёт из кармана брелок и подбрасывает его. — Мне новую тачку подарили. Хочешь покатаю?

— Нет, — отхожу от него, убирая руку с себя. — Я же сказала тебе, что нет. Марин, пойдём?

Но тут Рустэм неожиданно грубо хватает меня за руку.

— Мы не договорили!

Я собираюсь стукнуть его по запястью. Замахиваюсь и тут слышу знакомый голос:

— Рустэм, всё так же целок портишь?

Глава 9. Псих

Мы втроём одновременно оборачиваемся и я не могу сдержать удивлённого тихого вскрика, когда встречаюсь взглядом с тем, кто так бесцеремонно ворвался в мою тихую жизнь.

В нескольких шагах от нас, подперев плечом стену, стоит мой сводный брат. Всё в его фигуре, движениях буквально кричит о высокомерии.

Его поза — воплощение превосходства. Одно плечо небрежно опирается о стену, словно он слишком хорош для того, чтобы стоять прямо. Голова слегка наклонена, глаза прищурены, будто он разглядывает что-то неприятное и мелкое.

Этот взгляд… Я знаю его слишком хорошо. В нём читается всё: и скрытая насмешка, и неприкрытое презрение, и какое-то извращённое удовольствие от того, что он заставляет других людей чувствовать себя неуютно.

Каждое его движение, каждый вздох отзываются внутри болезненным эхом утреннего разговора.

То же самое чувство беспомощности, то же ощущение, будто он видит меня насквозь. Будто знает все мои слабости, все тайные страхи. И теперь, как тогда на кухне, я не могу найти слов, не могу пошевелиться, не могу разорвать этот парализующий контакт.

Его взгляд — это оружие, и он мастерски им владеет. Одно прикосновение этих холодных глаз — и я снова превращаюсь в того неуверенного человека, которым была утром.

Смотрит исподлобья.

Он не спешит подходить ближе, словно играет с нами. Наслаждается нашей реакцией. Марина тревожно ерзает, а Рустэм, напротив, будто бы собирается ответить дерзостью на дерзость — плечи его напрягаются, взгляд становится вызывающим.

Я невольно делаю шаг назад, ощущая, как напряжение между нами растёт с каждой секундой. Артур медленно отрывается от стены, его взгляд не отпускает меня.

— Здорово, Псих, — Тускаев как будто нехотя кивает Артуру.

А он, наконец, отделяется от стены и неспеша шагает к нам.

Псих? Почему Тускаев так назвал моего сводного брата?

— Ты чё? Вернулся, что ли? — спрашивает Тускаев, пожимая руку Артуру и толкая его легонько в плечо. — Опять выперли? — ржёт он.

В ответ Артур с силой толкает парня и зло зыркает на него.

— Это тебя, Рус, везде прут, а я сам ухожу, — хмыкает он. — Чё за целки? — кивает в нашу с Мариной сторону и мажет меня взглядом.

Напряжение в воздухе становится почти осязаемым. Тускаев, не замечая враждебности Артура, продолжает беззаботно смеяться, словно ничего не произошло. Его наивность почти раздражает.

Артур же… Его лицо — маска холодного презрения. В глазах по-прежнему та же насмешка, тот же вызов. Особенно когда его взгляд снова находит меня. Будто он специально подчёркивает своё превосходство, демонстрируя, кто здесь главный.

И тут происходит то, чего я совсем не ожидала. Марина, всегда такая осторожная и сдержанная, вдруг делает шаг вперёд. Её улыбка — яркая, искренняя, совершенно не соответствующая накалившейся атмосфере. Она протягивает руку этому человеку, словно не замечая исходящей от него угрозы.

Что на неё нашло? Неужели она не чувствует этой тяжёлой ауры? Не видит, как его глаза буквально прожигают меня насквозь? Её поступок кажется таким неуместным, таким наивным в этой ситуации.

— Я Марина! — звучит её голос и она счастливо улыбается. Протягивает руку Артуру.

Удивленно смотрю на неё. Что это с ней? Зачем она это делает?

По-хорошему, нам надо развернуться и уйти в ответ на такую грубость и именно это я и собираюсь сделать. Но поступок Марины сбивает с толку.

Артур едва заметно дёргает бровью и снисходительно проходится оценивающим взглядом по фигуре Марины.

Неужели она не видит, как он на неё смотрит?! Это же унизительно!

— Это моя, — я ещё от шока от Марины не отошла, а тут ещё Тускаев нагло кладёт руку мне на талию и тянет к себе. — Маринка свободна! — небрежно кивает на подругу.

— Да мне похуй, — хмыкает Артур, так и не подав руки Марине. — Нахуй они мне? И сосать не умеют. Только возни будет! Как раз твой уровень, Рус! — нагло таращится на меня.

Медленно облизывает губы и взглядом словно раздевает меня.

Убираю с себя руку Рустэма и обнимаю себя.

— Марин, ты идёшь? — спрашиваю, хмурясь.

Вижу, что подруга чувствует себя неуютно. Конечно! этот придурок так опустил и её, и меня!

Придурок!

Не дождавшись от неё ответа, разворачиваюсь и уверенно иду прочь.

— Ник, подожди! — слышу голос Марины за спиной. — Ты чего? — она берёт меня за локоть. — Ник!

Поворачиваюсь к ней и вижу, что она всё равно то и дело оборачивается, чтобы посмотреть на парней. Дурочка! Чувствую, как внутри всё кипит — смешались злость, обида и досада. Почему она не видит, какой он придурок?! Неужели она не понимает?!

— Придурок! — вырывается у меня вслух.

— Интересно, к нам перевёлся или нет? Псих… — мечтательно произносит Марина, прикусывая губу. — Прикольный такой…

— Он просто придурок! Ничего прикольного в нём нет! — мой голос звучит громко и зло. Сама себе поражаюсь. Я же всегда контролировала себя! Что сейчас-то произошло?!

— Ты чего, Ник? — Марина вопросительно смотрит на меня. — Ты его знаешь?

В глазах подруги неподдельный интерес и любопытство.

— Да! — выпаливаю я. — Познакомься, Марин, это и есть мой сводный брат-придурок!

Глава 10. Ошибка подруги

К счастью, оставшееся время в универе я не встречаю этого придурка.

Хотят оглядываюсь на каждый подозрительный звук, но больше его не вижу.

Наверное, он пришел к какому-нибудь приятелю. Уверяю себя в этом. Не хочу думать о том, что моя сводный брат будет учиться здесь же.

Нет, пожалуйста. Только не в нашем университете. Я тогда... Я переведусь! Куда? Да хоть куда-нибудь!

Терпеть его не только дома, но и здесь?!

Хоть бы он уехал! Наверное, это неправильно. Ведь это его дом и его отец. Но как же хочется, чтобы он уехал куда-нибудь далеко и больше я его не видела!

— Ника! — зовёт меня Марина и даже дёргает за руку, потому что я, похоже, не откликаюсь сразу.

Оборачиваюсь и удивлённо смотрю на неё.

— Ты вообще меня не слышишь? — немного обиженно произносит она.

— Извини, задумалась о своём... — торопливо отвечаю я.

— О братце, небось, задумалась? — хитро улыбается подруга.

— Да вот ещё! — фыркаю я, отворачиваясь.

— Значит, он тебе не нравится? — Марина опять заглядывает мне в глаза. — Ник?

— Да какая разница? — хмурюсь я. — Какая разница, нравится он мне или нет? Всё равно придётся в одном доме с ним жить! Придурок! Я тебе уже сказала, что он просто придурок!

Марина несколько секунд внимательно смотрит на меня, а потом довольно улыбается.

— Ну, круто! Значит, ты не будешь возражать, если я... — и дёргает бровями.

— Что ты? — удивлённо таращусь на неё. — Что ты задумала, Марин? Блин! Ну, нет! — догадка пугает. — Он же больной! Ты слышала, что он сказал? Как он разговаривает вообще? Марин!

— Мне он понравился. Ясно? — говорит подруга серьёзно. — Просто я не хочу, чтобы между нами... В общем, ты поняла.

— Марин, не надо, — беру подругу за руку. — Мне кажется, ты пожалеешь. Ты же видела...

— Да блин! Ник! — Марина забирает руку. — Ты так ведёшь себя сейчас, как будто сама запала на него! Если нравится, так и скажи!

— Да нет же! — горячо восклицаю я. — Он мне вообще не нравится! Я за тебя беспокоюсь!

— Ник, — Марина снова улыбается. — Я уже взрослая девочка. Сама разберусь. Окей? Но мне приятно, что ты так беспокоишься обо мне.

И она приобнимает меня. Словно и не было этого глупого спора между нами.

Тоже обнимаю её в ответ, а у самой только и мысли, как отговорить её? Ведь ничего хорошего из этого не выйдет! Я просто уверена в этом.

— Помнишь, мы хотели к реферату подготовиться вместе? — Марина с улыбкой смотрит на меня.

Киваю в ответ.

— Давай, я к тебе вечером приеду? — предлагает подруга. — А то у меня шумно дома. Не дадут толком поработать! А у тебя такой дом новый большой!

И смотрит на меня так жалобно. Её взгляд так и кричит о том, что ей очень хочется попасть ко мне домой. И я понимаю, почему!

Ведь наверняка Марина рассчитывает встретиться там с Артуром!

Но и отказаться я не могу. Это будет выглядеть невежливо. Я не хочу портить отношения со своей единственной подругой из-за этого придурка.

Мы можем позаниматься у меня в комнате. Да. Просто там посидим и всё.

— Хорошо, Марин, — улыбаюсь я. — Приходи, вместе посмотрим и подготовимся.

Мы договариваемся с ней, что она приедет вечером и я еду домой.

Очень рассчитываю, что Артура нет там и я смогу спокойно поговорить с мамой.

Глава 11. Бедный мальчик

С осторожностью захожу в дом. Тихо. Прислушиваюсь и осматриваюсь. Никого. И я даже облегчённо выдыхаю.

Блин, ну и как тут жить?! Когда прислушиваешься к каждому шороху и вздрагиваешь от каждого звука?! Это уже начинает напоминать паранойю, но что поделать — нервы на пределе. Каждый раз, переступая порог, я словно вступаю на минное поле, где неизвестно, что ждёт за следующим поворотом.

А что делать, если этот чёртов братец останется тут? Может, попросить маму, чтобы разрешила мне пожить пока в нашей квартире? Там, по крайней мере, я буду чувствовать себя в безопасности. Никто не будет пугать внезапными появлениями, не будет создавать эту гнетущую атмосферу ожидания чего-то плохого.

А что? Хороший вариант! Нужно обязательно поговорить с мамой. Может, это временное решение, но оно даст мне возможность прийти в себя и вернуть душевное спокойствие. В конце концов, моё психологическое здоровье важнее любых неудобств, связанных с переездом.

За окном раздаётся звук мотора, и я мгновенно оживаю. Выглядываю в окно и вижу, как к дому подъезжает машина моей мамы. Сердце начинает биться чаще — наконец-то появится возможность всё обсудить!

Ура! Смогу с ней спокойно поговорить! Это именно то, чего мне не хватало все эти дни. Мама всегда умела находить правильные слова и давать мудрые советы. Сейчас она выйдет из машины, и мы сможем всё обсудить без лишних ушей и напряжённых взглядов.

Спешу к двери, чтобы встретить её. В голове уже крутятся слова, которые я ей скажу, аргументы, которые приведу. Главное — не нервничать и изложить всё чётко и спокойно. Мама должна понять, насколько важно для меня сейчас обрести душевное спокойствие.

— Ника? Ты дома уже? Как прошёл день? Как в университете?

Мама подходит и обнимает меня. Целует мягко в щёку.

— Ты одна дома? — улыбается она, поправляя мои волосы.

— Да, — киваю. — Мам, мы можем поговорить? — спрашиваю строго.

— Что-то случилось? — смотрит с тревогой. — В университете что-то?

— Нет, там всё в порядке. Мам, пойдём на кухню?

— Ну, пойдём. Что-то ты меня расстраиваешь. Что же случилось?

Мы проходим на кухню. Жду, когда мама сядет. Сама не сажусь. Встаю с другой стороны стола.

— Так. Слушаю тебя, — говорит мама и без труда слышу волнение в её голосе. — Что произошло?

Я набираю побольше воздуха и выпаливаю на одном дыхании:

— Мам, я хотела бы пожить пока в нашей квартире. Мне... мне так удобнее будет.

Глаза мамы моментально становятся круглыми. Она изумлённо смотрит на меня. Хмурится.

— Что случилось? Почему? С чего вдруг ты решила уехать отсюда? Только не говори, что тебе не нравится этот прекрасный дом!

— Дело в этом, — отвожу взгляд. — Просто... Просто мне тут некомфортно как бы... Я тут чужая...

Мама улыбается. Встаёт и подходит ко мне.

— Ты привыкнешь, дочка, — гладит меня по руке. — Всё хорошо будет. Руслан хороший человек. И я хочу, чтобы ты жила вместе с нами. Мне так спокойнее будет. Ну? Не расстраивай меня. Ну, как ты там одна будешь? Даже и не придумывай! Ну? Давай ужином займёмся? Скоро Руслан приедет. Да и Артур, наверное.

— Мам, я не хочу жить в одном доме с Артуром, — понимаю, что тут поможет только прямой разговор. Иначе мама не поймёт меня.

— Вот те раз! А чего это? Что случилось? Что ты ещё придумала? — восклицает мама и с любопытством смотрит на меня.

— Он... — я всё ещё не решаюсь произнести то, что так репетировала полдня. — Он странный!

— Ох, Ника, — вздыхает мама. — Ты уже заметила, да? Бедный мальчик...

Опять вздыхает.

Бедный? Что за фигня? Почему это Артур бедный?

Вопросительно смотрю на маму.

— Руслан рассказал мне, — с нескрываемой грустью произносит мама. — Я не хотела тебе рассказывать всё это. Но раз так всё вышло...

И долго смотрит на меня проникновенным взглядом.

Глава 12.

Глава 13. Неожиданный поворот

— Привет! — Марина сразу же заходит в дом и, не стесняясь, осматривает его. — Ничего себе! Офигеть, как красиво! И это всё ваше, да?!

— Ну, не наше, а Руслана, — отвечаю я. — Это дом Руслана.

— Классный! А у тебя своя комната здесь, да?

Глаза Марины светятся нескрываемым интересом. А ещё я подмечаю, что она накрасилась выразительнее, чем обычно. И платье на ней такое короткое, что наклониться в нём нельзя.

И я, кажется, знаю, для кого это всё.

— А сын Руслана?... ну, твой сводный братец… — прикусывает нижнюю губу подруга. — Он дома?

— Артур, что ли? — спрашиваю я.

Марина лишь кивает.

— К счастью, нет его! — я говорю прямо. И меня даже передёргивает от одной мысли, что он окажется тут.

Да, мне жалко его, наверное, после рассказа мамы, но, блин! Я ещё помню, что он творил тут со мной!

Что-то он не очень похож на обиженного и огорчённого бедного мальчика!

— Ты прямо так ненавидишь его! — косится на меня Марина. — Он же теперь брат тебе!

— Сводный! — уточняю сразу. — А это почти ничего и не значит! Мы с ним вообще чужие люди друг другу! Не хочу больше о нём! Пошли заниматься!

— Здравствуй, Марина, — из кухни как раз выходит мама и улыбается нам.

— Здравствуйте, Елена Сергеевна! — улыбается ей в ответ Марина. — С новосельем!

— Ой, спасибо, Марина! — вздыхает мама. — Может, чай попьёте? — приглашает нас на кухню.

— Нет, мам, — мотаю головой. — Нам заниматься надо, готовиться. Мы у меня в комнате что-нибудь схомячим!

Она добродушно кивает и мы с Мариной поднимаемся на второй этаж. Здесь моя комната.

Подруга опять с интересом рассматривает всё. Вижу, что ей нравится. Ну да, комната и правда офигенная! У меня никогда такой не было!

Светлые стены, большие окна, через которые льётся солнечный свет. У окна — рабочий стол с ноутбуком, рядом — книжные полки, заставленные учебниками и моими любимыми романами. В углу — удобная кровать с мягким изголовьем, а напротив — гардеробная, о которой я всегда мечтала.

Марина медленно проходит внутрь, проводя рукой по гладкой поверхности письменного стола. Её пальцы скользят по дереву, словно она пытается ощутить каждую неровность, каждый изгиб.

— Вау, — наконец произносит она, оглядываясь по сторонам с неподдельным восхищением. — Ты точно здесь живёшь? — смеётся, и её голос звучит звонко, наполняя пространство лёгкостью.

Я невольно улыбаюсь в ответ, чувствуя, как напряжение последних дней чуть отступает.

— Ага, — киваю, обводя взглядом комнату. — Сама ещё не привыкну! Всё кажется… слишком большим, что ли.

Она подходит к окну, разглядывает вид, затем поворачивается ко мне с широкой улыбкой:

— Ну ты даёшь! Такой дом — и всё ещё не привыкла? Тут же можно неделю ходить и каждый угол исследовать!

Мы достаём учебники, раскладываем тетради на столе. Бумага шелестит, карандаши стукаются о поверхность — привычные звуки, которые почему‑то успокаивают.

— Ладно, — говорит подруга, поправляя прядь волос за ухо. Её тон становится серьёзным, почти деловым. — Давай займёмся делом. У нас много работы.

Я киваю, но мысли всё ещё где‑то далеко. Новый дом, новая школа, сводный брат… Слишком много перемен для одного лета. В голове мелькают обрывки воспоминаний: переезд, незнакомые лица, первые дни в школе, где я чувствовала себя рыбой, выброшенной на берег.

Сажусь за стол, открываю учебник. Мягкий свет лампы создаёт уютную атмосферу, отбрасывая тёплые блики на страницы. Возможно, со временем я смогу принять все эти изменения и даже найти в них что‑то хорошее. А пока… пока у меня есть подруга и учёба, которые помогают отвлечься от неприятных мыслей.

Мы погружаемся в задания. Время течёт незаметно. Я записываю формулы, Марина что‑то бормочет себе под нос, перелистывая страницы. Мы спорим о решении задачи, смеёмся над собственными ошибками, снова сосредотачиваемся.

Три часа пролетают как одно мгновение. Я отрываю взгляд от наших записей и смотрю в окно. Уже темнеет. Небо окрасилось в глубокие оттенки фиолетового и синего, а фонари во дворе зажглись, бросая длинные тени.

— Блин, так устала! Даже спина затекла! — Марина выгибается, разминая плечи, и несильно зевает. Затем её глаза расширяются, она резко поворачивается к часам на стене. — Ого! Блин! — её голос становится пронзительным. — Офигеть, сколько уже времени! Меня батя прибьёт!

Я вздрагиваю от её восклицания, потом смеюсь:

— Давай такси вызовем! — предлагаю, уже доставая телефон.

— Не‑не, у меня денег нет! Быстрее на метро доеду! — она суетливо закидывает в рюкзак тетради и ручки, попутно пытаясь застегнуть молнию.

Мы сбегаем вниз по лестнице, наши шаги гулко отдаются в просторном холле. Только оказываемся у выхода, как входная дверь резко распахивается, и в дом заходит Артур.

Блин!

Он не смотрит на нас. Уткнулся в телефон, пальцы быстро бегают по экрану, будто он пишет кому‑то что‑то крайне важное. Брови сведены, губы сжаты в твёрдую линию. На голове — неизменный капюшон, скрывающий взгляд.

Дикарь.

Зато Марина сразу меняется в лице. Её глаза загораются, на губах расцветает улыбка. Она выпрямляется, плечи расправляются, грудь вперёд — будто перед нейне просто парень, а цель всей жизни.

— Привет, Артур, — неожиданно произносит Марина, её голос звучит чуть выше, чем обычно, с ноткой игривости. Она делает шаг вперёд, стараясь привлечь его внимание.