Предатель. Ты не узнаешь о сыне

─ А в самом прямом! Это не твой сын, Рома, не твой! Со дня на день ты получишь результаты теста и сам в этом убедишься. И что ты будешь делать тогда? Оставишь чужого ребенка себя, лишь бы что-то сделать мне назло?

─ Ты снова запела ты же песню? ─ он кривит губы, очевидно, не верит мне.

Но я устала. Жутко устала от этих оскорблений и обращения, как с женщиной последнего сорта.

─ Ты так хотел поверить в ложь, которую сам же сочинил. И я решила подыграть тебе и посмотреть, что же ты сделаешь, ─ зло усмехаюсь я. ─ Но мне уже надоела эта игра. Надеюсь, и ты наигрался в отца. Так что хватит издеваться надо мной и самим собой. Мы оба ненавидим друг друга, мы не можем находиться рядом. Ты ведь тоже это видишь и понимаешь, правда ведь? А моему сыну не пойдет на пользу находиться в такой атмосфере.

─ Играешь, значит, со мной? ─ рычит он и с глухим ударом бьет ладонями по деревянной глади двери, заставляя меня вздрогнуть. ─ А не боишься, что я поиграю с тобой?

─ А чего мне бояться? ─ хмыкаю я и поджимаю губы. ─ Ты только этим и занимаешься. Я ─ твоя игрушка, твое развлечение. Как и мой сын.

─ Игрушка, значит, ─ тихо усмехается он, прищурившись. ─ Тогда я использую тебя по назначению.

Через мгновение Радов подхватывает меня под бедра, задрав платье, и я отчаянно начинаю вырываться. Сажает меня на край стола и рывком дергает за край трусиков, которые больно впиваются в кожу и с треском разрываются на мне.

─ Что ты делаешь? Пусти! ─ в ужасе выкрикиваю я, пытаясь отпихнуть от себя Радова, что вообще мне не по силам, и я это прекрасно понимаю.

─ Ну, нет, ─ шипит Радов, с силой прижав меня к себе. ─ Ты же сама назвалась моей игрушкой. А за свои слова нужно отвечать, дорогая.

─ Я тебе не дорогая! Пусти! ─ кричу я, но Радов крепко прижимает ладонь к моим губам.

Из-за паники начинаю задыхаться, будто дыхание и вовсе перекрыли. Воздуха в легких не хватает, а носом просто не могу вдохнуть достаточно воздуха. Голова кружиться, перед глазами все плывет, а бляшка ремня от мужских брюк со звоном ударяется о край стола.

Силы меня вмиг покидают, накрывает отчаяние. Перестаю дергаться и вырываться, потому что четко осознаю: в этом нет никакого смысла. Радов все равно сильнее меня.

─ Ну, что? Нравится тебе играть? ─ зло рычит он в мои губы, а затем накрывает их жадным поцелуем.

Я словно обезумевшая вцепляюсь зубами в его нижнюю губу, и Радов тут же отскакивает от меня, прикрывая ее рукой.

─ Сумасшедшая! ─ выпаливает он и глядит на ладонь. ─ До крови прокусила!

─ Заслужил! ─ выкрикиваю, быстро спрыгиваю со стола, одергиваю юбку и со всех ног бегу к двери, пока Радов снова меня не задержал. ─ И кто из нас тут сумасшедший, так это ты!

Захлопываю за собой дверь и сбегаю вниз по лестнице. Сердце грохочет в груди, пульс бьет в виски, а я еле держусь на ногах, которые сами меня несут на улицу к сыну.

─ София, не волнуйтесь, у нас все хорошо, ─ встревоженно лепечет Ольга, когда я подхватываю сына из коляски.

─ Да-да, все хорошо, ─ бормочу себе под нос, оглядываясь по сторонам.

Нигде не вижу охранников, которые еще недавно стояли на каждом углу. Видимо, Радов отпустил их куда-то, когда вернулся домой. Тем лучше для меня.

Едва соображая, бегу к воротам с Ваней на руках. Что делать дальше? Куда бежать? У меня ведь ни телефона, ни денег. Плевать! На все плевать! Мир не без добрых людей, наверняка кто-нибудь, да подберет нас на дороге. Главное сейчас ─ выбраться отсюда.

Дергаю на себя калитку, запоздало заметив, что на ней магнитный замок. А в следующую секунду слышу рев Радова за спиной:

─ София!

Бесконечное отчаяние накрывает меня с головой, и я без сил опускаюсь на холодную землю. Слезы вырываются из глаз вместе с шумными всхлипами, а сынок вертится у меня на руках, наклоняется вниз и тянется ручками к травке.

─ Отдай мне ребенка, ─ сурово произносит Радов, склонившись надо мной.

─ Я не отдам тебе своего сына, ─ рыдаю , прижимая Ваню еще крепче к себе. ─ Ты не имеешь на него никакого права! Он не твой сын, не твой!

Я уже сама не верю в их родство. Просто не хочется верить, что такая сволочь, как Радов, может быть отцом моего ребенка! Но, к огромному сожалению, мое желание и вера никак не могут повлиять на действительность. И сейчас я словно рыба, выброшенная на сушу, которая отчаянно желает добраться до воды. Вот только до нее слишком далеко, а я уже задыхаюсь.

─ Вставай, ─ повелительно произносит Радов и подхватывает меня под руки.

─ Не трогай меня! Не прикасайся! ─ словно ошпаренная, подскакиваю на ноги и отшатываюсь от него. ─ Ты ─ моральное чудовище! Собирался изнасиловать меня, а я ведь…

А что я? Была о нем лучшего мнения? Нет. Рассчитывала, что добьюсь иного эффекта от своих слов? Ближе к истине, но сейчас я думаю все же о другом…

Каким бы чудовищем ни был Радов, я все равно продолжала его любить. Но после того, что он собирался сделать сегодня… Вообще не понимаю, что испытываю к нему теперь. Слишком много сейчас эмоций в душе, и все они перемешались в непонятную кашу. Но одно я знаю точно: любить его теперь я просто не могу.

─ Иди в дом, София, вместе с сыном, ─ холодно отзывается Радов, пронзая меня недобрым взглядом. ─ Сегодня тебе больше не позволено покидать дом. А завтра я получу результат ДНК-теста с подтверждением, что сын мой, и сразу после этого решу твою судьбу.